Два героя или как совершить революцию?

Удар. Веревки. Ивовый прут.  Жертва отчаянно защищавшаяся и пытавшаяся спасти свою жизнь. Впрочем никто её убивать не собирался. Она нужна была для друго. Для всеобщего блага. Это определенно изменит и перевернет мир. Октавия скоро изменится навсегда.  — Отпусти!, — Это все, что она успевает сказать, потому что потом слышны лишь мычания через тряпку, которую ей засунули в рот.  Темный Лорд ровным счетом как и Скэриэл Лоу не любят неповиновения. Реддл аккуратно осматривает лицо пленницы, её телосложение, волосы. Она словно не тронутый белый фарфор, который будет жалко разбить в любом случае. Но никто из этих двои не знает пощады (им не дает это слово ровным счетом ничего), поэтому они продолжают свой план.  — А похитить тебя оказалось намного проще, чем казалось. – Лоу хватает пленницу за подбородок высоко подымая его, чтобы ее лицо оказалось на одном уровне с ним. Её глаза как всегда прожигают и стреляют в него ненавистью. Это вовсе не удивляет. Может именно поэтому она тут. Потому, что Лоу всегда привык чтобы все им восхвалялись, даже если в конце концов разочаровались бы. Это отнюдь неважно. — Ну же, Лоу. Как ты обращаешься с будущей женой? — Напомнил ему Реддл и вытащил из рта пленницы тряпье, которое кажется давно никто не стирал.  Девушку казалось охватил дичайший ужас, когда она обдумала слова сказанные Темным Лордом. Она резко метнула свои глаза к Скэриэлу. Тот улыбался. Жадно. Беспощадно. Убийственно.  — Вы шутите должно быть, да?, – Ее голос слегка дрогнул. — Послушай, Скэриэл, ты же и сам знаешь, что Киллиан скорее всего мертв. А даже если и жив, то он не заявлялся к нам, – Отчаянно парировала девчушка. Ее одежда заметно измялась и лямка её нежно розового топа спала.  — Оливия. – Холодно отозвался Лоу. — Ты  здесь не за этим. – Лоу опять взглянул на Тома. — Тебе оказана огромная честь. Ты станешь моей женой и родишь мне наследника.  — Это.. ЭТО НЕЗАКОННО!, – Оливия от ужаса, который нарастал с невероятной силой попыталась встать, но вспомнила, что скована и веревки ей явно помешают совершить вообще какое либо действие.  — Я не соглашалась выходить за тебя замуж. Ты как всегда считаешь себя лучше остальных. – Она с призрением фыркнула. — Ну разумеется. Есть одно но. Я не могу иметь детей.  Прозвучал едва слышный хохот разнесшийся казалось на несколько километров замка. Скэриэл ухмыльнулся, подошел, опустился, схватил Оливию за волосы и ударил. — Не смей мне лгать. — Оливия поморщилась от боли, но не закричала. — Я прекрасно осведомлен о твоем здоровье. Не захочешь добровольно…, – Лоу выдержал паузу. — Я тебя заставлю. У меня хватит сил, поверь.  Скэриэл махнул рукой. Стража стоявшая у двери быстро очухалась и подняв Оливию со стула поволокла её невесть знает куда.  — Ты поплатишься за это, подонок. – Она плюнула ему в лицо (если бы можно было, то она бы прибила его тем количеством темной материй, которая у неё имелась). Лоу вытер щеку платком и лишь улыбчиво помахал будущей женушке. И не таких он ломал.  ***  Октавия - Ромус - Штаб квартира сопротивления Киллиана.  Прошло уже несколько дней как пропал Поттер, а вслед за ним и Драко Малфой. Малфой являлся дальним родственником Киллиану, а Котийяру кузеном. Оба все эти дни были как на иголках. Друзья Поттера и Малфоя вообще несколько раз заявлялись в поместье Драко в поисках блондина, хотя тот давно ещё дал указания: ни в коем случае не приближаться к Мэнору. Было слишком опасно. Темный Лорд пускай и был за пределами страны, но ведь у него было много приспешников, в число которых входил Малфой и его друзья( они конечно же ещё не знали о существовании Поттера) ровным счетом так же как и друзья Поттера не знали о существовании обещаний, о том, что принято решение бороться за одну страну, а за две и сообща. Они точно убьют их. Но пока вернемся к Киллиану и штаб квартире. — Никто больше не появлялся?, – Киллиан сидел в кресле и что-то старательно чертил в своем ежедневнике, который на 14-летие подарил ему отец. Он берег этот подарок как зеницу ока, даже зная, что Уильям Хитклифф столько лет обманывал его и он оказался наследным принцем и сыном Лукиана Бёрко. Все его родные погибли. Империя пала. Теперь же этот жалкий полукровка пытался воссоздать то, что так старательно крушили низшие и полукровки не так давно. Это было смехотворно.  — Нет, на сколько мы с Джеромом поняли, Дарсириан поглядел в ту сторону, где расположился Джером. Батлер стоял у окна и курил. Какую точно сигарету за день.. Никто не помнит, да и надо ли вообще. — Так вот, насколько мы поняли. Когда в последний раз туда заявились друзья этих британцев, то сработала защитная магия и их выкинуло защитной магией, — Я вообще удивлен, как их не прибило. А ведь вполне могло бы, но видимо они быстро соображают, – Киллиан взял со стола стакан, отпил и поставил ровно так же, как он и стоял.  — Интересно было бы узнать, что эти волшебнички вообще из себя представляют. – Затушив сигарету, он повернулся и узрел насупленные губы Бёрко и Котийяра, который сложил руки и поднял бровь, — Ц, вас это ведь не касается.  Пролетело ещё несколько часов, прежде чем Джером все таки решился спросить что же все таки произошло между Гарри и Драко. Киллиан по началу не хотел рассказывать, но когда Дарсириан начал путать все, что можно было и нельзя, то Бёрко чуть не удушился галстуком Гриффиндора, который он так любил носить и заткнув Котийяра начал свой рассказ. — Вообщем. Я сам не до конца понял, что случилось. Но Малфой и Поттер всегда не ладили. Ровно с того момента, как оба переступили порог школы, – Киллиан головой улегся на колени Джерома, а вот ноги положил на Котийяра. Оба были не против. — Ну так вот, слушайте. И ты Дарси тоже.  Британия - Лондон - Малфой Мэнор.  Гарри все ещё отчетливо помнил тот поцелуй. Они были настолько прекрасными, окутанные сладкими речами, что забыть этот момент ему казалось было невозможно.  Воспоминания бывало прибывали с такой силой, что он начинал задыхаться от собственной беспомощности. Ему жутко не хватало того тепла, которое ему сумел подарить сероглазый блондин с факультета Слизерин. Но он так же не мог отвергать тот факт, что все для них кончилось в тот момент, когда его предали. «Как хорошо, что я все таки уговорил шляпу не отправлять меня к Слизеринцам, меньше разочаровани» думалось юноше.  Все чаще Рон или Гермиона находили его в комнате с омутом памяти и вставали в ступор, потому как Гарри вечно был чем то недоволен, опечален или озабочен. На его лице никогда не промелькнула даже доля радостных эмоции, которых так желали узреть его друзья. Ему казалось, что ещё чуть-чуть и паранойя возьмет верх и накроет с головой. Он уже не сможет выбраться, а самое главное, что никто не будет знать.  Наконец то про «ВЕЛИКОГО ГЕРОЯ» никто ничего не будет говорить и он не будет лицезреть различного вида взглядов направленных в его сторону. За те шесть лет, что он провел в Хогвартсе, и тот один год, что ушел на провальное уничтожение крестражей(к сожалению не всех) он сумел впечатлить практически каждого волшебника в магическом мире, за исключением разве что, чистокровных. Эти напыщенные павлины по мнению Гарри скорее удавились бы, нежели признались, что Поттер и вправду может обеспечить им свободу от Тома и победить. «Чистота крови». Мерзость. Чистота должна быть не в крови, а в мыслях. Не должно возникать острого чувства опасности с кем либо. Желание убить должно отпадать так же быстро как и появляться. Непростительные заклятия если так взять можно вообще убрать, хотя Поттер и сам не прочь иногда ими пользоваться. Они бывают очень практичны.  Заметив, что его мысли все таки ушли куда то не туда и пора бы вернуться к основному, он одернул себя и посмотрел вновь на Драко. Его до невозможности родные глаза, которые теперь казались Поттеру чем то новым. Как будто он смотрел в них впервые, но с таким же наслаждением. Прям как в первый раз.  Поттер вздохнул и взял себя в руки. — Хватит пялиться, — Потребовал от него Малфой. — Так-так-так, – с неким раздражением выдал он и хмыкнул. — Думаешь, что после того, что ты сделал. Ты имеешь право мне указывать?, – Он встал. Два года его «смерти» не прошли даром. Спина, которая ранее была сутулой и грозилась развалиться на части, если Поттер влипнет в ещё какую нибудь неприятность стала куда более ровной. У него появилась осанка. Конечно все это была заслуга Мионы, но сейчас не об этом. Мышцы на руках и ногах были пропорциональны друг другу, а лицо и нос, на котором были очки, которые так ненавидел Малфой… они попросту исчезли. Это конечно же не скрылось от глаз Драко. Он не то чтобы радовался. Он ликовал.  — Заткнись Поттер и дай-ка подумать, – он прислонил палец к губе, сделал задумчивый вид, устало хмыкнул. — Да, вполне могу. – Поттеру хотелось припечатать это нахальное лицо к стенке и сделать так, чтобы его длинные пальцы оказались переплетены с его. Чтобы губы Драко вновь сминали его губы. Хотелось бы как раньше; но этого уже никогда не будет.  — Пошел ты, Малфой., – рявкнул Поттер. — У, как некрасиво. Разве должен так ругаться Избранный?, – последнее слово прозвучало настолько издевательский, что Поттер не выдержал. Подскочив с кресла он метнулся в сторону. Гарри сам не понял как, но Малфоя он швырнул с такой силой, что тот казалось выдохнул весь воздух и чуть не проглотил собственный язык.  — Я сказал тебе заткнуться, Малфой. Неужели тебе не хватило того, как ты поступил со мной в школе? Неужели, ты всерьез думаешь, что после твоей трусости и предательства я буду спокойно тебе доверять?, – Волосы Гарри, которые он так старался укладывать опять разлохматились, глаза от злости сейчас точно по вылетают из орбит, а костюм придется гладить по новой. — Будьте добры. Мистер Драко Люциус Малфой, больше никогда не разговаривать со мной без срочной на это необходимости.  У Драко промелькнула искра. Не такая как у Поттера, нет. Она была не активной, а скорее пассивной, но с такой ноткой ненависти, что Малфою показалось, что он точно его убьет.  — Поттер, мне казалось, что ты знал на что ты идешь, – Он стряхнул с себя его руки, отряхнулся и вновь поднял голову. — Думаешь; что после твоих слов я буду чувствовать себя виноватым? Буду чувствовать, как ты выразился «трусом»?  Он вскинул руки, сжал руки в жесте мол «прошу прощения», — Этого никогда не случится. Я не чувствую себя виноватым, потому, что во-первых: ты сам мне признался, а я посчитал это выгодным. во-вторых: ты и вправду мне нравился, но сейчас ты просто пустое место для меня.  – Он закончил свою тираду, а Поттер просто помолчал ещё каких жалких пару минут, взял палочку, пальто, затем подошел к двери, дернул и вышел не оборачиваясь. Он не бежал нет. А может ему так казалось, потому как.. Когда он оказался на площади Гримо 12, все тело, а в особенности ноги, у него горели. Он вновь остался один. Сейчас часть вины лежала на нём. Он не отрицал, но этому идиоту он ни за что не скажет. Если он сегодня умрет, то хотя бы будет знать, что попытался. Даже если это было зря.  Октавия - Ромус - Штаб квартира Киллиана.  — Ну из твоего рассказала я понял, что эти два молодых человека явно в прошлом были вместе, но по каким то обстоятельствам им пришлось расстаться? — Задумчиво спросил Джером. — Я думаю, что они все ещё любят друг друга?  Киллиан подорвался с места. Котийяр кинул взгляд на Джерома, который всегда значил «заткнись, или ты умрешь нахуй». Бёрко сжал кулаки. Оливию похитили, Драко и Гарри черт знает где, а теперь ещё и Джером думает, что Малфой и Поттер до сих пор влюблены? Да быть такого просто не может!  — Я не думаю, что это так. – Успокоившись изложил свои мысли Киллиан и уселся обратно между парнями.  — Мы ничего по сути о них ещё не знаем – осведомил их Дарси, будто это было что-то обыденное. Хотя так оно и было.  Стены задрожали. Стол пошатнулся. Картина, которая едва не слетела с гвоздя придерживалась магией Киллиана. Он уставился на остальных. Ему казалось, что мир уходит из под ног. Потом в гостиной появилось два силуэта и Бёрко с Джеромом тут же прижали их к полу.  — Вы оба с дубу рухнули! – Выругавшись мужчина снял с себя капюшон. Леон Кагер. Из старый и добрый друг. Они надеялись, что он пришел с добрыми вестями. Но надежда была у них недолго, потому как рядом они увидели бессознательное тело Оливера.  — Оливия отказалась выходить замуж за него. Поэтому, он послал за Оливером чтобы шантажировать Оливию им. И как я понял. Оливия ему нужна только чтобы родить наследника.  Киллиан от шока отпустил палочку и картина полетела вниз. Опять. Опять он теряет всех, кого он только успел познакомить с этой тварью. Ему никогда не будет мало. Он никогда не насытится.  — Он же.. жив? – спросил он шепотом и не узнал свой голос. Слишком сиплый и до того неприятный, что сам Бёрко заткнулся сию же минуту.  — Жив. Есть идея как спасти Оливию.  — Выкладывай.