Замечательный сосед

Наконец-то Тимофей со всем расквитался! Все зачеты и экзамены остались позади вместе с третьим курсом. Впереди у омеги было лето, повышенная стипендия отличника и течка. Мокрые периоды, приходящиеся на учебное время, он гасил подавителями, но в каникулы можно было себя не сдерживать. К тому же Тимофей наметил для себя кое-что особенное. С такими мыслями он возвращался домой и почти дошел до своей лестничной площадки, как его неожиданно впечатало в стену. Воздух выбило из лёгких, в глазах помутилось, а в нос настойчиво полез неприятный сигаретный дух. — Ну что, бляденыш, не ждал? — прошипел Тимофею в ухо сосед-придурок с верхнего этажа. — Думал, натравишь на меня своего ебыря, и тебе это с рук сойдет? — Пусти! — трепыхнулся Тимофей, но альфа лишь сильнее вдавил его в стену. Дышать становилось все труднее, омега пытался хватать воздух раскрытым ртом, но из-за спазма гортани просто не мог вдохнуть. Кричать он не мог, зато мог вырываться, что и делал. Тим, конечно же, боялся, трясся, как осиновый лист, но ни в коем случае не хотел уступать альфе. Пусть он и был меньше и слабее. К счастью, спасение подоспело вовремя. Неведомая сила оторвала нападавшего от жертвы и швырнула куда-то вниз. Альфа пролетел целый лестничный пролет, не касаясь ступеней, и врезался в дверь на лестничной площадке ниже. Спаситель развернул Тимофея лицом к себе, внимательно осмотрел. — Как ты? — уточнил Андрей (ну кто бы это мог быть, кроме него?!). — Задыхаюсь, — кое-как просипел Тимофей. — Ингалятор где? Омега махнул рукой в сторону квартиры, и альфа повел его наверх. Сам открыл перед Тимом дверь и дождался, пока тот вдохнул спасительное лекарство. — Лучше? — Лучше. Спасибо, — поблагодарил омега. — Он не успел тебе ничего сделать? — Помял только немного, — Тимофей показал ссаженую щеку. — Урод, — процедил Андрей. А дальше он развил бурную деятельность. Вызвал полицию, скорую и как-то нашел родителей дебошира. На удивление все приехали быстро. Зафиксировали травмы пострадавшего, опросили свидетелей — Филипп Филиппович подтвердил, что слышал шум в подъезде и видел в глазок какое-то копошение на площадке ниже этажом. Пожилой омега поохал, повздыхал над бедным Тимофеем и увел его к себе, чтобы напоить чаем, пока Андрей разбирался со всем сам. Больше всего альфе-придурку досталось, как ни странно, от родителей. Его отец, огромный суровый альфа, выслушал Андрея, посмотрел на наливающуюся синим цветом щеку Тимофея и выписал сыну такую затрещину, что того опять мотнуло, и он снова чуть не улетел по лестнице вниз. А дальше родители забрали свое нерадивое чадушко, и из их квартиры долго еще раздавались крики и ругань. — Мда, дела, — протянул Тимофей. Они с Андреем стояли на пороге квартиры омеги. — Прости, что опоздал, — заметил альфа и чуть коснулся пострадавшей щеки. Тимофей втянул воздух сквозь зубы от неприятных ощущений. — Не проси прощения. Ты вообще-то меня спас. — Если бы я сразу поставил этого придурка на место, ничего бы этого не было. — Возможно, — пожал Тимофей плечами. — Кто знает. Они стояли так близко друг к другу, что, казалось, дышали одним воздухом. Еще миг, и их губы соприкоснулись бы, но интимный момент был нарушен неприлично громким стоном. Тимофей даже закашлялся от неожиданности. — Вот у кого все в порядке, несмотря ни на что, — неуверенно хохотнул он и слегка попятился. — Стальные нервы, — поддакнул Андрей. Он по-прежнему смотрел на Тимофея во все глаза. Правда, тоже отступил и оказался рядом со своей дверью. — Не забудь дверь закрыть покрепче, — напутствовал он напоследок. — А то мало ли что. — Не забуду, — пообещал Тимофей и медленно потянул створку на себя. Андрей остался там, снаружи, а внутри у Тимофея потихоньку разгорался пожар.

***

Тимофей ничего не мог с собой поделать — природа была сильнее него. Из-за стресса течка началась на неделю раньше. Тим по этому поводу не переживал, свой мокрый период не ненавидел и, как ни странно, чужих прикосновений после неприятной стычки с соседом в подъезде не боялся. Он скорее их жаждал. Прикосновений одного конкретного альфы. Первую половину дня он промаялся так, в одиночестве, снимая напряжение старой доброй дрочкой, но организм требовал. В некотором роде Тим был девственником: с альфой ни разу не спал, — но резиновым членом иногда пользовался. Правда, сейчас ему хотелось настоящего, живого так сказать члена. К вечеру он окончательно созрел и уже немного одурел. Смазки постепенно становилось все больше, его ароматом пропиталась вся квартира, да и в подъезде, наверняка, можно было уловить сладкие пряные нотки. Тимофей послонялся еще немного из угла в угол и решил — была не была! Он, конечно, хотел, чтобы Андрей сам сделал первый шаг, но так можно было ждать до пенсии. Начинать более близкое знакомство с течки омеге не очень хотелось, однако он поступился принципами и, пока еще что-то соображал, ухватил упаковку особо прочных и больших, специально для вязки, презервативов и позвонил в соседскую дверь. Появившийся на пороге Андрей нахмурился: — Тимофей, ты что тут делаешь? — Делаю первый шаг, — отозвался омега, которому от близости желанного альфы потихоньку срывало крышу. Он продемонстрировал Андрею упаковку презервативов: — Я могу получить немного альфы? М? — Да что ж ты со мной делаешь?! — простонал тот и втащил Тимофея в квартиру. Тимофей набросился на него, как голодный. Сразу ухватился за плечи, приподнялся на цыпочки и впился в губы требовательным поцелуем. Андрей как-то обреченно выдохнул, но не отстранился. Наоборот, прижал к себе поближе, приподнял над полом, заставляя обхватить ногами, и ответил на поцелуй жарко, с низким стоном. Они целовались и все никак не могли насытиться друг другом. Альфа тоже отбросил какие-то свои предрассудки и полностью отдался омеге, а Тимофея уже ничто не держало. Запах альфы, его руки, губы и член, так удачно упирающийся в задницу, делали свое дело. Тим окончательно отключился от реального мира. Даже если бы сейчас сосед-придурок с верхнего этажа врубил музыку на полную громкость и стал бы курить, выдыхая дым прямо на Тимофея, он бы не заметил этого, потому что Андрей целовался слишком хорошо, слишком сладко и отвлекающе. Единственное, чего омеге сейчас хотелось, это разрядки. Жар от течки накопился под кожей, член болезненно стоял, в заднице хлюпало, а коварный альфа даже не погладил его нигде ни разу. Тимофей требовательно захныкал, отчего в Андрее включился режим заботы о своей паре, и он, наконец-таки, отнес его в спальню. — Сейчас-сейчас, потерпи, — жарко шептал он, раздевая Тимофея и скидывая свои вещи. — Сейчас я все сделаю, сладкий мой, хороший мой. — У-у-у! — выдал Тимофей, извиваясь от долгожданных и желанных прикосновений по всему телу. Кажется, альфа еще что-то говорил, но Тимофей отключил слух, сосредоточившись только на его руках, скользящих по телу. Было приятно, правда мало, не хватало омеге, раздухаренному течкой, удовольствия. Лишь когда Андрей вздернул его бедра вверх и вошёл одним плавным движением в мягкое, податливое тело, счастливо выдохнул, сразу же растекаясь в оргазме. — Как ты скоро, — шепнул ему альфа на ухо и слизнул капельку пота, текущую по виску. — Еще! Еще! — потребовал Тимофей. Ему снова было жарко, снова зудело в заднем проходе, горело, жаждало. — Будет тебе еще, — отозвался альфа и задвигался, наконец, быстро, сильно, так, как надо было истекающему соками омеге. Тимофей охнул, округлил глаза и выгнулся в спине от накатывающего удовольствия. Хорошо! Как же хорошо! Он это и простонал на радость Андрею, который навалился сверху, прижал омегу к постели и принялся целовать, заставляя того задыхаться. — Давай, давай вместе. Дождись меня, — попросил альфа, но Тим уже не мог себя контролировать. Он забился в руках Андрея, отрываясь от его губ, протяжно простонал и кончил. Его дырочка сжалась, отчего Андрей лихорадочно зашептал: — Черт! Черт! Черт! — и тоже излился. — О! — Тимофей растянул губы в идеальном «о» и уставился невидящими глазами в лицо любовника. Он не видел сейчас Андрея, все перед его взором сейчас кружилось и плясало, цвело радужными пятнами. От хриплого низкого рычания рядом со своим ухом Тим вздрогнул, моргнул и сфокусировался на взмокшем Андрее, дышащем сквозь сжатые зубы. Его узел приятно натянул края омежьей дырки, а сперма заполнила горячее нутро. Это принесло облегчение, пусть и временное. — Как ты? — поинтересовался Андрей, облизывая пересохшие губы. Его все еще потряхивало от оргазма, ведь внутри омеги было так влажно и тесно. — Лучше, спасибо, — улыбнулся Тимофей, разглядывая любовника прояснившимся взглядом. — Отлично, — глаза альфы блеснули хищно, и он снова набросился на омегу с жаркими поцелуями.

***

Четыре дня прошли в жару и любовной лихорадке. Тимофей плавал по волнам блаженства, изредка выныривал, чтобы поесть и поспать, и проваливался снова. Андрей все это время за ним ухаживал: кормил, мыл, укладывал спать на чистых простынях, — и исправно трахал. Больше всего Тиму запомнилось почему-то, как он был рапластан грудью по кровати, его задница поддерживалась подушками и от этого торчала высоко наверху, а альфа смачно засаживал ему по самые яйца да еще и с узлом. От таких воспоминаний у омеги сладко засосало под ложечкой, он улыбнулся и облизнулся. А ведь он так и не попробовал Андрея на вкус! Тот сосредоточился на наслаждении самого омеги и делал для него буквально все. Сам, конечно, кончал, но член засовывал только в задницу. Может боялся, что Тим ненароком откусит альфью драгоценность? — Проснулся? — спросили над ухом, и Тимофею пришлось открыть глаза. На соседней подушке лежал Андрей и рассматривал его. — Проснулся, — кивнул омега. — Как ты? — Все просто чудесно, — мурлыкнул он, расплываясь в улыбке, и альфа, к счастью, ответил тем же. А потом потянулся и легко погладил Тимофея по щеке. — Я планировал не торопиться, — признался он. — Мы и так полгода ждали, — дернул Тим плечом. — Достаточный срок. — А как же первое свидание? Робкие касания, скромный поцелуй в щечку, смущение и неловкость? — Не! — сморщил Тимофей нос, а потом рассмеялся. — Зачем это все, если можно перейти сразу к чему-то интересному? — Ты не романтик? — Андрей не убирал руку и все дотрагивался до лица омеги. — Еще какой романтик! — возразил Тимофей с жаром. — Твои рыцарские поступки сводили меня с ума. Ты уже и так много за мной поухаживал. Все испытания прошел, все трудности преодолел, всех чудовищ разогнал. — Не совсем успел, — как Тимофей понял, альфа поглаживал его пострадавшую щеку. Но к своему удивлению омега отметил, что совсем не чувствует боли. Если пару дней назад щеку тянуло, то теперь он ощущал только нежные касания. — Ты меня вылечил? — ахнул он и поймал ладонь Андрея, прижал ее к щеке. — Слюна альфы обеззараживает. Но, как оказалось, еще и синяки убирает. — О-о-о! — простонал Тимофей. — Ты просто невероятный. Он оттолкнулся от кровати и оказался сверху альфы — оседлал его бедра. Под задницей почувствовал наливающийся силой утренний стояк. Хмыкнул про себя: «Ты смотри! Четыре дня без передышки трахался, и все ему мало!». Но такая реакция подкупала. — Тебя все еще не отпустило? Несмотря на эти слова, Андрей с удовольствием уложил ладони Тимофею на бедра, сжал пальцы и потянул омегу на себя. — Ах! — их члены соприкоснулись, Тимофей понял, что нет, не отпустило. Он замотал головой: — Меня хватит еще на несколько заходов. Но теперь я соображаю и хочу все видеть. И трогать, и целовать, и облизывать, и кусать. — Серьёзный настрой, — улыбнулся Андрей, продолжая наминать его бедра. — Действуй тогда. А я полежу. Что-то устал я за эти дни. — Надеюсь, ты не откажешься от своих слов! — Тимофей облизнулся и нырнул в новый омут наслаждения. Дарить ласки ему понравилось так же, как и получать. А еще он, наконец-то, разглядел своего любовника как следует и восхищенно зацокал языком. Грудные мышцы были выпуклыми, кубики пресса завораживали, косые мышцы живота приводили в трепет, скульптурные плечи хотелось мять и массировать, а мощные бедра напоминали о нереальных позах, в которых альфа Тимофея имел. Ну а член! Член был выше всех похвал. В меру длинный, приятно толстый, рельефный. Главное же заключалось в том, что Андрей умел им пользоваться и прекрасно это демонстрировал четыре дня. Тимофей с любовью огладил этого монстра-трудягу, примерился и немного неуклюже наделся ртом на головку. По первости было неудобно и медленно, но омега приноровился, поймал ритм и даже впал в некий транс, наслаждаясь процессом. А когда Андрей кончил, Тимофей машинально сглотнул и уставился на него, осоловело хлопая глазами. Он почмокал губами и захихикал — сказывались отголоски течки. — Натрогался? — с деланной улыбкой спросил Андрей. Если бы Тимофей присмотрелся, то увидел, как альфу нехило потряхивает от нового оргазма. — Не знаю, — помотал Тим головой. — А можно еще? — Не раньше, чем через час, — огорошил его Андрей. — Нам не мешает освежиться и поесть. — Окей, — легко согласился омега, сполз с кровати и, немного покачиваясь, пошел в ванную. И чуть не уснул, разморенный теплой водой. Хорошо, что альфа бдил и выловил своего закемарившего любовника из ванны. Обтер полотенцем, обрядил в большой и мягкий махровый халат и доставил на кухню, где покормил почти с ложечки, а потом унес в спальню. — А ты? — сонно вскинулся Тимофей. — И я, — усмехнулся Андрей, нежно потрепав его по волосам. — Спи. — Нет, я хочу с тобой, — протянул омега руки к нему. — Сейчас я вернусь. — Я подожду, — Тимофей даже подтянулся в постели, сел и вытаращился широко распахнутыми глазами в стену. — Ну-ну, — скептически поджал Андрей губы и ушел, чтобы тоже поесть. Тимофей честно сидел пару минут, но усталость и вялость брали верх, и он медленно и незаметно для себя сполз вниз, поерзал и благополучно заснул. В самый последний момент перед тем, как отключиться, он почувствовал, что его обняли сзади, прижали к груди и несколько раз щекотно поцеловали в шею. Он хихикнул и попытался уйти от щекотки, но сил не хватило. Так он и заснул с губами альфы, прижатыми к шее.

***

Утром следующего дня Тимофей стоял в прихожей квартиры Андрея. — Это было волшебно. Еще раз спасибо за помощь! — Всегда пожалуйста, — ухмыльнулся альфа. Тимофей кивнул, секунду помедлил, ожидая продолжения, не дождался и уже готов был двинуться к себе, как Андрей проговорил: — Будь готов к семи. — Зачем? — ахнул Тимофей, и сердечко его сильно заколотилось. — Подтянешь мой немецкий, — блеснул альфа зубами. — А то я давно собирался в Германию съездить. Да все с компанией не везло. И он плотоядно оглядел Тимофея с ног до головы, заставив того залиться краской. Но омега быстро взял себя в руки. Вскинул голову, дерзко улыбнулся: — Подтяну с превеликим удовольствием. Тимофей кивнул и ушёл к себе с осознанием, что его ждало интересное лето, наполненное солнцем, немецким языком и горячим, сексуальным альфой. А в перспективе и поездка в Европу намечалась.