Тысячи холстов

*** Уличная прохлада полностью окутала тело Скарамуччи. Одеваться чересчур открыто (зато подобающе для тусовки!) было такой себе идеей. Парень сидел в кресле на балконе, рассматривая ночную кипишующую улицу свысока. Из некоторых окон высоких зданий горел свет. Любоваться красотой столь маленького городка, который у Скары, откровенно говоря, называется колхозом — вполне успокаивающее занятие. Жить тут всю жизнь, поступить и не уехать — сильно. Что держало здесь? Неизвестно. Родное место, как-никак. И вроде бы устаревшее, мало кому знакомое, где новых возможностей отродясь не появлялось, но Скарамучча почему-то уезжать не горел желанием. Воздух ощущается влажным, будто чуть-чуть моросил дождь, да и асфальт на вид мокрый. Наверняка в ближайшее время, а скорее всего под утро начнется нехилый ливень. Скар был в этом уверен, потому что по прогнозу погоды дождь планировался в течение нескольких дней. До этих бессмысленных размышлений хотелось повеселиться как следует, но мысли взяли верх, и Скара отошёл покурить. Вообще, с появлением Яэ Мико, когда та абсолютно случайно застукала Скарамуччу курящим ночью в его комнате, она категорически запретила ему табак и всё подобное, что вредит его здоровью. Но не ему же её слушать, правильно? Настырность всегда выше предела. — Куришь? — Сзади раздался тихий и нежный знакомый голосок, от которого тело Скары покрылось мурашками. Кадзуха..? — А... Извини, тебе, наверное, будет лучше выйти. — Все хорошо, я не противлюсь. Каэдэхара неспешно подошел ближе, выставляя руки и облокачиваясть ими на то самое кресло. — Всегда так подкрадываешься? Я не услышал, как ты зашёл, — Скарамучча привстал с сиденья и повернулся к собеседнику, доставая очередную сигаретку. — Хах, прости-прости. Мне показалось, что тебе одиноко, потому и подошёл. Одиноко? Скарамучче-то? Ерунда. Просто Чайльд слишком занят своими друзьями, деваться некуда. — Нет, все в порядке, — Скар затянулся любимым куревом, выдыхая прямо в лицо Кадзухи, — Извини... В ледяном сердце Скары постепенно развеялось тепло. Хоть он и ненавидел это чувство, но поделать ничего не мог, только ругать себя и свою клятую душу, которая выдавала все его аффекты через тело. Голова шла кругом, а зрачки расширялись, будто он под дозой какого-нибудь наркотика. Щёки заметно розовели, и понять бы отчего.. От холода? Он замёрз? Или от наступающих на его гордость чувств? Бред. А глаза, что так яро отдавали светом, как только он уловит что-либо помимо негатива? «Глупое тело, не будь куклой, которой манипулируют» — Эй, вы чего тут сидите? Скарамучча, тебе скоро домой, не забывай, милый. Скарамучча, словно ошпаренный, мигом выбросил сигарету в окошко балкона и хмыкнул, еле сдерживая табачный дым во рту. Не удосужившись посмотреть на встревоженную Яэ Мико, он произнес, кашляя — Да, мам, я через пол часа пойду, не переживай. — Не покуриваешь надеюсь тут втайне? Каэдэхара, проследи-ка за ним, прошу тебя! Он негодяй, не слушается меня, — Мико нахмурилась и перевела свой взгляд на Скару, который как ни в чем не бывало пялил в то же окно. Кадзуха на такие разлады лишь усмехнулся, улыбаясь и закрывая глаза. Его в принципе забавляла Мико, он не считал ее занудой, как яро её описывает Скара в собственных мыслях, а вполне хорошей матерью. Особенно для такого капризного мальчика, как Скарамучча. Хотел бы он себе таких отношений с родителями, правда.. Остался совершенно один с квартирой на руках. Возможно, если бы мать с отцом уделяли больше внимания своему единственному ребенку, то все было бы иначе..? Помимо работы и финансов они практически ничего дальше не видели. Можно сказать, что Каэдэхара не совсем желанное дитё, ведь по взаимодействиям его родителей все четко и ясно выражалось — отношения и секс без обязательств, и мать залетела по чистой случайности. Любят ли Кадзуху, и любит ли он — остается вопросом по сей день. Он, несомненно, думает, что привязан к своей семье всей любовью, но искренне это или всего-то сочувствие из-за сложившейся ситуации — непонятно. *** — Тебя подвезти? — Скарамучча уже было собирался молча уходить, однако сзади вновь послышался тот до дрожи пробивающий голосок. — А-а.. Ты следишь за мной? Меня это пугает, знаешь... — Пха-ха, извини, само собой получается. Я тут просто наблюдаю за всеми. Приехал развеяться и посмотреть, с кем учиться буду... — Каэдэхара, несмотря на неловкий момент, не стеснялся, зашагал навстречу и взял Скару под руку, — Так тебя подвезти? Ты как измученный конь, мне тебя жаль. Кадзуха смущённо усмехнулся. О, эти алые глаза, от которых так ярко веяло добром и умиротвореним, в них так много танцующих искорок, ласки и счастья, как казалось Скаре.. Нет, не казалось, все это по-настоящему — чистейшая правда. Симпатичное лицо с подходящими чертами, полная понимания и очарования улыбка, мягкие на вид волосы, которые чертовски сильно хотелось потрогать и сплести из них пару мелких косичек... Боже, почему он так красив? А что скрывается в его внутреннем мире? Будет ли сердце Скары так же счастливо трепетать, если они попробуют сблизиться? Безумные мысли при первой же встрече, сулившей началу чего-то, возможно, прекрасного и неизведанного, неимоверная тревога по этому поводу. Никак не передать словами то, какую эйфорию словил Скарамучча этим вечером. Он не понимает, что происходит, и что за бабочки проникли в его бездушное нутро. — ... Не жалей меня. — Скара высвободился из под руки Кадзухи, заставляя его расстроенно опустить глаза. Тот, в свою очередь, стал идти вперед, тихонько посмеиваясь, — Чего встал? Передумал? — А, ох..! — Кадзуха растерянно осмотрелся по сторонам и помчался к парню. Скарамучча слишком непредсказуем. *** — Ты медленно водишь. Думал, что дай Бог к утру доедем. Скучный, — Скарамучча устало зевнул, потягиваясь и выходя из машины друга. Он быстренько заходит в открытый подъезд дома, в котором живёт. Каэдэхара же молча смотрел вслед, ожидая что-то вроде «Пока, до встречи. Спасибо, что подвез..», пока тот с прикрытыми глазами поднимается на свой этаж. Однако, замечая, что Кадзуха собирается уходить и отступает назад, Скара вдруг спросил: — Не зайдёшь? У Каэдэхары сверкают звезды в глазах. Сегодня он определённо опьянён этим человеком, но несмотря на это, продолжает думать о нём. Он сомнительно добрый, что противоречит его характеру, но это не мешает безрассудно представлять его образ на только-только купленных холстах с красками. Изящные линии тела, тонкие плечи и стройная талия, словно выточенные из белого мрамора. Кожа, вероятно бархатная, как лепестки роз, с румянцем. Личико — бутон, сжавшийся в эту же самую недовольную розу, что очевидно готов распуститься в улыбке, когда это понадобится. Голубые, как два сапфира, глаза, пробиваются сквозь лепестки нахмуренных бровей, мягко протестуя против губ, уголки которых слегка опущены. Нежно-розовый оттенок на кончике его прямого, аккуратного носа делает образ ещё более завораживающии. И, конечно, темно-синие волосы. Причёска — медуза (прелесть, а не название), что имеет аккуратную укладку, над которой парень, ясен пень, постарался! Это невероятное искусство так и манило спохватиться за любой бумажный огрызочек, дабы сделать хотя бы небольшой и корявый скетч для наглядности... Скарамучча — олицетворение художественной фантазии Кадзухи. За приличное время ему впервые захотелось кого-то изобразить. И не кого-то, а прежде всего Скару. Почему? «О тебе гуляют милые слухи, Скара» Кадзуха никак не возразил, лишь потупил на месте несколько секунд, возможно раздумывая о чём-то своем, и как послушный пёс потопал вслед за Скарамуччей. В голове кружились образы Скара в различных позах, которые всячески «случайно» всплывали в точной чёткости. Как остановиться... — Я чертовски устал, поэтому не ручаюсь за себя. Если будем молча сидеть, то не провожу тебя, усну вечным сном. А ты.. Останешься или уедешь? — Скара прервал громко болтающие мысли Каэдэхары, вновь зевая и вставляя в замочную скважину ключ. — О, я бы рад остаться, но завтра я хочу заняться важными делами, извини. К тому же обустроюсь в общаге и познакомлюсь с остальными из группы. — Ясно, а почему ты из Ли Юэ сюда приехал? Инадзума — город старый, население маленькое, сюда редко заселяются приезжие. Вакансий на работу тут нема, зарплаты тоже, если ты не в курсе, — Скарамучча дал время на раздумья и перевел тему, пуская Кадзуху и закрывая за ним квартиру, — Я живу здесь чуть ли не с рождения и как-то слишком привык, чтобы наконец распрощаться и съехать. Нет, я конечно не против, если в будущем куплю себе новое жилище, съеду от родителей и стану жить самостоятельно, но не за пределами Инадзумы.. Не готов пойти на это. — Как много слов, Мучча. Могу тебя так называть? Ласковое сокращение имени, приятное, и казалось бы, любимое. Не исключено, что при их знакомстве Каэдэхаре больше всего понравился отрывок его имени «Скарамучча» — «Мучча». Скар же словил громоздкую гору флешбеков от такого сокращения, которым его называли крайне редко и невзначай, не спрашивая, устраивает ли это того. Но кого он обманывает? Нравилось, только рявкать на это он не прекращал ни на секунду. Не отвечая, парень осторожно кивнул, отводя взгляд и пряча прядь волос за ухо. — Я приехал, чтобы продолжить учиться здесь, поскольку в Ли Юэ осталось немало неприятных кусков моего прошлого. Ты не подумай, это не связано с моей репутацией, отнюдь. Я... — Кадзуха в моменте показался глупым ребёнком, что так отчаянно пытался оправдаться, только бы Скара не надумал ничего лишнего, но не так ли это? В душе он по прежнему оставался подростком лет шестнадцать, которому обычно не приходило в голову о таком понятии, как «взросление», или то же напоминание в его полные девятнадцать «ты давно не ребёнок, Кадзуха», — Меня не вдохновляет родной город, мне жутко и незачем там оставаться после ужасного жизненного пути, Мучча. Понимаешь? О, и было бы о чём личном рассказать, зная друг друга столько времени. Ну, пару часов, не больше..? *** — Эй, не спи, ты сказал, что уедешь. Я не собираюсь позже перед родителями объясняться, что ты забыл у нас дома, я их не предупредил о твоём приходе. Каэдэхара слегка посапывал, сидя на мягком диванчике в комнате Скарамуччи. Такое помещение впечатлило сильнее, чем на фестивале Микавы, где для тихого мальчишки вроде Кадзухи было в максимальной степени хорошо и спокойно, даже отлично. Однако в комнате Скары невъебенной атмосферы оказалось гораздо больше. Милые плакатики и постеры с разными музыкальными исполнителями (Каэдэхара даже узнал пару из них), светодиодная лента, светящаяся глубоким синим цветом, и переливающаяся то в светлые, то в темные оттенки той же палитры, а также «радости подростков: навороченный компьютерный стол, удобное кресло и сам дорогущий компьютер, который Скар умудрился бессовестно выпросить у Райдэн Эи. Особенную деталь, что подметил Кадзуха — ароматный освежитель воздуха, автоматически опрыскивающий всю комнатушку целиком, тем самым одаривая вкуснейшим запахом. Что-то наподобие домашнего чая из многочисленных трав и ягод. — Я не спл... — Каэдэхару прерывают шорохи в коридоре и как по закону подлости, входная дверь хлопает с громким звуком. Сколько времени прошло? Как давно они миленько болтают, не следя за временем? 2:17 — Тсс, это Мико с Райдэн вернулись, наверное. Тебе следует скорее валить отсюда, слышишь? — Скара подрывается с постели и пытается спихнуть Кадзуху, чтобы тот наконец поторопился. — Ты меня в окно прогоняешь что-ли? — Не умрёшь, этаж второй. Меня спалят сейчас, быстрее, дебил! — У меня кости не железные..! Ой, подожди... Каэдэхара кое-как перелезает через форточку и от неосторожности подрывается. Отчаянно падает, благо, на траву, хоть и с больными ушибами, но без переломов точно. И зачем столько жестокости в его сторону? — Прости... — Последнее, что Кадзуха слышит в свой адрес, после чего дверца окна захлопывается и наступает кромешная тишина. Может быть, Каэдэхара обиделся на Скару, ведь с окна его еще никто нынче не пытался скинуть. По крайней мере в этот раз все обошлось легким испугом и царапинками, что не сравнить с его успешным цветением где-то глубоко внутри души. А дальше? Очень страшно представить, куда зайдёт подобная мелочь. *** 5:46 Мучча засыпает. Долго, мучительно. Бешено бьющееся сердце мешает погрузиться в сон. «Не стоит торопить события» ***