Странный период моей жизни

Весь вечер Алтан чувствовал себя немного странно. Женя с Володей пригласили его с Августом в клуб, и Хольт с радостью принял предложение. Только вот Алтан не совсем понимал, как ему стоит все это трактовать: как обычную дружескую встречу, или как двойное свидание? Несмотря на то, что Дагбаев все еще пытался отрицать, что он все чаще рассматривает Августа в романтическом ключе, второй вариант казался ему куда более притягательным. К счастью, Август довольно легко сходился с людьми, быстро нашел общий язык с Володей и Женей и с интересом узнавал своих новых знакомых, пока они узнавали его. Так что никто особенно не обращал внимания на то, что Алтан был довольно задумчив и больше был в себе, нежели активно принимал участие в диалоге. Жить с Августом ему действительно очень нравилось. Бесконечный список его плюсов можно было начать с того, что он был идеальным соседом: обожал порядок, не сидел с ноутбуком до глубокой ночи (хотя это Дагбаеву уже бы не помешало — он уже успел привыкнуть к тому, как Сережа с совершенно маниакальной охотой что-то печатал, увлекшись работой, и вполне умиротворенно засыпал под стук клавиш, больше напоминающие пулеметную очередь), искренне заботился о том, чтобы комфортно в комнате было им обоим. А еще постепенно раскрылся для Алтана как совершенно потрясающий собеседник. Первое время он будто бы старался особенно не разговаривать с соседом, отвечал очень вежливо, но подозрительно сдержанно. Но, когда Дагбаев устал гадать, что он такого плохого успел сделать своему новому соседу, что его едва ли удостаивали вежливой дежурной переброской парой фраз, и спросил об этом напрямую, оказалось, что Август просто опасался навязываться. Когда все было прояснено, они стали болтать по вечерам за чашкой чая, и Дагбаев чувствовал, что просто пропадает и, кажется, готов сколько угодно слушать интересные истории Хольта, коих у него было предостаточно. Ему оставалось лишь надеяться, что он не слишком явно показывает свою симпатию. Хотя, если верить Сереже, как только они заговаривали об Августе, у Дагбаева в глазах мерцали сердечки. Но Алтан очень хотел верить, что хотя бы в присутствии соседа ему удается придерживать эти сердечки при себе. — Змейка, мы отойдем ненадолго, — из очередной волны размышлений Дагбаева деликатно вывел Женя. Алтан слегка растерянно посмотрел на него, думая переспросить, но по сигаретам и зажигалке в руках Евгения, понял, что тот просто собирается отойти покурить в обществе Володи. — Да, конечно, — Алтан слегка улыбнулся и кивнул. Володя с Женей поднялись и, прежде чем уйти, Евгений что-то сказал на ухо своему молодому человеку, после чего коротко чмокнул его в губы. Дагбаев проводил их взглядом, с какой-то теплой мечтательностью думая о том, что однажды очень хочет таких отношений. Правда, он тут же немного смутился поняв, что на какое-то время остался наедине с Августом. И, судя по слегка нахмуренным бровям Хольта, что-то могло пойти не так. — Все в порядке? — осторожно спросил Дагбаев, сделав небольшой глоток из своего стакана с коктейлем. — Да, — поспешно ответил Август, искренне улыбнувшись. Правда, в силу его живой мимики, от Дагбаева совершенно не укрылось то, что он все же чем-то обеспокоен. И, судя по выразительно вопросительному взгляду Алтана, Хольт это тоже понял. — Ну, вообще я хотел бы кое-что спросить, — сдался он. — Что угодно, — постарался как можно увереннее и доброжелательнее сказать Алтан. Изо всех сил уверяя себя, что, каким бы ни был вопрос, ему он уж точно не сулит никаких возможных неприятностей. — Не хочу, чтобы показалось, будто я сплетничаю за спиной, — осторожно начал Август, словно бы прощупывая границы. — Обещаю, все останется между нами, — Дагбаев мягко улыбнулся ему в знак поддержки. — Твои друзья… — Хольт ненадолго запнулся, видимо, все еще не будучи полностью уверенным в том, что об этом стоит говорить. — Они пара? — Алтан слегка кивнул в подтверждение, гадая, к чему приведет этот разговор. — Мне просто казалось, что у вас, я имею в виду в России, не принято показывать такие отношения на публике, — кажется, Август даже немного смутился. — Прости, если мне не стоило заводить эту тему. — О, — Алтан даже едва сдержал облегченный вздох. Он морально готовился к чему угодно, и больше всего к тому, что Хольт заявит о неприемлемости для него таких отношений. — Ну, ты прав. На самом деле, лучше такое скрывать, люди очень плохо на такое реагируют. Но есть места, где к таким отношениям относятся проще. Например, в клубах, как этот, — Дагбаев надеялся, что достаточно понятно объяснил все, а не сконфузил Августа еще сильнее. — Я понял, — Хольт слегка кивнул и, кажется, снова задумался о чем-то своем. — Тебя это смущает? Я имею в виду, ты против таких отношений? — аккуратно спросил Алтан, чувствуя, что от волнения его сердце пропускает удары. — О, нет, конечно. У меня самого были подобные отношения, — Август признался в этом с такой легкостью, что Дагбаев даже не сразу поверил в услышанное. Правда, хоть как-то отреагировать он не успел. За столик вернулись Женя с Володей, и сразу продолжился разговор об экспозиции Пушкинского музея.

***

— Я не помешаю? — как всегда вежливо спросил Август. Пройдя на кухню, он обнаружил там сидящих за столом Алтана с Сережей и Олега, который стоял за плитой и, судя по ароматам, готовил не меньше чем ресторанный шедевр. — Нисколько, — первее всех ответил Сережа, бросив на Алтана ехидный взгляд. — Олег как всегда по привычке готовит на целый взвод. Хочешь поужинать с нами? — радушно предложил он, совершенно игнорируя то, что Дагбаев слегка пнул его под столом. — Спасибо, я уже поел. Но пахнет восхитительно, — Хольт с легкой улыбкой кивнул Разумовскому. Он подошел к холодильнику и, немного покопавшись в нем, достал бутылку воды. Дагбаев думал, что его сосед сразу уйдет обратно в комнату, но тот ненадолго замялся. — Вы можете объяснить мне, что такое «посвят»? — наконец, спросил он, немного смущаясь. — Меня позвали в эти выходные, а я совершенно не понимаю, что это такое. — Вечеринка, — отозвался Олег, не переставая что-то сосредоточенно помешивать, кажется, во всей стоящей на плите посуде одновременно. — Посвящение в студенты. Тебя позвали, потому что ты новенький. — А стоит туда идти? — после объяснений Хольт казался еще более задумчивым, чем раньше. Видимо, прикидывал, насколько посвящение в студенты в России будет похоже на аналогичное зарубежное мероприятие. — Мы с Олегом пойдем. Наши факультеты тоже там будут, — Сережа пожал плечами. — Думаю, хотя бы из интереса стоит заглянуть. Никто же не заставит остаться, если тебе не понравится. Просто пригласи кого-то знакомого, если не хочешь идти один, — как бы невзначай бросил он. От того, чтобы закатить глаза максимально сильно или еще разочек хорошенько пнуть Сережу, Алтана остановило лишь то, что после этих слов Август сразу же посмотрел на него. И когда только Разумовский уймется? Нет, конечно, Алтан в целом был согласен с ним, что если бы друзья не старались как можно чаще звать куда-то его вместе с Хольтом, то их общение, скорее всего, так и ограничилось комнатой и совместным бытом. И все же Дагбаеву иногда очень хотелось попросить Женю с Сергеем, если не выключить, то хотя бы поставить на паузу внутренних Гузееву и Сябитову, и перестать так настойчиво сводить его с Августом. Хотя бы потому, что Алтан все еще не был полностью уверен в том, что ему стоит сделать последний шажочек в эту пропасть и окунуться в свои чувства с головой. С одной стороны, Сережа, конечно, был прав в том, что «раз и на всю жизнь» случается крайне редко. И Дагбаев, вероятнее всего, теряет то время, что у него есть с Августом на всякие нелепые сомнения вместо того, чтобы позволить себе просто насладиться красивым увлекательным романом. С другой — Дагбаев несколько опасался того, что они с Хольтом даже едва ли могли назваться хорошими друзьями, но его сосед периодически вызывал у него почти что бесконтрольный трепет. Что если он влюбится? Хотя как будто он не влюбился уже… Что если он по-настоящему полюбит? Каково ему будет тогда считать оставшиеся им с Хольтом дни? Сумеют ли они поддерживать отношения на расстоянии? Нет, Алтан не отрицал, что он, пожалуй, думает слишком много. Перегоняет у себя в голове чересчур много всяких если, вместо того, чтобы просто взять то, что есть здесь и сейчас. Но отчего-то это здесь и сейчас было и манящим, и в то же время отталкивало изо всех сил. — Алтан, может, ты сходишь со мной? — почти сразу спросил Хольт. — Ну, не знаю, — Алтан прикусил губу. В этом раз пинок под столом прилетел уже ему от Сергея. — Я думаю, можем сходить вместе, — проговорил он, понимая, что если он и дальше будет сомневаться, то Сережа просто согласится вместо него. К тому, что если Разумовский поставил себе цель, то он прет к ней как танк, Дагбаев уже привык. Как и смирился с тем, что его лучший друг поставил своей высшей целью обеспечить ему счастье в личной жизни любой ценой. Даже против воли Алтана. Дагбаев мысленно поблагодарил всех богов, что на первом курсе Сережа был заинтересован в этом чуточку менее. Иначе, должно быть, он бы уже в белом платье к шел к ждущему его у алтаря Адаму. — Отлично, спасибо, — Август, кажется, буквально просиял, услышав ответ. — Не буду вас отвлекать. Приятного вам аппетита. — Вы оба в курсе, что на столе нет скатерти? — когда за Хольтом закрылась дверь, с ухмылкой поинтересовался Волков, наблюдавший за тем, как Алтан с Сережей, словно два школьника, пинались под столом. — Неважно, — Сережа фыркнул и тут же обратил все внимание на Алтана. — Змейка, давай уже смелее. Ну сколько ты еще будешь ходить вздыхать по нему? — Пока ты не прикуешь нас наручниками друг к другу, — Дагбаев фыркнул. Как только Август ушел, он позволил себе изобразить на лице все возможное недовольство, которое так старательно сдерживал в присутствии своего соседа. — Сереж, ну правда. Я ведь даже не уверен, что ему нравлюсь. — Змейка, ты прикалываешься? — Олег хмыкнул, начиная накрывать стол. — Кажется, только вы не замечаете того, что вы пожираете друг друга глазами. — Я надеялся, что хоть ты на моей стороне, — Алтан поморщился и закатил глаза. — Мы все на твоей стороне вообще-то. Переставай дуться, — Сережа чмокнул Дагбаева в щеку, после чего поднялся, чтобы помочь Олегу.

***

В целом Алтан, как и ожидал, довольно быстро пожалел о том, что вообще согласился прийти на столь сомнительное сборище людей, которые были ему нисколько не интересны, в крайне безвкусно обставленный лофт, который, несмотря на наличие трех этажей, все равно оказался ужасно тесным. Одно дело было ходить в клубы компанией друзей и проводить там вечера обособленно от других посетителей, совсем другое — оказаться в толпе малознакомых людей, большинство из которых старались банально как можно быстрее и дешевле напиться. И, кроме прочего, были не слишком приятны Алтану. К нему уже несколько раз подходили его одногруппники, явно удивленные тем, что застали его здесь, но ни с кем из них у Дагбаева не возникло большого желания поддержать разговор. Опять же довольно ожидаемо на Августа стали довольно активно налетать присутствовавшие. Конечно, слух о том, что в их университет по обмену приехал сам Август ван дер Хольт разлетелся довольно быстро. И не менее быстро он подтвердился. И, несмотря на то, что сам Хольт, невзирая на свой статус, вел себя довольно скромно и сдержанно, кажется, только ленивый на этом посвяте не пытался добиться его внимания. На что они все рассчитывают — Алтан не совсем понимал. Впрочем, он и сам считался мажором, так что, должно быть, не слишком удивительно, что ему было довольно затруднительно поставить себя в положение всех этих странных людей, пытающихся познакомиться. А вот быть в положении безмолвного аксессуара ему быстро наскучило. Пока он просто стоял рядом с Августом, с которым, как обещал, и пришел, его особенно не пытались вовлечь в разговор. Да и он сам не слишком проявлял интерес к светским беседам. Так что, когда его попытку побеседовать с Хольтом в очередной раз прервали, он извинился и сказал Августу, что подождет его у бара. Впрочем, он наивно надеялся, что Август постарается присоединиться к нему как можно скорее. Раз уж сам, пусть и по сути с легкой руки Сережи, пригласил его. Должно быть, он просто позволил себе что-то надумать, а теперь сталкивался с реальностью. Дагбаев допил коктейль из пластикового стакана и отправил его в ближайшую урну. Он со скучающим видом прочитал уведомления в телефоне и осмотрелся. Но тот, кого он ожидал увидеть, так и не появился на горизонте. — О, вот ты где, — когда Алтан уже собрался было уходить, к нему подошел Сережа, который, особо не стесняясь, почти вплотную жался к Олегу. — Ну хоть кто-то меня искал, — Дагбаев кисло улыбнулся. — Вообще Августу не помешала бы твоя помощь, — Волков пожал плечами и мягко провел ладонью по пояснице Сергея. — О чем ты? — Алтан слегка нахмурился. Как ему показалось, Хольт этим вечером вполне справлялся со всем сам. — На втором этаже у диванов его облепили пьяненькие девицы. Будь у него табличка «помогите», он бы ею вовсю размахивал, поверь, — Разумовский хмыкнул. — Уверен, он будет тебе очень благодарен, если ты его оттуда украдешь. — Ну раз ты уверен, — Дагбаев тихо фыркнул. Известие о каких-то там девицах его не слишком воодушевили. И без того не самое радужное настроение стремительно портилось все сильнее. Ну что ж. Он вполне мог позволить себе предпринять последнюю попытку побороться за внимание Августа. Если и в этот раз Хольт предпочтет ему компанию других людей, то он с чистой совестью отправится в комнату. И будет жалеть себя, поедая мороженое и смотря какой-нибудь дебильный фильм, пока Август не вернется. Если он вообще вернется раньше утра. Похоже, он на таких тусовках чувствовал себя очень уверенно. Алтан поспешно поднялся на второй этаж и осмотрелся. Искомые диванчики обнаружились в дальнем углу, и Дагбаев направился туда, изо всех сил избегая столкновений с людьми. Не хватало ему еще, чтобы кто-то опрокинул на него свою выпивку, и ему бы пришлось возвращаться в общежитие, благоухая, словно разбитая полка в алкомаркете. Возле диванов царило необычайное оживление, и предчувствие говорило Алтану, что он не обнаружит там ничего обнадеживающего. Подойдя поближе, он уже в который раз за вечер убедился, что его предчувствие все еще очень хорошо работает. Август обнаружился сидящим на диване. А на нем обнаружилась блондинка в короткой юбке, которая буквально оседлала его и под одобрительные возгласы таких же нетрезвых подружек больше пыталась сожрать Хольта, нежели его целовала. Несмотря на то, что Дагбаев выпил всего один коктейль, и тот некрепкий, он резко почувствовал, что его начинает мутить. Еще и как назло Август отстранил от себя девушку и как специально посмотрел прямо на него. Так и не поняв — покраснел он или наоборот смертельно побледнел, Алтан резко развернулся и направился к выходу из лофта. — Змейка, ты чего? — он резко дернулся, когда его обеспокоенно окликнули, взяв за руку. — Ничего. Потом, — вскользь бросил он, вырывая руку и даже особо не всматриваясь в то, кто из друзей это был. Кажется, Володя. Но внутри Алтана все так бушевало, что останавливаться и проверять он совершенно не хотел. Надо же было оказаться таким идиотом. Решил довериться. Купился на фразу о том, что у Августа «был опыт таких отношений». Может, Хольт имел в виду, что просто экспериментировал с кем-то. Черт. Еще и так расстроился, как будто ему кто-то что-то пообещал. Дагбаев вышел из лофта и стремительно пошел по улице почти что куда глаза глядят. Благо уже было довольно темно, так что был шанс, что он никого не напугает перекошенным от злости лицом. Злости и какой-то безумной обиды. Ему хотелось отойти подальше в тихое место, где он сможет спокойно подождать такси, не пересекшись больше ни с кем. И желательно ближайшее время не видеть никого. Где-то на отголосках здравого смысла Дагбаев понимал, что никто перед ним не виноват, но сейчас он был в таком бешенстве, что под каток его плохого настроения попасть мог кто угодно. А извиняться потом и все объяснять Алтану не слишком хотелось. — Подожди! Алтан, пожалуйста, — услышав этот оклик с ставшим уже привычным акцентом, Дагбаев наоборот лишь ускорил шаг. — Алтан! Спустя несколько мгновений Хольт все же нагнал его и положил ладонь на его плечо. Дагбаеву мстительно захотелось припомнить пару приемов из восточных единоборств, но лишь усилием воли он сдержал себя. В конце концов, испортить отношения с соседом из-за своих фантазий было бы невероятно глупо. — Что? — Алтан скинул руку с плеча и резко развернулся. Он ожидал, что Август будет что-то объяснять ему (хотя и не должен). Скажет, что он все не так понял (впрочем, он и не должен был ничего понимать). Но вместо этого Хольт вдруг прижал его к стене и жадно поцеловал в губы, почти что стискивая его в своих руках.