Безымянная

День выдался нелегкий, и Виталя Шрамов, по погонялу Шрам, хотел только сожрать чего-нибудь и завалиться спать. Он повесил куртку на вешалку в прихожей, разулся, и включил свет на кухне. — Hi, — донеслось со стороны холодильника. Шрам инстинктивно потянулся за пистолетом и направил на незваную гостью. Та в ответ направила пистолет на него, дулом в притык к дулу Шрама. Она улыбнулась, понимая, что никто стрелять не будет. Осмотрела его, задержалась взглядом на его поставе и хвате, и улыбнулась ещё шире. — Ты кто такая? — Меня зовут Аврора. Я человек Ворона. Поговорим? — Не знаю никакую Аврору. — Приятно познакомиться, Шрам, — она выделила его прозвище, и он понял, что она о нём знает намного больше, чем он про «Аврору». Аврора кивнула в сторону обеденного стола, отводя пистолет. Подошла к стулу, показушно сняла пальто, будто показывая, что больше оружия у неё нет. — Откуда мне знать, что ты работаешь на Ворона? Аврора подняла незаправленный край рубашки (будто знала, стерва, только с одной стороны заправила) и показала тату ворона, расплывшееся по боку. — Сомневаюсь, что люди Сапсана или Ковбоя делали бы такие тату, м? — Может, это переводное, — Виталя всё ещё стоял с пистолетом наготове, но стрелять уже передумал. Начинал верить. Аврора закатила глаза и подошла к раковине. Намочила руку, провела по тату. Показала целое тату и чистую руку. Снова кивнула в сторону стола. — Поговорим? — теперь её тон был более настырный, чем игривый, и Шрам сел за стол. Последовал её примеру и положил пистолет на деревянную поверхность. Всё ещё был напряжён, как струна. Аврора снова улыбнулась, уже начиная бесить его. Она будто забавлялась ситуации, хотя ему было совсем не смешно. Какая-то баба заявилась к нему домой (Виталя никогда не признается, что она напугала его), ходит лыбится, ещё и от Ворона. Нахер он вообще с этим Джокером ебучим связался. Сейчас бы чинил себе машинки и горя не знал. — Я пришла поговорить о Саше. Джокере для тебя. Думаю, ты знаешь, что в криминале не любят крыс, предателей и стукачей, — Виталя наделялся, что это профилактическая беседа, а не предсмертная развлекаловка. Он хотел бы с мамой попрощаться. — Я думаю, ты и сам прекрасно знаешь, что делают с такими людьми. Однако считаю нужным сказать, что я сделаю с тобой, если ты окажешься крысой или предашь Сашку, — не то, чтобы Шрам задумывался об этом раньше, он работает на Джокера всего пару недель. Но от этой Авроры веяло жуткой энергетикой, хоть она и говорила легко, будто о погоде. Возможно, именно поэтому. Она не угрожала обычно, как это делают бандиты. Она угрожала по женски, легко, ненавязчиво, как змея. — Убьешь меня? — он позволил себе ухмылку. Возможно, нервную. — Нет, что ты, — она нахмурилась, словно правда оскорбилась его словам. — Я ведь не какая-то бандитка, — она сказала это с такой заметной издёвкой, что Витале с трудом удалось сдержать порыв схватиться за пистолет. — Ты просто уволишься. Сам или Ворон тебя уволит, мне всё равно. Ты просто исчезнешь из жизни Саши, — Она отвернулась в сторону прихожей, будто задумалась. Но Шрам не сомневался, что она знает цену каждому своему слову и «думать» над речью в процессе не в стиле таких людей. Когда она снова заговорила, её голос был глухим и пустым, — А через несколько дней полиция найдёт твой повешенный на люстре труп. Сам ты повесишься или мне придётся тебе помочь мне также всё равно, — она смотрела прямо ему в глаза, и у Витали прошли мурашки по руках. — Ну, — она всплеснула руками, вернув игривый вид, будто снимая наваждение, — Предлагаю дружить и не доводить до греха. А в качестве дружбы, — она потянулась к его пистолету, — обменяться пистолетами. Шрам с недоверием взял чужое оружие, покрутил в руках, отметил, что у него такой же в тайнике, и положил себе в кобуру. — Ты ведь понимаешь, что со мной будет, если я буду носить оружие оформленное не на своё имя? — он удивился тому, что его голос звучал твёрдо и уверенно, хотя внутри бушевала буря страха и нервов. Аврора лукаво улыбнулась ему, накидывая пальто. — Кто сказал, что оно оформлено не на тебя? И пока Виталя думал, что это может значить, уже выходила из кухни. — Ciao, bambina! Двери за мной закрой. Шрам прошёл за ней, чтобы действительно закрыть двери. Она остановилась у самого выхода, обернулась, будто что-то вспомнила. — А, да! Возьми пару уроков стрельбы у Стаса, смотреть смешно, — он вела себя будто старшая сестра чем вроде и бесила, а вроде и легче стало. Не такая она и страшная, на самом-то деле. Просто о Сашке заботиться. Но её замечание, конечно, задело. Когда Аврора ушла, Виталя пытался проследить её маршрут из окна. Он ожидал, что она обернется, но она просто ушла. Кусок в горло не лез, так что он решил проверить свой тайник, уже подозревая, что там обнаружит. И угадал. Тайник был открыт, оттуда был достат только пистолет. Ни деньги, ни фальшивые документы, которые его просил сделать Джокер «на всякий случай», не были тронуты. Шрам вздохнул, понимая, что только что просрал оружие. Чертовка, ну.

***

Весь следующий день Шрам следил, ловил каждое движение рядом. Но никто не следил. Из того, что он понял, Аврора была кем-то вроде надзирателя над Джокером. Хотя тот был достаточно взрослый, чтоб справляться без надзирателя, после смерти родного сына Ворон, очевидно, думал иначе. Аврора тоже дурой не была. Пару дней устроила себе выходной, похихикала со Шрама. Через три дня после знакомства она сняла квартиру по соседству с жильём Шрама. Буквально по соседству, квартира была слева от квартиры Витали. Через три дня после знакомства с некой Авророй Виталя Шрамов купил ещё один пистолет. Взамен тому, который Чертовка (а он Аврору называл только так) у него спиздила. Он уже привычно за пару дней проверил первым делом кухню, но та была пуста. Подошёл к тайнику, открыл. В тайнике лежал его пистолет. Который Чертовка у него забрала три дня назад. — Да ты издеваешься, что ли?! Аврора, слыша этот крик со своего балкона, засмеялась. Уловила, что Шрамов идёт на балкон, покурить, наверное. Ой. Быстро убежала внутрь. Не хватало, чтобы он её спалил. Да, довела человека, даже закурил.

***

Когда через четыре года Виталя Шрамов узнаёт, что Аврора вернулась в Питер он не поверил. В частности потому, что рассказал об этом Джокер. Саня Джокер, за которым Аврора следила. И очень незаметно, ибо ни Саша, ни Шрам, ни кто-либо из банды её не замечал. Хотя Виталя не сомневался, что она всегда ходила невидимой тенью. Но вот он видит её вживую. Другую, конечно, внешне, но эти хитрые, игривые глаза он запомнил на всю жизнь. Волосы, вроде, покрасила, стиль одежды поменяла. Но всё та же Чертовка. Они стоят возле капота Гелика, ждут Джокера возле офиса Ворона. Аврора, вальяжно облокотившись на машину, смотрела в небо сквозь солнцезащитные очки. — По чью душу ты приехала теперь? — первое, что он ей сказал спустя четыре года. Аврора пожала плечами, продолжая смотреть вверх. — Пока ни по чью, — она повернулась к Шраму и улыбнулась. Он не думал, что будет скучать по этой кошачьей улыбке, но, оказывается, скучал, — А там как прикажут. Шрам кивнул. Как прикажут. Он тоже так жил. Все они так жили.