Безвременно ушедшая романтика

      Время вылета из Южной Кореи значилось в полтретьего ночи. Каору теребил в руках билет, давно собрав шмотки в небольшой чемодан. Из вещей он, как и в любую другую поездку, взял только самое необходимое, а об остальном, конечно, позаботился стафф, за что Каору был благодарен всеми фибрами.       Тяжелых и сумбурных мыслей хватало и без того за глаза, но он старался вытеснить их чем угодно действительно важным — например, концертами, ведь это всегда спасало, подергать струны в минуту безделья или в очередную бессонную ночь, отвлекаясь на сочинение новой мелодии для любимой группы. Но сейчас все шло по отработанной схеме: все гитары были надежно упакованы, а Каору сидел на чемодане, каждые пять минут глядя на часы и вздыхая от неспешности длинной стрелки, которая упорно показывала семь вечера. Скучно. Даже сосед из его номера нашел себе занятие, решив напоследок пройтись по сувенирным лавкам, может, отправить парочку корейских браслетов своим пассиям в Японии. Каору усмехнулся, представляя, как однажды Дая непременно раскроют с его стадом поклонниц непостоянные подружки — огребет будь здоров. Но главное, как говорил его коллега, все делать от души.       Бесцельно пошатываясь по номеру, он заглянул в маленький холодильник, достав оттуда крохотную зеленую бутылочку с чем-то явно алкогольным, отхлебнул прямо из горла, поморщившись от крепости, и поставил обратно. Горло приятно обожгло неизвестным напитком и тут же захотелось курить. Пошарив по карманам, Каору нащупал пачку сигарет, но, открыв ее, понял — сегодня не его день. Пачка смотрела на него зияющей пустотой, вызывая миллионный вздох и скривившееся от недовольства лицо. Раздумывать долго он не стал, припоминая, что недалеко от отеля была табачная лавка, которую они проезжали на арендованном мини-автобусе.       Нахлобучив на голову любимую кепку, он выдвинулся из номера, наткнувшись на мявшегося перед его дверью Кё. Зоркий глаз определил сразу: тот чего-то хочет. Но вот по лицу сразу было непонятно, ибо перед хмурым взором сияла только лохматая макушка, а резко открывшаяся дверь чуть не заехала по любопытному носу.       — Ты чего тут? — спросил Каору, обходя застывшего на месте вокалиста.       — Да сигарету попросить хотел. Мои кончились, а все куда-то испарились, — скучающим сонным голосом пробормотал Кё, но по мнению лидера тот выглядел достаточно бодро. — Думал, и ты с ними свалил.       — Все остальные кадрят симпатичный персонал, не иначе, — усмехнулся Каору. — Мои тоже закончились, как раз иду в магазин. Пойдем вместе.       — На улицу? — недоверчиво повернулся к нему Кё, состроив страдальческую гримасу.       — Ну не в космос же.       — Ага, понятно. Ну пошли.       — Куртку захвати, я не помню точно, насколько это далеко.       Кё кивнул и шустро поскакал до своей комнаты, выходя из нее уже через секунду.       Они шли по узким улочкам в молчании, разбавленном лишь тугими мыслями и традиционной недосказанностью, вечно кружащей над ними, что жутко бесило. И даже руки занять нечем — спасительный сигаретный ларек никак не хотел мелькать на горизонте. Каору украдкой косился в сторону спутника, такого же потерянного и молчаливого. Нельзя было сказать, что их окутывала неловкость или нечто подобное, но Каору настойчиво бередил скромный ворох памяти словно не по своей воле. Оно как-то само воспроизводилось в голове, отдаваясь в легких пустотой и безысходностью, которую он сам себе надумал, а потом смаковал со всей присущей ему сосредоточенностью. Близость вокалиста сейчас сильно била по самоконтролю, и вроде бы пошло все к черту — живем один раз, но неуверенные пальцы забрались поглубже в карманы джинсов. Там им самое место.       — Ты слышишь? — внезапно подал голос Кё.       — Что? — Каору подумал, что что-то пропустил, увлекшись привычными раздумьями.       — Там, — тонкий палец указал куда-то в неприметную подворотню, из который лился неяркий свет.       — Что там? — он напряг зрение и слух, всматриваясь и вслушиваясь в нечто за углом.       — Не знаю, но, кажется, там весело, — улыбнулся Кё и прибавил скорости, заворачивая в загадочную полутьму.       Скрытое от их взора нечто открылось любопытной картиной, в которой Каору разглядел что-то напоминающее открытый кинотеатр. Наверное, местная молодежь так развлекалась по вечерам: в небольшом закоулке расположилось несколько уличных кресел, в которых сидели разного возраста люди. Их было немного, но они увлеченно таращились перед собой. Прямо за ними стоял проектор, транслирующий на стену здания известное голливудское трешовое кино, а звук исходил из криво подключенных колонок, явно оторванных от старого музыкального центра. Подивившись такой находчивости, Каору залип на яркий экран, сквозь который проглядывал неровный серый бетон, а в фильме наступал горячий момент, где владычица ночи начинала свой убийственный танец со змеей на шее.       — Круто, да? У нас такого не встретишь, — радостно выдал Кё, тоже всматриваясь в экран.       — Сейчас все превратятся в вампиров, и начнется море крови, — прокомментировал Каору, облокачиваясь спиной о соседнее здание. Курить все еще хотелось до безумия.       — А то я без тебя не знаю, — беззлобно отозвался Кё, повторяя движение.       Громкие звуки стрельбы и ругани на незнакомом языке словно подстегивали совершить что-то такое же безумное, как и происходящее на экране. Если бы у Ниикуры был с собой пистолет, он бы с удовольствием пальнул куда-нибудь в фонарь, выбил бы пару лампочек и, может, даже разбил окно ни в чем неповинным жителям. Но ничего такого, на счастье корейцев, у него с собой не имелось. Даже сигарет — и тех не было в наличии.       — Я думаю, мы бы выжили в этой кровавой бане, главное не терять голову и бить прямо в темечко, — продолжая смотреть фильм, с маньячной улыбкой выдал Кё, словно читая мысли лидера.       — Легко говорить, когда ты по другую сторону экрана, а не в самой гуще.       — Да ладно, вот было бы супер устроить такое на концерте, да? Месиво из кишок и зеленая кровь по зрителям вместо праздничных ленточек.       — Ага, можно попробовать, — согласно кивнул Каору, пропуская сказанное мимо ушей, и перевел взгляд на профиль вокалиста. Мелькающий свет на его лице придавал какую-то манящую притягательность приоткрытым губам и широко распахнутым глазам.       — А еще видишь — гитара огонь! Тебе бы пошла, и гриф из человеческой ноги! Хотя это, наверно, больше к Тошии, — хихикал в ладонь Кё, абсолютно не замечая жадно поглощающего взгляда.       — Да, неплохо...       Раздражение от нехватки никотина яростно перерастало в нечто иное, более опасное и соблазнительное. Вечернее небо давило интимностью, распаляя мутные мысли. Каору уже полностью переключился с просмотра ужастика на увлеченно зависнувшего в прострации Кё.       Требующие к себе внимания вопросы шумным роем копошились в голове, и стоящий рядом вроде бы еще друг являлся главной причиной нестабильности лидерских чувств. Будто ничего не подозревая, он оставлял колкие комментарии своим тихим голосом, шлепал тыльной стороной ладони по рукаву в самые острые моменты и, похоже, был не в себе. Или это Каору не в себе, раз так серьезно задумывается о всякой ерунде?              Никотиновая зависимость напомнила о себе, сдавливая горло и расцветая досадой где-то под ребрами. Срочно нужно было найти, куда пристроить нервные пальцы. И он нашел.       Послав очень далеко мысленные пререкания с самим собой, преграждая обзор, Каору встал напротив Кё, запуская руки в его жесткие волосы, и получил в ответ удивленный взгляд, после которого сознание туманом смыло в глухосрань улицы и новой порции криков дохлых вампиров. Каору целовал Кё быстро и жадно, впиваясь зубами в нежную кожу, задевая пирсинг, пробирался языком в поисках ответной реакции, которую получил почти сразу. Прохладные ладони противоречиво бережно накрывали уши вокалиста, гладили по шее и ниже, пока тот не начал слабо заваливаться вниз.       — Эй, ты чего? — обеспокоенно отлип от него Каору, заглядывая в полуприкрытые глаза и придерживая за вяло опущенные плечи.       Кё тяжело дышал, цепляясь пальцами за чужую плотную куртку, попытался встать, но нависающий сверху лидер не давал возможности двинуться свободно.       — Кё?       — Ты заебал, Каору, — выдохнул тот, с вызовом смотря в опешившее лицо. — Если хочешь меня, так пошли и сделаем это. А то жмемся по углам как подростки. Заебало.       — Еще скажи, что ты меня не хочешь, — немного помолчав, приподнял бровь Ниикура, отходя на шаг назад.       — Я хотя бы могу себя сдерживать.       — Зачем?       — Не знаю, — задумчиво посмотрел на него Кё. — Но ты мог бы не…       Не договорив, он притянул к себе за воротник нагло ухмыляющегося Ниикуру и скользнул языком по приоткрывшимся губам, снова оказываясь в замкнутом пространстве надежных рук.       — Вот видишь — сдерживаться бесполезно, — прошептал Каору, до которого донесся звук перезаряжаемого ружья и взрыва вампирской головы. — Как будто я не пытался...