Просто достаточно предприимчивый (для моего же блага)

      Его королевское высочество, наследный принц Сяньлэ, Се Лянь, был не по годам развитым ребенком. К девяти годам он уже мастерски владел мечом, был умён и необычайно добр для человека своего статуса. Несмотря на усилия его родителей уберечь своё хорошенькое дитя от посторонних глаз, Се Лянь использовал свой ум, чтобы придумать способы ускользнуть из-под надзора своих слуг и переодетым посещать простых людей.       Он также был достаточно умён, чтобы заменить дорогую ткань, которая была у него во дворце, на самую обычную ткань ручной работы, что продают на рынке. Это позволило ему осторожно, но свободно бродить по улицам, и радости и трудности людей, которые однажды назовут его королем, восхищали и пугали его.       Почему на его ужин подавали деликатесы из далёких королевств, в то время как его народ просил на улице простой хлеб? Почему в его личных покоях была ванна, в которой можно было купаться, в то время как измождённым матерям приходилось купать своих маленьких детей в холодной реке?       Почему у него всё было, а у них нет?       К тому времени, как он вернулся во дворец, время незаметно пролетело в его заботах, и все были в панике из-за пропавшего наследника. Он не хотел навлекать неприятности на своих слуг, поэтому притворился, что его разбудила суматоха, пока он спал в одной из дальних комнат, и попросил свою семью не наказывать их, поскольку он сам намеренно ускользнул от них. Его родители, король и королева, души в нём не чаяли и никогда не могли сказать ему «нет». Его слугам, Фэн Синю и Му Цину, было позволено остаться с ним, но в его окружении появилось больше взрослых, и снова ускользнуть из дворца стало практически невозможно.       Се Лянь никогда не забывал о том, что увидел, хотя довольно быстро понял, что ему не следовало этого видеть. Му Цин обиделся, когда Се Лянь спросил об обстоятельствах, в которых он вырос, и не стал слушать, когда Се Лянь попытался объяснить, что просто хотел понять. Фэн Синь предостерегал его от общения с простолюдинами, потому что взрослые говорили, что они его обворуют.       И если его единственные в этом мире друзья не хотели обсуждать данную тему, то ему оставалось только держать язык за зубами и проводить собственное расследование. Он не хотел выглядеть невежественным в вопросах, касающихся простых людей, когда решил поделиться своими опасениями с отцом.       Именно так юный мастер боевых искусств стал известен ещё и как учёный. Он по-прежнему одержимо тренировался с мечом по утрам, но мог до вечера читать о своём будущем владении и о множестве людей, которые в нём жили.       К тому времени, когда ему исполнилось одиннадцать, Се Лянь почувствовал, что готов высказать свои опасения. В суде он впервые присоединился к процессии, чтобы вручить петицию своим родителям, стоя в очереди вместе со всеми остальными по его собственному настоянию, и встал на колени, чтобы попросить запустить программу по улучшению жизни бедных людей в их королевстве. Он хотел начать со столицы, с людей, которых видел сам, но знал, что крестьяне тоже остро нуждаются в помощи.       Он правильно выбрал момент: благородные господа в зале хихикали над первым политическим предложением молодого принца, а несколько простолюдинов в зале изумлённо смотрели на него и друг на друга. По какой-то причине его мать смотрела на него с глубоким беспокойством, а лицо отца окаменело, когда он заговорил.       Никто из них не отвечал в течение долгого времени, но затем его отец выпрямился и провозгласил: — Мой сын, наследный принц, хочет помочь простым людям, даже не видя, как они живут. Прежде чем такое предложение будет рассмотрено, он должен отправиться в наше королевство, чтобы лично оценить эту необходимость.       Се Лянь поблагодарил отца за щедрость и поклонился, чтобы продолжить рассмотрение прошений.       Позже он получил от тех, кто был ему ближе всего, лишь упреки. — Нам не нужна твоя жалость, — прорычал Му Цин. — И теперь ты будешь таскать нас по всему свету по своей прихоти.       На самом деле, жизнь подданных Се Ляня не была скучной, и вовсе не жалость двигала им. — Ах, Ваше Высочество, вам не подобает беспокоиться о таких вещах в вашем возрасте, — обеспокоенно пробормотал Фэн Синь. — У вас и так много забот. Вам не кажется, что стоит подождать, пока у вас не появится больше навыков, чтобы справиться с этим?       Но если не сейчас, то когда ещё настанет подходящее время для его забот? — Дитя моё, твоё сердце слишком велико, — беспокоилась его мать. — Там ты будешь в опасности.       Но Се Лянь знал, что с ним всё будет в порядке, и он сможет защитить себя. В одиннадцать лет он уже побеждал большинство воинов в поединках. — Ты не представляешь, чем рискуешь, — серьёзно и холодно сказал его отец. — Знать — это те, кто на самом деле держит нас у власти, и они будут недовольны тем, что ты больше заботишься о тех, кто находится под их контролем, чем о них. Они свергнут нас гораздо быстрее, чем крестьяне. Или, что ещё хуже, они призовут силы, которые нам не подвластны, чтобы разрушить королевство.       Се Лянь мог бы беспокоиться о том, не будет ли задета гордость знати, после того, как люди перестанут голодать без причины.       В этот момент он решил, каким лидером он будет. Какой смысл во власти, если вы не используете её, чтобы улучшить жизнь тех, кто в этом нуждается? Чем больше Се Лянь получал отпор от близких, тем сильнее становились его убеждения.       Его отец хотел, чтобы он уехал и посмотрел, как живут их люди? Что ж, пусть так и будет. Се Лянь узнает всё, что сможет, и пусть его направляют полученные знания, а не желания родителей.       Четыре месяца спустя, когда было организовано королевское путешествие по Сяньлэ, Се Лянь отправился в путь вместе с Фэн Синем, Му Цином, своими наставниками и отрядом хорошо обученных и преданных стражников. Се Лянь ненавидел всю эту пышность, понимая, что люди, возможно, слишком напуганы их величием, чтобы говорить с ним начистоту.       Он начал думать и решил вернуться к тому, что, как он знал, работало.       В двенадцать лет Се Лянь тайком убегал из своего лагеря. Иногда он убегал вместе с Му Цином и Фэн Синем, которые с неохотой соглашались на его авантюру, особенно когда ему было нужно отправиться в город, чтобы поговорить с людьми. В других случаях он выбирался из своего шатра и бродил по лесу.       Се Лянь всегда больше интересовался людьми, чем землёй и иными обитателями Сяньлэ. Блуждая по лесам, полным цветов, грибов и мелких животных, он понял, как это было опрометчиво. Он попросил своих наставников немного переключиться на флору и фауну вокруг них, что заставило их немного растеряться.       Это было хорошо: чем меньше времени на теорию и науки, тем больше времени на исследования окружающего мира.       Однажды, примерно через полгода после начала путешествия, когда Се Лянь прошёл треть пути, он гулял по берегу небольшого озера, когда с дерева рядом с ним что-то упало.       Он отпрыгнул назад, сразу же приняв боевую стойку и обнажив меч, но нахмурился, увидев маленькое красное существо, запутавшееся в виноградной лозе, отползающее от него. Он осторожно опустил меч, заметив алую чешую и четыре чёрных когтя на лапах существа, похожего на змею.       Казалось, что среди чернильно-чёрных волос виднеются чёрные рога, но точно сказать было трудно. Чёрный глаз смотрел на него с выражением, которое было слишком разумным, чтобы не быть осмысленным, и Се Лянь убрал меч. — Дракон! Ты… Ты меня понимаешь, да? — спросил Се Лянь, опускаясь на колено.       Дракон настороженно посмотрел на него, но кивнул. Се Лянь не смог сдержать ухмылки. Какая находка! Драконы были чрезвычайно редки и обычно встречались в отдаленных местах, но некоторые возвращались в водоемы, чтобы отложить яйца, особенно если мать была близка к смерти. Охотники искали драконов из-за частей их тел, которые, как они утверждали, обладали волшебными свойствами.       Се Лянь не знал, верил ли он в то, что драконы обладают особой магией, но знал, что они разумные существа. Как он мог не помочь этому дракону? Он был таким маленьким… он только что вылупился?       Нет, мальки оставались под водой не менее трёх лет, подумал он. Но они быстро взрослели… а он был таким маленьким! — Я Се Лянь! Не знаю, встречал ли ты раньше людей, но они могут быть довольно злыми. Я могу тебе помочь? Я бы хотел срезать с тебя лозу, если ты не против.       Единственный чёрный глаз медленно моргнул, затем длинный раздвоенный язык высунулся из-под чешуйчатых губ дракона.       Кивнув, Се Лянь медленно двинулся вперёд и достал свой универсальный нож. Он осторожно выбрал несколько лоз, которые находились дальше всего от чешуи дракона, и начал их срезать.       Работая, он приговаривал: — Ах, ты такой красивый! Охотник точно погнался бы за тобой, так что будь осторожен после этого, хорошо? Если сможешь, постарайся стать достаточно сильным, чтобы никто не смог причинить тебе вреда! Ты мог бы сделать это для меня? Я знаю, что ещё слишком юн, но я наследный принц, понимаешь! Мне было бы грустно, если бы с тобой что-то случилось. Если ты не сделаешь это ради себя, сделай это ради меня!       В конце своего монолога он вытащил последнюю лозу из пасти дракона. Затем он отошёл назад, чтобы дать ему немного места, но тот не позволил ему уйти далеко. Он неуверенно встал на маленькие лапки и посмотрел на него. Се Лянь думал, что оба глаза дракона полностью чёрные, но теперь увидел, что другой глаз его нового друга был огненно-красным с эллиптическим чёрным зрачком. Он ахнул от удивления и не смог не воскликнуть: — Ого! Такой красивый!       Дракон моргнул, глядя на него, раз, другой, а затем двинулся вперёд. Се Лянь неуклюже отпрянул, испугавшись, но дракона это не беспокоило. Он забрался ему на грудь, невинно царапая острыми когтями его одежду, и лёг на него. Се Лянь недоверчиво хихикнул, когда дракон замурлыкал и лизнул его в шею. — Эй! Щекотно!       Дракон перестал облизывать его, но ещё сильнее уткнулся носом в его шею. Се Лянь осторожно положил руку на длинную спину дракона и нежно погладил его. — Благодарю, гэгэ.       Се Лянь чуть не подпрыгнул, когда дракон заговорил, но вскоре успокоился и улыбнулся. — Не за что! Ах, прости, у тебя есть имя?       Се Лянь приподнял голову и нежно прижал дракона к груди. Тот моргнул, глядя на него, а затем слегка склонил голову набок в замешательстве. — Ах, как мило! — Нет, — сказал дракон. — Но я был третьим из вылупившихся. — Тогда нарекаю тебя Сань Ланом! Пока ты сам не назовёшь мне другое имя, — решил Се Лянь. — Хорошо, гэгэ, — ответил Сань Лан. Он говорил по-детски, но не как ребёнок, несмотря на свой возраст. И он явно был умным… — Как ты научился говорить, Сань Лан?       Он уткнулся носом в руку Се Ляня и сказал: — Даже не знаю. Я просто понимаю и отвечаю. Что ты здесь делаешь? Я решил держаться подальше от людей ради своей безопасности.       Се Лянь не мог не проникнуться симпатией к тихому шипению дракона. Он понимал его, но, возможно, не привык говорить на человеческом языке. — Эй, Сань Лан. — Да-а-а? — Хочешь быть моим другом? — Сссс Сссань Лану бы это понравилось. — Хорошо! — Се Лянь взволнованно выпрямился, но позаботился о том, чтобы Сань Лан был в безопасности. Не хотелось бы причинить боль своему новому другу! — Ты можешь пойти со мной! Я позабочусь о твоей безопасности, прослежу, чтобы у тебя была еда, и ты сможешь присутствовать на моих уроках и всё такое! Что ты ешь? — Мясо. Гэгэ, куда ты идёшь? — О! Позволь мне рассказать тебе о моем путешествии…       Се Лянь сидел в лесу и непринуждённо беседовал с Сань Ланом, должно быть, несколько часов, но казалось, что прошли минуты. Дракон был внимателен и так умён! И он был первым из друзей Се Ляня, которому он объяснил свою миссию и который считал, что он хороший правитель, раз заботится о благополучии своего народа! Се Лянь не мог поверить в свою удачу.       Когда вокруг них значительно потемнело, Се Лянь с ужасом осознал, как долго он отсутствовал в лагере. — Ах, Сань Лан, мне нужно возвращаться, они будут волноваться. Ты точно не против пойти со мной? — Сссань Лан желает ссссс остаться с гэгэ, — просто сказал Сань Лан, прежде чем забраться (осторожно, чтобы на этот раз не поранить кожу) под его одежду. — Если гэгэ постигнет неудача, Сссань Лан укажет ему верный путь. — Ах! Прости за неудобства… — Нет, гэгэ так приятно пахнет, — заверил его Сань Лан, и Се Лянь в ответ погладил его по голове, чувствуя, как под его нежным прикосновением начинают расти рога Сань Лана, и радуясь этому. Его друзья были настроены менее восторженно. — ДРАКОН?! — закричал Му Цин, чтобы все в лагере знали, что среди них находится редкое существо. Се Лянь прижал Сань Лана к груди, стараясь защитить его от остальных. — Что в этом плохого? — спокойно спросил Се Лянь. — Он очень умный и он мой друг. Согласно королевскому указу, причинение вреда любому дракону, и особенно Сань Лану, является уголовным преступлением, которого я не потерплю! — Это опасно! — закричал Фэн Синь. — Ты не представляешь, какую заразу переносит эта тварь… — Он разумное существо, и его зовут Сань Лан! Он живой! — Он причинит тебе вред! — одновременно воскликнули они и уставились друг на друга.       Услышав это, Сань Лан сам пошевелился в объятиях Се Ляня и повернулся, чтобы посмотреть прямо на двух молодых людей. — Я бы никогда не причинил вреда гэгэ. — Для тебя он Его Высочество Наследный Принц! — огрызнулся Му Цин. — Он может называть меня как ему заблагорассудится! — Се Лянь резко отреагировал, терпение его было на исходе. — Если мы настаиваем на титулах, то я напомню тебе, что означают эти слова. Я наследный принц! Я здесь власть! Сань Лан останется со мной, и любой, кто посмеет причинить ему вред, отведает моего клинка! Я достаточно ясно выразился?       Все, кто находился в пределах слышимости, немедленно поклонились ему, произнося его титул в знак повиновения. Се Лянь ненавидел называть свои титулы, но ему стало комфортно, когда Сань Лан уткнулся лицом ему в шею. Несмотря на то, что Сань Лан был драконом, сегодня он был беспомощен против виноградной лозы! Он не хотел слышать ни слова о том, что его друг представляет угрозу для кого бы то ни было!       И это было именно то, что нужно!!! Путешествовать с драконом в качестве друга было невероятно интересно.       Сань Лан, как правило, держался рядом с ним. Большую часть времени он находился с ним по соседству, едва ли отличаясь от питомца Се Ляня, который тихо требовал объятий и иногда забирался в его мантию, чтобы поспать. Се Лянь не возражал, радуясь тому, что может сделать кого-то счастливым одним своим существованием, и ему ничего не стоило дать Сань Лану то, о чём он просил.       Но он был далеко не питомцем. Сань Лан обсуждал с ним науки или добавлял свои собственные наблюдения к тому, что они видели в маленьких деревнях, мимо которых проезжали. Он был меньше ростом, чем большинство могло бы заметить, когда проезжала королевская процессия, поэтому он мог прокрасться незаметно и докладывать Се Ляню о том, чего никто не показал бы своему принцу.       Удивительно, но Сань Лан проникся сильной неприязнью к людям, которые предпочитали использовать свою власть над другими не так, как Се Лянь, часто называя местных управляющих «отбросами» или «мусором». На самом деле у него развилось довольно язвительное чувство юмора, и Се Лянь был шокирован тем, что ему это казалось таким же забавным, как самому дракону. Характер Сань Лана позволял ему предаваться менее благим мыслям, из-за чего дракон бросал на него восхищённые взгляды всякий раз, когда он делал кому-то комплимент или говорил что-то не слишком любезное.       Честно говоря, Сань Лан, казалось, просто обожал его, и точка. Это было особенно заметно во время тренировок Се Ляня с мечом. Он с благоговением наблюдал, как его клинок сверкает то тут, то там, и похвала дракона действовала на Се Ляня сильнее, чем похвала человека. В конце концов, когда Сань Лан подрос, он предложил Се Ляню сразиться с ним самим. Дракон своим длинным, похожим на змею телом мог окружить Се Ляня так, чтобы бросить ему вызов, что было очень ценно. Они устроили игру, в которой, если Сань Лан побеждал, он обвивался вокруг Се Ляня и мог вылизывать его сколько душе угодно.       Несмотря на свои габариты, Сань Лан не так часто побеждал. И если уж говорить о размерах…       Се Лянь должен был быть уверен, что у Сань Лана есть доступ к свежему мясу, когда он того пожелает. В какой-то момент дракон решил, что не будет есть мясо с рук Се Ляня, а будет охотиться сам. Се Лянь не удивился, ведь Сань Лан был прирождённым хищником, но был шокирован тем, как быстро он рос!       Через четыре месяца после их встречи Сань Лан вырос в три раза! Ещё через два месяца он вырос вдвое, так что играть с ним было всё равно что бороться с маленьким быком.       Определённо, это было полезным для его силовых тренировок!       Тем не менее, Сань Лан каким-то образом умел уменьшаться до любого размера, который он выбирал, поэтому он всё равно мог обниматься с ним или прятаться в городе, когда они прибывали туда. Однако, когда Се Лянь спал по ночам, Сань Лан принимал свой обычный размер и в какой-то момент стал обвиваться вокруг Се Ляня.       Даже на довольно неудобном походном коврике Се Лянь мог крепко спать, когда Сань Лан был с ним.       Всё шло отлично. Сань Лан помогал ему с идеями (потому что на самом деле хотел поговорить с ним об этом) и согревал его, пока он писал заметки для своего отчёта, который собирался представить родителям. Он тренировался вместе с ним, становился крупнее и сильнее, и в конце концов лагерь Се Ляня принял его, и никто не смешил его так, как он, и…       И в его тринадцатый день рождения Сань Лан показал ему его свой человеческий облик.       Длинные чёрные волосы спадали на плечи мальчика ростом с Се Ляня (несмотря на то, что он был младше). Он был таким же долговязым, как и в облике дракона, но с длинными ногами, которые были присущи человеку. Се Лянь откинул волосы с его лица и невольно моргнул, увидев неестественно бледную фарфоровую кожу и разные, но такие любимые им глаза. — О, Сань Лан, — сказал Се Лянь, и его лицо расплылось в улыбке. — Подожди! Я кое-что принесу!       Он быстро огляделся и нашёл белый цветок в своём шатре. Он сорвал его, стряхнул с него пыль и положил за ухо Сань Лана. Его дракон посмотрел на него широко раскрытыми глазами, а Се Лянь сказал: — Вот. Теперь ты просто идеален.       Сань Лан молча обнял его, и Се Лянь хранил в сердце воспоминание об этом объятии.       К сожалению, все хорошее когда-то заканчивается.       В последний месяц путешествия Се Ляня на лагерь напала большая группа крестьян. Они, очевидно, слышали, что наследный принц путешествует с демоном с разными глазами, и восприняли это как дурное предзнаменование для всего королевства. У Се Ляня не было времени рассказать им о своём любимом драконе, потому что они слишком быстро одолели его охрану. Сань Лан принял свой истинный облик, который в тот момент был примерно в два раза выше Се Ляня, и стал защищаться. Он выпустил струю ледяной воды в людей, напавших на него (и, соответственно, на Се Ляня), но не хотел их убивать, зная, что Се Лянь заботится о них как о своих людях. Но страх сделал их сильными и безрассудными, и они двинулись навстречу своему принцу и его дракону.       Сань Лан, когда толпа людей приблизилась к ним и вступила в бой с Му Цином и Фэн Синем снаружи, снова превратился в человека, чтобы обнять Се Ляня. Принц был поражён, но никогда бы не отвернулся от своего Сань Лана, своего самого дорогого друга. Он пытался придумать, как разрядить обстановку, заставить разгневанных людей остановиться и… — Я люблю тебя, гэгэ, — сказал Сань Лан, отвлекая Се Ляня от мыслей о битве. — Что? — Я вернусь за тобой, — сказал он, отстраняясь и превращаясь обратно в дракона. Теперь его истинная форма была такой огромной, что он занимал большую часть палатки, а из-под его губ начали выглядывать клыки. Мягкие глаза на мгновение посмотрели на него, и, прежде чем Се Лянь успел среагировать, он поднял взгляд к небу.       Сань Лан взмыл в небеса, покидая шатёр Се Ляня в великолепной, притягивающей взгляд манере. Он летел, как никогда раньше не видел Се Лянь, и разъярённые нападавшие подняли на него оружие. — Нет, — закричал Се Лянь, обнажив меч, но он был лишь простым смертным, чтобы последовать за своим самым близким другом и защитить его. — Нет! Сань Лан, нет!       Сань Лан ни разу не дрогнул, когда отлетал от него, даже когда в него летели стрелы или когда копьё пронзило его бок. Когда он начал падать с неба, Се Лянь закричал от ужаса. Они были достаточно близко к обрыву, и Се Лянь боялся, что он упадёт, но он приземлился прямо на краю. Не видя ничего, кроме своего дракона, своего Сань Лана, Се Лянь побежал к нему, отбрасывая людей, которые изо всех сил старались его удержать. Он бежал, бежал, но было уже слишком поздно, потому что группа людей, казалось, окружила Сань Лана со всех сторон.       Он выкрикнул приказ остановиться, но его никто не послушал.       Се Лянь увидел, как Сань Лан упал с обрыва. Он слышал, как толпа радовалась поражению «демона».       И ему стало холодно.