Два героя или как совершить революцию?

— Что ты подразумеваешь под высказыванием «я сотру вам память»? Типа насовсем что-ли? – возмутившись, спросил парень и вскинул руки. В голове была каша, которая, казалось, не хотела остывать. Она лишь сильнее нагревалась, намереваясь вылиться во что-то большое. — Что не понятного, Котийяр? – Киллиан цокнул языком, положил схему на стол и указал пальцем на то, что он ранее там начертил. — Я не собираюсь стирать вам память полностью. Просто прими это и подчинись, если и вправду веришь в меня, – парень легко опустил ладонь на плечо Дарсириана. Его плечи было до невозможности напряженны. Киллиан же был спокоен словно ничего не было. Как будто не было войны. Их не считают мертвыми, и все у всех хорошо. На самом деле было бы очень здорово, если бы так всё и было. Но мир – такая непостоянная, жестокая, крушащая жизни людей вещь. И принц Октавии это знает. Все люди это знают. Но лишь единицы готовы побороться в битве за свою жизнь и достичь того, чего они на самом деле желают. Остальные всегда остаются в тени, словно не могут или не хотят. Но это только их выбор. Это только их ответственность. — Ага, – задумчиво протянул Котийяр и принялся что-то там обдумывать, пока не настало время возвращаться. У него были мурашки от этого Поттера. Что вообще англичане нашли в этом волшебнике? Он на самом деле не понимал, или, может, просто не знал всю серьезность этой жуткой истории. — Пошли, иначе он сейчас его прикончит, и мы лишимся союзника, — Киллиан забрал чертеж, сунув его в карман, и зашагал вниз по лестнице, прямиком к гостиной минора. Перед тем, как войти, Бёрко посмотрелся в зеркало, детально осмотрев себя с ног до головы. За это он получил скептический взгляд со стороны Дарсириана, хотя последний тоже мог вот так вот часами стоять и любоваться на свое отражение. Это было очень иронично. Дверь распахнулась, зашёл Киллиан. Следом вошёл Дарсириан Котийяр. Оба были спокойны. Малфой и Поттер резко повернули головы. Атмосфера сразу стала немного мягче. Это будет тяжелый разговор с хорошим концом. *** Октавия - Ромус. Мужчина, вальяжно устроившись в своем кресле и читая очередную газету, аккуратно поднес к своим губам чашку с чаем, отпил и поставил на место. В его глазах читались: безмятежность, спокойствие, умиротворение. Уже целых два года он правил этой чертовой страной. Прошло уже целых два года, как Киллиан умер для всех, но не для этого человека. Он прекрасно понимал, что этот чистокровка прячется. И это «где то» явно за пределами Октавии. Потому-что, если быКиллиан был на территории страны, то его давно бы выследили и приволокли к Скэриэлу Лоу - нынешнему императору октавии. Новый правитель был беспощаден ко всем, кто шел наперекор ему. Он, казалось, сошел с ума. В школах ввел обязательное знание истории Македонского и Рембо. Если тебя вдруг поймают, а ты, не дай Бог, не сможешь рассказать что нибудь из этого… тебя казнят! Деспотичность никогда не приводила ни к чему хорошему, но никто не осмелится сказать это в лицо Лоу. Жители гибли чуть ли не каждый день. А когда у Лоу помимо темной материи появилась волшебная палочка,— жить стало и вовсе невозможно. Этот человек, если его можно было назвать таким, получил безграничную власть в своей стране, когда познакомился с Томом Реддлом, — нынешним «правителем» Англии. Всё как нельзя кстати складывалось очень удачно и быстро. Успех, с которым он обучался магии у Реддла, поражал даже самого Тома. Овладеть магией может не каждый, но и ни каждый сможет разумно ей управлять. Скэриэл точно не сможет. Он умен. Никто не станет с этим спорить. Но Лоу так же по природе своей очень жесток. Ни знавший никогда любви и пощады, он ни за что не познаетзначение этих слов. Они будут больно обжигать сердце. Почему так? Да потому что людям всегда хочется получить то, чего у них нет. Лоу всегда получает то, чему его хочется. Но если дело касается любви, то никто не сможет ему помочь. Он не сможет никого полюбить. Раненный сорокопут отчаянно борется за свою жизнь, ждёт подвох везде, где только можно. Его конец близок. Дверь со скрипом открылась. Дворец, в котором столько веков правила династия семьи Бёрко, казалось, не хотел принимать самовыдвиженца и революционера. Здание отторгало его, правитель же не обращал внимания. Ему было плевать. Лоу заслужил, значит так тому и быть. — О, Том, – негромко отозвался Скэриал и отложил газету, которую читал минутой ранее. — Какими судьбами? – с недавних пор Лоу стал очень даже сдержанным. Как и подобало правителю — он выучил все азы и научился всем тонкостям. Конечно же, не без помощи Реддла.Они, можно сказать, стали друзьями. — Неужели мне теперь нужен повод, чтобы навестить тебя? – обиженно, чуть ли не шипя, спросил Том. Его волосы были ровно и красиво уложены, а по голосу было понятно, что он все таки тут не просто так. — Нет, – отрезал Скэриэл, и когда Том кивнул, продолжил, — что-то то точно случилось. Удиви меня. Скажи что-нибудь хорошее. Том уселся прямо напротив Лоу и внимательно посмотрел на него. Он долго изучал его мысли, его внешний вид, его глаза. Потом сделал вид, будто вспомнил, зачем он здесь, и начал: — Ты должен жениться. — Прости, что? – Лоу ошарашено уставился на Тома. — Это ведь просто твой идиотский юмор, да? – Он вспыхивает, встает с кресла и начинает расхаживать по гостиной. Том наблюдает за этим цирком примерно около пятнадцати минут, затем встает следом. — Ты молод и многого не понимаешь. — Что я, черт возьми, должен был понять из твоих слов?! – Он кричит. Это происходит впервые при Редлле, и тот невольно ухмыляется. Ух-ты, вау, Лоу может быть агрессивным. Ну наконец-то. — Если тебя захотят свергнуть, как это сделал ты, то тебе нужен наследник, который бы четко закрепился в этом высшем свете. Тебе необходим брак с чистокровной. – Реддл берет палочку, произносит заклинание; и в воздухе появляются фотографии «Оливии Брум». Скэриэл невольно, но все таки начинается смеяться. Сначала нервно, едва уловимо, а потом уже более истерически. Том лишь признательно фыркает и подходит к нему. Рука Реддла стремительно поднимается и слишком быстро и резко касается щеки Лоу. Он дал ему пощечину. Он ударил его? — Успокойся. Не захочет сама…, – н хватает Скэриэла за шею и шепчет прямо на ухо, – значит заставим. «Её брат убьет нас раньше», — думает Скэриэл и хватает за руку Тома, отбрасывая ее со своей шеи. Какого черта он вообще должен жениться. Ему и одному было неплохо. А теперь ещё делить престол с этой выскочкой? Это будет непросто. Сколько ещё времени ему придется ждать подвоха от всех живущих в этой стране. Сколько он будет спать лишь только через раз. Он не знает. Никто не может знать. *** Англия - Лондон. — То есть вы хотите сказать, что я пришел к вам сюда и умолял помочь мне в совершении революции против Реддла? Поттер безжалостно растирал свои виски, в надежде избавится от ноющей головной боли. Было ощущение, что его не слабо так приложи чем то тяжелым, и он провел без сознания точно пару дней. Все присутствующие кивнули, и Гарри встал. Правда, по началу он качнулся и чуть не рухнул, но быстро остановил Малфоя, который судя по всему хотел помочь. «Как он смеет утруждать так чистокровного волшебника», – подумалось Поттеру, но он отогнал эти мысли от себя. — Судя по тому, что я ещё не в руках у Реддла.. Вы согласились помочь? Он вздернул брови в вопросительном жесте и уставился на всех троих. — Нет, Поттер. Это просто наш очередной план. Мы ведь так любим тебя предавать, – съязвил Малфой, бросив что-то на стол. Кажется, это была его волшебная палочка. — Драко, не язви, – требовательно сказал Киллиан. — Да, Гарри, ты правильно понял. Поттер хмыкнул. — Да, Малфой. Никогда не знаешь чего от тебя ожидать. Ты у нас такой разнообразный, да? – Он вскипел. Обида заполняла сердце и легкие. Все эти два года он думал об этом. Думал, какую ошибку он совершил, и что было бы, если бы они остались рядом. — Ну друзья, хватит ссориться! Отозвался, наконец, Котийяр и, подойдя ближе к Поттеру, протянул ему свою руку в знак приветствия. — Я Дарсириан Котийяр. Для друзей просто Дарси, – он приветливо улыбнулся, когда Поттер пожал его руку. От Дарси исходило такое тепло, что даже Поттеру захотелось ему улыбнуться. Он был дружелюбен и миролюбив. Ну на первый оценочный взгляд именно так и казалось, поэтому Гарри надеялся, что так и будет. — Может, займемся делом? – опять внес свою лепту Малфой, и Киллиан поддержал его. Они уселись вокруг стола. Всё было предельно просто – научить Котийяра палочковой магии с нуля и помочь Киллиану вспомнить азы, которым он обучался в Хогвартсе. — Итак, – сказал Гарри, привлекая к себе внимание. – Думаю, что Малфой более компетентен в плане знаний магией, поэтому он сможет научить тебя с нуля, – обратился Поттер к Дарси, а потом уже устремил свой взгляд на Малфоя, у которого, казалось, «упала челюсть» от похвалы Поттера. — Я же помогу Киллиану вспомнить азы, а после мы продолжим обучение. Никто не против? Молчание не длилось долго, потому что у них не было на это времени. Оно со стремительной скоростью убегало от них. Хотелось взять маховик и вернуться в прошлое, но это было слишком опасно. Они итак в шатком положении, а если поменяют что либо, то тогда вообще всё потеряют. — Мы все поняли, Поттер. Пусть так и будет. — Хорошо, я согласен, – Киллиан посмотрел на Дарсириана. Все трое очевидно ждали его ответа. Он, казалось, очнулся. — Да, хорошо. С Драко мне будет более удобно работать, потому что мы все таки родственники. – Котийяр улыбнулся, когда Малфой сказал «к сожалению», и потрепал Драко по волосам, от чего тот точно бы послал на него Аваду, если бы палочка была у него в руках, а не за столом. Они разошлись по разным помещениям, чтобы не мешать друг другу. Все таки «вспомнить» и «научить с нуля» это очень разное. — Ты готов? – спросил Гарри Киллиана, и когда тот кивнул, направил палочку в сторону. – Сейчас вспомни свое самое счастливое воспоминание и повторяй за мной, – Киллиан кивнул и встал в точно такую же стойку как и Гарри. — Экспекто патронум!-произнёс Гарри. Появился Олень, который по законам жизни считался благородным животным. Киллиан не видел своего патронуса уже долго, но сейчас ему предстоит встреча с ещё одним старым другом. — Экспекто патронум! – комнате появился белый беркут. Он парил над их головами, а потом исчез, будто его что-то спугнуло. Огонь в камине засветился зеленым светом, и Киллиан с Гарри мигом бросились туда. В огоньках пламени появилось лицо Джерома, а потом и Люмьера. — Оливия Брум сегодня днём была похищена. Оливер серьезно ранен. С ним сейчас Гедеон и Леон. Киллиан встрепенулся. Он ошарашено уставился на огни и злобно взревел: — Я убью эту подзаборную шавку, как только доберусь до него. — Успокойся и сообщи Джерому, чтобы он все разузнал. Огонь потух. Киллиан осел на пол, а Гарри тут же подлетел к нему. В комнату влетели Малфой и Котийяр. Оба были встревожены, судя по всему это было из-за криков Бёрко. Поттер повернулся в из сторону и обратился к Дарсириану: — Ну знаю, кто такая Оливия Брум. Но сегодня днём она была похищена. Юноши встали как вкопанные. Оливер не переживет, если потеряет сестру. Нужно было действовать чертовски быстро. И за короткий срок времени. Времени, которого никогда у них не было