Forever Young

Сириус сглотнул. Что ж, если это игры его уставшего разума, начавшиеся от недостатка кислорода, Блэк был ему почти благодарен. Он не видел лицо Римуса Люпина два года. И абсолютно точно не планировал встретиться с ним так. Сириус ни за что не узнал бы его при других обстоятельствах. В нем изменилось все. А может все же изменился он сам и теперь смотрит на мир другими глазами. Больше это, наверное, не имело значение. Сириус всмотривался, у него не получалось насытиться . Римуса скрутила гримаса боли. Промелькнул испуг. Руки на шее расслабились, словно через силу. Выражение лица сменилось. За этими глазами шла борьба, и Блэк смотрел. Глотал эмоцию за эмоцией, мечтая продлить это наваждение. Черты снова ожесточились. — Беги — голос Люпина был низким, сиплым и прокуренным. По спине Блэка побежали мурашки. Он забыл где находиться. Лунатик… Его Лунатик. Настоящий живой и прижимающий его к земле. Как давно он не слышал этого голоса. Пальцы Сириуса впились в предплечья, он уже и сам не знал, удерживая или отталкивая. Сзади послышался яростный крик Джеймса. — Сириус! Отпусти его, тварь! Лицо Люпина перекосило. Блэк хотел что-то сказать. Что-нибудь. Например, что любит. Или чтобы слез нахер. Чтобы никогда больше не уходил. Римус оторвал руку от земли, сделал смахивающее движение и Сириус почувствовал, как холодный воздух наполняет легкие. Вернулась магия. Римус снял трансгрессионный берьер. Блэк ощутил, как тяжесть сбрасывает с его груди. Крик застрял в горле. Кто-то ухватил его за рукав и они трансгрессировали. *** Он упал ничком на мокрую траву. — Сириус! Бродяга, ты в порядке? Слава Богу ты живой. Я думал он тебя убил. Он не видел Джеймса. Он не видел ничего. — Что случилось? Ты… плачешь? Кто снял барьер? — Сириус постарался сконцентрироваться. Выражение Сохатого было напряженным, бледным. Губа разбита. Сириус прикоснулся к лицу ладонью. Щеки были мокрыми. Он действительно плакал и даже не замечал этого. Последний раз настоящие слезы были у него в шестнадцать в гостевой комнате дома Поттеров. В его комнате. Сириус был уверен, что тогда пролил их все и потерял навык навсегда. Видимо времена меняются. Нужно сказать… Сказать Джеймсу. Дамблдору. — Это… Это Лунатик. Все целы? Поттер посмотрел на него как на умолишенного. — Не все. Боунс… Боунс погиб. Сириус, что ты несешь? Какой Лунатик? Он постарался взять себя в руки. Сейчас нужно все объяснить. Он обязан это сделать. А потом можно будет напиться. Прорыдаться. Или вернуться. — Этот оборотень. Который меня схватил. Это Римус. Он меня узнал и… Не знаю как объяснить. Он был другим. В общем, это он снял барьер. Точно он. Сириус посмотрел прямо в глаза Джеймсу. Было видно, что он не верит, но сочувствует. — Ладно, ладно, Бродяга. Разберемся. Ты перенервничал. Сириус прикрыл глаза. Ему точно не показалось. Не могло показаться. Послышалось около десяти хлопков трансгрессии. Они были на заднем дворе Поттеров. Из дома выбежала Лили с ее знаменитой бездонной сумкой-аптечкой. Блэк огляделся. Вокруг стояли только что появившиеся члены ордена. Он выдохнул. Мэри и Марлин были здесь. Усталые, пыльные, бледные, но живые. Хриплый лай Грюма вывел всех из оцепенения. — Нужно отправить патронус к Дамблдору. Мы облажались. *** Они сидели в коридоре. Причитания Джеймса по поводу того, что он был выгнан из его же кухни (Сириус прекрасно понимал это чувство, но пошутить у него сил не было) закончились еще пол часа назад. Сейчас за стенкой велись важные переговоры, на которые они естественно приглашены не были. Их поэтапный допрос закончился и всех участников операции выставили из дома. Здесь оставались только Джеймс («Я единственный у кого есть ключи от входной двери, между прочим!»), Сириус и девочки. Будь они в другой ситуации этот небольшой кружок по интересам стал бы темой для хорошей шутки. Но они были именно в этой поганой ситуации. Стульев не было. Все остались в запертой кухне. Они сидели прямо на полу, время от времени бросая друг на дружку опасливые взгляды или спрашивая, который час. Эти посиделки чем-то напоминали те утра в больничном крыле, когда они ждали пробуждения Лунатика после полнолуния. Все молчали, боясь поднять серьезный разговор и готовились к своему приговору. В этот раз все тоже крутилось вокруг Римуса. Сириус хмыкнул. Это первый раз за долгое время, когда он мысленно назвал его по имени. Мозг просто стер информацию. Потому что за именем тянулись ассоциации. За ассоциациями воспоминания. А за воспоминаниями тоска и чувство вины. Чувство вины преследовало его на протяжении двух лет и сейчас воспрянуло с новой силой. Как Сириус мог дать себя увести от Люпина? Почему тот их спас? Что делал с егерями? Что с ним происходило все эти два года? Почему Римус ушел… — Как считаете он правда присоединился к пожирателям смерти? — тихий голос Мэри развеял сгущающуюся тишину. — Да. — голос Джеймса был серьезным и категоричным. Это бесило. — Этого не может быть. Ри… Он не смог бы. Ни за что, — подал голос Сириус и сам удивился его твердости. Джеймс нахмурился. — Ты же сам сказал, что он был ну… Другим. Такое бывает, Бродяга. Люди предают. Почему то уверенность в голосе Поттера разожгла в нем новую волну гнева. Лунатик — не просто какие-то люди. Хотелось встать, встряхнуть их всех. Как они не понимают? Это же Римус. Римус, который раскладывал кучками Берти Бодс, потому что мог по запаху определить любимые вкусы друзей. Римус, писавший вместе с Поттером валентинки Лили лет с одиннадцати. Римус, сломавший нос слизеринцу, начавшему задирать Хвоста и схвативший за это свою первую отработку. Римус, оттиравший с Сириуса пятна крови в ту ночь, когда Блэк сбежал из дома. Их Римус. Который просто не мог… Не мог же? — Он ведь спас нас. Нас всех, — продолжал настаивать Сириус. Отказываясь это принять и проглотить. Снова. Джеймс еще сильнее нахмурился и как будто сгорбился от звонкости в голосе Блэк. — Видимо по старой дружбе. Я лично видел, как они убили несколько наших. Ты ведь знал Эдгара! Ему было всего восемнадцать. Люпин уже не наш друг. Он пожиратель. Хватит размусоливать то, что было решено еще давным давно. Это не что то из ряда вон. Рано или поздно мы столкнулись бы. Сириус фыркнул. — Не верю, что ты это говоришь, Джеймс. Как же твое «Друга без изъяна не бывает; если будешь искать изъян — останешься без друга» и тд, и тп. Сохатый округлил глаза и поднял брови. Самое дебильное его «что ты несешь?» выражение. — Изъян? Он убийца. — Ты тоже убийца, Поттер. Сириус сам не заметил, как они вытащили палочки и встали друг на против друга. — Прекратите! — они резко развернулись. На полу, закрыв глаза руками, сидела Мэри. Ее трясло. Вдруг дверь открылась. Все подскочили. Джеймс отошел от него. Хмурый Грюм отступил, пропуская их в тускло освещенную комнату. Сириус не поздоровался, так как по ощущениям сейчас из его рта после каждого слова выскакивал бы мат, а говорить «Ну, сука, здравствуйте!» наверное не вежливо. Компания собралась… Ну, нестандартная. Сердитый и крайне недовольный ситуацией Грюм в самом дальнем углу комнаты, Макгонагалл в магловском пальто и… Джинсах? Серьезно? Ладно… Фрэнк Долгопупс (он видимо присутствовал здесь на правах мракоборца. Сириус давно его не видел. Наверное можно было бы поздравить его со свадьбой, если бы не… Ситуация), два служащих министерства (вроде старший Боунс и Дож, но никто в этом уверен не был. Они появлялись редко и в основном присутствовали только на разговорах за закрытыми дверьми) и конечно король этой молчаливой вечеринки — Дамблдор. Он единственный, кто, казалось, забавлялся ситуацией. Откуда-то в его руках материализовалась фарфоровая чашка с чаем (Сириус готов был дать голову на отсечение. Такого сервиза не было у Поттеров никогда. Где он ее достал? Из бороды вытащил?!). — Здравствуйте, друзья. Рад, что вы не покинули дом. Нам есть, что обсудить. Садитесь, пожалуйста. Они дружно сели за стол. Марлин тут же начала стучать пальцами по столу, а Лили накручивать локон на палец (Джеймс плохо на нее влиял. Теперь и она начала играть с волосами). Тяжелое молчание нарушил кашель Грюма. Дамблдор видимо очнулся и начал говорить. — Итак… Мистер Блэк поведал мне о сегодняшних событиях. Я полагаю, что он действительно встретился с мистером Люпином. По столу пробежал нервный вздох. Джеймс нахмурился. — Подождите, профессор. Вы хотите сказать, что Римус правда на другой стороне? Дамблдор отрицательно покачал головой. Сириус посмотрел на Джеймса. Он казалось выглядел пристыженным. Блэк только фыркнул, пытаясь отвлечь самого себя от темы разговора. — Очень сложный вопрос, мистер Поттер. Я полагаю, что оборотень Римус Люпин действительно с пожерателями смерти. А вот Лунатик — он тепло усмехнулся, глядя на их вытянувшиеся лица. — определенно нет. — Что вы имеете в виду? — подала голос Лили. Дамблдор снова покачал головой. — Дело в том, что мистер Люпин приходил ко мне незадолго до своего вынужденного исчезновения. Он просил не говорить об этом вам, однако… Сейчас полагаю наступило время раскрыть карты. В голове застучало. Значит Римус приходил к Дамблдору. Рассказал ему что-то и… Стоп. — Вы сказали… Вынужденное исчезновение? — он сильно старался, что бы голос не дрожал, но очевидно не справился. Вопрос только дрожит ли он от страха, потрясения, ужаса или все же гнева. Дамблдор перевел свой взгляд прямо на него. — Верно. Это именно то, что я сказал. — Дамблдор откашлялся. Сириус сделал вдох, заставляя себя хотя бы немного успокоиться, так как оконные стекла подозрительно задребезжали — Два года назад в Хогсмиде мистера Люпина перехватил оборотень Сивый. Он заключил сделку с вашим другом. Год вашей абсолютной безопасности, за год его жизни в стае, — Сириусу казалось, что это все был сон. Глупый, глупый сон. Просто сюр какой-то — Римус предупредил меня об этом и просил защитить вас, проследить, чтобы вы ничего не узнали о сделке и не предпринимали попыток спасти его. Взамен он предложил после своего возвращения из стаи поведать мне всю внутреннюю информацию, работать на меня, а так же попробовать переманить на свою сторону максимальное количество оборотней. Он был вынужден уйти… И он… — Он должен был вернуться… Понимание приходило к Сириусу. Долбанный синдром спасателя Римуса Люпина. — Да, мистер Блэк. Должен был. Он предупреждал, что не знает, как поведет себя под покровительством «вожака». Мы могли ждать чего угодно. Так же он просил не пытаться вернуть его, если он не сможет уйти сам спустя год. Римус полагал, что это может быть крайне опасно… Сириус понял. Римус никогда не предавал его. Никогда не сбегал. Никогда не винил Сириуса за ту их ссору. Он хотел вернуться. Просто не смог. Сейчас здесь все подлетит к черту. — То есть. Вы. Знали. Где. Он. — через зубы. — Успокойся, Сириус — предупреждение Джеймса вообще не успокаивали. Наоборот. Он уже открыл рот, готовый выпустить из него поток мата, как вдруг его перебили. — Вы знали, что он насильно находится в подчинении у маньяка. Знали, что все мы считаем его предателем… И ничего не говорили? — Голос Мэри дрожал от гнева. Марлин взяла ее за плечо. Она тоже явно не была в восторге. Спокоен, казалось, был только золотой мальчик Поттер. — Мне интересно другое. Почему вы сейчас об этом рассказываете? Дамблдор снова улыбнулся. Как можно улыбаться, когда на тебя кричат? Псих. — Дело в том, что раз в игру полноценно вступили оборотни… Мы становимся в меньшинстве. Орден не знает практически ничего о их природе и не знает, как им противостоять. А единственный оборотень, который выказал желание помочь, на данный момент… Я бы сказал… Заколдован. Мне известны случаи, когда вожак был способен на прямую повлиять на мировосприятие оборотня. Полагаю это и произошло с Римусом. — И чего вы хотите от нас? — Лили внимательно следила, за каждым словом директора. И судя по ее взгляду уже знала ответ на свой вопрос. — Сегодняшние события показали, что он помнит вас. Помнит и ценит настолько, что способен противостоять приказам вожака. Я хочу, что бы вы вытащили его оттуда. Оборотни обладают удивительной магической силой, которую никто не удосуживался раньше изучить. Время для этого пришло. Пора вытащить Римуса Люпина. Однако, вынужден предупредить. Скорее всего его волчья часть будет сопротивляться. Сириуса посетила мысль о том, насколько неприлично будет врезать директору? *** В комнате повисла тишина. Все пытались понять, смириться со случившимся. Они были так долго уверены в предательстве. За два года каждый так или иначе успел мысленно проклясть Римуса. А теперь… Теперь все изменилось. Все члены ордена отчалили из дома еще пол часа назад. Они остались одни. Ощущения были почти, как в Гриффиндорской гостиной. Снова камин, чай, мародеры и девочки. Не хватало только Хвоста. Он был на ночной смене в министерстве. В ордене его не очень любили, в основном отправляя на слежки, поэтому в доме Джеймса он появлялся редко. Сириус давно заметил, что с каждым новым посещением Питер становился все более рассеянным, уставшим и испуганным. Война печально действовала на всех. Дамблдор снял их с ближайших миссий. Видимо вопрос привлечения оборотней был решающим. Директор ничего не делал просто так. Сириус иногда даже задумывался был ли Альбус по настоящему светлым волшебником. Слишком уж много в нем было любви к выгоде для Гриффиндорца. — Давайте выпьем. — тихое предложение от Лили. Все таки Сириус иногда завидовал Сохатому.