Денди сбегает от брака

Днём Шэнь Кэ поднялся на гору, чтобы собрать травы, а Лю Шу немного поспал, прежде чем встать и посеять семена. В этот раз, покупая семена, он несколько раз подчеркнул, что не нужно брать семена перца чили, поэтому на этот раз они купили настоящие овощи. — Что ты сажаешь? — небрежно спросил Хуэй Шан, наблюдая, как он разбрасывает семена. — Кинза. — ... Кажется, ты действительно ломаешь голову, как избежать моей милостыни. — Тебе не нравится кинза? Хуэй Шан кивнул, думая, что он передумает, однако Лю Шу ухмыльнулся и сказал: — Какая разница? Мне нравится! Затем им нужно было посадить помидоры, редис, огурцы... — Как же я устал! — после целого дня работы было засеяно всего два участка. Думая об овощах, которые он обычно пробовал на вкус, а потом выбрасывал, Лю Шу почувствовал укол сожаления, — Если бы я съел ещё несколько кусочков, посадка овощей не была бы такой утомительной! — Пашу поля под полуденным солнцем, пот капает на землю, — вздохнул Хуэй Шан. — Шевели задницей, я считаю до пяти, — сказал Лю Шу, стиснув зубы. — ... После захода солнца, Лю Шу вернулся домой и увидел, что Шэнь Кэ тоже вернулся и сидит во дворе. Однако при ближайшем рассмотрении Лю Шу заметил, что у него дрожат икры. — Что случилось? — он быстро присел на корточки, чтобы проверить. — Ничего страшного, просто немного поскользнулся на горной тропе. Я шёл слишком быстро, немного отдохну и буду в порядке, — тяжело дыша, сказал Шэнь Кэ. — Ты упал? — Лю Шу не мог не волноваться. — Нет, — Шэнь Кэ взмахнул рукой, поддерживая себя, чтобы встать, — Ты голоден? Я приготовлю. — Не двигайся, отдохни как следует, — Лю Шу усадил его обратно в кресло, — Сегодня вечером мы с Хуэй Шаном будем готовить. Хуэй Шан, пойдём. Хуэй Шан: — ...Ты помнишь, что я всего лишь монах, который просит милостыню? — Я не такой покладистый, как он. Если ты не будешь готовить, иди попрошайничать в другое место, — строго сказал Лю Шу. — Я иду, благодетель, — Хуэй Шан с готовностью последовал за ним. Вскоре на кухне послышался звон посуды. Шэнь Кэ потёр ноги, прислушиваясь к шуму внутри, и, повернув голову, увидел, как Лю Шу размахивает лопаткой, отдавая распоряжения Хуэй Шану. Он молча улыбнулся. Казалось, что дом действительно оживал. Здесь было не так, как в столице. В этой глуши даже до ближайшего соседа нужно было пройти большое расстояние пешком. Хотя он не любил шум, каждый раз, когда наступала ночь и он сидел один во дворе, то иногда чувствовал, как одиночество охватывает его в темноте. — Я же велел тебе добавить соль, а ты положил сахар, лысый осел! — Это, очевидно, соль. Если нет, я оторву себе голову, чтобы ты использовал её в качестве закуски! — Не говори так, мне от этого хочется выпить. Шум, доносившийся из кухни, смешанный с шипением в кастрюле, немного расслабил уставшее тело Шэнь Кэ. Он встал и вошёл, слегка улыбаясь: — Кастрюля вот-вот подгорит. После того, как еда была подана, Лю Шу, встретивший гробовое молчание, ткнул пальцем в тёмный пирог: — Ладно, никто ничего не говорит. Давайте просто поедим. Шэнь Кэ одобрительно кивнул и опустил голову, чтобы молча съесть пирог. — Пойду посмотрю, можно ли где-нибудь попросить милостыню, — Хуэй Шан встал и ушел. — Лысый осёл, — возмущенно крикнул Лю Шу. — Понял, я попрошу и для тебя тоже! — Хуэй Шан помахал рукой, не оглядываясь. — Учитель, вы так разумны, — Лю Шу повернулся и посмотрел на Шэнь Кэ, и они оба рассмеялись. Хуэй Шан снова ушёл, оставив во дворе только двух человек, но шум не утихал. — Чирик, чирик, чирик~ Шэнь Кэ отложил книгу, открыл окно и посмотрел, как Лю Шу сидит во дворе на корточках и играет с цыплятами в курятнике. Он улыбнулся: — Всё ещё не собираешься отдыхать? — Чирик-чирик-чирик, — Лю Шу позвал их, но, увидев, что цыплята его игнорируют, подошёл к окну и с огорчением сказал, — Как скучно, никто не хочет со мной играть, кроме цыпляток. В этой отдалённой глуши не было представления о ночной жизни. После того, как Лю Шу вел себя хорошо всего несколько дней, он не смог устоять перед соблазном и ощутил сильное желание предаться алкоголю и удовольствиям. — Есть ли здесь что-нибудь интересное, чем можно заняться? — Интересное? — Шэнь Кэ задумался, — Чтение? — .... — Лю Шу поднял руку и быстро закрыл окно. Шэнь Кэ хихикнул изнутри. — Я собираюсь немного повеселиться. Он бесцельно бродил вокруг, сам того не замечая, как снова оказался во дворе сестры Сян. Там звучали оживлённые разговоры и время от времени хрустели семечки. Неужели они снова говорили о нём? Он быстро спрятался за воротами внутреннего двора и стал подслушивать, прислонившись ухом к двери. Он уловил обрывки слов: «ссора» и «убежал из дома», и его сердце замерло. Ах! Они снова проклинают меня за моей спиной! На этот раз он хотел послушать, что они говорят о нем. — Что ты здесь делаешь? — позади него раздался грубый голос, напугав его. Он споткнулся и вошёл во двор. Внутри мгновенно воцарилась тишина, и все обернулись посмотреть. Лю Шу наконец-то ясно увидел этого человека – это был мастер по бамбуку. Он дважды кашлянул, невозмутимый, и беспечно сказал: — Я пришёл поиграть. А ты? Почему ты крадёшься за мной? Мужчина не ответил, и люди внутри весело поздоровались: — Это ты, заходи отдохнуть. Мастер по бамбуку, не говоря ни слова, передал вещь, которую держал в руке Лю Шу, затем повернулся и ушел. Юноша посмотрел вниз и увидел большой курятник. Уже так быстро? Он открыл рот, чтобы спросить, но тот бесследно исчез в темноте. — Может, он что-то услышал? — люди внутри подошли к двери, оглядываясь по сторонам. Не найдя никаких следов мастера по бамбуку, начали что-то бормотать себе под нос. — Наверное, нет, верно? Было бы неловко, если бы он услышал, — тётя Чжу выглядела озадаченной. — Ладно, забудь. В любом случае, мы просто констатируем факты. — То, о чём ты говорила... было связано с ним? — спросил Лю Шу. Тётя Чжу кивнула: — Да, они с женой каждый день ссорились, и она сбежала из дома. — Очевидно, она сбежала с диким человеком. Я видела, как этот дикий человек лежал раненый на обочине. Мастер по бамбуку спас его, но неожиданно этот человек отплатил за доброту враждой и сбежал с его женой, — сестрица Сян сплюнула, — Не повезло, но я надеюсь, что жизнь этого дикого человека навсегда пойдёт под откос. Остальные рассмеялись, и Лю Шу почувствовал, как в его грудь вонзилась стрела. Натянув фальшивую улыбку, он несколько раз рассмеялся, прежде чем отнести курятник домой. — А-Кэ, А-Кэ, знаешь, что я только что услышал? — как только Лю Шу вошёл в дом, ему не терпелось поделиться новостью с Шэнь Кэ. — Ясно, я понял, — слушая, Шэнь Кэ снова взял в руки книгу. — И это всё? — увидев его безразличную реакцию, Лю Шу потерял энтузиазм. Указав на курятник, он спросил, — Эта штука выглядит довольно прочной. Может, нам сейчас поменять гнездо для цыплят? — Хорошо. Они вдвоём поместили цыплят в курятник по одному, поставив его во дворе, а потом пошли умыться и спать. Однако на следующий день пошёл сильный дождь. Лю Шу сначала услышал стук капель дождя, бьющих в окно. Подумав, что сегодня наконец-то станет прохладнее, он вдруг вспомнил о цыплятах во дворе. Торопливо вскочив, он выбежал на улицу и увидел, как Шэнь Кэ, весь промокший, поспешно заносит в дом мокрый курятник. Он быстро схватил зонтик и прикрыл им Шэнь Кэ, помогая занести курятник. Глядя на промокшего насквозь Шэнь Кэ, он увидел, как капли дождя стекают по его лицу, а белая одежда прилипла к телу, слегка обнажая кожу. На мгновение он оцепенел, медленно расширяя глаза: «Неужели? Неужели?» Некоторые люди могут казаться мягкими и хрупкими на первый взгляд, но под одеждой у них может быть немало мышц! — Сначала переоденься, чтобы не простудиться. Я разберусь с этим. Потом мы можем поговорить о мышцах. — лаконично предложил Лю Шу. — Э-э... а? Лю Шу бросил взгляд на плотно закрытую дверь, прежде чем вернуться в свою комнату за своей потрёпанной одеждой. Из-за того, что её порвали бандиты, она больше не годилась для носки. Он решил использовать её как тряпки, чтобы высушить цыплят одного за другим, непрерывно обдувая их воздухом, чтобы они полностью высохли. После дождя они поднялись на гору, чтобы собрать травы. Далее, сидя в доме, они какое-то время играли с цыплятами, а затем отдыхали у курятника. — Я, пожалуй, почитаю книгу, — сказал Шэнь Кэ. — Я пойду поиграю с кузнечиками. — ? — Шэнь Кэ спросил, — Где здесь кузнечики? — Ах да, у тебя же дома нет кузнечиков. Ха, ни одного кузнечика, — Лю Шу подпёр подбородок рукой и со скучающим видом покрутил в руках чашку с чаем. — Кузнечиков нет, но есть мухи. Хочешь? — предложил Шэнь Кэ. — ... Спасибо. — Пожалуйста. — Ладно, давай перейдём к делу. Честно говоря, откуда у тебя эти мышцы? — Лю Шу внезапно указал на талию и живот Шэнь Кэ. Проследив за его взглядом, юноша опустил голову и несколько раз моргнул, прежде чем ответить: — Разве я тебе не говорил? Родители обманом заставили меня заниматься спортом, когда я был ребёнком, а потом... я просто привык. — Привык? — Да, я каждый день рано просыпаюсь и немного бегаю по этой дороге. — Чепуха, я этого не видел. — Потому что ты не встаёшь рано. — ...Οй! Чувствуя себя неловко, Лю Шу подошёл к двери и уставился на воду, стекающую с карниза. Он заметил фигуру в дождевой пелене, несущую две большие корзины на плече. Заинтригованный, он спросил: — Даже в такой сильный дождь кто-то продолжает работать? — Вынужденный жизнью, — вздохнул Шэнь Кэ. — Эй, похоже, этот человек упал! — Лю Шу взял зонтик, висевший на стене, и поспешил наружу. Приблизившись, он понял, что это был мастер по бамбуку. Тот с трудом поднимался с грязной земли, весь перепачканный, и даже его устрашающий вид казался немного жалким. — Ты в порядке? — Лю Шу подошёл к нему, держа над ним зонт. Мастер покачал головой, поднял сладкий картофель, упавший на землю, бросил его в корзину и продолжил идти, закинув шест на плечо. Шел сильный дождь, а его дом был еще далеко. Лю Шу посмотрел на его следы, разной глубины, и сказал: — Такой ливень, а ты всё ещё работаешь. Зайди к нам отдохнуть. Подожди, пока дождь не закончится, прежде чем идти. — Не нужно, — тяжёлый груз, лежащий на плечах мастера по бамбуку, сделал его и без того грубый голос ещё более низким. — Как ты собираешься возвращаться в таком виде? Сладкий картофель не годится для постоянного пребывания под дождем, — спросил Лю Шу. Мастер по бамбуку колебался. — Давай, пойдём. В нашем доме нет женщин, тебе не нужно стесняться, — настаивал Лю Шу. Мужчина ответил: — ... Я не стесняюсь. — Тогда в чем же дело? — ...Немного нервничаю. — ? Капли дождя падали на лицо мастера по бамбуку, и он яростно вытер их, снова показав свое свирепое лицо. — Я никогда не видел такого красивого человека, да еще и двух. "...."Делать комплименты это одно, но не используй это выражение, пожалуйста! — Заходите скорее, — Шэнь Кэ ждал у ворот внутреннего двора. Когда они подошли, он вышел вперёд, чтобы помочь мастеру по бамбуку с его ношей. Не ожидая этого, он чуть не надорвался, — Ух-ах! — Тяжело, — посочувствовал Лю Шу, вспомнив, как он пытался помочь раньше и в итоге надорвался. Шэнь Кэ неловко кивнул. Две корзины с бататом стояли под карнизом. Они втроём сидели внутри, создавая довольно необычную атмосферу. Мастер выглядел как ребёнок, который сделал что-то не так, опустив голову и храня молчание. — Сяо У, твоя одежда промокла. Иди переоденься, — сказал Шэнь Кэ, а затем с улыбкой повернулся к мастеру по бамбуку, — Старший брат, ты уже отправил письмо? Только тогда мастер по работе с бамбуком пошевелился. Он медленно кивнул и пробормотал: — Спасибо. — Если тебе понадобится отправлять письма в будущем, не стесняйся обращаться ко мне в любое время, или я могу научить тебя писать? — предложил Шэнь Кэ. — Не нужно, не нужно. Я грубый парень, не умею всему этому учиться, — мастер по бамбуку махнул рукой. Услышав их разговор снаружи, Лю Шу решил не мешать и вместо этого примерил новую одежду, которую купил для него Шэнь Кэ. Только когда дождь снаружи постепенно прекратился, он в замешательстве открыл дверь и спросил: — Он ушёл? — Да, — ответил Шэнь Кэ, снова и снова поглядывая на него. — Что у нас на столе? — Сладкий картофель, который он нам дал. — Кажется, он хороший человек, — прокомментировал Лю Шу, выходя за водой. Шэнь Кэ кашлянул, нерешительно посмотрел на него и сказал: — На тебе мое нижнее одеяние. Лю Шу опустил взгляд и понял, что это правда. Их одежда, оставленная сушиться во дворе, могла перепутаться при сборе. Он быстро снял верхнюю одежду. — Иди внутрь и переоденься, — посоветовал Шэнь Кэ, поддерживая рукой лоб. — Ах да, подожди, — Лю Шу поспешно вернулся в комнату, переоделся, а когда вернулся, его лицо покраснело от смущения, — Я не хотел. — Да, я знаю, — Шэнь Кэ посмотрел на его раскрасневшиеся щёки и не смог сдержать улыбку. Из-за дождя в тот день никто не поднимался на гору и не работал в поле. Поэтому вечером собралось больше людей, и на этот раз Лю Шу привел с собой Шэнь Кэ. Войдя во двор, они услышали, как женщины продолжают вчерашнюю тему, обсуждая трагическую судьбу мастера по бамбуку. — Эта история такая устаревшая. Почему мы всё ещё о ней говорим? — Лю Шу радостно вошёл внутрь, — Я привёл для вас рассказчика. Давайте послушаем настоящую сплетню! Что-то захватывающее! — Брат Кэ тоже рассказывает такие истории? — с любопытством спросила тётя Чжу. — Какие истории могут быть у этих учёных? Они, наверное, декламируют стихи и сочиняют эссе. Мы всё равно этого не поймём, — уверенно сказала сестра Сян. Лю Шу загадочно ухмыльнулся и произнёс: — Это история о трёх женщинах и ста пяти мужчинах, которые жили вместе! Как тебе? Хочешь её послушать? Зрители на мгновение опешили, затем семена дыни пошли по кругу, принесли стулья, и все дружно перевели взгляд на Шэнь Кэ, их глаза сияли от предвкушения.