Денди сбегает от брака

В день свадьбы из-за того, что Шэнь Кэ не умел пить, Лю Шу вызвался угощать гостей напитками. Поначалу некоторые сочли неприличным, что новобрачный жених покидает брачную комнату, но генерал Янь первым поднял свой бокал и сказал: — Давай, брат, выпьем до дна! Следуя за ним и видя, насколько общительным был молодой господин Лю с генералом Янь и господином Чжао, остальные не знали, что сказать, и присоединились к выпивке. Вскоре они обнаружили, что молодой господин Лю действительно умеет пить, обходя гостей и сохраняя равновесие. Изначально Чжан Моян хотел проводить их к комнате для новобрачных, но в итоге напился раньше времени, и Чжан Мошэн с Хуэй Шаном отвели его обратно в гостиницу. Все мужчины в семье Лю были любителями выпить, и хотя Лу Юэцзю тоже хорошо переносила алкоголь, она должна была соблюдать приличия и сделала всего несколько глотков вместе с госпожой Шэнь. Лю Шу не только хорошо держался на ногах, но и обладал красноречием. После нескольких бокалов вина гости прониклись к нему особой симпатией. Только к полуночи все постепенно разошлись. Проводив генерала Янь, Лю Шу закрыл глаза и рухнул прямо на Шэнь Кэ. Шэнь Кэ отвёл его обратно и окунул в ванну, но даже в таком состоянии Лю Шу продолжал говорить о том, что хочет пойти в брачную комнату. — Нет... давай не будем купаться, пойдём сначала в спальню для новобрачных... эм... эм, у меня голова кружится... А-Кэ, как так получилось, что тебя стало двое? Нет, кажется, трое? — Сегодня мы не будет брачной ночи. Отдыхай. У тебя был тяжёлый день, — мягко ответил Шэнь Кэ. Посреди ночи Лю Шу внезапно проснулся от желания помочиться. Справившись с физиологической потребностью, он, пошатываясь, вернулся в постель и схватил Шэнь Кэ за руку, спросив: — Мы выпили свадебное вино? — Выпили. — О, а как насчет брачного чертога? Мы ходили в комнату для новобрачных? — Ходили. — Хм... — Лю Шу перевернулся несколько раз и, не почувствовав ничего необычного в своём теле, недовольно ущипнул юношу за лицо, — Ты мне солгал! Шэнь Кэ усмехнулся, удерживая покачивающееся тело. — Тебе не хочется спать? — Если мы не проведём первую брачную ночь, я не смогу уснуть! — Лю Шу сидел на нем, ведя себя как избалованный ребенок и отказываясь спать. Красные свечи снова затрепетали, отбрасывая на стену пересекающиеся тени. Через некоторое время Лю Шу поднял голову, дрожа и тихо плача от удовольствия, прежде чем наконец уснуть от усталости. На следующий день Лю Шу внезапно проснулся, распахнул окно и увидел ясное небо и слой снега на карнизах. Шэнь Кэ во дворе лепил снеговика вместе с Нин'эр. Услышав шум, он подошёл к окну и ткнул Лю Шу в лицо, заставив его вздрогнуть. — Проснулся? Проголодался? На кухне греется суп, — улыбнулся Шэнь Кэ. — Который час? — удивленно спросил Лю Шу. — Дядя Сяо У такой ленивый! Мы уже пообедали, а ты только что проснулся. Ленивых людей следует наказывать переписыванием книг! — закричала Нин'эр. — О нет, я что, пропустил чайную церемонию? — Лю Шу запаниковал, быстро выпрямился и выбежал из комнаты. — Не торопись, — Шэнь Кэ остановил его у двери, передал Нин'эр служанке и повёл обратно в комнату, — Родители знали, что вчера вечером ты был занят, развлекая гостей, поэтому отменили утреннюю церемонию, чтобы ты отдохнул. Хочешь поспать ещё немного? — Правда? — Мгм. Лю Шу наконец расслабился, выпив две миски тёплого супа, затем аккуратно оделся и вышел навстречу новым членам своей семьи. В зале четверо старейшин и Шэнь Хуай были погружены в беседу, в то время как У Сюй и Нин'эр играли во дворе, создавая гармоничную картину. — Мама, папа, простите, что опоздал, — Лю Шу виновато улыбнулся. — Ты проснулся так поздно. — Всё в порядке, давай скорее садись. Лу Юэцзю и мадам Шэнь заговорили одновременно, посмотрели друг на друга и рассмеялись. Госпожа Лу продолжила: — Сяо У, подай чай. Лю Шу послушно подал чай двум старейшинам семьи Шэнь, с широкой улыбкой обращаясь к ним «папа» и «мама». На лицах старейшин расцвели улыбки. По сравнению с их сдержанностью, когда господин Лю и госпожа Лу получили чай от Шэнь Кэ, их радость была почти безудержной, а смех неконтролируемым. — Разве это не против правил? — спросила Лу Юэцзю, попивая чай. — Зачем беспокоиться о правилах в семье? — усмехнулся Шэнь Яньцин, — Раз Сяо У подал нам чай, то и А-Кэ должен сделать то же самое. На следующий день был канун Нового года, семья Шэнь редко отмечала столь оживлённо, но с участием семьи Лю и нескольких друзей, приехавших издалека, празднества продолжались до поздней ночи. Лю Шу сидел, скрестив ноги, на краю кровати и, услышав внезапный грохот фейерверков снаружи, быстро выбежал посмотреть. — Будь осторожен, не простудись, — сказал Шэнь Кэ, накидывая большой плащ его на плечи, а затем притягивая к себе. — С Новым годом. — С Новым годом, — Лю Шу обернулся и посмотрел на него с сияющей улыбкой, в его глазах отражался свет огней, — Это самый счастливый Новый год в моей жизни! В прежние годы вся семья Лю собиралась вместе, несколько жён обсуждали дела, вооружённые до зубов, а братья плохо себя вели, поэтому празднества заканчивались рано. Но теперь он был только со своими родителями, а новая семья, двое старших из семьи Шэнь, были очень добры к нему и относились как к сыну. Хотя Шэнь Хуай может быть язвительным, в целом он был хорошим братом, его невестка была интересным человеком, а Нин'эр была ещё очаровательнее! Чувствовать, что рядом с тобой семья, друзья и любимый человек, было по-настоящему чудесно! — Не только этот, но и каждый раз в будущем будет счастливым, — улыбнулся Шэнь Кэ. После Нового года всем пришлось собрать вещи и разъехаться по домам. Семья Лю отправилась в долгий обратный путь, чтобы заняться своими делами. Следующими были Чжан Моян и его сестра вместе с Хуэй Шаном, а затем Шэнь Хуай со своими официальными обязанностями. После Праздника фонарей Лю Шу, Шэнь Кэ, У Сюй и Нин'эр вместе отправились в префектуру Хуайчжоу. Прежде чем уйти, они вдвоём сделали ещё одну вещь нарисовали ещё одну картину на искусственной горе. Над двумя мальчиками, которые извинялись друг перед другом, была изображена сцена, в которой двое юношей кланяются друг другу на свадьбе. После того как Шэнь Кэ закончил рисовать, Лю Шу взял нож и медленно вырезал картину, чтобы она никогда не исчезла. На обратном пути Шэнь Кэ продолжал записывать урожай, а Лю Шу играл с Нин'эр, обучая её свистеть, а затем стрелять из рогатки. Речь Нин'эр тоже стала более беззаботной и непринуждённой, она давно не писала и не рисовала. К счастью, У Сюй была широкой душой и не только не разозлилась, но и поощрила её к изучению новых вещей, сказав: — Дети не должны подавлять свою природу. Если они хотят писать, пусть пишут; если они хотят играть, пусть играют. — Тогда почему она начала учиться живописи у А-Кэ в возрасте двух лет? — с любопытством спросил Лю Шу. — Это потому, что Шэнь Хуай считал себя глупым и не мог сравниться с А-Кэ в каллиграфии и живописи, поэтому он хотел, чтобы Нин'эр стала такой же, как А-Кэ, и превзошла А-Кэ, — сказала У Сюй. Лю Шу от души рассмеялся: — Старший брат так бы не сказал. — Он не признаёт, что он хуже А-Кэ, его хвост практически поднят вверх. Лю Шу согнулся от бесконтрольного смеха, опираясь на спину Шэнь Кэ. Смеясь и радуясь на протяжении всего пути, они наконец прибыли в префектуру Хуайчжоу. Отправив свою невестку и Нин'эр на встречу с Шэнь Хуаем, они вдвоём прогулялись по магазину румян, прежде чем продолжить свой путь. Проходя через город, Лю Шу нёс в руках пакет с конфетами и бросил его в лавку Чэнь Инлянь, а также протянул ей мешок с украшениями, сказав: — Вот, это то, что я обещал вернуть тебе в логове бандитов. Чэнь Инлянь широко раскрыла глаза: — Что ещё ты можешь сделать, малыш? Я могу работать на тебя всю жизнь! — Нам нужен кто-то, кто помог бы с сельским хозяйством, ты согласна? — Конечно! — Хорошо, жди моего сообщения. Праздничная атмосфера в деревне ещё не рассеялась, под карнизами домов висели фонарики, а окна были украшены вырезанными из бумаги фигурками. На улице играли дети в чистых куртках. Увидев карету, двое негодников сразу же подбежали к ней: — Брат Сяо У вернулся! Услышав шум, люди, находившиеся поблизости, вышли посмотреть. Лю Шу вышел из кареты и пошёл от двери к двери, раздавая всем свадебные конфеты и получая взамен множество благословений и фруктов. Их новый дом тоже был почти готов. Как только они вернутся домой, их накормят горячим обедом. Управляющий, нанятый Лу Юэцзю, не только руководил строительством, но и занимался всеми домашними делами, включая содержание примерно двадцати слуг, которых предоставила госпожа Лу. Сначала Шэнь Кэ хотел отказаться, но Лю Шу остановил его. У них обоих было много дел, и помощь с готовкой и стиркой была бы кстати. Даже если бы им пришлось заниматься сельским хозяйством, дополнительная рабочая сила облегчила бы их ношу и позволила бы ему больше сосредоточиться на подготовке к императорскому экзамену. После того, как строительство нового дома было завершено, они пригласили жителей деревни на ужин. Все сидели в просторном особняке, удивлённые и настороженные. Новости об их происхождении давно распространились по деревне, но никто не ожидал, что эти молодые хозяева захотят вернуться в деревню. После короткого удивления все вели себя так, будто находились у себя дома, и ели, осматривая территорию. В новом доме было много комнат. Хуэй Шан, который много раз приходил просить милостыню, сказал Шэнь Кэ: — Имя Сяо У скоро будет высечено на памятнике заслуг. Не хочешь ли ты пожертвовать благовония нашему храму, чтобы твоё имя было высечено рядом с его именем? Шэнь Кэ с готовностью согласился. Наступила весна, и Шэнь Кэ лично отправился сажать рис в сопровождении более чем двадцати слуг. Чэнь Инлянь тоже пришла; она могла работать за двоих. К счастью, им не нужно было сажать много, и за несколько дней они закончили засеивать два поля. Затем они описали состояние своих полей и полей жителей деревни. Тем временем на стороне Лю Шу был открыт третий магазин. Специально приготовленная пудра и порошок стали очень популярны и оказали значительное влияние на три магазина. Им пришлось расширить свою команду, чтобы продолжать производить пудру, и к ним присоединилась Лю Цяохуэй, которая отвечала за процесс сушки и получала от него ежемесячное жалованье. Все шло своим чередом, и в мгновение ока наступило начало лета, а вместе с ним и день рождения Лю Шу и Шэнь Кэ. Лу Юэцзю специально приехала, с тревогой ожидая этого дня, опасаясь каких-либо неприятностей с Лю Шу, не позволяя ему выходить из дома и держа его под своим бдительным присмотром, из-за чего он чувствовал себя подавленным. — Мам, мне нужно в туалет. — Я пойду с тобой. — Сколько мне лет! — Восемнадцать, после сегодняшнего дня я больше не буду тебя беспокоить, хорошо? Лю Шу беспомощно посмотрел на Шэнь Кэ в надежде, что юноша отвлечёт его мать, но тот сказал: — Я пойду с тобой. Сегодня Шэнь Кэ тоже не выходил из дома, стойко охраняя его. — ... — хотя Лю Шу очень хотел его переубедить, ему это показалось забавным. Он с радостью взял его за руку и сказал, —Пойдём. Во время ужина Лу Юэцзю преподнесла подарок: письменный документ, передающий все магазины румян семьи Лю в управление Лю Шу. — Отец согласился? — удивлённо спросил Лю Шу, глядя на документ. — Изначально я основала компанию по производству румян. Все сотрудники меня слушаются. Если бы он не согласился, разве это имело бы значение? — ответила Лу Юэцзю, — Сначала займись этими магазинами, если у тебя все получится, я постепенно передам тебе и другие предприятия. Старик Лю тоже собирается передать тебе текстильный бизнес, но ему, возможно, понадобится какое-то время, чтобы оценить тебя. Но не волнуйся, со мной ты можешь получить всё, что захочешь. — Я желаю тебе долгой и здоровой жизни! — воскликнул Лю Шу. — И тебе, — Лу Юэцзю улыбнулась и пожала ему руку, — Пусть мы все будем жить долго. Во второй половине дня семья Шэнь Хуая из трёх человек тоже приехала, чтобы отпраздновать их дни рождения. Шэнь Хуай подарил Лю Шу лук и сказал: — Этот лук и стрелы я получил от генерала Янь. Береги их. — Ух ты! — воскликнул Лю Шу. Шэнь Хуай также подарил Шэнь Кэ ценный набор кистей, чернил, бумаги и чернильный камень, которые он получил от господина Чжао. — Ого! Ты действительно крепко их схватил! — воскликнул Лю Шу. Шэнь Хуай прищурился, и он быстро сменил тему, — Старший брат очень силён! После ужина Нин'эр устала, и вся семья отправилась отдыхать в свою комнату. Лю Шу всё ещё думал о том, чтобы провести время наедине с Шэнь Кэ, поэтому он сказал Лу Юэцзю: — Мама, мы тоже хотим спать. — В такой час? — Лу Юэцзю только закончила говорить, когда увидела выражение его лица и сразу всё поняла. Она откашлялась и повернулась к Шэнь Кэ, сказав ему, — Вы двое идите отдыхать. Может быть, после хорошего ночного сна он переступит порог восемнадцатилетия. — Хорошо, мама, тебе тоже стоит лечь спать пораньше, — сказал Шэнь Кэ. Вернувшись в их комнату, Лю Шу наконец-то почувствовал себя свободнее. Он попросил Шэнь Кэ повернуться, а затем достал из-под одеяла подарок и позволил ему открыть его самому. — Что это? — Шэнь Кэ в изумлении посмотрел на стопку свитков перед собой. Внимательно посчитав, он обнаружил, что их семнадцать. Он медленно развернул один из них, на мгновение задержав взгляд, прежде чем искренне улыбнуться, — Ты скопировал все стихи со стены? — Да, — у Лю Шу возникла эта идея, когда он впервые увидел стихи на стене в доме Шэнь, — Это твой путь взросления. Мне он очень нравится. Давай повесим их у нас дома. С этого момента ты можешь писать по одному стихотворению в год, и я тоже выгравирую их на стене! — Хорошо, — Шэнь Кэ улыбнулся ещё шире, с ностальгией просматривая каждую запись и живо вспоминая свою юность. Отложив свитки, он взял Лю Шу за руку и повёл его в соседнюю комнату, — Твой подарок внутри. Выбирай, что тебе нравится. — Правда? — Лю Шу толкнул дверь. Раньше это был кабинет Шэнь Кэ, но теперь в нём было много знакомых вещей. Закуски из Цзиньлина, складные веера из Цзиньлина, шёлк Юньцзинь из Цзиньлина, заколки для волос из Цзиньлин, нефритовая флейта из Цзиньлина... там было все, все, что он привык видеть и использовать, даже золотой ночной горшок. — Чжан Моян был бы в восторге, увидев это, — рассмеялся Лю Шу. — Но мне это не нужно. Отец просто поставил его в комнате для гостей, чтобы похвастаться перед другими. — Правда? — Шэнь Кэ тоже рассмеялся, — Среди всего этого есть что-нибудь, что тебе нравится? — Всё! — Лю Шу обнял его, зная, что тот привёз так много вещей из Цзиньлина, потому что он скучал по дому. Его глаза были слегка красными, когда он улыбнулся и сказал, — Но мне также нравится этот дом сейчас. Пока у меня есть ты, всё хорошо. — У меня также, — Шэнь Кэ крепко обнял его, и они долго стояли вот так. Пока их не разлучил громкий крик. Они переглянулись и поспешили в гостевую комнату, где услышали, как Нин'эр плачет из-за того, что боится собак, и обнаружили, что Лю Фугуй пробрался в их комнату. — Лю Фугуй, выходи, — позвал Лю Шу. Когда Лю Фугуй вышел, возможно, переев, он не вернулся послушно в своё гнездо. Вместо этого он начал бесцельно бегать и в конце концов выбежал за дверь. Лю Шу побежал за ним на улицу, ругая его, когда поймал. Обернувшись, он увидел, что Шэнь Кэ и его мать идут за ним, боясь, что что-то может случиться, если он пропадёт из виду. Не в силах сдержать смех, он подошел с Лю Фугуем на руках: — Что вы делаете? Уже почти полночь, и порог восемнадцатилетия давно... — Осторожно! — внезапно крикнул Шэнь Кэ. — Ax! В темноте Лю Шу был так увлечён разговором с ними, что не заметил кочки перед собой. Он шагнул в пустоту и упал плашмя на землю. — ... Так это препятствие на восемнадцатилетия! — в отчаянии воскликнул Лю Шу, ударив кулаком по земле. Лу Юэцзю и Шэнь Кэ вздохнули с облегчением и одновременно рассмеялись. Осенью, когда они собирали урожай выращенного ими риса, Лю Шу и Шэнь Кэ были в восторге. Есть рис, выращенный ими самими, было особенно приятно. Шэнь Кэ начал размышлять о том, можно ли добиться максимальной урожайности при минимальных трудозатратах, поэтому он провёл исследования в окрестностях, для чего ему пришлось путешествовать. Так совпало, что Лю Шу тоже пришлось побывать в разных местах, чтобы перенять опыт и глубже понять бизнес по производству румян, который доверила ему Лу Юэцзю, поэтому они часто путешествовали вместе. Только перед императорским экзаменом Лю Шу вдруг забеспокоился. — О нет, ты же каждый день занимался этим. А как же экзамен? — Просто нужно сосредоточиться на написании экзамена, — успокоил его Шэнь Кэ. — Но что, если ты не добьешься высших баллов? —Тогда меня могут высмеять, унизить, и это может повлиять на тебя. Ты боишься? — Я ничего не боюсь, кроме того, что увижу тебя расстроенным. — Не волнуйся. Я сделаю всё, что в моих силах, но если я не добьюсь ожидаемых результатов, я ни о чём не буду жалеть. — Хорошо, тогда ты сосредоточься на экзамене. Не волнуйся. Для меня не составит труда поддержать тебя, — уверенно сказал Лю Шу. После более чем двух лет упорного труда Лю Шу объединил свои три магазина в семейный бизнес Лю и управлял ими вместе с семьёй. Он также выпустил свою особую пудру, которая стала популярной по всей стране и принесла значительную прибыль. Теперь он постепенно осваивал другие виды бизнеса, и его финансовые возможности нельзя было недооценивать. Брат и сестра Чжан помогали ему управлять магазинами и становились всё более опытными. Хотя Лю Шу утверждал, что не боится результатов экзамена Шэнь Кэ, он всё равно нервничал. Он не показывал этого Шэнь Кэ, но втайне много раз советовался с Хуэй Шаном, усердно молился Будде и жертвовал благовония. Для Шэнь Кэ провинциальный экзамен оказался не слишком сложным. Когда стали известны результаты предварительного экзамена, Лю Шу повсюду распространил радостную новость. Семья и друзья знали, что Шэнь Кэ занял первое место на местных и провинциальных экзаменах, что было довольно редкостью и привлекло значительное внимание. Многие чиновники пришли в дом Шэнь, чтобы поздравить его. По крайней мере, они были уверены, что он войдёт в тройку лучших, но сможет ли он получить первое место на дворцовом экзамене. В день итогового экзамена Лю Шу долго ждал у ворот дворца. Госпожа Шэнь немного волновалась. — Почему он ещё не вышел? Когда А-Хуай участвовал в итоговом экзамене, это заняло всего два часа. Который сейчас час? — Мама, выпей горячей воды, — Лю Шу боялась, что она начнёт беспокоиться. В этот момент один за другим начали выходить чиновники, обсуждая сегодняшнюю итоговую проверку. Лю Шу увидел вдалеке фигуру и сразу же побежал к ней. Шэнь Кэ уверенно поймал его и улыбнулся: — Не торопись, вдруг ты упадёшь? — Как дела? — нетерпеливо спросил Лю Шу. — Я немного проголодался, — сказал Шэнь Кэ. — В экипаже есть еда. — Что за еда? — внезапно появился позади них генерал Янь. — Можно мне тоже немного? Я так долго стоял здесь, что проголодался. Лю Шу достал из кареты несколько коробок с едой, всевозможную нежную выпечку. — Ешьте, ешьте. Явно изголодавшись, даже Шэнь Яньцин, который шёл за ним по пятам, больше не заботился о приличиях и ел выпечку прямо на улице. Проходившие мимо чиновники кричали: — Учитель Шэнь, вы действительно образцовый педагог. — Кхе-кхе, — Шэнь Яньцин неловко проглотил пирожное и обменялся с ними любезностями. Находясь в напряжении, Лю Шу с тревогой спросил: — Как всё прошло? Шэнь Кэ улыбнулся и ответил: — Я выполнил своё обещание. Лю Шу медленно расширил глаза. — Первое место?! — Да, в своём итоговом эссе о развитии сельского хозяйства и торговли он спорил с учёными до тех пор, пока никто в зале не осмелился с ним спорить. Тогда император официально назначил его лучшим учёным, — усмехнулся Янь Минтин, выбирая несколько пирожных из коробки с едой и собираясь уходить, — Я пойду скажу Мэнтину, что он сделал правильный выбор. До свидания. В день объявления результатов Шэнь Кэ стал известен в столице, а дверь семьи Шэнь ломилась от посетителями. Император, как ни странно, назначил его чиновником шестого ранга в Императорской академии. Когда все уже думали, что он произведёт фурор в Императорской академии, они узнали, что он добровольно подал заявку на должность мелкого чиновника в отдалённом Цюйчжоу. В этих отдалённых районах было мало ресурсов и скудная прибыль, и обычно туда отправляли только тех, кто впал в немилость или был понижен в должности. Его перевод удивил всех, кто возлагал на него большие надежды. Неожиданно для всех за время своей работы Шэнь Кэ активно развивал сельское хозяйство и торговлю в Цюйчжоу. Он жил, ел и работал вместе с простыми людьми, способствовал развитию управления, поддерживал гармонию и улучшал условия жизни. Чиновники и простые люди сблизились, и Шэнь Кэ завоевал уважение народа. Впоследствии его перевели в несколько других мест, где он также улучшил условия жизни местного населения. Он поощрял предпринимательство среди людей и постепенно сокращал социальную иерархию между учёными, земледельцами, ремесленниками и торговцами. В сердцах простых людей он заслужил большое уважение. Став премьер-министром, он представил ряд стратегий, приносящих пользу народу, собрал свои заметки о методах ведения сельского хозяйства в различных регионах в книгу под названием «Полная сельскохозяйственная летопись», позволяющую людям изучать методы посадки в разных местах. Это стало важной сельскохозяйственной литературой для будущих поколений. Он также разработал более дешевые сельскохозяйственные инструменты, внедренные по всей стране, что увеличило производство сельскохозяйственной продукции в четыре-пять раз. Народ стал процветающим, а страна окрепла, вознеся династию Сюань к новым высотам процветания. В то же время он преуспел в каллиграфии. Подлинные копии и надписи из его дома стали образцами для будущих поколений. Тем временем Лю Шу, который всегда был рядом с ним, постепенно превратился из незаконнорожденного сына торговца в бизнесмена, который был достаточно богат, чтобы соперничать со страной. Никто больше не смел смотреть на него свысока из-за его происхождения; вместо этого все уважали его и стремились к его дружбе. Но что еще важнее, что они никогда не расставались за эти годы. Он работал на полях, сажал рис и шил для него одежду. Он носил золото и серебро и щедро тратил на него. Согласно историческим записям, император Миндэ однажды ночью посетил дом премьер-министра Шэнь и увидел, как тот шьёт одежду при свете лампы, в то время как его партнёр в отчаянии переписывает книги. Когда император спросил, в чём дело, оказалось, что его муж проиграл пари в игорном доме и случайно порвал свою новую одежду. Император Миндэ разразился смехом. На следующий день премьер-министр Шэнь лично схватил своего мужа в игорном доме вместе с императором Миндэ. Император Миндэ: — Я поверил его клевете и отправился с ним изучать общественное мнение. Он даже заставил меня переодеться. Лю Шу: — А-Кэ, меня действительно заставили. Он использовал личность императора, чтобы угрожать мне! Ты должен поверить мне, А-Кэ, я так сильно тебя люблю! Император Миндэ был убеждён доводами премьер-министра Шэнь, но наказание Лю Шу остаётся неизвестным. Известно лишь то, что этот молодой господин Лю не выходил из дома три или четыре дня. На пятый день он уверенно надел одежду, лично починенную премьер-министром Шэнь, взял с собой старшую дочь семьи Шэнь и отправился в город, где покупал жемчуг и посещал театральные представления. В сумерках он ушёл один, небрежно направляясь во дворец, чтобы забрать премьер-министра Шэнь и вместе вернуться домой. Конец.