Предпологая

Сыльги замерла в прихожей, сжимая в руках шоколадку. Она искренне пыталась собрать мысли в кучу, но они разбегались, как испуганные мыши.   — Заходи же, — мачеха махнула рукой, приглашая ее в гостиную. — Харин уже полчаса тебя ждет.   Сыльги медленно переступила порог. Джеи сидела на диване, аккуратно держа чашку с чаем, и смотрела на нее так, будто пыталась прочитать что-то между строк. Ее взгляд был не таким, как обычно — не ярким, не навязчивым, не игривым. Он был... усталым.   — Привет, — Сыльги поставила сумку на пол и села напротив, избегая прямого контакта глаз.   — Я принесла тебе конспекты, — Джеи указала на стопку аккуратно сложенных листов на столе. — Ты пропустила три дня.   — Спасибо. – тихо бросила Сыльги. У нее не было даже предположений, зачем Джеи пришла на самом деле, и от этого становилось тревожно. Тишина повисла между ними, густая и неловкая. Мадам У, почуяв напряжение, поспешила в кухню под предлогом проверить печенье, чтобы дать им пространства. — Почему ты не говорила мне, что тебя зовут Харин? — Сыльги наконец подняла глаза.  Джеи вздохнула, поставила чашку и скрестила руки на коленях.   — У мадам У.. Не очень хорошие отношения с моим отцом. – Но она же тебя не знает. Ю - довольно распространенная фамилия. Она бы не стала тебя подозревать. В отличии от меня. – Сыльги не знала, что происходит и о чем они собираются говорить. Она не знала, злится она или обижена. Она не знала, помнит ли вообще Джеи про спектакль в кофейне. Джеи выглядит такой.. виноватой?  — Всегда лучше перестраховаться – Нет, не виноватой. Скорее, остывшей.  — А тебе это так важно?   — Да.   Она ответила без колебаний, и это задело Сыльги сильнее, чем она ожидала.   — Почему? — прошептала она.   Джеи наклонилась вперед, локти уперлись в колени, пальцы сплелись.   — Потому что я хочу понять.   — Что?   Пару секунд молчания ощущались как бездонная пропасть, в которую падают остатки слов. — Тебя.   Сыльги почувствовала, как в груди что-то сжалось.   — Ты же уже все про меня знаешь. Разве не так?   — Нет.   — Тогда зачем все это?   Джеи закусила губу, словно взвешивая, стоит ли говорить дальше.   — Потому что мне важно, чтобы ты мне поверила.   Сыльги рассмеялась. Сухо, беззвучно.   — Почему? — Потому что... — Джеи замолчала, будто и сама не знала ответа. — Потому что я устала.   От этих слов Сыльги оторопела.   Джеи подняла глаза, и в них было что-то новое — не привычная уверенность, не наигранная живость, а... уязвимость.   — Ты думаешь, я не видела, как ты смотришь на меня? Как ждешь подвоха? Как ищешь ложь в каждом моем слове? — Она покачала головой. Остановилась на секунду, одумалась. Казалось, она что-то добавить, открыться, но взяла себя в руки и остановилась. Сыльги сжала кулаки.   — А теперь должна верить? — Нет. — Джеи улыбнулась, но в этой улыбке не было радости. — Но я хочу, чтобы ты хотя бы попробовала.   Сыльги молчала.   Джеи набрала полные легкие воздуха и окончательно сдалась. Она продолжила. — Ген была права насчет отца. Он действительно хотел использовать тебя. И я, соотвественно, тоже, пока была ему лояльна. Но это уже не так. — Почему?   — Потому что я..  — Она запнулась. — Открыла глаза, так скажем.  — Нет, я не об этом. Почему ты теперь хочешь общаться со мной? Ты могла бы просто уйти. — Я не могу чего-то хотеть? Я не могу что-то чувствовать? Всему должны быть оправдания и причины? Я не устала от тебя, я устала от него. Сыльги не ожидала такого ответа.   — Что?   — Все вокруг либо боятся меня, либо пытаются что-то получить. Даже моя семья! Ты — нет. Ты просто... ты есть. И мне это нравится.   Сыльги почувствовала, как в груди что-то тает.   — Ты серьезно?   — Да.   — А Чхве Ген?   Джеи вздохнула.   — Она злится на меня. И у нее есть причины. Я расскажу тебе это чуть позже. Сыльги опустила взгляд.   — Я не знаю, что думать.   — И не надо. Просто... давай начнем сначала.   Сыльги подняла глаза и опешила. — Как?   — С чистого листа. — Джеи протянула руку. — Привет, меня зовут Ю Джеи.   Сыльги колебалось секунду, потом медленно ухватила ее пальцы.   — У Сыльги.   Джеи улыбнулась — на этот раз по-настоящему.   — Приятно познакомиться.   Сыльги не ответила. Но и не отняла руку. Но чувствовала, что вот-вот сорвется и заключит Джеи в объятья так сильно, как только может, чтобы показать, как она скучала все эти три длинных дня, но решила, что еще рано.

***

Ю Теджун не чувствовал эмпатии. И всю жизнь считал себя неправильным, считал это ошибкой. Говорят, врачи - тяжелая профессия, которая убивает сочувствие. Тенджуну нечего убивать, поэтому таким образом он и был принятым в общество, и не делал вид, что ему искренне жаль. Хирурги говорят соболезнования слишком часто, поэтому люди принимают за аксиому то, что они холодны. Но Теджун ушел не в ту сторону - вместо помощи людям он губил их. И он это осознавал. Но это не вызывало у него чувства вины, зато приносило деньги, поэтому его все устраивало. А пока у тебя много денег и хороших знакомых - все законно. Когда у господина Ю родилась дочь, полностью соответсвующая его менталитету, он решил, что с ним самим все в порядке. Бог не ошибается дважды.  И после этого он сделал все, чтобы Джеи стала лучше него. В отличии от семьи Теджуна, в ее семье отсутствие сочувствия не осуждалось, а поощрялось. Джеи была лучшим его проектом, но все еще неидеальным. Поэтому ради идеала он был готов жертвовать старшей дочерью. А вот Джена жертвовать отцовской любовью не собиралась, поэтому делала все, чтобы заслужить его уважение. До того, как Джеи начала показывать превосходные успехи во всем, обгоняя старшую сестру, отец надеялся именно на Джену. Но потом Джеи перетянула одеяло на себя. Джена не сразу обвинила Джеи, все-таки, она младше. Джена пыталась наладить контакт. Но Джеи отпрыгивала от нее как от огня и была жутко холодна и беспристрастна, а ее броня больно отражалась в зрачках Джены. После того, как поняла, что Джеи не готова к сотрудничеству даже после тех дней, когда Джена заботилась о ней и когда закрывала ей уши руками во время родительских ссор, после этого Джена решила, что она победит Джеи. А отец будет судьей. Да начнутся же все соревнования!

***

– Ну и зачем ты всё рассказала ей? – Ери шла чуть впереди Ген и курила. – Потому что Джеи – лицемерка. Год назад она пообещала нам выход. Новую жизнь. А потом просто… передумала. Ген, слегка отстающая, пинала камушек по дороге – Она испугалась. Решила, что удобнее остаться папиной дочкой, чем бороться. А мы? Мы должны были просто забыть? – И что, Сыльги – твоя месть? Ери повернулась на нее. Она уже докурила и бросила окурок под ноги. Ген остановилась. – Нет. Это проверка. Если Джеи снова сбежит – значит, она ничем не лучше отца. А если нет… Она наступила на окурок каблуком. – Тогда, может, в ней ещё есть что-то настоящее.