Тьма на кончиках пальцев

— Отлично выглядишь, — Себастьян, ожидавший её в Хогсмиде неподалёку от камина для перемещений, отлип от стены, которую подпирал, и приветливо улыбнулся. — Правда, я бы тебя так сразу и не узнал. Выглядел он достаточно непривычно: тёмная рубашка, тёмные же брюки с ремнём, светлое пальто на распашку, стильные ботинки, метла за спиной. Никакой тебе школьной формы — сейчас он выглядел как просто обычный молодой парень, а не студент школы Хогвартс. Это, собственно, и было их замыслом: не то, чтобы маскировка, но ученики школы в таком далёком регионе будут привлекать куда больше внимания, чем просто два путешествующих волшебника. Дариана тоже облачилась ему под стать, за исключением того, что её штаны и блузка были светлыми, а плащ тёмным. Единственное, что сильно в ней изменилось: это цвет волос и глаз. На смену зелёным глазам и вишнёвым волосам пришли блондинистые кудряшки и тёмно-карие, почти чёрные, радужки. Девушка не хотела идти искать того, кто работает с пепламбами в своём «родном» цвете — те и так слишком хорошо знали, как она выглядит. Вместе они выглядели как идеальное сочетание светлых и тёмных натуральных тонов. Весна в этом году выдалась на редкость тёплой, так что уже в её середине можно было позволить себе одежду гораздо более лёгкую, чем раньше. Не лето, конечно, но и кутаться в тёплые мантии уже не было нужды — лёгкого пальто было вполне достаточно. — Ты тоже. Не привычно видеть тебя не в школьной форме, — девушка тоже улыбнулась. — Думала, у меня нет другой одежды? — Бывали такие мысли. Ничего не значащие взаимные подколки поднимали настроение. Складывалось такое ощущение, что они не на «задание» идут, а просто на прогулку. Что ж, тем лучше для конспирации. Вряд ли Роули захочет, чтобы его нашли два каких-то настойчивых студента. — Ты уже бывал в Крегфорте? — Да, доводилось разок, — Себастьян бросил в камин горсть летучего пороха, и они по очереди переместились в нужную деревеньку. Место «высадки» оказалось каким-то полуразваленным древним домом, у которого остались только пара стен да дырявая «крыша» из соломы и полусгнивших деревянных балок. Сразу становилось понятно, что этим камином пользуются максимально редко. Ну ещё бы, такая глухомань, по сравнению с Хогсмидом. Снаружи же всё буяло и цвело весенними красками. С погодой им сегодня очень повезло: было не сильно ветрено и светило яркое солнце. Хотя, в такой скалистой местности погода вполне могла испортиться за какие-то считанные минуты, всё же студенты надеялись, что сегодня им будет благоволить удача. — Красиво, — девушка с удовольствием обвела взглядом открывающийся вид. Ей определённо нравились эти зелёные холмы, вид почти разрушенных древних руин где-то вдалеке, скалы фьордов и беснующееся море. Умножить это на мягкий солнечный свет, и она была готова любоваться этой картиной вечно. — Аккуратнее, не споткнись, — Себастьян, куда меньше обращавший внимание на местные красоты, уже спустился по разрушенным ступенькам «домика» из которого они выбрались и теперь протягивал ей руку, чтобы помочь спуститься и ей. Грифиндорка с благодарностью приняла эту маленькую помощь: касаться тёплой руки Сэллоу было очень приятно. — Думаю, лучше будет сначала пройтись по деревне и поговорить с её жителями, может, это поможет сузить круг поиска и нам не придётся осматривать тут всё с воздуха. — Согласна, — Дариана, чьи ноги уже коснулись грунтовой тропинки, ведущей в деревню, собиралась освободить свою руку, но слизеринец сжал её ладонь чуть сильнее, намекая на то, что отпускать её вовсе не входит в его планы. На удивлённый взгляд Пентагаст он просто улыбнулся и мягко потянул её в нужную им сторону. Всё это больше и больше походило на свидание. Крегфорт оказался очередной маленькой деревенькой, каких было множество в долине Хогсмида. Несколько симпатичных стареньких домов, словно из сказки, несколько торговых лавок и огромное цветущее дерево в центре. Оно очень сильно напоминало розовое дерево в Хогвартских теплицах, но здесь, в естественной среде, выглядело ещё более величественным и прекрасным. Розовые лепестки цветов заманчиво колыхались при порывах ветра, срываясь с места и начиная кружить в хитросплетении воздушных потоков. Они летели дальше, нежными красками-пятнышкам укладываясь на каменные дорожки, крыши домов и редко проходящих мимо людей. — Помнишь, я тебе говорила, что не хочу возвращаться на лето домой? — Дариана осматривалась с живейшим интересом. — Помню, что ты хотела жить где-то в долине. Тебе понравился Крегфорт? — Да, тут очень тихо. И, учитывая, как далеко от центра, то арендовать тут домик будет наверняка гораздо дешевле. Если удастся найти того, кто захочет сдать свой дом, конечно. — Можем поспрашивать и об этом тоже. Молодая пара ищет домик, чтобы провести в уединение несколько месяцев и отдохнуть от суеты. Как тебе такая идея? Будет выглядеть естественно и не привлечёт слишком много внимания, — судя по довольной улыбке Себастьяну эта идея нравилась ему с каждым мгновением всё больше и больше. — Мы два новых лица в далёкой глуши, мы в любом случае привлечём много внимания, — Дариана была же настроена на это куда более скептически. — К тому же, — она подняла свободную правую ладонь, пошевелив пальцами перед лицом слизеринца, — молодая неженатая пара вызовет кучу сплетен и пересудов. Не хочу быть скомпрометированной таким образом. — Кстати об этом, ты права, — Сэллоу достал палочку и прикоснулся ею к основанию безымянного пальца подруги. На пальчике тут же появилось тонкое обручальное кольцо. — Себастьян! — Что? Ты сама сказала, что будет странно, если мы не буем обручены, — он коснулся палочкой и своей правой руки, на которой появилось такое же кольцо, только размером побольше. Ладонь Дарианы он при этом так и не выпустил. — Так что это в целях конспирации. Пошли, — не давая грифиндорке времени возмутиться или взбрыкнуть, он спешно потянул её к главной, и по совместительству единственной, здешней улице. Девушке оставалось только смущённо краснеть, возмущённо пыхтеть и разрабатывать коварный план мести. Они неторопливо шли по каменной дорожке, якобы прогуливаясь и осматриваясь. — Думаю, будет лучше, если с торговкой поговоришь ты, — тихо отметила Пентагаст, уже успевшая оценить окружающую обстановку. — Почему? — Потому что ты молодой привлекательный парень с обаятельной улыбкой, а она женщина в возрасте. Тебе она точно охотнее всё выложит. — Мне, конечно, льстит, что ты считаешь меня привлекательным, но неужели ты думаешь, что я буду флиртовать с другой дамой в присутствии своей молодой жены? — тёмные глаза Себастьяна смеялись. — Именно поэтому я отойду в сторонку и буду любоваться этим прекрасным деревом и видом на холмы, — Дариана ощутимо ткнула его в бок, маскируя всё это за тем, как она потянулась к его щеке, мягко касаясь её губами. Сэллоу, кажется, даже на мгновение дышать перестал. По крайней мере, когда она отстранилась, то заметила не явные для окружающих, но отчётливо заметные ей признаки того, что парень был смущён просто до крайности. Так они и разошлись на некоторое время. Себастьян отправился добывать информацию у торговки, а Пентагаст неторопливой походкой начала обходить дерево по кругу. Вид так её очаровывал, что мысли, которые она всеми силами старалась вернуть к важному, то и дело соскакивали на мечтания о том, как бы она провела тут лето, возможно, действительно вместе с Себастьяном. Можно было бы спокойно уходить к развалинам и практиковаться в древней магии, перетащить сюда записи Исидоры и неторопливо изучать их за чашкой чая, и иногда летать на метле, понижая уровень преступности здесь и в ближайших округах. «Было бы здорово», — мечтательно думала она, когда ветер донёс до неё чьё-то возмущённое бормотание. Оглянувшись по сторонам, грифиндорка отметила, что Себастьян во всю любезничал с уже почти растаявшей от такого внимания торговкой, а больше никого, кто разговаривал, она не заметила. Прислушавшись, девушка зашла за угол одного из домов и увидела источник звука: только бормотанием ей показалось это из-за приличного расстояния, судя по жестикуляции, стоявшая в отдалении женщина полновесно ругалась на кого-то. На холме, перед несколькими старенькими надгробиями, во всю ругалась женщина сильно средних лет и совершено консервативной внешности. Рядом с ней никого не наблюдалось, так что, скорее всего, она изливала душу именно надгробию. «А вот и источник информации», — почему-то подумала Дариана, направляясь к незнакомке. Как когда-то заметил Себастьян, у неё, похоже, был какой-то «инстинкт гончей», и касался он не только сундуков, которые грифиндорка находила во всевозможных и невозможных углах и щелях, но и информации. К тому же, опыт путешествия по вот таким вот маленьким деревенькам, ясно говорил о том, что если ты видишь возмущающегося чем-то волшебника, с большей долей вероятности у него что-то случилось и он с радостью заплатит тебе за решение его проблемы. Таким образом, а ещё путём обирания браконьерских лагерей и разного рода гробниц, девушка уже накопила на аренду дома на несколько месяцев: даже если она не будет всё это время «подрабатывать» такими вот просьбами, ей должно было хватить и на жильё и на всё необходимое. — Простите, мадам, у вас что-то случилось? — ведя себя как можно приветливее, поинтересовалась Дариана. Спустя несколько минут беседы, грифиндорка выяснила, что мадам зовут Гиацинта Оливье и она страшно возмущена произволом «пепламб», которые повадились вымогать деньги из местных торговцев, причём требуя с каждым разом суммы всё больше и больше. Кроме рэкета, эти негодяи ещё и мешали этой самой торговле, делая и без того не слишком посещаемую окраину местом отчуждения. Заправлял же этим сбродом некто Сильван Селвин, один из приближённых людей Виктора Руквуда. Новость о том, что лидер «пепламб» безвременно покинул мир живых ещё, видимо не успела разнестись по округе, либо же сами «пепламбы» активно это скрывали, пока происходила внутренняя борьба за власть. Должен же бандой кто-то управлять, раз уж и Руквуд и Харлоу, с лёгкой подачи Дарианы, теперь обезврежены. Обосновался Селвин не так уж и далеко, в руинах разрушенного замка Клагмар. — Я могу вам помочь, мадам Оливье. — Правда? Вы так молодо выглядите, — женщина, кажется, очень сомневалась в способности молодой ведьмы справиться с отрядом «пепламб». — Однако я была бы крайне признательна, если бы кто-то избавил нас от этой напасти. — Дорогая, вот ты где, — видимо, закончивший с торговкой Себастьян подошёл к ним. — Здравствуйте, — вежливая улыбка. Впрочем, не забыл и приобнять свою «жену» за талию. — Я думал, ты подождёшь меня у дерева, как мы договорились, — он был явно не слишком доволен тем, что его спутница куда-то делась без предупреждения. — Просто, я услышала о беде этой милой леди и не смогла пройти мимо, — Дариана сама невинность и очарование. — Ах, так вы с супругом! — Мадам Гиацинт всплеснула руками. — Да, мы путешествуем в поисках домика, чтобы отдохнуть в медовом месяце. Совсем недавно поженились, — Себастьян снова пускает в ход своё обаяние. — Вот как, искренне поздравляю вас и от всего сердца желаю вам долгих лет счастливого брака! Крегфорт весьма милое местечко для медового месяца. Если, конечно, не принимать в расчёт «пепламб». — Спасибо за поздравления, мадам Оливье. Мы обязательно постараемся решить эту проблему, — Дариана улыбается и тянет Сэллоу назад, в сторону деревушки. Тот не сопротивляется. — Хорошего дня.

***

Они расположились на камнях возле утёса в приличном отдалении от деревни. Дариана сидела на каменном выступе, болтая в воздухе ногами. ― И какую-такую проблемы мы обязательно постараемся решить? — едко полюбопытствовал Себастьян, прохаживаясь из стороны в сторону. ― Давай сначала ты расскажешь, что удалось выяснить. ― В Крегфорте и его ближайших окрестностях не проживает человека с именем Александр Роули или кто-то другой, кто занимался бы снятием тёмных проклятий. По крайней мере, торговка о таком ничего не слышала. Аренда дома в этих краях редкость, но если поговорить с некоторыми жителями, то она полагает, что вполне можно договориться за пятьсот галеонов в неделю. — Шесть тысяч на три месяца за целый дом… Приемлемо, — грифиндорка кивнула своим мыслям. — Что же по поводу Роули, то я думаю, что раз о нём никто ничего не слышал, то вряд ли он работает под своим настоящим именем. И, как раз в этом, полагаю, нам поможет проблема мадам Оливье. — Внимательно тебя слушаю. Дариана привела краткий пересказ того, что удалось узнать у волшебницы. — Значит, ты думаешь, что этот Селвин поможет нам с поиском? — Думаю, раз он обосновался неподалёку, то может что-то знать. То, что Роули тоже на самом деле «пепламба» может быть всего лишь нашим предположением. Но, раз он консультировал Руквуда, то думаю, и его ближайшие люди тоже пользовались услугами этого человека. — В любом случае, нам стоит проверить эту ниточку, — Сэллоу вздохнул. — Только пожалуйста, не исчезай внезапно в неизвестном направлении. — Извини… Я просто привыкла действовать одна и по ситуации, — не то, чтобы она чувствовала себя виноватой, но определённый моральный дискомфорт из-за того, что заставила парня поволноваться из-за пустяка, испытывала. — Я знаю, что ты можешь за себя постоять, — Себастьян подошёл ближе, протягивая ей руку, чтобы помочь подняться. — Но всё же мне бы хотелось встречаться с тобой там, где мы договорились. — Я честно постараюсь, но не могу тебе этого обещать. Сейчас, когда она вложила свою ладонь в его, когда их глаза смотрели прямо друг на друга, а обручальные кольца отблёскивали в свете солнца, здесь, на утёсе, это на мгновение показалось каким-то особенным волшебством, от которого сердце сначала пропускает несколько ударов, а затем начинает биться так часто, что ты чувствуешь каждый его удар. В затылке приятно закололо, а по спине побежали мурашки, как будто в предвкушении чего-то приятного. Себастьян чуть наклонился к ней, не отрывая заворожённого взгляда. Они оба дышали как будто через раз. — Нам нужно отправляться в Калгмар, если сегодня мы ещё хотим успеть что-то узнать, — Дариане стоило больших усилий заставить себя отвести взгляд, нарушив этот волшебный момент. Она уже буквально чувствовала, предвидела, как вот сейчас губы слизеринца коснуться её и… почему-то боялась этого. Хотела и одновременно опасалась, сама не зная почему. Сэллоу отстранился, стараясь скрыть разочарование, отразившееся на лице. — Тогда полетели.

***

Руины замка Клагмар оказались достаточно живописным и просторным местом, к сожалению, полностью оккупированным «пепламбами». — Нам нужен только Селвин, — напомнила девушка, взмахом палочки накладывая на себя дезиллюминационные чары. Себастьян последовал её примеру. В этот раз, на всякий случай, было принято решение закрыть лицо масками: им и без того проблем хватало, чтобы лишний раз привлекать внимание к своим персонам. И если Пентагаст уже была безнадёжно известна в узких кругах тёмных магов, то вот Сэллоу ещё так засветиться не умудрился. Так что, во избежание, так сказать… Лучшая тактика против целой крепости врагов — тихое незаметное проникновение и «петрификус тоталус». Это позволяло минимизировать количество ущерба самому себе и изрядно щадило магический резерв, в отличии от того, если переть в лоб и сражаться со всеми сразу. А так — ровный рядок обездвиженных тел, которых ночью сожрут волки, если те не смогут выбраться. На всякий случай грифиндорка не забывала ломать и их палочки, чтобы минимизировать шансы врага на успешный побег. Сильвана Селвина они нашли в одном из шатров лагеря, после того, как убедились, что кроме него, никого не осталось, кто мог бы им помешать. Однако этот мужчина оказался более внимательным и решить проблему обычным обездвиживающим проклятием не удалось — пришлось сражаться. — Дифиндо! Маг не успел восстановить щит, который мгновение назад разрушил своим заклинанием Себастьян, а потому в следующий миг рука «пепламбы» вместе с зажатой в ней палочкой, отлетела в сторону. Волшебник завопил от боли. — Аресто моментум, — кровоточащее тело замерло на месте, бешено вращая глазами. Себастьян прижёг рану огненным заклинанием, чтобы маг не умер от кровопотери. — Экспелиармус тебе не ведом, — чуть укоризненно сказал он, глядя в сторону подруги. Та пожала плечами: как бы то ни было, отпускать Сильвана живым она не собиралась. А так он сразу поймёт, что к нему пришли серьёзные люди с серьёзными намерениями. Похоже, у неё скоро появится любимый способ укрощать таких вот негодяев. Да уж, видела бы её матушка сейчас… Не мешая Сэллоу заниматься «допросом», девушка отошла в сторонку, изучая содержимое палатки в поисках чего-нибудь стоящего. В конце концов, никто не запрещает прихватить с собой несколько трофеев, а потом их продать коллекционерам или ещё кому. — Мы ищем Александра Роули, — слизеринец присел на корточки перед лежавшим на земле магом. — Знаешь такого? Аресто Моментум в выгодную сторону отличался от обездвиживающего проклятия тем, что под его действием, жертва могла разговаривать, а не как в случае с «петрификусом» просто лежать молчаливым грузом. Из минусов же был срок действия: эти чары приходилось периодически подобновлять, следя за тем, чтобы волшебник не высвободился раньше времени. Хотя, без ведущей руки Сильван вряд ли многое сможет наколдовать: мало кто из магов также хорошо владел другой рукой, как и основной. — Пошёл к чёрту, — выплюнул мужчина. Он зло посмотрел в сторону грифиндорки: — Теперь я знаю, кто убил Руквуда. — И вы, как верный сторонник, жаждете последовать за своим начальником? — ехидно поинтересовалась Дариана, продолжая осматривать шатёр. — Сучка. — Круцио, — Себастьян, решивший, что пустой трёп ни к чему хорошему не приведёт, перешёл к активным методам ведения «разговора». — Я повторяю вопрос: ты знаешь Александра Роули? — Не знаю я никакого Роули, — провыл маг, когда парень убрал заклятие. Сэллоу задумался. — Знаете, у вас ведь ещё есть две ноги и одна рука, и вы вполне можете остаться при них, если просто расскажете то, что нам нужно, — под маской было не видно, но грифиндорка нахмурилась. Пока что Сильван был их единственным следом, не хотелось бы совсем уж ничего от него не добиться. — Тогда, возможно ты знаешь, кто в «пепламбах» занимается снятием тёмных проклятий? — Вкрадчиво поинтересовался Сэллоу. — Алекс Рандольи! — то ли мысль о том, что его оставят без остальных конечностей, то ли просто другая формулировка вопроса помоги Селвину вспомнить необходимую информацию. — Где его найти? — В Крегфорте. Дом с глиняными горшками возле входа. Отпустите меня, прошу вас, — заклинание обездвиживания уже спадало и Сильван понемногу начинал шевелиться. Себастьян же колебался, не решаясь закончить. Сейчас он был не на эмоциях, как тогда в пылу сражения со своим дядюшкой, да и обжёгшись на молоке начинаешь и на воду дуть. Дариана это понимала: её собственная совесть сейчас тоже бушевала, царапая острыми когтями внутренности. Одно дело, когда это происходит в пылу сражения или когда ты видишь, насколько яростно тебя ненавидит враг, и совсем другое, когда перед тобой сидит безоружный человек, просящий о пощаде. Кажется, вот она грань, за которой её уже можно будет считать полноценным тёмным магом. Ну, или как минимум, аморальной ведьмой. В этот самый момент, когда они оба колебались, чары пут ослабли настолько, что Селвин сам помог им сделать выбор не в свою пользу. Он рванул к сидевшему перед ним Себастьяну, доставая оставшейся рукой что-то из-за пояса. Но грифиндорка успела раньше: — Дифидно. Голова Сильвана подкатилась к ногам опешившего Сэллоу, а кровь, брызнувшая из оголённой шеи, испачкала ему маску и одежду. — Извини, я не успела подумать, что его кровь на тебя попадёт, — взмахом палочки Дариана быстро убрала пятна, пока те не успели впитаться в светлое пальто. Себастьян поднялся. Снял маску. Он был бледным в зелень и грифиндорка даже подумала, что его сейчас вырвет, но нет, слизеринец смог себя сдержать. Это навело девушку на мысль, что когда она убила Руквуда, то ей вовсе не было плохо, когда она смотрела на его отрубленную голову. Неужели она на самом деле просто жестокая убийца? — Пойдём отсюда, — Сэллоу отвернулся от трупа и не глядя на подругу, вышел из палатки. Пентагаст же, не забыв положить в волшебный карман всё ценное, что смогла найти, последовала за ним, однако перед палаткой Себастьяна уже не было. Она заметила его быстро удаляющуюся фигуру в стороне: парень явно хотел оказаться отсюда как можно дальше и как можно быстрее. Не став тратить время на другие мелочи, девушка поторопилась догнать его.

***

— Значит, Алекс Рандольи… Торговка упоминала его в числе тех, кто мог бы сдать дом на несколько месяцев. Они медленно шли в сторону Крегфорта, намеренно приземлившись на мётлах сильно заранее, чтобы была возможность поговорить. Делать это возле бандитского лагеря никто из них не хотел, а Себастьян и сейчас едва из себя слова выдавливал. Похоже, сегодня ему будут сниться кошмары. — Значит, нам повезло. По-моему, Алекс Рандольи это анаграмма от Александр Роули, не находишь? Видимо, Руквуд знал о его настоящем имени, а остальные в банде пользуются псевдонимом. — Похоже на то. И что, с ним мы будем разговаривать также, как с Селвином? — он был крайне мрачен. — Для начала, скажем мадам Оливье, что её проблема решена и получим плату. А потом пойдём к Роули. Не думаю, что дойдёт до такого же. В конце концов, он оказывает услуги. Мы можем ему просто заплатить за информацию. — Дариана, почему ты такая спокойная? — Себастьян остановился, его взгляд был каким-то странным. — Мы только что убили человека. Пусть он и был уродом, но всё же… — Ну, во-первых, не мы, а я его убила. Во-вторых, он сам сделал свой выбор, когда решил, что вместо того, чтобы сдаться, лучше будет напасть. В-третьих, нельзя оставлять опасных врагов живыми, иначе потом могут быть проблемы. Особенно у меня: «пепламбы» знают, как я выгляжу и по чьей вине умер их лидер. — Да, я знаю это, знаю! Я не обвиняю тебя. Я просто не понимаю, почему мне сейчас ещё более тошно, чем когда… ты поняла. — Может потому что тогда это всё было на эмоциях, да и смерть твоего дяди не была такой кровавой? А сейчас… Хоть и знаешь, что перед тобой опасный человек, но лично тебе он ничего плохого не сделал, ещё и безоружный, поэтому приходится руководствоваться чистой логикой. Если хочешь знать, если бы он не попытался на тебя напасть, я не знаю… смогла ли бы я так же поступить. — Наверное… — Знаешь, я начинаю думать, что Оминис прав на мой счёт… — В смысле? — Он считает, что я очень похожа на его семью… На тёмного мага. Я убила уже двоих, вот так, из расчёта, а не в бою, и оба раза…- Дариана вдохнула поглубже, чувствуя, как боится произносить это в слух. Как будто если озвучить эту мысль она станет ужасной правдой, которая заставит Себастьяна от неё отвернуться. — Ничего не почувствовала. Мне не было плохо, грустно или отвратительно. Мне было всё равно. Если честно, мне кажется, умри на моих глазах какая-нибудь пушишка или фестрал, я бы расстроилась в разы больше. Это понимание пугает меня до чёртиков. Где грань, за которую нельзя переступать? Или я уже её переступила и не заметила? — Думаю, пока ты не убила невинного человека, можно считать, что ты ещё по светлую сторону баррикад. Хотя, возможно, нам обоим стоит пересмотреть методы решения наших проблем, — Себастьян попытался ободряюще улыбнуться, но получилось у него не очень. — Или, в итоге, мы оба станем тёмными магами и перестанем так сильно из-за этого переживать. — Когда ты так говоришь, это звучит не так уж и страшно. — Вместе веселее, — в этот раз улыбка получилась более искренней.

***

— Мистер Рандольи? Здравствуйте! Нам сказали, что с вами можно переговорить по поводу аренды дома. Не уделите нам несколько минут? Дверь им открыл мужчина в возрасте, весьма упитанной наружности с пышными седыми усами. В жизни не подумаешь, что он работает на «пепламб». Обычный добропорядочный волшебник, по крайней мере, на первый взгляд. При более же пристальном рассмотрении, в глаза бросалась несколько неряшливая одежда, местами в, неизвестного происхождения, пятнах, неприятные глазки-бусинки, словно у крысы, а также потный сальный лоб. — Здравствуйте, молодые люди, — взгляд у Рандольи, он же Роули, был таким же неприятным, как и его глаза: цепким, пронзительным, оценивающим. Как будто он сразу видит тебя на сквозь. Однако это не помешало двум студентам продолжить дружелюбно улыбаться и вообще источать доброжелательность: Себастьян чуть поменьше, а вот Дариана светилась во всю. — Ко мне с такими вопросами раньше не обращались, но думаю, что мы можем это обсудить. Я как раз собирался в скором времени уехать ненадолго. Проходите. «Интересно, мы правда так хорошо притворяемся или он просто притворяется лучше нас?» — мелькнула мысль у грифиндорки, пока она рассматривала убранство дома специалиста по тёмным проклятиям. Обстановка была не слишком уютной, местами даже пыльной, но вся мебель была сделана добротной в гармонирующих между собой цветах: сразу видно холостяцкое убежище мужчины, который, впрочем, не лишён вкуса. «Себастьяну точно не понравится», — решила она, спустя несколько минут осмотра, пока сам Сэллоу рассказывал «официальную» версию их прибытия в Крегфор и узнавал детали. — Ах, моей бедной сестре здесь бы понравилось, у вас такой замечательный дом, мистер Рандольи, — Дариана улучшила паузу в беседе мужчин, чтобы вставить свой медный кнат. — Бедняжка, она так мучается из-за болей от чёртового проклятия, но ей обычно становится лучше, когда она видит что-то красивое, как, например, это великолепное зеркало. Зеркало было действительно красивым: в кованной бронзовой оправе, украшенное кованными же розами, настолько искусно сделанными, что грифиндорке казалось, будто она видит прожилки на лепестках. Сама же зеркальная гладь её отчего-то тревожила и девушка постаралась стать так, чтобы не отражаться в ней. Так, просто на всякий случай. Кто знает, вдруг это на самом деле какое-нибудь волшебное зеркало, которое помогает распознать настоящую личину? Она бы себе точно такое купила, будь у неё такой же род занятий как Роули. — Это ведь гоблинская работа, верно? — предположение больше наугад, но было в подобной ручной работе что-то знакомое. Общение с Логдоком точно наложило на неё свой отпечаток в плане оценки металлов и изделий. Старый гоблин был весьма щедр на рассказы и примеры о любимом деле, а Пентагаст была как раз из тех, кого называют «благодарным слушателем». — Всё верно, мадам Сэллоу, — у Дарианы мурашки побежали от подобного обращения к ней, но виду она не подала. — Это зеркало, подарок одного моего хорошего приятеля, изготавливалось у лучших гоблинских мастеров в Италии. — Думаю, если мы здесь остановимся, то могли бы пригласить твою сестру погостить на несколько дней. — Не думаю, что она хорошо перенесёт дорогу, ей с каждым днём всё хуже и хуже, — девушка расстроенно приложила платочек к уголкам глаз, делая вид, что промакивает слёзы. — Как же так получилось, что вашу сестру постигла столь печальная участь? — Рандольи, кажется, вполне успешно проглотил наживку с проклятием, или просто играл роль добродушного хозяина. Дариана поведала историю о том, как её любимой сестре Жанне повстречался мужчина, она в него влюбилась, они планировали свадьбу, но затем поругались из-за какой-то мелочи и он её проклял, а сам исчез в неизвестном направлении. — Мы уже всё перепробовали, и обращались в святого Мунго и консультировались с разными специалистами в области проклятий, но всё без толку, — со слезами на глазах вещала грифиндорка. Думала она в этот момент об умирающих от голода пушишках, чтобы её печаль выглядела более натурально, а слёзы естественными. — И вот только совсем недавно, она прислала мне весточку, что тот волшебник написал ей письмо, в котором он назвал проклятие, но как его снять он не знает. Он просто мерзавец, который играется с ней! Но если бы он потребовал денег или ещё чего-то, то мы бы ему заплатили, — в этот момент глаза Роули алчно блеснули и ему едва ли удалось скрыть предвкушающую улыбку, — лишь бы он сказал, как снять проклятие, правда, милый? — полный слёз взгляд в сторону Себастьяна и тот согласно и вполне искренне кивает. — Ох простите, я вам мешаю обсуждать важные дела, — «спохватилась» «мадам Сэллоу». — Нет, нет, ни в коем разе. Ваше горе вполне понятно, мадам. Возможно, вы помните название того проклятия? — Я не уверена… — Дариана нахмурилась, пытаясь «вспомнить». — Что-то связанное со смертью. Себастьян, ты не помнишь? -»Mors Evanescens». — Да, точно! — Звучит очень знакомо, — протянул Роули, жуя верхнюю губу в размышлении. — Простите, что отвлекли вас, мистер Рандольи. Давайте вернёмся к обсуждению аренды, — Себастьян снова сместил фокус старого мага на тему дома, хотя, видит Мерлин, ему это чертовски тяжело удалось. Больше всего сейчас слизеринцу хотелось схватить Александра за грудки и вытрясти из него информацию по поводу проклятия, но, как убедила его Пентагаст до того момента, как они добрались до деревни, всё должно пройти неторопливо и естественно, иначе их слишком явный интерес будет крайне подозрительным. Потребовалось огромная сила воли и железная выдержка, чтобы сидеть и разговаривать о каких-то мелочах, когда решение проблемы, вот оно, руку протяни. К тому же, Сэллоу очень сильно переживал, что они перестарались и маг просто не заговорит с ними об этом, ведь время беседы подходило к концу и они уже собирались уходить. — Благодарим вам за ваше гостеприимство, мистер Рандольи, — Дариана продолжала излучать дружелюбие, попутно стискивая локоть «мужа», чтобы тот не ляпнул чего-нибудь лишнего. По глазам было видно, что Себастьян вот-вот сорвётся и весь их спектакль пойдёт прахом. — Так удачно, что мы смогли подписать договор сразу. — Да… Как удобно, что у вас есть нотариальная лицензия и нам не пришлось кого-то ждать, чтобы это сделать, — Себастьян скрутил в трубочку бланк, на котором тремя размашистыми подписями они втроём подтверждали намерение о заключении арендного договора на несколько месяцев. — Разумеется, мистер Сэллоу, мадам. Я так же безмерно рад, что мы пришли к соглашению так быстро. В конце концов, очереди из желающих провести медовый месяц в Крегфорте что-то не видно, — они все рассмеялись этому замечанию. — Так что я счастливчик, что мне так повезло. Что же касается проклятия вашей сестры, мадам Сэллоу, то думаю, я бы смог вам помочь в этом вопросе. — Неужели? Простите, мистер Рандольи, но я уже и поверить во что-то подобное боюсь. Столько попыток, столько пустых надежды… А тут, такая случайность, можно сказать, свела нас с вами… — Кто знает, какие нити плетёт судьба, — маг улыбнулся в усы. — Знаете, один мудрый человек сказал мне, что случайности на самом деле не случайны. У меня есть один хороший знакомый, который как раз разбирается в подобных вопросах. Я мог бы ему написать о вашей истории и узнать что-то о проклятии, которое вы назвали. Как вы сказали? Mors Evanescens? Исчезающая смерть… Гм… ну да. Я думаю, за определённую плату он мог бы рассказать вам о решении вашей проблемы, если оно существует. В любом случае, вы ничего не потеряете. — Ах… Вы правы… Но не лучше ли будет обсудить этот вопрос при личной встрече? Всё же доверять такую информацию письму… Может быть не слишком разумным, — Дариане было интересно, как выйдет из этой ситуации Алекс, если он и Александр это один и тот же человек, но тот повёл себя немного странно. — Понимаете, из-за специфики… м, области магии, в которой специализируется мой друг, он вынужден вести себя очень осторожно. Большие знания, большая ответственность, знаете ли. Но я также спрошу его о возможной встрече и отправлю вам сову с ответом. — Мы будем вам бесконечно признательны, мистер Рандольи, — Себастьян крепко пожал магу руку. Они распрощались и «чета Сэллоу» покинула гостеприимный дом в сумерках. До Хогвартса до ужина они бы не успели добраться, а раз их «точка выхода» располагалась в Хогсмиде, то слизеринец предложил перекусить в «Трёх Мётлах». В конце концов, они целый день на ногах, а из еды сегодня у них обоих был только ранний завтрак.

***

Пара расположилась на втором этаже заведения, где было поменьше народу, и пока еду готовили, грифиндорка отлучилась в уборную, чтобы снять с себя этот маскарад и вернуться к облику прежней себя. — Дариана? — Натсай? Разумеется, знакомых и друзей ты встречаешь именно в тот момент, когда меньше всего этого ожидаешь и хочешь. Пентагаст не повезло встретить Онай-младшую на входе в уборную, а не на выходе из неё, а потому Натсай получила удивительную возможность лицезреть свою особенно любящую приключения подругу во всей красе маскировки. Однако не цвет волос и не цвет глаз смутили волшебницу из Уагаду. — Это что, обручальное кольцо? — конечно же её глаз выцепил самый интересный элемент маскировки, который Дариана ещё не успела снять. Нужно было вообще это сделать, когда они вышли за пределы деревни, но они были так вымотаны тем спектаклем, что им пришлось устроить, что никто про кольца даже не вспомнил. — Это не то, о чём ты подумала, — брякнула девушка. Потом хлопнула себя ладонью по лицу: более банальной фразы, конечно же, она придумать не могла. — В самом деле, Нат… я просто обещала помочь другу… — Этот друг Сэллоу, который сидит вооон за тем столиком для двоих и, если меня не подводит моё зрение, также вертит на пальце обручальное кольцо? Дариана испытала жутко сильное желание обернуться и запустить в Себастьяна какой-нибудь экспелиармус, чтобы выбить это проклятое колечко из его рук, но сдержалась. — Подруга, ну я замечала, что ты к нему неравнодушна, но… эй! Не давая Натсай больше сказать и слова, Пентагаст втолкнула только что вышедшую из уборной девушку назад и плотно закрыла за ними дверь. На всякий случай ещё и заглушающие чары наложила. — Всё не так как кажется, — резко произнесла грифиндорка, пытаясь стянуть кольцо с пальца. Оно упорно не поддавалось, и отнюдь не потому, что было мало. — Мерлин, зачаровал он его что ли… — раздражение хлестало изо всех щелей. Наблюдавшая за этим бесплатным спектаклем Онай тихонько посмеивалась. — Выдохни, Дари, я поняла. А то палец себе оторвёшь. Снять с тебя кольцо сможет только тот, кто его надел. — Что за глупость… — Такая уж особенность волшебных обручальных колец. — Но оно же не настоящее! Он его наколдовал. — Если бы оно было не настоящим, то ты бы легко его сняла, — Натсай похлопала медленно ловящую осознание подругу по плечу. — Я так понимаю, ты ввязалась в очередные неприятности. И судя по твоему внешнему виду, не малые. Давай я помогу тебе снять чары, а ты мне в двух словах обрисуешь ситуацию. Дариана вздохнула и обречённо кивнула. Онай была для неё одной из близких подруг, а потому была неплохо осведомлена о «проделках» юного дарования от древней магии. В частности, именно Натсай помогала справиться девушке с кошмарами и проводила терапевтические беседы по ночам в гостиной грифиндора. Пентагаст ей верила, хоть и вдаваться в подробности не своих секретов не собиралась. — В общем, у Себастьяна есть сестра, она попала под одно тёмное проклятие и теперь медленно и болезненно умирает. А мы пытаемся её спасти. Как ты понимаешь, где тёмные проклятия, там и тёмные магии, а где они, там «пепламбы», а про наши отношения с почившим Руквудом ты и так в курсе. Так что мы ходили выяснять информацию, ну и замаскировались, чтобы со мной кто-то вообще разговаривал. Как-то так. Краткость — сестра таланта. — Да уж… И как успехи? — пока грифиндорка всё это говорила, Онай успела вернуть её волосам прежний цвет переспевшей вишни и уже почти закончила с глазами. — Пока не очень понятно. Нужно подождать какое-то время. — Ясно. Тебе нужна помощь? — участливо поинтересовалась афроамериканка, убирая палочку. — Всё, готово. — Спасибо, — Дариана оценила получившийся результат в зеркале: как будто ничего и не было. — Думаю, пока нет. Всё идёт даже лучше, чем я могла бы ожидать. — Если что, только скажи. Ты знаешь, я рядом. Они тепло улыбнулись друг другу. Дариана была очень признательна за ту поддержку, которую оказывала ей Онай. Всё же, сложно без подруги жить. И как она вообще раньше с этим справлялась? — Ну всё, а теперь иди к своему благоверному, пусть кольцо с тебя снимает, — куда же без дружеской подначки. — Нат!

***

— Приятно видеть тебя снова собой, — Себастьян улыбнулся, стоило ей вернуться за столик. Чтобы не слишком привлекать внимание, они с Натсай договорились выйти по очереди: сначала Пентагаст, потом темнокожая. — Слишком уж непривычно со светлыми волосами. Хотя тебе было очень даже хорошо и блондинкой. — Да, мне тоже так больше нравится, — Дариана положила руки на стол. — Только вот, Себастьян, почему я кольцо снять не смогла? — Потому что они волшебные, — не понимая, в чём дело, пояснил друг. Зато намёк с руками он понял сразу, а потому, взяв девичью ладошку в свою, аккуратно и с некоторым сожалением освободил пальчик от золотого ободка. — Я думала, ты просто наколдовал его. Что это… не настоящее. — Я, конечно, волшебник, — Сэллоу усмехнулся, — но не настолько, чтобы гоблинское золото из воздуха создавать, — он коснулся кольца кончиком палочки и то растворилось. — Просто переместил его. — У тебя всегда с собой пара обручальных колец в запасе? — Дариана начинала подозревать, что слизеринский товарищ на самом деле подумал о таком роде маскировке гораздо раньше и просто не знал, как бы его потактичнее предложить. — Да. Она опешила. — Правда? Себастьян потянулся за ворот рубашки и достал оттуда средней толщины цепочку, на которой болталось два обручальных кольца, сплетённые друг с другом. — Это родителей, — пояснил он, грустно улыбаясь. — Когда они погибли, я решил на память оставить. Отца мне, мамино Анне. А когда Руквуд её проклял, она мне кольцо отдала назад. Сказала, что не хочет, чтобы оно видело вторую смерть. Вот и пригодилось. Хорошо, что они меняют свой размер на нужный. — Прости. — Не бери в голову. Я не хотел ничего дурного, если ты об этом подумала. Сирона принесла заказ и, пожелав, приятного аппетита, ушла вниз. Атмосфера за столом повисла грустная и тягостная, и Дариана сильно себя ругала за то, что вообще подняла эту тему. — Сегодня был насыщенный день. Давай просто поедим. Мы проделали хорошую роботу, так что ужин полностью заслужен, — Себастьян попытался как-то восстановить комфортную обстановку, за что грифиндорка ему была очень благодарна. — Да. За исключением нескольких моментов, сегодня был весьма необычный и интересный день, — она немного натянуто улыбнулась. Ужин был действительно вкусным: печённый картофель, тыква и перец, части курицы на вертеле, салат из капусты. Всё было простым, но просто невообразимо радовало вкусовые рецепторы, так что вскоре голодные студенты немного позабыли о своих тревогах, отдаваясь во власть прекрасного чревоугодия. К обсуждению дальнейших планов они вернулись, только когда неторопливо шли от Хогсмида к Хогвартсу, утрясая съеденное, перед сном. — Как ты думаешь, он всё-таки встретится с нами лично? — первым не выдержал Сэллоу. — Очень может быть. Было бы очень неосторожно обсуждать тёмные проклятия и ритуалы в письмах. Это же вещественная улика. Я бы на его месте сначала попыталась разузнать о потенциальных «клиентах» побольше. — Тогда он легко узнает о том, что это всё был фарс. — Да. Думаю, да. — Тогда зачем мы так старались? — Чтобы показать наши деловые намеренья. Он точно знает, кто убил Руквуда, и вскоре узнает, что «кто-то» убил Селвина. Сложит два и два и придёт к выводу, что раз мы не пришли к нему в открытую с палочками наголо, а пришли под видом семейной пары и намекнули о своей проблеме и готовности платить за неё, то с нами вполне можно договориться. — В итоге, всё будет зависеть от его жадности… — К сожалению. Но, наша маскировка также для него выгодна, как и для нас. — Почему? — Я не уверена в этом. Не знаю, как устроены отношения внутри «пепламб», однако если предположить, что они всё же имеют какой-то внутренний кодекс… — То для Роули будет сплошной подставой, если кто-то узнает, что он ведёт дела с теми, кто методично сбривает их верхушку, — логически закончил Себастьян мысль. — Ну, про «методично сбривает» ты загнул. — Напоминаю, что благодаря твоему непосредственному участию устранен их лидер и двое его заместителей. — Откуда ты знаешь про Харлоу? И с чего ты взял, что я к этому причастна? — Вопреки вашему с Оминисом мнению, думать я всё-таки умею. — Ой, да брось, никто о тебе так не думает. Просто ты очень эмоциональный. Так, откуда узнал про Харлоу? — Ну спасибо, — Себастьян криво усмехнулся. — В газете прочитал. Там весьма туманно описывалось участие двух юных студенток в поимке опасного тёмного мага. Кто в тот раз составлял тебе компанию? Добринг? Онай? — Натсай, да. А я вот газет не читаю. Его всё-таки посадили? — Мерлин, Дариана… Да, дали срок на несколько лет в Азкабане. — Сколько же трудов это стоило, уму непостижимо. — Угу, с Руквудом и Сильваном вон всё быстрее насколько получилось, — судя по тону Сэллоу он шутил. — Смотри, ты уже можешь посмеяться с этого, — иронии в голосе, хоть половником черпай. — Мда… Наверное, с нами что-то в самом деле не так. — Да, с вами двумя действительно что-то не так. За разговором они не заметили, как вошли на террриторию Хогвартса и как за их спинами возник Мракс. — Вы бы ещё громче про свои приключение кричали, — лёгкое осуждение в голосе. — Есть новости?