Не ври себе

***

      — Рю, жду тебя в машине, — кричит Минхо, выходя из дома.       На форуме для молодоженов Рюджин нашла молодого талантливого хореографа, который поставит им свадебный танец. Минхо долго сопротивлялся, не желая танцевать ничего особенного, считал, что достаточно просто медленно кружиться под трогательную песню и гости в любом случае умоются слезами. Но невеста настаивала, манипулировала отцом, который половину Кореи позвал на свадьбу. В очередной раз Минхо сдался.       Студия с легко запоминающимся названием «J-one» в молодежном квартале Сеула. Девушка на ресепшне широко улыбнулась белоснежными винирами и попросила подождать хореографа на диванчиках.       — Я не понимаю, почему ты так упорно отказываешься ставить танец! — садится рядом Рюджин, — Ты же сам танцами занимался, я тоже. Будет красиво, пустим дым, огонечки, видео красивое на память останется!       — Хорошо, зачем опять начинаешь? Я же согласился, — отворачивается Минхо, — сделаем все, как ты захочешь.       — В этом и дело, Минхо. Как захочу я. А я хочу, чтобы это было и тебе нужно.       — Мне нужна была скромная свадьба, дорогая, — встает с места и садится перед невестой на корточки, складывая руки на ее коленях, — Вы с родителями захотели свадьбу на 200 человек, кучу фотографов, ведущих, фейерверки и помпезность. И я на все уже согласился. Хочешь танец — хорошо. Могу хоть брейк-данс станцевать. Только давай, пожалуйста, перестанем изо дня в день возвращаться к этому разговору, меня это утомляет. Иначе мы поссоримся, — встает, не дожидаясь ответа.       Девушка молчит, кусает губу и не поднимает на него взгляд. За год она начала задумываться о правильности своего решения. Минхо был объективно холоден, хоть и ухаживал красиво. Дарил цветы и подарки, водил в ресторан, но целовал без желания и это чувствовалось. Изводимая мыслями, она поделилась ими с будущей свекровью.       — Дай ему время, девочка. Минхо ласковый, когда привыкнет к человеку. И не любит показывать чувства на людях. Потерпи и он раскроется.       Миссис Ли была права — раскроется, но понравится ли вам с какой стороны?       Напряженность ситуации снимает подошедший хореограф. Он кланяется и тянет руку Минхо: — Добрый день, я Хан Джисон, ваш хореограф.       Минхо жмет руку и молчит. Просто стоит как вкопанный и смотрит на парня напротив. Рюджин непонимающе изгибает бровь и вставая с места, подходит к Хану.       — Здравствуйте, — улыбается она и смотрит на своего жениха, — это Минхо, я Рюджин.       — Очень приятно, — смущается Хан, — Вы можете пока переодеться, — оглядывает с ног до головы Минхо, который одет явно не для танцев— зауженные чёрные брюки и обтягивающая белоснежная рубашка, — Мои дети еще не ушли из зала.       — Ваши дети? — отмирает Минхо и убирает вспотевшие руки в карман.       — Да, мои ученики, — улыбается Хан, оголяя верхние зубы, — Они сейчас уйдут, и мы с вами приступим, — потирает руки друг о друга и показывает на дверь раздевалки, разворачивается на пятках, скрываясь в танцевальном зале.       Минхо и Рюджин переодеваются в спортивную одежду:       — Ты чего замер так? — спрашивает Рю, натягивая футболку, — Даже не поздоровался.       — Не знаю, показался сначала знакомым, — оправдывается Минхо. Хотя он и сам не знает, чего замер, просто моментально врос в пол и забыл, как говорить. Через усилие остался в студии, хотя единственное его желание было сбежать. От кого? От себя? — Ясно, — бросает Рю и уходит в зал. Минхо вытирает со лба проступивший пот и выходит следом.       В зале душно, несмотря на открытые окна. Джисон включает музыку и приглашает ребят на разминку, показывая простые движения. Он смотрит через зеркало на Минхо, который встречаясь с ним взглядом, тут же отводит глаза.       — Я послушал трек, который вы скинули. Весьма необычно, но танец получится чувственный, — и включает I let the world burn Криса Грея, наполняя зал атмосферной музыкой, — Ваши навыки в танцах нам очень помогут. Я покажу начало, начну с партии Рюджин.       Хан начинает двигаться, делая быстрые движения руками, будто плывя по полу. Минхо замирает, взъерошивает волосы и садится на корточки, сцепляя руки у рта. Он пытается понять свое волнение, разобраться, почему этот парень заставляет его краснеть, как мальчишку. Неужели нельзя было найти менее красивого хореографа? Девушку в конце то концов!       — Тут вставим поддержку, я покажу на вас, — берет он Рюджин за руку, — потом отработаем с вами, — смотрит на неморгающего Минхо.       — Мне нравится, — хлопает в ладоши Рюджин и следует за хореографом. А Минхо так и сидит на корточках, смотрит как Хан кружит его невесту в танце и в ужасе представляет, свою реакцию, если Джисон захочет так же близко танцевать с ним.       Он трясет головой и берет себя в руки, когда Хан просит их с Рюджин повторять за ним движения. Он с головой уходит в танец, оттачивает движения целый час, не смотря лишний раз на хореографа.       — Встретимся через три дня, — заканчивает тренировку Джисон и вытирает лоб майкой, оголяя живот.       Минхо сглатывает и пробурчав спасибо, скрывается в душевой.       Всю дорогу домой Рюджин восторгается их свадебным танцем и талантливым хореографом. Она непонимающе смотрит на то, как Минхо сжимает крепче руль, отвечает, что хореограф как хореограф, расценивает его просьбу найти хореографа-девушку как ревность и внутренне ликует. Она думает, что лед между ними тает, раз он не хочет, чтобы к ней прикасался другой мужчина.       Через три дня на тренировку она приходит в непозволительно коротких шортах и открытой майке, желая вызвать в Минхо больше ревности. И его реакция ей нравится, ведь Минхо ведет себя странно. Он огрызается на Хана, смотрит исподлобья, когда она танцует с хореографом, прижимаясь к нему и уходит, не попрощавшись в раздевалку.       Пока Рюджин уходит в душ, Минхо сидит на скамейке и мнет ткань трико.       — Если я вам не нравлюсь, могу порекомендовать другого хореографа, — опирается о стену Джисон и смотрит на Ли.       — Я думаю мы справимся дальше сами, — встает со скамейки и отворачивается, — спасибо за танец.       — Зачем ты женишься? — слышится совсем близко.       — Что? — прерываясь на полуслове, Минхо поворачивается и практически утыкается в лицо Хана.       — Зачем ты женишься, я спрашиваю?       — Твое какое дело? Отойди, — толкает его рукой в грудь Минхо, но Хан перехватывает его руку и не отходит.       — Я тебя насквозь вижу, вот и спрашиваю. На следующее занятие приходи один, разучим твою партию, — не дожидаясь ответа Хан уходит, оставляя Минхо одного с открытым ртом.       На занятие один на один? Ни за что!       — В смысле ни за что, — возмущается в машине Рю, — Раз Джисон говорит надо, значит надо! Ты обещал мне этот танец!       — Я обещал, и я станцую, — бесится Минхо, — Я все запомнил, отрепетируем сами.       — Нет, блин, так дело не пойдет! До свадьбы полтора месяца, не надо трепать мне нервы! Звони в студию и записывайся, Минхо, — практически плюет в него словами. Минхо не хочет на это занятие, ведь симпатичный хореограф путает его мысли. Минхо смирился со свадьбой, смирился с Рюджин. Но он не смирился с Джисоном, который пробуждает в нем забытые эмоции. Как тогда на танцполе… вспомнив Хенджина, Минхо улыбается уголками губ и сглатывает. Он помнит то притяжение, которое испытывал лишь единожды, помнит, как смотрел на него, как хотел коснуться и к чему это привело. И Джисон будит в нем что-то подобное, запретное. Минхо хочет рассматривать его красивую фигуру, тонкую талию и широкие плечи, накачанные руки и худые жилистые ноги. И его светлую улыбку.