Бурджу и Бириджик

— Так, значит, Недим приходил к Идиль насчет завещания, — подытожил Алтай, услышав вечером рассказ Неслихан. — Да, — вздохнула она. — Остается только гадать, что же там было. — Если Бурджу его внучка и он узнал об этом, то вполне мог составить завещание на имя девочки, — выстроил логическую цепочку Алтай. — Наверняка это и раскрылось, когда он умер. И наверняка нашлись недовольные… — Да, выглядит логично. И все же запросим документы по делу Ягмур. Нужно разобраться в том, что тогда произошло и по чьей вине эти двое погибли. Она вздохнула и опустила голову на спинку дивана. Несмотря на выходной, этот день оказался насыщенным событиями и новой информацией. — Иди спать, — Алтай легонько коснулся ее руки. — У тебя уже глаза закрываются. Завтра разберемся со всем этим. — Кто завтра останется с Бурджу и Бириджиком? — Ну, последний раз вроде был я. Значит, завтра твоя очередь. — Прекрасная новость — завтра снова не надо рано вставать. В рабочей суете мелькали дни, которые Неслихан и Алтай по очереди проводили с Бурджу и Бириджиком. Девочка немножко подросла, щенку сделали первую прививку. Бурджу радовалась, что совсем скоро будет бегать во дворе со своим четвероногим любимцем. Неслихан смотрела на девочку и думала о том, как же хорошо, что она не знает всей правды о своем рождении. — Неслихан, — поздно вечером Бурджу появилась на пороге ее комнаты с Бириджиком на руках. Неслихан отложила книгу. — Да, малышка? — Можно мы с Бириджиком здесь поспим? На улице ветер воет, и нам страшно. — Конечно, иди сюда. Девочка опустила щенка на ковер у кровати, и тот развалился, выставив черный с подпалинами животик. Бурджу забралась под одеяло и прижалась к Неслихан. — А я у вас навсегда останусь? — неожиданно спросила она. — Эм... — Неслихан растерялась, не зная, что ответить. — А ты хочешь остаться тут? — Да. Мне здесь нравится. И Бириджику тоже. Мы с ним теперь одни. А дети без взрослых жить не могут. — Не могут, — согласилась Неслихан. — Засыпай, детка. Утром она проснулась раньше будильника. Последнее время она не знала, с какой стороны подойти к поискам убийцы Идиль. Дело Ягмур, которое удалось достать, выглядело и правда очень странным, даже, скорее, сфабрикованным. Хотя все улики и впрямь указывали на то, что девушка выстрелила в своего жениха: и отпечатки пальцев на пистолете, и сразу несколько свидетелей их ссоры за два дня до гибели Джихана. Откуда здесь подступиться, когда все, кто мог что-то знать, умерли? Но сегодня, глядя на спящую девочку, Неслихан вдруг приняла решение: нужно съездить в компанию Недима Оздемира и поговорить с сотрудниками. Возможно, получится выяснить что-то про завещание. Какая-нибудь болтливая секретарша или уборщица наверняка поделится информацией. Сегодня остаться дома с детьми должен был Алтай, поэтому Неслихан встала и принялась собираться. Бириджик поднял голову, что-то сонно пробурчал. — Спи, — сказала ему Неслихан. Когда она спустилась на первый этаж, Алтай сидел в гостиной с телефоном в руках. — Доброе утро, Неслихан ханым, — он встал, увидев ее. — Доброе утро, Алтай бей, — она не выдержала и улыбнулась. — Вы сегодня рано… — Не спалось. А вы почему так рано встали? — Решила на работу пораньше выехать. Дел накопилось... Алтай бей, надеюсь, вы справитесь сегодня с Бурджу и Бириджиком? — Думаю, что да, — он улыбнулся ей на прощание. Компания Недима Оздемира занимала шестиэтажный бизнес-центр. На ресепшене Неслихан подсказали, что кабинет директора находится на последнем этаже. Туда она и направилась. Рабочий день уже начался, сотрудники были на своих местах. За столом секретаря в кабинете директора сидела ярко накрашенная блондинка. Она одну за другой поглощала шоколадные конфеты и разговаривала по телефону. Но, увидев Неслихан, сразу сказала собеседнику: — Я перезвоню, — а затем улыбнулась вошедшей: — Здравствуйте. Чем могу помочь? — Добрый день, — Неслихан ответила на вышколенную улыбку кивком головы. — Я приехала сюда насчет завещания Недима Оздемира. — Эм… — секретарь побледнела. — А вы, простите, кто? — Ах, да… Я его двоюродная племянница. Мне позвонили и сказали, что мой дядя умер и оставил завещание. Собственно говоря, вот я здесь. Неслихан выдохнула. Глядя на то, как растерянно блондинка смотрит по сторонам, будто ища кого-то третьего в кабинете, она поняла, что легенда сработала. — Очень приятно, я Мине ханым, секретарь Недим бея. Но теперь я работаю с Уфук беем, это наш новый руководитель. А вам, наверное, сможет помочь личный адвокат Недим бея, — неуверенно сказала она. — Вот его кабинет. Как мне вас представить? — Кейт. Кейт ханым, — уточнила Неслихан. — Я из Америки. Блондинка кивнула и постучалась в благородного янтарного оттенка деревянную дверь. Войдя в кабинет, она вышла через минуту и сказала: — Халил бей готов вас принять. — Спасибо, — Неслихан направилась в кабинет. Халил бей оказался моложавым мужчиной с легкой бородкой. Увидев Неслихан, он расплылся в улыбке: — Здравствуйте, Кейт ханым, рад вас видеть. Сказать по правде, ваш приезд — очень большая неожиданность для нас, поскольку я впервые слышу о том, что у Недим бея была двоюродная племянница… — Очень может быть, — Неслихан решила придерживаться легенды. — Моя мама еще маленькой эмигрировала в Америку вместе с родителями. Я родилась уже там. — Для жительницы Соединенных Штатов вы отлично говорите по-турецки! — Мама разговаривала со мной только на турецком языке, да и я часто бывала в Турции. — Хм… А мы с вами не могли встречаться раньше? У меня складывается впечатление, что я вас где-то видел, — Халил бей повертел в пальцах ручку. У Неслихан заколотилось сердце. Она и правда много выступала по телевидению, но это было давно… Неужели сейчас ее легенда провалится? — Вряд ли, — она усмехнулась, стараясь сохранять лицо. — Но мне говорили, что я похожа на какую-то турецкую политическую деятельницу. — Что ж, — любопытство адвоката, кажется, было удовлетворено, — давайте перейдем к делу. Значит, вы говорите, вам позвонили и сообщили о кончине вашего дяди? — Да, так и есть. И сказали, что в завещании упомянуто мое имя. — Наверное, вышла ошибка… — озадаченно произнес он. — Возможно, вас разыграли… — Но дядя-то умер, — настаивала на своем Неслихан. — Значит, и завещание должно было быть… — Так и есть. — И кому же он все завещал? Насколько я знаю, его единственный сын тоже умер, — напирала Неслихан. — Он завещал все — дом, компанию и деньги со сберегательного счета — своей внучке, — выдавил из себя адвокат. — Что? — ахнула Неслихан. А ведь Алтай был прав, говоря о том же! Удивление ее получилось настолько натуральным, что Халил бей поспешил подать ей воды и объяснить: — Оказалось, у Джихана… Джихан бея была внебрачная дочь. Долгие годы ее считали умершей. Но оказалось, что девочка жива, ее удочерили и дали ей другое имя. — Но… Как так вышло? — Я точно не знаю подробностей, — адвокат почесал нос. — Но Недим бей как-то сумел разыскать девочку. И оставил все ей. Это было буквально за пару недель до его смерти. — Очень интересно… В таком случае, мне хотелось бы встретиться с семьей малышки. Все же это моя единственная родственница. — Это невозможно, — Халил бей был явно озадачен. — Почему? — Неслихан нахмурилась. — Приемная мама девочки умерла. А малышка пропала. Видимо, она испугалась, увидев мертвую маму, и убежала из дома. — Когда это случилось? — Да вот несколько недель назад. — И что, девочку никто не ищет? — воскликнула Неслихан. Халил бей развел руками: — Мы обращались в полицию. Но там сказали, что это бесполезно. Стамбул большой город, а девочке всего шесть лет… — И неужели никого не волнует, что маленький ребенок исчез и ходит один по улицам? — вскипела Неслихан. — Скорее всего, девочка давно погибла. Домашнему ребенку не выжить на улице. А тут еще снегопад был, — сказал Халил бей. Неслихан захотелось выбросить этого человека в окно. — Я поняла. Вы все это делаете ради того, чтобы единственную наследницу признали погибшей. В таком случае все завещанное девочке перейдет к кому-то другому. А к кому, если не секрет? Халил бей совсем сник. — Это будет обсуждаться дополнительно. У Недим бея не было множества родственников. Возможно, вы тоже сможете претендовать на часть наследства. — Вот как... Но родная внучка, если она, конечно, жива, останется без средств к существованию! Знаете, я этого так не оставлю, — пообещала она. — Я тетя девочки и я сообщу в полицию. Пусть найдут ребенка. — Кейт ханым, это правда бесполезно, — попытался было настоять на своем адвокат, но Неслихан встала и остановила его движением руки. — Я сама разберусь, бесполезно это или нет. Всего доброго, — сказала она, выходя за дверь. Затем улыбнулась Мине ханым и покинула кабинет. В машине она сразу позвонила Алтаю, чтобы рассказать о том, что узнала в компании Недима Оздемира. — Ты был прав, Алтай, Бурджу и правда наследница, — подытожила свой рассказ она. — И думается мне, многим из тех, кто рассчитывал оторвать что-то от денег Недима, не понравилось существование девочки. Кажется, они думают дождаться, когда Бурджу по закону можно будет признать мертвой, и забрать все. — Получается, девочка, которая уже лишена и родной матери, и приемной, останется без того, что ей положено по закону? — уточнил Алтай, глядя на малышку, которая в этот момент учила Бириджика давать лапу. — Как-то так... Но если они поймут, что Бурджу жива, то я не сомневаюсь, что охота начнется и на нее, — вздохнула Неслихан. — Какой вариант ни выбери, все плохие. — Надо выбрать то, что лучше для ребенка. Сама подумай, сейчас у нее нет ничего. Пока она даже у нас находится незаконно, потому что мы ей не опекуны. — Но как ее отдать-то теперь? И куда? На съедение этим шакалам? — в Неслихан снова начала пробуждаться ярость. — Понятно, что никуда ее отдавать нельзя. Я про другое. Когда она вырастет, ей нужно будет получать образование, где-то жить, в конце концов, может, она захочет посмотреть мир или открыть собственное дело... Словом, на мой взгляд, нужно сделать все, чтобы Бурджу осталась наследницей состояния своего дедушки. Пусть пока она не сможет всем этим владеть, потому что она маленькая, но в восемнадцать лет она разберется, что делать. Решение пришло к Неслихан само собой: — Алтай, тогда у меня нет другого выхода. Я удочерю ее. — Что? — в динамике послышался звон разбитого стекла — Алтай от удивления выронил кружку, куда хотел налить чаю. — Ты серьезно? — А какой еще вариант здесь может быть? К тому же... — Неслихан остановилась — пора перестать отказываться признавать очевидное. — Я полюбила Бурджу еще беспризорной малышкой, когда увидела у нее в рюкзаке Бириджика. И даже если бы у нее не оказалось большого наследства, я бы все равно удочерила ее. Алтай в динамике потрясённо молчал. На фоне слышался голос Бурджу, от которого у Неслихан застучало сердце. Как бы дальше ни повернулась жизнь, эта девочка должна остаться с ней навсегда. — Я сейчас позвоню главе, а потом поеду в опеку, — сказала Неслихан. — Хочу узнать, какие документы нужны для того, чтобы удочерить Бурджу. — Эм... Ладно, — Алтай отвлекся, потому что как раз в этот момент девочка в гостиной притихла. Затем раздался топот, и малышка появилась рядом с ним: — Ты разговариваешь с Неслихан? А можно я ей что-то скажу? — Неслихан, Бурджу хочет с тобой поговорить, — улыбнулся Алтай. — Неслихан, а ты скоро домой придёшь? — спросила девочка, получив в руки телефон. — Милая, постараюсь как можно скорее, — у Неслихан внутри потеплело от голоса Бурджу. — Мы с Алтаем и Бириджиком тебя очень ждём! — сказала малышка. И эти ее слова помогли Неслихан понять: она все делает правильно. После разговора с Неслихан Алтай налил чай в новую кружку и сел за стол. Голову переполняли мысли. Неужели его начальница и правда удочерит девочку? Нет, он был к этому отчасти готов, ведь и он полюбил Бурджу. Да разве можно было не испытывать к этой чудесной малышке каких-то теплых чувств! — Алтай, почитаешь мне книжку? — Бурджу замерла на пороге кухни. Одним из развлечений девочки стало чтение, благо, у Неслихан дома было немало детских книг, которые они с братом читали в детстве. Давным-давно книги пылились на полках — пока в доме не появилась Бурджу. — Почитаю, конечно. Идем в гостиную, — Алтай положил руку малышке на плечо. — Покажи, какую книгу ты там нашла? — "Энн из Зеленых крыш", — она протянула Алтаю книгу с рыжеволосой девочкой на обложке. Он прекрасно помнил это произведение — Селен в восемь-девять лет тоже очень любила его. — Хорошо. Садись, почитаю тебе. Алтай думал, что Бурджу вряд ли будет интересно — все же эта книга больше для девочек постарше. Но, удивительно, малышка слушала очень внимательно, лишь изредка спрашивала значения незнакомых слов. — Все-таки хорошо, что Марилла разрешила Энн жить с ними, — сказала она. — В приюте ведь плохо... Алтай, а дети, у которых нет родителей, и сейчас живут в приютах? — Да, — Алтай насторожился. — А почему ты спрашиваешь? — Ну, мне интересно... А в приюте плохо? — Не обязательно. У детей там есть и игрушки, и книги, и гаджеты. Дети ходят в школу, занимаются спортом, общаются со сверстниками. Да и воспитатели зачастую очень добрые и приветливые. — Понятно... А с собаками можно жить в приюте? — Ну, Бурджу, это вряд ли… — Это плохо, — девочка погрустнела и съежилась на диване. Алтай провел ладонью по ее волосам. Бурджу никак не отреагировала. В гостиной повисло молчание. — Будем читать дальше? — спросил Алтай. — Нет, я больше не хочу читать. Пойду с Бириджиком поиграю. Девочка ушла, а Алтай задумался. Ему было жаль Бурджу, малышка казалась ему одинокой и потерянной. Возможно, она боялась того, что с ней будет, но не могла выразить это словами. Возможно, грустила, потому что осталась совсем одна. Алтай встал с дивана и поднялся на второй этаж. Бурджу была в своей комнате — сидя на ковре, она гладила Бириджика: — Вот бы у нас с тобой получилось всегда-всегда жить с Неслихан и Алтаем…