Экспериментальное приручение самца человека

День 2 Ньют спускался к питомцам. Часть его натуры робко надеялась, что о вчерашнем пополнении зоопарка позаботились дромароги. Или взрывопотам. Ньют не был злым и на самом деле не желал смерти никому, просто пополнение было человеком, а с людьми он обращаться не умел. С лечурками умел, с гром-птицей умел, даже с нунду умел, а с людьми — нет. Вчера «питомец», найденный безоружным и раздетым в подвале бара, окинул Ньюта цепким взглядом и кивнул, соглашаясь на место в убежище редких тварей. Ньют не мог проигнорировать несчастного, не мог не предложить помощь, хоть парень даже без палочки не выглядел беззащитным. Вот. Он не беззащитен, следовательно, покинул бы любезно предоставленное убежище, если бы захотел. Но он не захотел, в этом-то и крылась проблема. И еще в том, что «питомец» не издавал ни звука и определенно ничего о себе не помнил, а сам Ньют ничего о нем толком не знал. Ну… кроме должности, которую тот занимал, пока ее не занял кто-то другой, выдающий себя за этого человека, — не мог же Персиваль Грейвс находиться и тут, в чемодане, и там, в МАКУСА, одновременно. По идее, следовало поставить в известность Тину, но Ньют не поставил. Наметанным взглядом магозоолога он классифицировал гостя как существо классом не ниже ХХХХ, а значит, одолел его еще более серьезный хищник. Не стоит отчаянной девчонке в это лезть. Ньют передернул плечами и обернулся. Сидит, пялится. Глаза недобрые, но брови… брови хорошие, похожие на черных мохнатых гусениц. День 7 Грейвс наблюдал за возней из своего угла. Как вчера, позавчера и все дни до этого. Ньют старался двигаться медленно и осторожно, демонстративно поворачивался к «питомцу» спиной, самым очевидным способом показывая «я тебе доверяю». В оценивающем взгляде непомнящего считывалось: «А я тебе нет». Ньют не мог объяснить, отчего не выставил Грейвса, когда все закончилось, отчего не оставил в Америке. Что-то в этом не желающем идти на контакт существе зацепило. Персиваль был не безнадежен — человек, ухитрившийся вписаться в стаю абсолютно разных тварей и остаться даже не покалеченным, вызывал уважение. Ньют засмотрелся на сильные руки, по которым ползали малыши-лунтелята. Грейвс улыбался. Улыбка у него была красивая. Только немного недоверчивая. Веретенница пролетела перед самым носом, Ньют отшатнулся и чуть не споткнулся о камуфлори. Предвидящий будущее зверь предугадал неуклюжесть Ньюта и в последний момент убрался с траектории движения. А вот за какие будущие прегрешения он невзлюбил Грейвса, брезгливо кривясь всякий раз, когда тот случайно приближался, оставалось тайной. День 10 В целом, Персиваль Грейвс неплохо вписался в коллектив, только самого Ньюта сторонился. Смотрел, но на контакт не шел. Взгляд из-под шикарных бровей-гусеничек теперь был не только цепким и оценивающим, но и каким-то еще. Обволакивающим, что ли. Жадным? Раньше гость следил за доведенными до автоматизма движениями, будто препарировал или просчитывал, сколько времени понадобится для обезвреживания Ньюта. Это тоже будоражило, но не так, как новый взгляд. Ньют снова перехватил его и попытался классифицировать — абсолютно всё подлежало классификации, — а потом вспомнил, где видел похожий: таким был взгляд взрывопотамихи, когда он исполнял брачный танец. Сейчас Ньют никаких танцев не исполнял, в чем же дело? А еще: почему его это заботит? Почему он не сдал беспамятного молчаливого волшебника в Мунго или в Аврорат? Какова цель пребывания лишнего человека в маленьком оазисе счастья? День 11 Ньют наклонился, подставляя руку Пикетту, и боковым зрением отметил, что гость проводил путь лечурки глазами, а затем воззрился куда-то левее и ниже плеча. Прошило осознанием, что Грейвс пялится на его задницу. На мужскую задницу, даром что тощую. Ньют мысленно вернулся к жалобам Тины на начальника. Недолюбливал ли Грейвс сотрудницу-девушку, потому что во всех сферах жизни предпочитал мужчин? Значит ли… что «питомцу» нравится он, Ньют? Что это меняет в динамике между ними? Можно ли вывести из созерцательной каталепсии, соблазнив? Как соблазнять людей? День 14 На пробу Ньют применил те навыки, что использовал в работе с подопечными в гоне: сделал шаги более воздушными, наклон головы — изящным, а движения бедер — нарочитыми, и на третий день понял, что выбрал верную тактику. Пока он занимался своей рутиной, Персиваль водил рукой в области паха, лицо его при этом было откровенно хищным. Забавно. Неприятной неожиданностью стал прилив возбуждения — голова магозоолога должна оставаться холодной. День 15 Вместо того чтобы скрыть позор, Ньют развернулся к «питомцу» лицом и заметным стояком. Исключительно эксперимента ради, конечно. Протяжный стон стал первым звуком, который Грейвс издал при Ньюте с момента поселения в чемодан. Эврика! День 17 Ньют стал привыкать к тому, что его новый питомец дрочит, пока он сам обслуживает остальных и делает заметки, и оборачивался только тогда, когда Грейвс начинал пыхтеть. Брови-гусеницы поднимались домиком, глаза зажмуривались, полные губы складывались буквой «о», и именно сквозь это «о» гулял воздух, создавая будоражащий звук. Туда-сюда, туда-сюда, в такт руке. Ньюту хотелось дотронуться до этой симфонии. День 18 Палец коснулся мягкого рта и тут же провалился, оказавшись в тугом влажном плену. Грейвс застонал. Ньюту говорили, что у него красивые руки, но чтобы прямо так воздействовать на человека!.. Это было в новинку, это вызывало возбуждение. Сильное. Кажется, на Ньютовом лице застыло ошеломление. Грейвс грешно улыбнулся, потянулся к поясу выделенных ему разношенных штанов и резко спустил их к щиколоткам, на этот раз демонстрируя Ньюту свою реакцию. Его член был отличным образчиком мужского детородного органа человека — толстый, яркий, увенчанный большой, почти вишневой головкой. Ньют поймал себя на мысли, что хочет его… зарисовать. Но карандаша под рукой не было, а член был, и почему-то показалось хорошим тоном в ответ достать свой. Грейвс облизнулся (Ньюта от пяток до макушки пробила дрожь), сократил до нуля то малое расстояние, которое оставалось между их телами (Ньют затаил дыхание), будто сравнивая, приблизил свой член к члену Ньюта (Ньют тоже сравнил — автоматически — толстый с длинным, темный с более светлым), обхватил оба рукой и стал ею двигать, потирая стволы друг о друга. Рычание подопечного немного походило на звук, издаваемый голодным нунду. Ньют отметил это какой-то отделившейся от остального тела частью мозга: весь организм превратился в один сплошной рецептор с эпицентром там, внизу, где о него терся другой мужчина, а властная чужая рука вела к освобождению. Неожиданно Ньют встретился с брезгливым взглядом камуфлори. Неужели именно такое развитие событий предвидел зверь? Поэтому невзлюбил Грейвса? Нет, нет, несмотря на неодобрение провидца эксперимент нуждался в продолжении…