Тысячи холстов

*** — Фу, ты бы хоть умылся, прежде чем выходить в таком виде, Скар, — Со стороны послышался звонкий голос, уже до тошноты родной для Скарамуччи. Тарталья — вроде как лучший по совместительству друг и коллега Скары. Учится на третьем курсе и работает вместе со Скарамуччей в местном кафе. Ну так, как подработка, что-то такое. И, конечно, частенько затаскивает в это же кафе своих недо-товарищей на мини-вечеринки. Очень-то нравится ему беспредельничать, потому увлекается выпивкой прямо на работе. Да так мощно, что Скаре приходится привыкать к уборке всего бардака, мысленно убивая Тарталью за его свинство. Но, на самом-то деле, Чайльд просто любит повеселиться, тем самым ища приключения на свою задницу, ибо собственные мысли ему давно наскучили. — Я знал, что это ты, придурок. Пять часов утра, твою мать, Аякс! Сегодня не моя смена, дай поспать. — На лице Скарамуччи мигом отразилось недовольство. Он снова не выспался. Это заметно по мешкам под глазами и хриплому голосу. Снова сидел всю ночь, пялился в окно и раздумывал о своей непутевой жизни. Как-то слишком затянулось это бестолковое занятие, а он и не заметил, как время пролетело. — Эй, я знаю, что ты все равно не спишь в такое время, мы это обсуждали. Так что, я пришел по поводу вечерней встречи с Госпожой Яэ. Ты вообще собираешься идти? Выглядишь на милость хуево. — Встреча.. А, с ее величеством «Госпожа выебистость». Собираюсь. А кто-то еще пойдет? Если бы Скаре предложили явиться на встречу в честь фестиваля Микавы еще несколько лет назад, он бы сразу принял быстрое решение отказаться, не уведомляя об этом никого, кроме Аякса и Нахиды. Их отношения были весьма ... ну, нагнетающими. Будто два диких кота, завязавшихся в неизбежный конфликт, которые вынуждены общаться и поддерживать отношения между собой по просьбе (скорее прихоти) Райдэн. Сейчас без этого тоже никак, пусть они и собачатся время от времени, но по золотым словам Эи – «Яэ Мико тоже твоя мама! Хоть и не настоящая, но, черт возьми, твоя вторая мать, Скара! Прояви малейшее уважение к ней, я люблю ее, хочу быть с ней всегда, в любые трудности, правда. И хочу так же разделить свое счастье с тобой, малыш! Когда-нибудь ты тоже найдешь любимого человека, я надеюсь на твое понимание». — Ладно, эм.. Да, насколько мне известно, приглашены многие из художественного факультета — это наши, и еще новенькие, из другого города. Хэйдзо, Венти, Сяо, Итэр, Тома, Лини, Кадзуха... — Кадзуха? — Скарамучча еле поднял удивлённый взгляд на Аякса, не в силах выдерживать сонливость, но в состоянии выслушать о незнакомце. Новых знакомств Скаре, конечно, что вы, не хотелось. Любопытства ради. Просто для него быть уведомленным практически обо всех студентах в округе — обыденное дело. Город маленький, а девушки из других учебных заведений, которые всячески пытались закрутить с ним нечто большее, чем дружба, не раз водили его к себе в общежитие. Позор, его самого уже повсюду узнают. Это ощущается так, будто он спит со всеми за деньги и приходит только на ночь — не больше. Скар чувствует себя глупо, но, блять, он бы точно услышал о новеньких еще за неделю до их прихода. — Так ты не знаком с ним? Он из Ли Юэ к нам в жопосранск перевёлся, ха-ха. Говорят, добродушный паренёк.. Что? Всё-таки папика себе хочешь, чтобы хотелки твои исполнял? — Усмехается Чайльд, после чего в него летит тяжелая подушка. — Заткнись! Почему сразу папика, я ради интереса спросил. Всех знаю, а тут какой-то додик. — Ты посмотри на него, лишь бы расспросить. Не все ли равно, а? — Тарталья, свайпнув по экрану своего телефона, быстренько нажал на инстаграмм, затем залез на страничку Кадзухи, где информации о нем оказалось намного больше, чем запомнилось в голове. — Каэдэхара Кадзуха, девятнадцать лет, учится на третьем курсе. Тоже, кстати, художественный факультет... Такой красавчик, мм.. Забирай его скорее, пока бабы не окружили, — Следом прилетает вторая подушка. Видимо, Скаре не совсем нравится то, что этот мудила его лучший друг пытается свести с ним первого пропавшего невинного студентика. А, ну да, с мужчиной. Об ориентации Скарамуччи было известно лишь Чайльду. Ну и Нахиде, его близкой, как третьей матери, подруге. Она была значительно старше и мудрее Скары, хоть по виду так и не скажешь, но позволила звать себя мамой. Как же так... Фактически Райдэн Эи – его настоящая мама, а Яэ Мико – вторая, уже сводная. Однако, раскрыть свою гнилую душу «родителям» Скарамуш не мог. В частности, исключением стала Нахида, так получилось. И все из-за достаточно травмированного детства, из которого он запомнил одни крики и ругань своей,тогда еще единственной, матери. Райдэн часто напивалась после потери своей карьеры. Она лишилась огромных денег, почему и доводила себя до попыток суицида (к счастью или сожалению – неудачных) и прочих кошмаров, этим самым срываясь на Скарамучче, принимая в особую артиллерию как физическое, так и моральное насилие. Он рос, так и не распознав, что такое искренняя любовь и доверие к кому-либо, потому вышел полной недоверия стервой, что посылает всех и всё на свете. Его буквально оживила одна милосердная девушка – Нахида. *** Вечер зимней пятницы, очередная ссора с синяками, ранами и до боли обидных слов. Вновь Скар сидит на лавочке, в холоде и ужасе после случившегося. — Доброго вечерка. Ты Скарамучча? Я слышала о тебе от некого Тартальи Чайльда, вы же знакомы, верно? Пойдём, напою тебя чаем, согреешься, а то замерзнешь здесь до косточек, – Та издала небольшой смешок и, даже не дожидаясь ответа со стороны, развернулась в сторону собственного дома. Все само завертелось. Тихий, мучительный вздох Скары – и вот, он уже дома у той очаровательной низкорослой мадам. *** Прошло несколько лет после того, как Скарамучча будто реально стал сыном для Нахиды, и она не стеснялась в открытую говорить об этом. Кстати, Эи с Яэ не были в курсе до сих пор... Скарамучча с Нахидой успели сблизиться и раскрыть друг другу свое нутро, вывернуть все мысли и проблемы наружу, поделиться прожитым. Проще говоря – Скара оценивал эти отношения так, словно он – пациент, а Нахида – самый настоящий психолог и самая надежная рука помощи. Мама... Но такие «услуги», вроде консультаций по поводу проблем с головой Скарамуччи, с каждым разом проходили как можно реже. Ведь утруждать такую прекрасную, по мнению Скарика, натуру, своей тяжкой для воспринятия душой он не хотел. Чувство долга заставляло желать для Нахиды лучшего. Ближе к вечеру Тарталья покинул квартиру Скары, тот, в свою очередь, направился в душ, во время которого задумался о том самом студенте. О Каэдэхаре Кадзухе. — К нам мало кто приезжает, что за художник хуев, – Скаре казалось, будто его сожрут свои же мысли. Хотя, если так подумать.. Давненько у него такого внезапного интереса к кому-то не было. Да и никогда раньше не видел его. Из своего города знать-то некого, населенность маленькая, а вот о приезжих с других стран он в курсе уже давно. Между тем, о Каэдэхаре ни слуху ни духу, в связи с этим его задача хотя бы увидеть эту «загадку» в лицо. И внешности его у Чайльда попросить не додумался. Очевидно, Скару безмерно распирает от пытливости, что там за художник такой раскрасивый. Ах, с другой страны. *** На фестивале Микавы было в действительсти недурно. Присутствовал невероятный уют и своя комфортная атмосфера. Играла приятная слуху фоновая музыка, украшения к самому фестивалю выглядели именно так, как и представлялось — изумительно. Скарамучче думалось, что будет куда хуже, потому что Мико с Райдэн в принципе не очень хорошо разбирались в каких-то декорациях к праздникам и прочее. Но их, честно, иногда охватывает стыд, что удовлетворить чьи-то желания удается им максимально редко. На примере можно взять одно из последних дней рождений Скары. Декор и стилистика из разряда «Мы не знаем как, но сделаем, а дальше само пойдёт». На самом деле Скар не осуждал их за неумение к подобным вещам, все-таки постарались. Тем не менее, праздник провелся не то, чтобы в поистине тухлом стиле, так ему еще запретили приводить своих друзей и уходить в тот день к кому-либо в общем. Яэ убедила Скарамуччу оставаться дома и провести свой день рождения с семьёй, якобы, по традиции. «— Я что, должен лишиться празднования своего дня рождения из-за этой психопатки?! Кто она мне такая, чтобы...» Поэтому под вечер, когда Яэ с Эи успели напиться вина, именинник нагло сбежал через окно, наплевав на традицию. Сначала к Чайльду, конечно. Затем – пошло-поехало, бар, знакомые с колледжа, гулянка по городу всю ночь, которая закончилась (будь она проклята) провально... В целом подготовили к празднику все просто чудесно. — Привет, злюка, что за наряд такой? Слишком сексуальный, я начинаю бояться, что моего мальчика могут украсть, не попрощавшись, — Чайльд облокачивается на стенку возле входа в мини-бар с напитками, алкогольные из которых Мико забрала до начала фестиваля. Вот же сука. — Дурак? Простой наряд для тусовки, отвали. — Да, и парфюм обновил что-ли? Так просто? Ты Каэдэхару соблазнить хочешь? Или всё же меня? — Уебок, лучше завали свою грязную пасть, пока не поздно, — Скарамучча хотел было дать смачного подзатыльника этому пакостнику пустоголовому, но тут резко погас свет, и на сцену легкой походкой вышла всемизнаменитая Яэ Мико. — Дорогие товарищи, прошу обратить внимания! Приветствую на нашем фестивале, безумно рады видеть вас всех здесь. Хотелось бы поздравить от лица организаторов этого прекрасного мероприятия — Райдэн Эи, Мидзуки и Кокоми, новых студентов, приезжих из разных стран в Инадзуму. Надеемся на то, что вас устроит атмосфера сегодняшнего вечера. Увлекательные игры и караоке, стендап и прочее. Приятного времяпровождения! — Я уже заебался — Скара поспешно сделал вывод, что зря на это согласился, ибо ему такой праздник казался ужасно скучным и неловким. Все потому, что организаторы – душные родители, из напитков – всего-навсего фруктовые коктейли и никакого движа. Изначально Скарамучче нравилась данная обстановка, но скука настигла его гораздо раньше. Краем глаза Скар заметил двух человек, видимо, опоздавших. Издалека плохо было видно. Одного из них он узнал. Это, кажется, Сиканоин Хэйздо — друг Тартальи, и второй – ... На вид высокого роста блондин с красной прядкой спереди, что несомненно подходила его милому личику. А рубиновые глаза так и просились заглянуть в них. Интересно, был ли это тот самый Кадзуха, или почему Скар ранее не видел столь красивых.. парней? — Смотри, сейчас все будет... – Чайльд направился в сторону тех двух парней, предварительно потянув Скарамучу за собой, – Привет, любимки! Знакомы, значит. Тарталья принялся пожимать руки своим пришедшим «браткам», — Хочу познакомить тебя кое с кем, Кадзуха. Это Скарамучча — злючая псина из колледжа, где ты будешь учиться, а еще мы вместе подрабатываем в кафе. Скарамучча, это Кадзуха — мой, оказывается, новый сосед. Мне заселили в комнату другого человека, а я случайно подслушал, что говорили про Каэдэхару, вот так... Уверен, вы подружитесь, если ты, Скара, не будешь злюкой. — Добрый вечер, – голос Каэдэхары прозвучал в голове Скара прямо как кошачье мурлыканье, он блаженно ласкал уши, из-за чего слова Чайльда незаметно пролетели мимо, — Рад знакомству. — А.. Да, я тоже рад. Пойдёмте за столик... ***