Безымянная

Она уже несколько дней жила у подруги на другом конце города. Было стыдно врать ей и её родителям — они хорошие люди. Но другого выхода у неё не было. Однажды, идя со школы вместе с Машей, она заметила, как трое парней пьют алкоголь в парке. Самый старший на вид был чуть младше неё, лет шестнадцати. У него было знакомое лицо, но она всё никак не могла вспомнить, кто он. — Кто это? — спросила она у Маши. У той была хорошая память на лица, и в этом районе она жила всегда. — Это? Кирилл Воронов и компашка его. Никогда с ними не связывайся, если не хочешь проблем. — Почему? — Отбитые они. Два сына Ворона, по блату у них всё. — Кого сыновья? Птицы? — пошутила она и Маша улыбнулась, но натянуто. — Ворон — криминальный авторитет района. Никто ему не указ, вся семейка делает, что хочет и никто им не указ. Вообще, Ворон бизнесмен, но сыновья у него отбитые напрочь. И не понятно, подростковый протест или все у них там такие. — Эй, курицы, чё вылупились? — слегка картавя произнес один из парней. — Слыш, петух, помалкивай там. То, что полиция вам не указ, не значит, что директор школы вас не отчислит, — не стала держать язык за зубами Маша. — Слыш, ты на кого быканула? — Тихо, парни, — отозвался самый старший, очевидно, Кирилл. — Забыли правило? Сначала пиво — потом бабы. — Ты кого бабой назвал, чепушила? — не выдержала она. — Ладно, пошли, ну их, — успокоила Маша. Она кинула косой взгляд на Кирилла, но пошла за Машей. Проблемы ей сейчас ни к чему. Парни ещё что-то кричали вслед, но девушки быстро ушли домой к Маше. Поздно вечером она снова пошла в магазин «за покупками». Брала только самое необходимое. Хотела оставить денег на кассе, но карманы были пустыми. Вздохнула и ушла. Идя мимо очередного переулка, услышала голоса. Узнала. Это были Вороновы. — Достал? — спросил младший, имени она не знала. — Достал. Подорожал, зараза. — Неважно, твой папаша ещё денег даст. Любопытство сгубило кошку. Отец часто так говорил. Но она ненавидела своего отца и никогда его не слушала. Тихо проскользнула в переулок, спряталась за углом. Выглянула. Ничего не видела, темно. Спряталась. Прислушалась. Были слышны только вздохи и тихие разговоры о том, как всё классно и как всё вкусно. Она подумала о выпивке. Но в магазине алкоголь цену не менял. Подумала ещё. Очень старалась откидывать мысли о наркотиках. Надеялась на лучшее. Перебрав варианты, поняла, что только о них речь и идёт. Задумалась. Если сможет доказать Ворону-старшему, что сына нужно приструнить и поставить надзирателя (желательно невидимого, желательно в её лице), то этот пацан станет её билетом в хорошую (или хотя бы неплохую) жизнь. Поняла, что теряет время. Вернулась домой. Ночью не спала, усердно думала. Вспоминала слова Маши, что Вороновым никто не указ. Значит, есть щит, блат. Кирилл и его брат особо не скрывались с наркотой. Значит, не боятся. Однако Ворон-старший вряд-ли обрадуется. Вспомнила слова младшего про «папашу». Подумала, что это значит. Не догадалась. Расстроилась, что не проследила за ними дальше. Расстроенная и заснула. После школы сказала Маше, что задержится, поговорит с учителем немецкого, разберёт непонятную тему. Нагло врала, даже не краснея. По немецкому она была лучшая в группе. Выйдя из школы, надеялась, что Вороновы не меняют дислокацию. Угадала. Села в парке подальше от них, сделала вид, что делает домашку. Успела сделать немецкий и парни разошлись. Подождала, двинулась за Вороновыми. Скрывалась хорошо, даже похвалила себя мысленно. Они дошли до бара. В такой мелких пускать не должны. Их пустили, конечно. Попыталась обойти, чтоб глянуть в окна. Бар оказался подвальным. Вернулась домой. Поздно вечером вышла «на прогулку». Переоделась, чтоб выглядеть старше — накрасилась Машиной косметикой. Надеялась, что прокатит. Прокатило, пустили. Заказала самый дешёвый коктейль. Следила за обстановкой. Увидела Кирилла. Сразу поняла, что под эффектом. Он вышел. Она за ним. К коктейлю притронулась только раз. Коктейль был отвратным, а ингредиенты плохо перемешанными. Она надеялась, что будет делать лучше. Проследила за ним. Вороновы снова были в том переулке. Сняла их на телефон. Было темно, на камеру почти ничего не видно, только разговор. Поняла ошибку. Пошла домой. Родители Маши начали что-то подозревать. Проблема. Она не могла упустить Вороновых, они были её билетом в команду Ворона. Но не могла и спалится слишком просто. На следующее утро спросила у Маши имя Ворона. Она непонимающе скосилась на нее, но ответила. У неё было имя. Спрашивать, где его можно найти было рисково. Забила в интернете. Отсидела целый урок в нем, но нашла. Отпросилась с последних двух уроков. Не может потерять время. Переоделась, пошла в клуб. Заказала коктейль подороже. Лучше не стало. Увидела Кирилла. Проследила взглядом. Вип-комната, конечно. Но парень был не самый умный, остался в клубе ещё потусить. Она забилась в угол и внезапно увидела, как бармен высыпает на стойку порошок. Среагировала быстро. Подошла поближе, взяла камеру. Чудо, но качество было хорошее. Результат был. Вернулась домой. Завтра был выходной. Утром она быстро сделала уроки на понедельник и отправилась в Охта-Финанс. Долго искала, нашла только к обеду. Перерыв. Разозлилась, по-детски топнула ногой, но быстро успокоилась. Подождала в парке рядом. После обеда зашла в здание. Небольшое. Она не знала, хорошо или плохо это. Роскоши было мало, это хорошо. За стойкой встретила молодая девушка, недоуменно глянула на неё. Очевидно, она не выглядела слишком взрослой. Может, в клуб её пускали из жалости? Так, не время думать об этом. Подошла к двери, рядом стоял мужчина. Не молодой, не старый, лет двадцати восьми. Сильно выше неё. Стала подальше, чтобы не задирать комично голову. — Мне нужно к Вениамину Сергеевичу. Удивилась, что голос звучал твёрдо. Расстроилась, что не так уверенно, как хотелось. Нервы делали своё. Она ощущала, как дрожат коленки, однако уперто брала себя в руки, не давая страху взять верх. — Зачем? — спросил мужчина. У девушки был бейджик Марина, у мужчины бейджика не было. Бесит. Брови слегка нахмурились, сразу же разгладились. — Хочу устроиться на работу. — Несовершеннолетних не берём. Она поджала губы. Это было очевидно. Сдаваться нельзя. Однако в груди холодеет. Ещё минута тут и её развернут пинком под зад. — Мне нужно встретиться лично. Мне есть, чем его удивить. Попыталась улыбнуться. Получилось нервно. — Марина, — мужчина кивнул в сторону двери. У неё появилась надежда. — Как зовут? — спросила Марина. Она думала. — Это не важно. Девушка пожала плечами и прошла в кабинет. Она не смотрела на дверь, смотрела на мужчину. Одет хорошо, значит платят соответствующе. Вышла девушка, пригласила в кабинет. Кабинет был большим, однако, по большей части, пустым. Она не любила много пустого пространства. Посмотрела на Вениамина Воронова. Ворона. Взрослый мужчина, выглядит солидно, однако не устрашающе. Серьезный, но по-рабочему, а не по характеру. Успокоилась. За его спиной шкаф, мельком увидела коньяк. Классика. Маленький камень с души упал. Валун остался на месте. — И чем же ты хотела меня удивить? Она кинула быстрый взгляд на дверь. Закрыта. Удивилась такой беспечности, быстро поняла, что не выглядит опасно. Хорошо. — Я хочу у вас работать. — Девочка, у меня нет желания тратить на тебя время. — У меня есть видео, как ваш сын, Кирилл Воронов, принимает наркоту в баре «Глюкоза». А потом несёт её второму вашему сыну. — У меня один сын. О как. На лицо не изменилась, только моргнула. — То есть, видео вам неинтересно? — она очень старалась не выдать своего удивления. И грусти. — Я не верю тебе, девочка, у меня нет на тебя времени. — Тогда я пойду с этим видео к директору школы. Насколько я знаю, Валерий Олегович очень серьезно к этому относится. — Ладно, посмотрю я твое видео, и что? Кем ты будешь у меня работать? — Ваш сын, очевидно, не заметил слежки. Есть ли у вас человек, умеющий тихо собирать информацию и не привлекать внимания? Или, может, у вашего сына есть телохранитель, который защищает его от всякой дряни? — она разрешила себе немного сарказма. Приняла более расслабленную позу. Садится не спешила. За ней было окно. Бежать будет легко. — Хочешь быть телохранителем? — Могу следить за Кириллом, и доносить информацию вам. Вы отец, вы профилактические беседы и проводите. — Я доверяю своему сыну, он таким заниматься не будет. Она видела, что он не уверен в своих словах. Позволила себе лёгкую ухмылку. Включила видео, положила телефон на стол перед Вороном. — Бесплатно работать не буду, но брать буду мало. Чесно. Он смотрел видео. Не верил своим глазам. На видео хорошо было видно лицо Кирилла, снюхнувшево прямо с барной стойки наркотик. Поверить пришлось. — Зачем тебе это? — А зачем Кирилл принимает наркоту? Я не лезу в его дело, вы, будьте добры, не лезьте в мое. Дайте работу и щит от полиции и мы в расчете. Работа неофициальна, конечно же. — Не учи меня дела делать, девочка. Испытательный срок тебе месяц. Будешь следить за моим человеком. И поверь, он легко чувствует слежку. И без колебаний может убить. Даже детей. — Как я пойму, за кем мне следить? — Если умная — поймёшь, — он ухмылялся, однако она не ощущала насмешки. Она понимала риски. Думала, что понимает. Следить за пьяным и обдолбанным подростком не тоже самое, что и за взрослым человеком, явно профи своего дела. Понимала, что шансов крайне мало. Взрослая Аврора, вспоминая этот момент, смеётся над своим подростковым максимализмом и самоуверенностью. Безымянная девочка кусает губы изнутри и вглядывается в глаза Ворона. Он серьёзен, он не шутит над ней, не воспринимает как обычного подростка. Предлагает серьёзную сделку. Работа у него такая. Однако… Семнадцати летняя безымянная девочка, стоявшая в кабинете Ворона, думала, что не боится смерти. Взрослая Аврора знала, что никогда не боялась смерти. — Я согласна. — Стас! Оформи девушку. Зашёл мужчина. Очевидно, Стас. Провел в маленькую комнату. Стол, два стула, стопка чистых листов, стакан с карандашами и ручками. Окон нет. Плохо. Стас указал на стул, ближний к двери. Хорошо. — Имя? Она долго думала. — Можно потом ответить? Он глянул на неё. Попросил паспорт. Отдала. Внимательно следила за руками. Вернул. — Позывной? — Аврора, — спустя секунд 20 ответила Аврора. Давно хотела быть кем-то подобным. Не той, кем записала в паспорте. — Родители есть? Не мешкая ответила: — Нет. Снова глянул на неё. — Врешь? Прикусила губу изнутри. Плохо. — Да. Кивнул ей. — Желаемая зарплата? Долго думала. Обещала брать мало. Однако хотелось больше, чем то, что ей давала мама в карман. Прикинула, на что ей нужны деньги в целом. Пока поживет у Маши. Продукты будет покупать, а не красть. Авось, накопит. — Пять тысяч. Рублей. Он вопросительно поднял бровь. Сначала испугалась, что много. Вспомнила, сколько бабок Ворон гребет ежедневно. Поняла, что мало. Просить больше было бы mauvais ton. Придётся экономить. Пожала плечами. — Работать будешь каждый день. Кивнула. Этого она и ожидала. — Когда сдавать отчёт? Надеялась, что звучит взросло. Оценивая себя сбоку, хотелось смеяться. Быстро улыбнулась, потом взяла себя в руки. Улыбка рвалась, но она держалась. Со стороны, наверно, выглядело как нервный тик. — Каждое воскресенье. Если что-то срочное, то сразу же. Она кивнула. — Поняла, — взяла пример с него. Встали. Хотела спросить за второго парня. Долго думала. Когда Стас потянулся к двери она быстро проговорила: — Кто второй парень? Я слышала, что у Во… — она быстро осеклась, — Вениамина Сергеевича 2 сына. — Это пасынок, Александр Комолов. Будешь следить и за ним. — Они же не всегда вместе ходят, — она склонила голову набок, обдумывая информацию. — Я не смогу разорваться. — В приоритете у тебя Кирилл. — Поняла. По каким дням платят зарплату? Он удивлённо посмотрел на неё. Быстро взял себя в руки. — Каждое воскресенье. Теперь удивлённо смотрела она. Поняла, что с деньгами переборщила. Вышли из комнаты. Её отправили домой, сказали, завтра утром приступать. Жизнь начала налаживаться. Ну, Аврора так думала. Планировала, как съедет от Маши (она ей нравилась, но всегда сидеть на шее её родителей было некрасиво), будет жить сама, готовить сама. Она умела всё. Однако для этого сначала нужно было следить за Кириллом и не вызывать подозрений. А ещё снова вернуться домой за документами, чтобы перевестись в другой класс. Чёрт. Если мама узнает, будет плохо. Ещё хуже, если узнает отец. Она вдохнула апрельский воздух. Решила оставить заботы на будущую себя и снова пошла в парк. Думать, как искать того, за кем следить.

***

— Вы уже приняли решение о той девочке, не так ли? — Стас всегда был проницательным, однако в этот раз всё было легче. — Взгляд у неё не по годам взрослый, — ответил Ворон, отпивая коньяк. — Думаете, она справится? — Она легко отследила моего сына, которого я вижу каждый день. Поняла, что что-то не так. Тут или во мне проблема, или она зоркая. «Или всё вместе» — подумал Стас, но решил оставить это при себе. — Что будете делать с Кириллом? — Профилактическую беседу, что ж ещё. Как раз месяц у меня есть.