Сын Барона Субботы

Пролог Ночь выдалась ветреной. Узкие улочки Тисовой улицы были залиты тусклым светом фонарей, а густая тьма пряталась в углах между домами. Осень постепенно брала свое — в воздухе пахло мокрыми листьями, остывающим асфальтом и чем-то пряным, словно тлеющий табак. На пороге дома номер четыре лежал младенец. Маленький комочек, закутанный в одеяло, сопел, не зная, что его только что оставили в этом холодном мире. Тонкий шрам на лбу поблескивал под светом фонаря. — Какой сюрприз... Голос раздался неожиданно — глубокий, бархатный, с оттенком смеха и лёгкой хрипотцы. Высокая фигура в черном плаще и широкополой шляпе остановилась перед дверью. Тросточка с серебряным набалдашником мягко постукивала по камню. Барон Суббота. Покровитель смерти, вудуистский лоа, гулявший по миру в поисках развлечений. Он пришел сюда без особой цели — просто так, посмотреть, как идут дела у англичан. Но судьба, как всегда, оказалась капризной. Барон опустился на корточки, разглядывая младенца. — Так-так... Кто же тебя бросил, малыш? Глаза под шляпой вспыхнули алым светом. Он провел пальцем над шрамом, ощутив в нем нечто чужеродное, что-то тёмное, но ещё слабое. — Ах... Ну конечно. Они тебя бросили, дитя. Отказались. Считают, что знают лучше? Барон усмехнулся, достал из кармана сигару и закурил, выдыхая дым в холодный ночной воздух. — А знаешь что? Я не брошу. Раз они решили, что ты не нужен своей крови — теперь ты мой. Добро пожаловать в семью, Гарри. Мир дрогнул. Тень от Барона Субботы растянулась, окружая ребёнка. В воздухе заплясали едва заметные золотистые искры, словно огоньки ритуального костра. Мгновение — и младенец исчез, оставив после себя только запах рома, табака и осенней ночи. Так Гарри Поттер исчез с Тисовой улицы и был забран в семью Барона Субботы — под крыло того, кто не только вершит судьбы мертвых, но и защищает детей, оставленных миром.