Призрак

Ричард просматривает записи с камер в ускоренном темпе, я смотрю как эти записи мелькают на его терминале. Что-то разобрать в этом мельтешении цветов было сложно. Знаю, что для начала будет просматривать трассу после выезда из города и если ничего не будет найдено, то городские камеры. Я сообщила ему какая была машина у убийцы и Ричард искал нужную машину в потоке. Анализ занял прилично времени. Полдня. Когда Ричард закончил, то он начал выводить на терминале фото желтых машин. Рядом с ними фото приближенных лиц водителей. Я внимательно осматриваю лицам водителей. Фото были не очень четкими и мне приходится щурится. Податься ближе к терминалу, чтобы получше рассмотреть. Ричард медленно пролистывает каждое фото. Когда на фото появилось знакомое лицо, то я попрошу сделать фото по четче. «Вот это фото по четче бы». Ричарда кивает и на терминале высвечивается досье с фото моего убийцы. Только он был без щетины и выглядел моложе. Но это был точно он. Его глаза еще не были такими туманными. Только начинали затуманиваться. Уголки его губ были приподняты, отчего его лицо имело дружелюбный вид. Но я знала, что это обман. «Это он. Только сейчас старше и с щетиной. Начинает седеть». Смотрю на данные, что были справа от фото. - Джим Паннеки. Прочитывает Ричард вместе со мной. Работал он последний раз 10 лет назад в художественном колледже. Попал под сокращение и больше о нем нет сведений. «Не пережил сокращение». - Полагаю, что причина начала преступлений - сильный стресс. Его дом был арестован за неуплату налогов. Несколько раз вставал на биржу труда. Но долго нигде не задерживался. «Ты бы видел его глаза. Они туманные. А взгляд смотрит куда-то в пространство». Андроид задумчиво смотрит в терминал. - Не справился с проблемами, что повлекло разрушение психики. Я всматриваюсь в эти глаза. Сравниваю с теми, что видела в живую. Взгляд на фото граничил между мутностью и реализмом. Сейчас же осталось только мутность. - Мы не знаем, где он может прятаться. В последний раз машину видели на восточном авеню. Нужно проверить этот район. Если машина там, то проследить за ней. Район небольшой, но и в тоже время на его проверку займёт достаточно времени. Он может появиться на проверенном участке и мы так и не столкнемся с ним. Это игра на удачу. «Это очень долго. А ситуация с заводом уже доказала, что он может появится там где уже проверили местность». - Идет проверка записей с камер наблюдений по улице. Если он проходил и камера зафиксировала его лицо, то мы будет знать, где он ходит и где искать. А пока останется либо искать машину и следить, либо ждать результатов анализа видеоматериала. «А если дождемся видео материалы?» - А если он избегал камер и прятал лицо? «Но за рулем же не прятал». - Не совсем верно. Он прикрывал лицо противосолнечным козырьком. И раз прогадал с его направлением, тем самым раскрыв свое лицо. Хитрый. - Убийцы начинают ошибаться и просчитываться когда спешат. Он может знать, что мы нашли его мастерскую и больше не вернуться туда. «А если вернется?» - Маловероятно. Но если я ошибаюсь, то его захватит наблюдающая группа. Прежде чем поехать на восточное авеню, мы заехали на место моего похищения. Ричард начал осматривать тот злосчастный подъест. Я отказалась заходить в него. Осталась стоять у перекрестка, скрестив руки, и наблюдаю за окружением. Каждый человек был занят собой. Кто-то был в своих мыслях, кто-то в телефоне, кто-то общался с компанией. Мысли невольно начали терзать голову «А заметили бы они что-то странное, если бы были в тот момент когда убийца, играя свою роль, затягивал меня в подъест, чтобы скрыться от лишних глаз? Или бы услышал кто-нибудь меня, если бы кто-то проходил мимо этого подъезда? Помог бы мне? Спугнул бы убийцу?» Я переживала тот момент захвата вновь и вновь. На столько что все это смешалось в одну кучу. Свет улицы где-то вдали. Рядом мутные глаза в темноте. И противная улыбка убийцы. Его голос мурлыкающий какую-то неизвестную мне песню. - Ничего полезного. Если улики и были, то их уже затоптали. Вырывает меня из размышлений Ричард, подошедший ко мне. Осматривается вокруг. Я киваю, но никак не подаю знака текстом. - Едем дальше. Кратко бросает он и направляется в сторону машины. Я иду за ним не сразу. Хотелось бы немного постоять и привести мысли в порядок. Но он меня ждать не будет. Да и не видит, чтобы понять мое отчужденное состояние. Мы припарковываемся около небольшого сквера. Я иду хвостом за Ричадом вдоль сквера, безучастно осматривая машины. В основном они были черные, белые, да серые. Иногда попадались синие. Желтых машин не было. «Есть план какие места стоит проверить для начала?» Ричард останавливается у светофора. И тихим тоном произносит: - Для начала проверим парковки скверов, после узкие улицы. Судя по всему Джим Паннеки любит укромные места среди людных. Нужно осматривать вокруг укромные места. Он может как прятаться, так и находиться на видном месте, чтобы смешаться с людьми. Я понятия не имею как его искать. Поэтому несколько часов следую за андроидом, продолжая осматривать каждую машину. Я не надеюсь наткнуться на нее. Но продолжала искать. Андроид резко останавливается, его диод моргает желтым. Интерес во мне сразу ожил и я ожидаю сведений. Когда диод вновь становится голубым, мимо нас неспешно проходит женщина. Ричард смотрит на нее и не спешил делиться информацией при посторонних. Я мысленно пинками подгоняю идти ту женщину быстрее, матеря каждый ее шаг. Когда она отошла на достаточное расстояние Ричард произносит: - Он часто появлялся на улице Канфилд, неподалеку. Нужно проверить эту улицу тщательнее. Без дополнительных слов он разворачивается и идет на озвученную улицу. Она узкая, но открывая и ее концы соединяется с широкими дорогами. Мы проходили мимо и машины там не было. Кинул? Или прячет? До того магазина у выезда из города расстояние достаточное и вряд ли он будет оставлять машину там и идти до дома пешком. Или может? Ричард останавливается недалеко от перекрестка. Я приметила на светофоре камеру. От широкой улицы шло много маленьких. Одинаковых. «Теперь будем его ждать здесь?» Ричард раздумывает. Оборачивается и смотрит себе за спину. Я оборачиваюсь следом за ним. Позади нас был сквер. Недалеко в нем была дорожка со скамейками. Ричард направляется к ней и садится на скамейку. Я поступаю также, усевшись рядом. - Долго не сможем. Если он проверяет горизонты прежде чем зайти домой, то я могу его спугнуть. Несколько часов слежки и мне придется уйти. Я смотрю на проходящих через перекрёсток людей. Всматриваюсь в лицо каждого мужчины. Слишком далеко. Сложно разглядеть. Можно упустить. «Я пройдусь по улицам. Он может оказаться и с другой стороны». - Сообщите мне если найдете что-нибудь подозрительное. Сможете оповещать меня на расстоянии? Хороший вопрос. Надо проверять. «Я дойду до другой улицы и сообщу. Если сообщение дойдет, то кивни». Я встаю со скамьи и иду на другую улицу через дорогу по прямой. Останавливаюсь у начала узкой улицы, оборачиваюсь. «Есть контакт?» Смотрю на андроида. Он же нахмурился и устремил взгляд на светофор. Там горел красный для пешеходов. «Серьёзно? Призрака сбить невозможно». Возмущаюсь я. Вот ещё, ждать мне тут когда светофор переключится. Он кивает, но на его лице отражается недовольство. Это было видно даже издалека. Я разворачиваюсь и иду исследовать первую улицу. На ней мало, но все же были люди. Кто-то сокращал путь, кто-то нырял в свой подъезд. Несколько машин были припаркованы у обочины. Дома шли непрерывной стеной от начала до конца улицы. Пока я шла, то было ощущение, что я иду на месте. Картина не менялась. Дорога и стены домов по бокам. Прекрасное место для съемки ужасов. Это место мне не понравилось и я ускоряю шаг. Вскоре дохожу до конца улицы. Позади меня пусто. Никого из людей. Я перехожу на другую, параллельную этой, улицу. Она ничем не отличалась от первой. Третья была такая же однотипная. Она раздражала. Как тут вообще живут? Впереди меня неспешно шагает человек. Единственный кто не бежит уткнувшись носом в асфальт. И не мудрено, почему они так ходили. Я бы тоже так шла, если бы мне не нужно было искать убийцу и осматривать стоящие машины. Я прохожу, как мне кажется половину пути, прежде чем человек впереди меня останавливается у подъезда и осматривается вокруг себя. Я узнаю эти мутные глаза. Джим Паннеки. И радостно было его встретить, ведь это означало, что я нашла его дом, и отвратно его видеть вновь. Он заходит в подъезд. Я бегу к нему и шмыгаю сквозь почти закрывшуюся дверь. Поднимаюсь по лестнице на четвертый этаж и пробегаю сквозь закрывающуюся дверь. Пройти сквозь человека за дверью было психологически неприятно. Я передергиваю плечами, отряхиваюсь. Джим снимает плащ. Я прохожу по коридору в гостиную. Комната оказывается маленькой. На полу лежит ковер. Вся мебель, диван, кресла, были в темно-бордовой обивке. Захламленный желтыми старыми бумагами деревянный стол. Несколько деревянных шкафов. Комната из-за мебели казалась еще меньше. Свободное пространство было только посередине. Занавески плотно зашторены, не пропускают дневной свет, из-за чего комната была во мраке. В комнату заходит Джим и щелкает выключатель. Загорается тусклая, висящая на проводе лампочка. Я прохожу в другую комнату, которая оказывается маленькой спальней. Настолько маленькой, что кроме кровати больше ничего не помещалось. На кровати лежали небрежно кинутые плотные тяжелые бордовые пледы. Джим тем временем достает из шкафа какой-то старый на вид сверток бумаги. Ходит по комнате и читает его. Я проверяю последнюю комнату - совмещенная кухня и туалет, разделенная ширмой. Большая часть комнаты была отдана под кухню, где был только холодильник и плита. За ширмой прятался туалет и очень мелкий душ. Все комнаты были во мраке. Я возвращаюсь в гостиную. Тщательно рассматриваю шкафы. Какие-то были с прозрачными дверцами, в которых обычно хранили сервиз, но в этом шкафу были свертки тканей, старые книги и много пожелтевших бумаг. Сложенный бардак. Никаких предметов связанных со скульптурой. Ни инструментов, ни смесевых заготовок, ни воска. Ни тел. Моего тела тоже не было. Я сажусь на единственный деревянный стул и то на него был кинут бордовый плед, который неровно списал на пол. Смотрю на своего убийцу, в эти мутные глаза, бегущие по строкам в свертке. Думаю куда он мог спрятать мое тело. Решаю остаться с ним в доме. Он должен будет поехать в свою новую мастерскую. Так он приведет меня к себе же. Я начинаю думать о Ричарде и о послании, которое бы ему отправила: «Возвращаюсь». Встаю и выхожу из его квартиры. Спускаюсь по лестнице и кидаю взгляд на номер квартиры. Быстрым шагом иду в сторону сквера. Подхожу к широкой дороге. Взглядом ищу лавочку, где должен был быть Ричард. Перехожу дорогу и вижу, что лавочка пуста. Напрягаюсь. Я не успела и он ушел? Подбегаю ближе к лавочке и осматриваюсь вокруг. Замечаю деда, кидающего крошки хлеба голубям, а неподалеку от него сидел на лавочке Ричард. Смотрел на деда. Или делал вид, что смотрит на него, а сам следит за дорогой с нового ракурса. Умно. Я подбегаю к Ричарду и выпаливаю сообщение: «Получал от меня сообщения?» - Только сейчас, - сказал он с задержкой. Я шумно выдыхаю. «Значит я не могу на расстоянии тебя оповещать. Мне нужно либо рядом с тобой находиться, либо иметь рядом компьютер. Или телефон». - Вы что-то обнаружили? «Да. Я нашла его квартиру». - Адрес? «Улица Фишер, подъезд 5, квартира 430». Замечаю, как его диод засветился желтым. Я тут же засыпаю его эфир одним словом: «Стоп, стоп, стоп, стоп! Ты кого-то оповещаешь?» - Преступник найден. Чего нам ждать? «Мы не знаем где его новая мастерская. В его квартире нет ни намека на увлечение скульптурами. Ни воска, ни тел. Моего тела тоже нет». - На допросе расскажет. Ричард говорит это уверено, встает и идет по дороге в сторону пешеходного перехода. Я же потаюсь перегородить собой ему путь. Он проходит сквозь меня. Я рычу и начинаю ему отправлять сообщения. «А если не скажет? Я не хочу, что бы меня нашли по запаху разложения». Его шаги были широкими и мне приходилось то и дело сбиваться на бег, чтобы идти вровень с ним. - Мы найдем ваше тело. Не переживайте. «В смысле не переживайте? Да остановись ты!». Андроид останавливается. Я встаю перед ним. «Нет. Мы его так спугнем. И он ничего не расскажет. Не все преступники рассказывают свои тайны». - Мы расколем его, Аиша. Не нужно беспокоиться. Теперь им займется полиция, - он продолжает движение. Я разозлилась и начала строчить ему гневную тираду. Надеюсь, мои буквы в его голове пропечатывались заборчиком. «Я про завод талдычила сутки и никто мне не верил. Я дала наводку на машину и указала кто убийца. И так ты меня благодаришь?» Он останавливается недалеко от перекрестка. - Вы предлагаете упустить его? Чтобы он убил еще кого-нибудь и скрылся? Я собираюсь ему ответить, но так и не придумала что. Ричард, не получив от меня сообщений, продолжает идти к пешеходному переходу. Светофор горел красным для пешеходов. Ждет зеленый свет. «Я могу следить за ним. У него же должен быть мобильник. Или кто-то рядом через кого бы я могла отправить сообщение». Мы стоим молча. Мои слова не были убедительными. Я смотрела на светофор. Чуть выше него на столбе была прикреплена камера. «Что если мы направим сюда патрули? Чтобы понял, что его ищут здесь. Тогда ему придется покинуть этот дом». Загорается зеленый свет. Ричард начинает переходить дорогу. Навстречу ему шли несколько людей. Когда мы разошлись с ними, то он язвит: - То есть если мы сделаем вид, что ищем его, то так его не спугнем. «Так хотя бы он поймет, что ему наступают на пятки и начнет собирать вещи. Может поехать в новую мастерскую. Там его и схватите». Ричард молча идет до машины. Я же разочаровываюсь, уверенная, что он меня не послушает. Плюхаюсь на пассажирское сидение. Ставлю локоть на подлокотник двери и упираюсь подбородком в ладонь. Смотрю на одинаковые окна домов, которые казались до ужаса безвкусными и с отвратной архитектурой. - Мало его схватить. Нужно еще это задокументировать, - начал говорить андроид, сидя за рулем и наблюдая за прохожими, - убийца найден с вашей помощью. Однако как бы вы не помогали следствию, я не могу указать ваши улики, ссылаясь на потустороннюю помощь. «А как тогда ты объяснил, что именно тот человек и есть убийца?» раздраженно спрашиваю я. - Машина, которую он использовал, принадлежала компании и закреплена за определенным сотрудником, который на данный момент в находится отпуске. В завод он заходил по его же пропуску. Я проанализировал данные, которые вы мне предоставили, со своими и мог их логически обосновать. На их основании я могу арестовать Джима Паннеки как главного подозреваемого и допросить. На допросе и выясним где находятся его мастерские. В мыслях снова всплыло лицо убийцы с мягкой улыбкой, нежным, но туманным взглядом. Как он смотрел на мое лицо. И интуиция кричала, что он не расскажет. Со своими мыслями я поделюсь с Ричардом: «Он не скажет. Ты же сам сказал тогда, что я не подошла для его работы. Я помню как он смотрел на меня. Других он не одарял таким мягким взглядом. Я чем-то зацепила его. Он может признать, что те жертвы его. Но вряд ли скажет, что есть еще одна. И ты уже логически обосновать этот факт не сможешь». Стало тоскливо. Казалось бы какая мне разница найдут мое тело или нет? Но нет, мне не всё равно. Не хочу, чтобы мое тело осквернили. Надругались. Оставили гнить где-то. Хочется похоронить свое тело его как полагается. И упокоиться. Я поворачиваюсь и смотрю на андроида. Он сидит неподвижно, его взгляд устремлен прямо перед собой. «Пока мое тело не похоронят, я не смогу успокоиться». Некоторое время я смотрю в его серые холодные глаза. Опускаю взгляд. Отворачиваюсь. Чувствую как от тоски и безысходности защемило в груди. Наворачиваются слезы. Я стараюсь проглотить эту боль. Не дать ней выйти наружу. Не показать свои слезы. Хотя кто их увидит? Никто. Я закрыла глаза. Стискиваю зубы. Всхлипываю. - Хорошо. Завтра рабочие начнут установку камер в сквере. Сделаем вид, что усиливаем слежение по улице. Пустим патрульных. А вам нужно будет следить за ним. Ходить по пятам. Запомнить мой номер и сообщать о его местонахождении с любых возможных телефонов. Его голос был тверд. Внешне проскакивало недовольство. Он не хотел затягивать арест, но уступил мне. На душе отлегло и я благодарю его за понимание. - Преступник еще не пойман. Не время расслабляться. Он заводит мотор и выезжает на дорогу. Даже его такое отчужденное поведение меня ничуть не расстраивает. Я лишь улыбнулась и приготавливаюсь к предстоящей работе.