Замечательный сосед

Тимофей читал вслух, старательно проговаривая латинские слова. Ему реально нравилось учиться. Он с упоением изучал мертвые языки и с превеликой охотой современные. Тим выбрал для основной специализации английский и немецкий, а на факультатив взял итальянский. Уж больно нравилась ему вся эта античная тема. Он как раз разбирался в работе римского сената, как в дверь позвонили. Тимофей зажал методичку с текстом пальцем и с любопытством пошел открывать. И застыл, потому что на пороге стоял его сосед, светил белозубой улыбкой и мышцами. Нет, на нем, конечно, была надета майка-алкоголичка, но ее расширенные проймы позволяли разглядеть все в мельчайших подробностях. Вот Тимофей и смотрел. — Привет! — между тем поздоровался Андрей. — Соседский вопрос — у тебя не найдется перца горошком и лаврушки? — Перца? — нахмурил Тимофей брови, не в силах отвести взгляда от уж совершенно неприлично торчащего соска. — Да, — нисколько не смутился альфа. — Я тут задумал бульон сварить, а про лаврушку и перец в последний момент вспомнил. — Сейчас посмотрю, — с трудом оторвался Тимофей от эстетического наслаждения и пошел на кухню. Альфа двинулся за ним. Они вообще довольно часто сталкивались в подъезде и около него. Особенно по утрам, когда омега торопился на учебу, а альфа возвращался с пробежки. Почему он бегал по улице, Тимофею было непонятно и любопытно. И он даже спросил об этом Андрея. — По улице бегать интереснее, — пожал тот плечами. — Все время картинка перед глазами разная. Тимофей согласно покивал, но на предложение побегать вместе не согласился. — Кардио, — блеснул улыбкой альфа. — Нет-нет! — замахал руками омега. Он предпочел бы другой вид кардио, но не сказал об этом. Пока было не время, они только притирались друг к другу. Как соседи, конечно. И вот этот сосед, в ничего не скрывающей майке заявился к нему за перцем. Тимофей хоть в свой первый визит не наглел так и был одет. Они оказались на кухне. Омега положил методичку на стол и полез в шкафчик с приправами. Альфа маячил у него за спиной, мешая сосредоточиться. — Латинский язык… — протянул Андрей. — Учебное пособие. Судя по шелесту, он листал методичку. — Интересно? — А? — Тимофей вынырнул с пачкой лаврушки в руках. — Интересно? — Андрей постучал пальцем по книжечке. — Мне нравится, — отозвался омега и отдал ему пачку. — А перец у меня только в мельничке. Не подойдет? — Подойдет. Давай. Тимофей передал альфе и мельничку. — С твоего позволения. Андрей раскрутил ее, высыпал на ладонь три горошины, закрутил и вернул все Тимофею. — Спасибо, выручил! — Пожалуйста, — скромно улыбнулся омега и точным, выверенным, оттого и красивым движением заправил волосы за ушко. Услышал шумный выдох и заулыбался сильнее. — Еще раз спасибо, — заметил Андрей на пороге, оглядел омегу внимательно и ушел-таки. Тимофей закрыл за ним дверь и прильнул к глазку, наблюдая, как альфа заходит к себе. — Ура! Ура! Ура! — закружился Тим по комнате. — Ура! Ура! Ура! Еще чуть-чуть, и сосед будет полностью его. Вон, уже сам пришел и тоже показал себя во всей красе. За те несколько минут, что альфа находился в квартире, все вокруг успело напитаться его запахом. Сильным и приятным. Тимофей потянул носом воздух и аж облизнулся, как это было вкусно. «Дрочил он что ли перед приходом?» — задумался омега и от картинок, промелькнувших перед глазами, вспыхнул. Пришлось на время отложить латынь и заняться своим возбуждением. Тимофей довольно быстро кончил и развалился на диване со спущенными штанами. Ох, как ему было сейчас хорошо. Лучше бы, конечно, было с альфой под боком, но и это рано или поздно к нему придет. А сейчас не мешало немного подремать. Он полностью избавился от штанов, завел будильник, чтобы не уйти в ночь, и сладко засопел. Его разбудил не будильник, а звонок в дверь. Тимофей скатился с дивана испуганный и с гулко стучащим сердцем, не понимая, где он, и что происходит. Звонок повторился, и омега рванулся в прихожую. В последний момент увидел себя в зеркале, охнул от испуга, что не надел штаны, вернулся за ними в комнату и, прыгая, чтобы справиться с непокорными штанинами, распахнул-таки дверь. Там снова стоял Андрей, прижимающий к груди что-то, завернутое в полотенце. — Разбудил? — поинтересовался он. Тимофей замотал головой, но по его виду было все понятно. — Извини! — покаялся альфа. — А я тут бульон сварил. Вот, хотел бы тебя угостить. — Подкармливаешь голодающих студентов? — хриплым ото сна голосом заметил Тимофей и кашлянул, прочищая горло. — Молодым растущим организмам нужно хорошо питаться, — наставительно заметил Андрей. В его глазах плясали чертенята, но сам он пытался выглядеть серьезно. — Растущим вширь? — приподняв брови, уточнил Тимофей. Он принял из рук альфы кастрюлю. — Тут не так много, чтобы отъесться. Так, червячка заморить. — Для такого мощного парня, как ты, может быть. А мне на два дня хватит. — Значит через два дня еще принесу, — Андрей подмигнул напоследок и ушел. Тимофей закрыл дверь, посмотрел на кастрюлю в руках и широко улыбнулся. Забота альфы была ему приятна, а уж обещание заглянуть через дней и подавно.

***

Тимофей, конечно, уважал старость, но не когда его в единственный выходной с утра пораньше будил громко работающий телевизор. И ладно бы шло что-то нормальное. Так нет! «Играй, гармонь!» — Ох, — простонал омега. — И эту дрянь до сих пор снимают? Он натянул одеяло на голову, мечтая оглохнуть, как его сосед Филипп Филиппович, или хотя бы доспать, но организм, разбуженный бодрыми переливами гармошки и фальшивым нестройным пением деревенских самородков, отказывался спать в этой какофонии. Пришлось Тимофею подниматься и начинать воскресенье в восемь утра. Он был зол, но злоба эта была бессильна. Ведь что он может сделать старому человеку, который не виноват в своей глухоте. Где гарантия, что Тимофей не станет таким же?.. Поэтому он страдал молча. Омега отчаянно хотел спать и зевал все время. Нужно было как-то взбодриться, и он отправился в магазин. Правда, забыл купить половину того, что было нужно. Зато взял много того, что было не нужно. И на лестнице, пока тащился к себе, встретился с Андреем. Тимофей в этот раз отреагировал на альфу не так ярко, как обычно, и тот его подколол: — Веселая ночка? Если бы Тимофей так не хотел спать, он бы услышал нотки ревности в голосе соседа. Но омега остался глух. (Ха! Ирония…) Он невесело улыбнулся и помотал головой: — Нет. Просто Филипп Филиппович глухой и любит включать телевизор на полную громкость. И сегодня я проснулся под:

Не ходи по коридору,

Не стучи калошами.

Все равно любить не буду:

Морда как у лошади.

Андрей рассмеялся. — Да, от такого заряд бодрости, наверное, на весь день. — Увы, — Тимофей зевнул, прикрыв рот. — В единственный выходной хочется поспать подольше, а не частушки под гармошку слушать. Извини, я пойду, а то сейчас прямо тут усну. — Иди-иди, жертва народной культуры. Тимофей вяло улыбнулся и пошаркал домой. Он себя реально ощущал сегодня старым-старым дедом. В конце следующей недели Тимофей после учебы поднимался к себе и около почтовых ящиков встретил Филиппа Филипповича. Тим машинально по своему обыкновению поздоровался и резко затормозил, услышав в ответ радостное: — Тимофеюшка, здравствуй! Как поживаешь? — Все хорошо, Филипп Филиппович, — отозвался Тимофей, улыбаясь соседу. — А у вас как? Он всегда здоровался с Филиппом Филипповичем, хоть старичок никогда и не отвечал ему. А тут — нате вам! — Ой, все хорошо, — защебетал сосед Тиму в ответ. — Ноги ходят, руки вроде не трясутся, песок из меня еще не сыпется. Да и вот, обновка! Он продемонстрировал новенький слуховой аппарат. Тимофей присвистнул. Неужели?! Сбылась его мечта! А пожилой омега, между тем, рассказывал: — Это я в лотерею выиграл! — В какую лотерею? — напрягся Тимофей. Ему очень не нравились всякие непонятные активности рядом с одинокими стариками. Ведь эта лотерея могла обернуться лохотроном. — Для ветеранов труда. И вот, я выиграл! — с гордостью поведал Филипп Филиппович. — Я сначала, как листовку из ящика достал, подумал, что это мошенники. Чай, не совсем я развалина древняя, телевизор смотрю, знаю про всякие там схемы и прочее. И выкинуть хотел бумажку эту, а тут Андрюшенька шел. Это сосед наш. Рядом с тобой живет. Такой милый молодой человек, — и пожилой омега заговорщически подмигнул Тимофею. — Ты уже с ним небось познакомился? — Познакомился-познакомился, — кивнул Тимофей, расслабляясь. Раз рядом с соседом появился Андрей, значит, обошлось без мошенников. — Вот… Взял, значит, Андрюшенька листовку-то из моих рук. Прочитал и говорит: Нет, не мошенники это. Знаю, говорит, эту поликлинику. Сам там пару раз лечился. Очень хорошие врачи. Да и в этот же день взял и отвез меня туда. Всех врачей я прошел. Все такие молоденькие там, такие шустрые. Бегают, улыбаются. Осмотрели меня со всех сторон, анализы все взяли. Не то, что в нашей районной! Давление померить не допросишься. Вот. С анализами у меня все в порядке, а вот с ушами беда. Но и не удивительно это! Чай, не шестнадцать мне уже, а седьмой десяток! Так вот. Они, как мне все процедуры провели, и говорят: У нас, говорят, кто полный осмотр делает, скидку может получить на сопутствующие товары. Вот и мне дали. Да еще и ветеранскую сверху добавили! — Филипп Филиппович просто светился от счастья. Во-первых, из-за врачей, что выслушали словоохотливого старичка, и осмотрели, и давление проверили, и ЭКГ сделали, и анализы все. Во-вторых, из-за бешеной скидки. Ну конечно, где в аптеке можно так задешево что-то купить. И, Тимофей подозревал, что слуховой аппарат Филиппу Филипповичу достался не самый дешевый. А в-третьих, старичок, наконец-то, слышал. Слышал мир вокруг. Пение птиц, гудки машин, шум ветра. Да и телевизор свою любимый Филипп Филиппович сможет смотреть с большим комфортом. И с соседями теперь тоже может поговорить без затруднений. Воистину, волшебный сосед появился на их лестничной площадке. Волшебный сосед был дома, и Тимофей сразу позвонил в его дверь. Андрей открыл почти сразу и уставился на неожиданного гостя. — С поликлиникой ты хорошо придумал, - прищурился Тимофей. — Не подкопаешься. Сколько я тебе должен? — За что? — совершенно искренне изумился Андрей. — За избавление от «Играй, гармонь» воскресным утром. Андрей лукаво улыбнулся: — А что тебе не жалко? — Для тебя — ничего, — поддержал его игру Тимофей. Альфа внимательно его осмотрел и, кажется даже, причмокнул. — Испеки мне твой вкусный вишневый пирог. — Хорошо. Жди с пирогом. — Не сегодня, — мотнул Андрей головой с виноватым видом. — Давай завтра. — Окей, — Тимофей позволил себе скользнуть взглядом по полуголому альфе и скрыться за своей дверью.

***

Приближалась горячая пора зачетов и экзаменов, и Тимофей полностью погрузился в учебу. Он еще больше читал, переводил и зубрил. И так заучился, что не замечал ничего вокруг. Только когда стал задыхаться, понял, что что-то не так. Из коридора отчетливо тянуло сигаретным дымом. Сосед-придурок опять курил в подъезде, не открыв окно. Тимофей метнулся за ингалятором, матеря недоумка, который отравлял жизнь всему подъезду. Омега судорожно вдохнул и привалился к стене. Его немного потряхивало, и дыхание не желало восстанавливаться. Тимофей вяло размышлял, какую бы управу найти на мерзкого альфу с верхнего этажа, как услышал хлопок соседской двери. Омега отлепился от стены, добрел до прихожей и приник к глазку. Видно было плохо, но зато слышно в этот раз хорошо. Слышно было, как Андрей, не стесняясь в выражениях, доходчиво объясняет их нерадивому соседу, что подъезд общественное место, а в общественных местах курить нельзя. Сосед-придурок пытался качать права в ответ, но, видимо, Андрей приводил более весомые аргументы. Или выглядел более внушительно. Закончилось все быстро, и Андрей только подошёл к двери Тимофея, как тот ее распахнул. — Как ты? — сразу спросил альфа, оглядывая его внимательно. Тимофей помахал в воздухе ингалятором и кисло улыбнулся: — Не очень. — Извини, я поздно учуял. — Все в порядке, — поспешил успокоить его Тимофей. — Я сам тоже не сразу среагировал. Заучился немного. Экзамены скоро. — Ни пуха, ни пера, — пожелал Андрей. — Если что-то надо, говори… — К черту! — Тим чуть улыбнулся. — Пока ничего, спасибо. Надеюсь, этот придурок больше не будет курить в подъезде. — Я ему доходчиво объяснил, — ухмыльнулся Андрей. — Повторю, если что. — Спасибо, — Тимофей улыбнулся шире. Приступ его отпустил, он чувствовал себя получше. — Я пойду доучивать спряжение немецких глаголов. — О! Серьезная тема, — покивал Андрей. — Ну, не буду мешать. Он улыбнулся напоследок, привычно мазнул взглядом по Тимофею и ушел к себе.