Star Wars: Fantom Pain

Этот день был не таким как все, начавшийся с крика и леденящего ужаса, поднявшего Триллу с постели ещё до рассвета. Это уже не был сон в привычном понимании, это уже полноценное, дурное предзнаменование, потоком криков и бластерных выстрелов ворвавшийся в голову и будто бы на донельзя оглушающей громкости пронёсся ужасным торнадо, сметающим все на своем пути. Если до этого все можно было списывать на тревожность, то сейчас, в лучшем случае, на пощёчину от самой Силы, поднявшей тело электрическим разрядом, заставив вскочить на ноги и в панике носиться по комнате, стараясь вообще ничего не забыть. Трилла старалась не оставить после себя и следа пребывания в этом кошмарном месте, сметая любую вещь, которая хоть немного напоминала о ней. Даже пресловутую фотографию собрала по осколкам, случайно раздавив её сегодня утром. Все до последней стеклянной крошки с собой заберёт. Корабль, как назло, не хотел заводиться. Он был полностью исправен, с полным баком горючего, за которое Трилла отдала чуть ли не все свои кредиты. Но тот напрочь упирался, изводя взвинченную девушку до предела, заставляя её психовать и злиться, пытаясь запустить это ржавое корыто. На пятнадцатой минуте попыток, ведро с болтами все же решило уступить, и двигатели наконец заработали, как и все системы корабля, давая наконец ей покинуть это мерзкое место до того, как кто-либо из привычных посетителей проснётся и попытается захватить судно для своих целей. Отсюда мало кто мог улететь, другие пользовались тем, что некоторые имели такое право. Тревога росла с каждым мгновением, что Судури приближалась к своей цели. С каждой секундой, что будто бы длилась вечность внутри растянувшегося в яркое спагетти гиперпространства. Нервы натянуты дрожащей струной, Трилла снова балансировала над пропастью темы на тонком, разделяющим её и свет стекле, что покрывалось жуткими трещинами, норовя в любую секунду лопнуть под ногами и сбросить её в привычную, вязкую смолу, что смешается с кровью и потечёт венами по всему телу. У страха безумный взгляд на эту паутину под ногами Триллы, делающий стекло невозможно хрупким, таким, что даже через плотные ботики можно ощутить колющую тьму. Дыхательные техники едва справлялись с тем, чтобы унимать дрожь в руках и поддерживать Триллу в трезвом рассудке, анализируя показания корабля и строя безопасный маршрут до Джеды. Сосредоточенность играла роль, но какой был от неё смысл, если та прерывалась каждый раз, когда тревога тошнотой поднималась до самого горла, складывая её пополам острой болью и желанием хоть как-то освободить свои органы от проклятой, черной массы, что впивалась в органы, сдавливая их болезненным спазмом. Планета на горизонте, а дрожащие руки едва удерживали штурвал, заставляя корабль жутко лавировать в небе и страшно трястись от турбулентности. Даже оттуда, с высоты полёта, была видна разразившаяся жуткая картина внизу. Штурмовые группы имперцев шли плотным потоком, врываясь внутрь базы. Им явно нужно было подкрепление. Благо, этот корабль был оснащён всем, чтобы его с лёгкостью пилотировал один человек. Пушки были наготове, и имперцы, явно не ожидавшие подкрепления с неба, посыпались в рассыпную в моменте, когда плотный столб огня накрыл их позиции. Если бы они даже успели связаться с воздушной поддержкой, то только в те доли секунды, пока их не накрыло плотная стена снарядов, превратившая имперских штурмовиков в решето. Вступать в этот неравный бой было бессмысленно, но Трилла чувствовала, что это единственная возможность сойти на поверхность и узнать, какого черта тут происходит. Имперцев орды. Они словно со всех уголков галактики слетелись именно сюда, чтобы плотным количеством взять тех немногих, что бежали и прятались в витиеватых катакомбах, убегая от захватчиков. Нужно было садиться. Трилла давно не использовала Силу, как и меч, что пришлось заново сделать из подручных средств и старого меча новый. Никому не рассказывала, никому не показывала это напоминание о былом, вырывающемся из рукояти ослепляюще белым цветом. Память о том, как кристалл был осквернён Тёмной Стороной. Но в бою были все средства хороши, даже если это оружие, к которому Трилла боялась коснуться после стольких лет. Дрожащий свет гудел и вибрировал, силой врывался в толпу недоброжелателей, в мгновение отправляя тех в загробный мир. В комбинации с бластером, меч становился абсолютным оружием против захватчиков, даже если в абсолют верили только ситхи. Судури не растеряла навыков. На удивление, она довольно ловко управлялась с крайне нестабильной в её руках Силой, продолжая балансировать над пропастью и не ударяясь в крайности. Ей нужны были ответы, и она через всех пробьется, чтобы их получить. Улетающий «Богомол» привлёк её внимание своим гудением, подняв неприятную панику и заставив спешить через всю толпу, чтобы узнать, что тут творится. Оказавшись чуть ли не застреленной неожиданными союзниками, она замирает, смотря в эти странные маски и слушая их испуганные переговоры. — Мне нужны ответы. — Её голос дрожит. — Куда полетел «Богомол»? — Местные замолчали в единый миг и со страхом даже не решались ответить. — Это вопрос жизни и смерти! Мой учитель где-то сейчас на этом сраном корабле! Куда он полетел? — Сдержанность канула в небытие, ведь штурмовые группы с гулом и взрывами пробивались внутрь. — Куда?! — Они полетели на Кобо! — Кто-то из толпы испуганно выкрикнул. — Это все, что я знаю! — Спасибо. — Трилла выдохнула и осмотрелась. Ну и шуму же она здесь навела, как и ужаса на это бедолаг. — Простите. — Она поклонилась, извиняясь. — Я прикрою, вы отступайте. Путь до корабля был опасен. Будто изо всех щелей вылезли эти чёртовы имперцы и волной, смывающей все живое, шли единым строем, разрушая все, к чему касались жадные руки имперской машины. Положение хуже некуда. Сквозь эту толпу Трилла прорывалась с боем, отрезая их от своего корабля, чтобы поскорее взлететь и не остаться без вообще какой-либо возможности продолжать погоню за «Богомолом». Приходилось вдавить всю силу в ноги, чтобы двигаться за пределами человеческих возможностей, и в грохотом ввалиться в звездолёт, наскоро запуская двигатели и поднимая это корыто в небо, прежде чем столб огня достигнет места, где она устроила стоянку, разбомбив его до последнего камушка. Тревога перекрывала кислород, замедляла восприятие текущего времени до тянущейся, твердеющей прямо в воздухе смолы, превращаясь в невыносимое ожидание неизвестного, взывая к первобытному ужасу, сковывающему мышцы. Преодолевать этот барьер было болезненно невыносимо. Сейчас бы их поддержка не помешала. Но они на Анор Лондо, а она — здесь. Гонится за «Богомолом», надеясь успеть догнать, прежде чем те решат куда-то двинуться дальше, где Трилла уже их не найдет. Самым кошмарным было ощущение того, насколько она не готова к встрече с Цере. От банального незнания, что рассказать, то ужасной нервозности, от которой ладони стали влажные. Что скажет её учитель после стольких лет? Осудит ли или же обрадуется возвращению своей ученицы? Как это все произойдет? Трилла пыталась думать, но поток негатива застилал все разумные доводы и предположения. Конечно, «готовься к худшему и тогда, если это случится, будет не так обидно» работало безотказно, как часы, но в данный момент Судури яро желала, чтобы весь негатив хоть на мгновение уступил светлым помыслам. К её удивлению, «Богомола» тут не было. Если они куда-то и отправились, то точно не сюда. Трилла чертыхнулась. Потерянное, убитое время зря, потраченное на погоню за фантомным кораблём, ушедшим прямо с-под её носа. Хотелось разнести тут все по камушку, чтобы выпытать у всех и каждого нужную ей информацию. Но она выдохнула. В очередной раз задавила свое желание решить все силой, и пойти, разведать обстановку. Здесь была кантина, значит, можно поспрашивать у местных обитателей. Выяснить необходимую информацию хитростью и смекалкой, без попытки запугать очередной народ. — Кэл Кестис? — Странный дроид, древний на вид, перевалочным шагом подошедшая к Трилле, уставилась своими визорами. — Знаю Кэла Кестиса. А ты? — Его давняя подруга. Он знает. — Как ловко бывший инквизитор стала отличной подругой джедаю, на которого охотилась, всего лишь магией замены понятий. — Думаю, он скоро вернётся. А пока можешь отдохнуть в этом прекрасном месте. — Она разводит руками, показывая на окружение. — Прекрасное? — Бровь Триллы изогнулась. — Это же дыра. — Только Гризу не говори такого. Значит, тот латеронец — владелец этого местечка? Замечательно. Судури впервые чувствовала себя так близко к Кестису, как никогда прежде. Даже её прошлые заслуги в том, чтобы отловить джедая были не такими успешными и не так сближали, как выяснение информации о своей цели, чтобы получить желаемое — встречу. Хотя, в половину желанную с ним, и в большей мере с той, кто стала теперь его учителем. Коктейль за счёт заведения теперь казался ещё вкуснее и прянее от предвкушения предстоящей встречи и волнительного разговора, к которому Трилла пыталась подготовиться за столь короткий час, но все же в полной мере не могла оценить то, как все пройдет. — Они прилетели! — Завопила дроид, носясь по бару. — Они прилетели! Трилла грузно поднялась с места и быстрым шагом направилась к выходу, чтобы уже встретить их у посадочной площадки. Ещё не сошедших с корабля, прямо у входа, не просто дав знать о себе, но и сразу получить ответы, не томя себя ненужным ожиданием, пока те пройдут в кантину и всколыхнут местных обитателей своим появлением. Гул двигателей затих и желанная дверь с полосой от меча, напоминавшей о временах, когда Судури ещё была Второй Сестрой, распахнулась, проливая свет на знакомую, рыжую шевелюру, появившуюся в лучах светила над Кобо. — Кэл Кестис! — Грозный, знакомый голос заставил джедая вздрогнуть всем телом и автоматом схватиться за меч, выставив его перед собой. Он был готов защищаться. Лёгкое движение чужой руки, и он лишается своего оружия, застывая в непонимании. — Пришла убить меня? — Кэл развёл руками и медленно сошел с платформы на поверхность планеты, застыв в лучах света, ореолом залившее его фигуру. — Где Цере Джанда? Кестис застыл в немом шоке, оказавшись растерянным, в некотором замешательстве. Он махнул рукой, останавливая вышедших из корабля Меррин и Гриза от того, чтобы напасть на бывшего инквизитора, и печально подняв голову, заглянул в зелёные глаза. Его губы дрогнули, едва слышно выговаривая одно единственное слово, от которого мурашки по коже Триллы выступили с новой силой, а глаза расширились в необузданном ужасе и неверии в то, что он только что сказал. Может, послышалось? Может, он так неудачно шутил? — Умерла. — Повторяет он чуть громче. — Нет. — Судури валится с ног, едва устояв на них, чувствуя, как сдавливаются её органы в болезненном спазме. — Не может быть. — Вейдер убил её. — Нет! — Скала неподалёку треснула, расколовшись надвое, приняв на себя удар Силы. — Нет. Нет. Нет. Не может быть. Кэл медленно подошёл к Трилле, недоверчиво, опасливо, приблизился и присел рядом, заглядывая в исказившееся от горя лицо, в наполнившиеся слезами глаза. Дрожащая, бледная рука тянется к смуглой, обхватывая её, сжимая. Казалось, Кестис выплакал свое ещё там, на Джеде, но боль новой силой прилила к сердцу, болезненно сдавив его, вызвав поток слёз. — Это все неправда. — Давит она из себя, цепляясь в чужую руку с силой, хватаясь руками за рукав его робы. Если бы Кэл и мог что-то ответить, то он бы сказал. Если бы имел возможность вскочить, улыбаясь, говоря, что все это дурная шутка — он бы сделал. Но дурной шуткой была их жизнь, прямо как хреновый анекдот, рассказанный пьяницей в баре, за который его точно кто-то побьет. Кестис был не в том состоянии, чтобы так жестоко шутить. Не имел столько сил, чтобы обратить все это в плохое чувство юмора. А ещё он был честен. С собой уж точно нет, но здесь и сейчас, с Триллой, он был максимально честен. — Я не сказал ей. — Будто отвечая на внутренний вопрос, пробормотал Кэл. — Не решился. Но она… Она будто знала, что ты ещё жива. Мне… Очень жаль. — Почему? Почему это произошло? — Её сердце болезненно билось в груди, сдавливая вообще какие-либо возможности нормально функционировать и даже говорить. Трилла выдавливала из себя слова, задыхаясь давящим горем, давящей виной. — Нас предали. Я не предвидел. Был слишком беспечен. Прости, что не сберёг твоего учителя, Трилла. Прости. — Кэл уткнулся ей в плечо, вздрогнув, всхлипнув. — В погоне, — он шмыгнул носом, сглотнул подошедший к горлу ком, — за идеальным местом, где все мы могли бы быть спрятаны от Империи, я ослеп. Я дал этому случится. Я снова всех подвёл. — Место? — Глаза Судури удивлённо расширились. — Таналорр. Скрытая планета за бездной. Безопасное место. Я хочу дать его тем, кто бежит от Империи, кто пытается спастись. Хатт! — Он пытается утереть слёзы, что потоком лились из глаз. — У меня есть люди на Анор Лондо. — Трилла сжала его руку, взглянув на него сквозь пелену своей тоски, чувствуя, как ещё теплится последний луч надежды в глубине её израненного сердца. — Дроид, человек и двое Клиисту. Они нуждаются в таком месте, Кэл. — Я… Я могу помочь. — Он утирает слёзы, выдыхает, чуть успокаивается. — Я сейчас туда отправляюсь, чтобы получить компас, чтобы иметь возможность провести других через бездну. Вернись пока за Анор Лондо за своими друзьями. — Не подведи, прошу. — Она смотрит в его глаза, такие похожие на те, что всегда появляются в отражении зеркала, когда Судури смотрит на себя. — Обещаю. Я обещаю, что больше не подведу никого. Они помогают друг другу встать, впервые являясь не врагами, а поддержкой друг друга. Силой, что держит их сейчас в устойчивом положении, что даёт им сейчас с надеждой смотреть на то, что можно ещё кому-то помочь. Стать наконец плечом к плечу и пойти тем путём, что им обоим дала Цере, во имя её памяти и идеи, что она привнесла в этот мир, своим учением вложив в их двоих. Как в своих детей, только от других родителей. Кэл не сразу смог отпустить Триллу, продолжая всматриваться в её смуглое лицо, ища ответы на свои вопросы, все ещё сомневаясь, не ошибается ли он вновь. Но что-то все же давало ему сил разжать руку и вновь доверится. Что-то, что теплом отзывалось из чужого сердца. Он позволил ей отправиться за друзьями, даже до конца не будучи уверенным, что бывший инквизитор не приведет за собой толпу имперцев. Корабль Триллы сел на поверхности Анор Лондо, и она ужаснулась, заметив видимую разруху на поверхности. Что бы это ни было, ситуация была крайне дерьмовой. Мчаться сломя голову стало её делом жизни, особенно в последние времена, когда она жадно пыталась всюду успеть. По другую сторону были имперцы. До этого не интересовавшиеся ничтожной планетой без какой либо жизни, вдруг всей толпой явились и стали пробиваться сквозь защищённые стены. Благо, технологии Клиисту оказались прочнее имперских амбиций. Как в старые, добрые времена, смесь белого и красного окружили Триллу ореолом тревожного ощущения и чувства опасности, что шла семимильными шагами следом по коридорам. Судури бежала по коридорам, стучась в каждую дверь, надеясь найти своих друзей за ними. Но чем дальше она шла, тем больше тревога заполняя её тело. Их нигде не было. Неизвестно, где прятались, а может и вовсе покинули планету, скрывшись где-то на просторах галактики. Зря она их оставила. Зря решила удрать, бросив их здесь. Если бы она только знала. — Не стреляй! — Резко выкрикивает, едва успев увернуться от выглянувшей из-за угла пушки и пролетевшего снаряда. — Трилла? — Джин растрёпан, весь в крови, выглядывает из-за угла и облегчённо вздыхает. — Какого хрена произошло? — Она подбегает, осматривает его, осматривает рядом стоящую Мей, резко вцепившуюся в неё крепким, давящим объятием. — Тома отправился тебя искать. — Давила из себя Юн, рыдая. — Винил себя в распаде команды. Попал к имперцам. Они его и… И Рико тоже… — Тома мёртв? Даже словесного ответа не требовалось, чтобы Трилла все поняла и сделала выводы. Казалось бы, после сегодняшнего Трилле хватит болезненных поражений, но жизнь считала иначе, в очередной раз болезненно ударяя её в лицо неприятными известиями, напоминая о том, как она поторговала жизнями. Стоило ли это того, чтобы она сейчас смотрела на последних выживших её отряда? — Ладно. — Она берёт себя в руки. — Убираемся отсюда. Она почти ничего не говорила во время побега, лишь несясь коридорами в ангар, чтобы сесть в ещё никем не захваченный корабль и наконец запустить двигатели. Тома управлялся с ним лучше, был мастером своего дела, полной синергией с дроидом управляя этим судном, как единым организмом. Судури и в половину не была столь умелой в управлении этим кораблём, но поднять его в воздух все же смогла, заставив дрожащее на воздушных кочках судно прорываться через слои атмосферы планеты далеко в космос, чтобы наконец выйти в гиперпространство и убраться подальше от продолжавших прибывать на планету имперцев. Тревога, поднятая там, на планете, эхом отдавалась в ушах, гул от имперских инструментов вибрацией шел по костям. Они уже далеко в космосе, а ощущение того беспорядка, разразившегося на Анор Лондо оставался в памяти болезненным отзвуком, таким же раздирающим душу, как осознание того, что как бы Трилла не старалась уберечь свою команду, она разыграла неудачную партию для двоих из них. В очередной раз жизнь напомнила Трилле об ответственности, что пала на её плечи тем днём, когда смерть не успела дотянуться своей рукой. В очередной раз цена её выживания оказалась слишком большой. Цена спасения с Нура, фантомная боль в шраме, из раза в раз напоминающая ей об этом, и слишком реальная боль внутри, пощечиной открывающая ей глаза и давая взглянуть на реальное положение дел. Она смотрит на то, что осталось от её команды. Медленно поднимается с кресла пилота, дрожащими ногами подходя к ним, касаясь их лиц. Они не галлюцинации, не призраки, что она вообразила себе, чтобы спастись от жестокой реальности, где все мертвы. Они — живые. Холодные, покрытые грязью и кровью, но живые. Они дышат и тянуться к ней. Трилла не сдерживает слёз. Впервые поддается чувствам на виду. Эти чувства стоили того, чтобы показать. Эти люди заслужили, чтобы знать, что она чувствует.