Призрак

Ночь мы посвятили разработке плану. Рабочим на утро дали задачу повесить несколько фейковых камер в сквере. Патрульным был дан новый маршрут патрулирования. Пришлось им выдать фотопортрет разыскиваемого убийцы: выбрали молодой образ преступника и чуть исказили форму лица. Возраст тоже указали моложе нужного. Этого было достаточно, чтобы преступника не узнали сразу, но его лицо вызвало подозрение. То, что нужно, чтобы преступник почувствовал угрозу. Я же тренировалась отправлять Ричарду сообщения с разных телефонов. Так я выучила его номер. В 4 утра Ричард подвёз меня до дома убийцы, остановившись на следующей улице от его дома. Я выхожу из машины, иду до квартиры убийцы пешком. В квартире царит непроглядная тьма. Шторы всё также зашторены. Джим спит в своей маленькой спальне. Невольно говорю ему, чтобы он не отвыкал от тесноты. Совсем скоро он будет жить в такой же маленькой комнате за решеткой. Пока он спит, я изучаю его гостиную получше. Мало ли что попадётся на глаза. Первое что становится понятно по его предпочтениям — Джим предпочитает мрак. Много книг на полках. В основном классической литературой. Между классикой проглядывают медицинские справочники. Несколько старых книг о технике скульптинга. Нашла даже помятую грамоту лучшего учителя, отчего сразу вспомнилось его досье. Грамота была смята будто ее хотели выкинуть ни раз, но почему-то расправляли и оставляли дальше пылиться на дальней полке. Краем глаза замечаю движение и поворачиваю голову в ту сторону. Джим бесшумно выходит из своей спальни и идет в сторону кухни. Я слежу за ним из гостиной. Жду когда он закончит утренние дела. Когда выйдет из дома. Джим вышел из кухни спустя два часа. Два часа он завтракал и умывался! Я сидела и со скуки пыталась теребить кусок бумаги, лежавший на столе в большой стопке. И когда случается чудо, когда он выходит в коридор, то я тут же оживаю и вскакиваю со стула. Следую за ним. Джим снимает с крючка темный плащ, накидывает что-то подобие котелка на голову и выходит из квартиры. В его руках я замечаю пакет с кусочками хлеба. Мы выходим из здания, Джим оглядывается вокруг и идёт в сторону сквера. По пути он закуривает сигарету. Его шаг неспешен. Голова опущена, лицо спрятано за котелком. Сам же посматривает вокруг как исподлобья. Следит за обстановкой. Мы доходим до светофора, останавливаемся у пешеходного перехода. Джим делает последнюю затяжку и выкидывает окурок. Приподнимает голову и выпускает дым глубоким выдохом. Поворачивает голову направо, где я стою и хмурится. Я смотрю на него и хмурюсь в ответ. Оборачиваюсь и смотрю в ту же сторону, куда и он. По улице шли двое патрульных. Джим отворачивается от них и смотрит прямо перед собой. Загорается зеленый для пешеходов, Джим чуть прибавляет шаг. Мы переходим дорогу, заходим на территорию сквера. Джим оглядывается на патрульных. Они прошли мимо светофора, идут дальше по улице, отдаляясь от нас. Джим расслабляется и снова шагает неспешным шагом. Не доходя до озера, Джим останавливается у лавочек рядом с гулящими голубями. Он шуршит пакетом, открывает его. Голуби интересуются человеком и, курлыкая, подходят к нему ближе. Мужчина отламывает кусочек хлеба. Растирает пальцами на мелкие крошки, кидает голубям. Часть птиц взлетает и садится обратно. Подлетает еще несколько голубей. Начитается голубиная возня и толкание. Джим раскрошил половину хлеба, прежде чем замечает проходящих рабочих рядом с озером. Они подходят к невысокому столбу, начинают устанавливать лестницу. Джим продолжает крошить хлеб, поглядывая на рабочих. Все же интерес возымел над ним верх и он идет к ним. Когда мы подходим к рабочим, то один стоит на лестнице и рисует разметку на столбу. — Доброе утро! Новую табличку устанавливаете? — хриповатым голосом говорит Джим. Его темп говора был медленнее обычного, из-за чего создавалось впечатление, будто он близок к пожилому возрасту. Рабочий, что стоит у столба и подстраховывает напарника на лестнице, смотрит на Джима и отвечает не очень дружелюбным голосом: — Нет. Джим некоторое время стоит молча. Понимает, что ему больше ничего говорить не собираются и продолжает разговор. — А что же? — Камеру. — Камеру, — удивляется Джим, — еще одну? Удивляюсь теперь я. Он знает расположение остальных камер? — Да, — также кратко отвечает рабочий. — Неужели приключилось что-то? Рабочий на лестнице спускается и просит напарника дать ему шуруповерт. Пока его напарник ищет шуруповерт в сумке, он отвечает Джиму: — Как раз и ставим, чтобы ничего не случилось. Чтобы боялись шастать всякие подозрительные личности. — Подозрительные личности, — повторяет Джим тихо и задумчиво. Второй рабочий нашел шуруповерт, открывает комплект сверл. Ищет нужное сверло. Я замечаю, что из его кармана штанов выглядывает сотовый. Пользуюсь моментом и сосредотачиваюсь на сообщении, зрительно концентрируясь на телефоне. Джим продолжает интересоваться: — А кого ищут? — Вот это неизвестно кого. Но кого-то ищут. Я отправляю сообщение Ричарду: «В сквере. Интересуется установкой камер. Видел патруль». Сообщение должно было уйти. Перевожу взгляд на рабочего у лестницы. Он берет шуруповерт у своего напарника и залезает по лестнице наверх. — Надеюсь найдут того кого ищут, — говорит Джим. Раздался звук работы дрели и скрежет сверла об столб. Джим шагает обратно к голубям. Задумчиво продолжает крошить хлеб. Мысли его тяготят и тягость эта отражается на его лице. Оно становится мрачнее. Раздражённым. Крошки стали кусками. Голуби начали сами разбивать куски в более мелкие крошки, раскидывая их по сторонам. Джим глядит на рабочих. Поджимает губы. Кидает оставшийся кусок хлеба в голубей и уходит. Этот кусок попадает в «счастливого» голубя и тот отлетает в сторону. Другие голуби тут же налетают на кусок и начинают по нему долбать клювом, катая по дороге. Я следую за Джимом. Темп наших шагов заметно увеличился. Когда мы подходим к светофору, светофор моргает и переключается на красный свет для пешеходов. Мы ждем. К нам приближается патруль. Джим смотрит на светофор гипнотизирующим взглядом. Обращает внимание на патруль, только когда они подходят. Бросает на них быстрый взгляд и продолжает дальше гипнотизировать светофор. Смотрит прямо перед собой. Один из патрульных начинает всматриваться в лицо Джима. Тут уже напрягаюсь я. Лишь бы он не узнал его. Не сейчас. Джим, если и чувствует, на себе взгляд патрульного, то не подаёт виду. Отворачивается от них, смотрит на дорогу. Машины останавливаются, загорается зеленый для пешеходов. Мы переходим дорогу. Ход Джима в который раз меняется и теперь он шагает помедленнее. Пытает не вызвать подозрения спешкой. Поворачиваем в сторону от его дома. Патруль следует за нами. Я замечаю, как один из них тихо говорит другому, смотря на Джима. Черт. По пути был небольшой магазинчик. Джим проходит мимо него. Останавливается. Оборачивается. Глядит на вывеску и хлопает по карманам плаща. Сам же кидает быстрый взгляд на патрульных. Это действие лишь повод, чтобы посмотреть на каком расстоянии патруль. Джим машет рукой в сторону «забыл и ладно», шагает дальше по улице и сворачивает на узкую улицу. Идёт уткнувшись взглядом в асфальт. В конце улицы его кто-то окликает. Джим не реагирует. Тот человек ждёт когда Джим сам подойдёт к нему ближе и ловит его за локоть. Джим останавливается и недобро зыркает на нарушителя покоя. Когда же видит кто перед ним, то взгляд теплеет и он улыбается. — А, Николас. Здравствуй. Не признал сразу. Мужчина, примерно такого же возраста как сам Джим, дружелюбно улыбнулся в ответ. Отпускает локоть Джима и кладет ладонь на другую ладонь, лежащую на трости. — Вижу. Идешь даже не оглядываешься. Разве это прогулка? Джим глянул на патруль, что был на достаточно далеком расстоянии от нас, но двигается в нашу сторону. Переводит взгляд обратно на собеседника. — Дела, друг мой. Дела. Не до прогулок сейчас. — Найди время сегодня вечерком. Давно тебя не видели. Френсис не смог до тебя дозвониться. Хотел пригласить на матч. — Ох, видимо разрядился телефон. — Так придешь? — Не обещаю, но постараюсь закончить дела к вечеру, — Джим ещё раз быстро глянул на патрульных и стал прощаться со своим другом, — если получится, то встретимся вечером. А сейчас мне нужно идти. Дела, дела. Джим пятится на последних словах, махает рукой Николасу на прощание и шагает дальше. Николас смотрит какое-то время ему в след. Покачивает головой и медленно шагает дальше, смотря куда-то в небо. Мы сделали большую неровную петлю прежде чем вернуться в квартиру. Джим включает маленький телевизор, который я сперва даже не увидела среди бумажного хлама, и идёт на кухню. По телевизору заканчивается какая-то драма. Затем звучит музыка и на экране идет отсчет до начала новостей. Джим выходит из кухни с тарелкой в руках и прибавляет громкость. Встает у окна и наблюдает, поедая обед. Я располагаюсь в кресле и безучастно слушаю новости. Хочет услышать о себе? В розыске ли он? Скрещиваю руки, кладу ногу на ногу. В новостях не было ничего интересного. Никакой информации о преступниках или о преступлении. Лишь огласили очередные межнациональные проблемы, похвастались новым оборудованием в медицинском корпусе и попугали приближающимся метеоритом. Я позлорадствовала. Нервничай, гад, нервничай. Полиция специально не будет оповещать кого ищет. Джим отключает телевизор. Ставит пустую тарелку на стол. Продолжает наблюдать из окна. Стоит он долго. Я жду долго. Наконец он резко сдвигается с места и направляется в коридор. По пути берет плащ и накидывает его на себя на ходу. Около часа мы шли пешком. Останавливаемся у остановки и ожидаем транспорт. Несколько автобусов приезжали и уезжали. Когда подъезжает автобус с маршрутом 6, Джим заходит в наполовину занятый транспорт и садится у окна. Я сажусь рядом и надеюсь, что никто не решится сесть на меня. Вспоминаю, что нужно отправить Ричарду сообщение и осматриваюсь вокруг. Ищу взглядом мобильный телефон. Замечаю в конце автобуса девушку, держащую телефон в руках и смотрящую в окно. Я подхожу к ней. Вид у нее задумчивый. Я сосредотачиваюсь на ее телефоне. На нем печатается сообщение «ТД Реванш. В 6 автобусе. Из города». В получателе пишу номер Ричарда и отправляю сообщение. Девушка не замечает, что ее телефон некоторое время жил своей жизнью, и я с чувством выполненного долга возвращаюсь на свое место. Мы ехали несколько часов. Я отправила еще несколько сообщений с указанием остановок, которые мы проезжали. Народ в автобусе редел с каждой остановкой. Оставалось все меньше пассажиров. Автобус подъезжает к очередной остановке. Останавливается и раскрывает двери. Джим встает и направляется к выходу. Я следую за ним. Двери захлопываются за моей спиной. Автобус издает характерный скрежет и трогается с места. Солнце, которое он закрывал собой, засветило мне в глаза. Я сощуриваюсь. День подходит к концу. Мы идем вдоль дороги. Когда появляется тропа, то сходим на неё в сторону деревни. Шли мы по тропе примерно полчаса. Слева от нас начинает лес. Джим сворачивает с тропы в его сторону. Идёт уверенно. Знает когда и куда нужно повернуть. Я иду следом и стараюсь запомнить путь. Мы выходим на грунтовую дорогу посреди леса. Впереди стоит небольшой домик. К нему была пристроена крыша и деревянная стойка. По мере приближения я разглядываю в стене прикрученный стенд с листовками. На стенде нарисована рыба на крючке. За стойкой никого не было. Джим смотрит на нее и идёт дальше. Заходим на полупустую стоянку. Территория ничем не была огорожена. Впереди расстилалось озеро. Вдоль него стояли небольшие деревянные рыбацкие домики. Джим проходит мимо первого домика, снова сворачивает в лес. Чем дальше в него уходили, тем больше вокруг становилось мха. Джим останавливается около упавшего, обросшего мхом дерева на небольшой холм. Нагибается, рукой ищет что-то на земле. Хватает какую-то лежащую ветку и тянет на себя. Это ветка оказалась замаскированной ручкой люка. Он открывает люк, встает на ступеньки лестницы и начинает спускаться вниз. Поравнявшись с землей по плечи, он берется за внутреннюю ручку люка и тянет на себя. Я быстро встаю на лестницу, спускаюсь, проходя сквозь Джима. Джим закрыл люк и мы оказываемся в полной темноте. Вскоре ногой упираюсь в землю. Радуюсь что наконец земля под ногами. Ставлю вторую ногу и отхожу от лестницы. Жду когда Джим спустится. Слышу как он замедляется. Видимо нащупывает ногой либо лестницу, либо землю. Послышался щелчок и тесный вход на лестницу вместе с коридором освещается тусклым светом. Джим открывает массивную железную, местами ржавую, дверь. Дверь открывается со скрипом. Мы заходим вовнутрь. Дверь закрывается с таким же скрипом на весь бункер. Ещё один щелчок выключателя и по бокам загораются лампочки. Бункер оказывается небольшим. У одного угла находится кухня, после стоит кровать, а за ней на всю стену расстилались стеллажи. Джим проходит мимо меня в противоположную сторону к ширмам. — Прости, дорогая, планы поменялись, — я отвлекаюсь на его голос за ширмой. С кем он разговаривает? Когда я заглядываю за ширму, то вижу себя в серебристом платье с блёстками. Платье было по колено с вырезом, оголяя одну ногу до бедра. V образный вырез на груди. На шее висит кулон со сверкающим камнем огранённый под полумесяц. Я выгляжу так, будто собираюсь выйти на сцену и станцевать какой-то сольный танец. Джим проводит по моему подбородку пальцами, едва касаясь кожи. На его лице читается нежность. Мне стало тошно от этого зрелища. — Прости, но у меня они давно поменялись, — говорю я и направляюсь к выходу. Я нашла то, что искала и больше нет нужны за ним следить. Я прохожу сквозь ржавую дверь, забираюсь по лестнице на поверхность. Перед тем как покинуть это место, я еще раз оглядываю дерево, чтобы запомнить его как ориентир, и направляюсь из леса в сторону рыбацких домиков. Солнце садится и лес накрывает мрак. В нескольких домах, рядом стоящих у леса, горит свет. Кто-то идет по дорожке, кто-то до сих пор рыбачит. Место стало немного оживлённее. Я направляюсь к ближайшему дому. Мне нужно найти телефон. Срочно! Прохожу сквозь стену. Внутри дома семья собирается за стол. Мужчина сидит за столом. Дети бегут наперегонки друг с другом. Женщина идет к столу, неся тарелку с жаренной рыбой. Я визуально осматриваю карманы их одежд на наличие телефонов. Осматриваю тумбы, столы, подоконники. Ни одного телефона на виду. Я покидаю дом, захожу в следующий. В нем одинокий дедок сидит в кресле и читает газету. У него бесполезно искать телефон. Может у него во внутреннем кармане, а может и вовсе лежит в каких-нибудь забытых закромах. В третьем доме меня ожидало тоже самое. Будто сегодня все присутствующие решили кинуть телефон куда подальше. Я направляюсь быстрым шагом к административному дому. Уж там-то по любому должен быть телефон. Прохожу сквозь стену дома. Внутри сидит молодой пацан и лениво листает ленту социальных сетей. Рядом с ним на столе лежит еще один сотовый телефон. Скорее всего рабочий. Я концентрируюсь на нем. Экран засветился. Перевожу взгляд на пацана — он был слишком занят просмотром фотографии и не обратил внимания на засветившийся телефон. Перевожу взгляд обратно на телефон. На экране открывается окно для набора сообщения. В нем печатается текст «Я нашла! Приезжай. Рыболовная пристань в поселке Эррол. Он в бункере». «Сообщение отправлено» гласит надпись на экране телефона.