Project A.R.I.S.S.

      Шедоу шёл быстро, уверенно, с тем ритмом, что вырабатывается годами — точный, выверенный, автоматический. Он знал каждый поворот этого коридора, каждый изгиб. Не нужно было думать. И всё же мысли — были.       Навязчивые. Ненужные. Лишние.       Он должен был думать о задании. О маршрутах. О докладе.       Но нет. "Так вы двое встречаетесь? " "Тогда ты не против, если я за ним приударю?"       Эти слова прозвучали в голове снова. Чётко. Громче, чем было нужно.       Шедоу сжал кулаки. Настолько сильно, что хрустнули суставы.       Это была шутка. Очевидно. Он не идиот. Он понял это.       Айрис сказала это играючи. Подкол. Психологическая атака. Она такое умеет.       Но…       Почему он до сих пор это слышит?       Почему в голове — картинка? Мгновение. Как она приближается. Как смотрит. Как будто всерьёз.       Он резко выдохнул. Холодно. Жёстко. Убирая это прочь.       Нет. Стоп. Очистить сознание. Немедленно.       Сжечь. Уничтожить. Стереть. “Приударю.” Что это вообще за слово?       Зачем оно звучит так, будто значит что-то большее?       Он замедлился, и только теперь понял, что Руж идёт рядом. Уже заметила. Конечно. Она всегда замечает. — Что, Шедоу? Ты не против? — с невинной усмешкой переспросила она, в точности повторяя интонацию Айрис.       Он резко остановился. Взгляд — ледяной, прямой. Если бы можно было уничтожать силой мысли — её бы не осталось. — Заткнись, — произнёс он.       Руж только фыркнула от смеха, не испугавшись ни на грамм. "О да. Он влип." — Блестяще, — весело протянула она. — О, это было прекрасно. Давно я не видела, чтобы тебя ставили в тупик.       Он развернулся и пошёл дальше. Шаг стал чуть быстрее. — Я не был в тупике, — бросил он холодно. — Конечно. Конечно, не был, — кивнула Руж, догоняя. — Просто завис. На месте. С взглядом “ошибка системы”.       Шедоу не ответил. Потому что любой ответ только усугубит ситуацию.       А у Руж внутри было ликование. Но не насмешливое. Нет. Её радовало даже не то, как он реагировал, а что он чувствовал. Айрис зацепила его. Действительно зацепила. "А значит, она для него что-то значит."       Она скользнула взглядом на него сбоку. Он держался привычно — сдержанно, молча. Но дыхание чуть ускорилось. Плечи напряжены. Внимание не на коридоре, не на миссии. Он в себе. — Признай, она умело тебя поддела, — продолжила она, почти насвистывая.       Шедоу не ответил. Но Руж это и не нужно было. Его молчание было более выразительным, чем любой ответ. Оно кричало. Она вздохнула с удовольствием. — Ты только представь, — мечтательно добавила Руж, — маленькая белая лисичка с синими кончиками, догоняет тебя, пытается “приударить”… И ты не сопротивляешься. Романтично, не находишь?       У Шедоу дрогнул висок. Не от слов. От усилия сдержаться.       Он сжал челюсть. Словно от боли. — Руж.       Она рассмеялась в голос. Уже не могла остановиться. — Ой, прости-прости. Ты же наш темнейший воин. Легенда. Одиночка. Конечно, тебе не до этого. Любовь, флирт, эмоции — это для других, да?       Она заглянула ему в лицо сбоку, прищурившись. Только заглянула ему в глаза — лукаво, но без издёвки. — Но признай. Её дерзость тебе понравилась. Чуть-чуть.       Он не ответил. Не повернул головы. Не моргнул. Но в его молчании — было всё.       И Руж это знала.

***

      Я резко открыла глаза. Сердце бешено колотилось в груди, его удары эхом отдавались в висках, сливаясь с пульсирующей тупой болью. Тело было тяжёлым, словно его сковывали невидимые цепи, не позволяя ни пошевелиться, ни вдохнуть полной грудью. Казалось, что я всё ещё не до конца выбралась из сна — зыбкого, туманного, оставляющего после себя липкий осадок тревоги. Я попыталась ухватить ускользающие образы, но память упрямо оставалась пустой.       Глубокий вдох. Воздух был тёплым, привычным, но лёгкие не сразу приняли его так, словно они помнили нечто другое. Что-то холодное, стерильное. Отголоски прошлого.       Я моргнула, осматриваясь. Тёмная комната, приглушённый свет, пробивающийся сквозь занавески. Спокойствие, но неуверенность. В первые мгновения я не вспомнила, где нахожусь, и этот факт сжал грудь ледяным страхом. Но затем… Голоса. Образы. Обрывки воспоминаний вспыхнули перед глазами, перемешиваясь, как разбросанные куски пазла. Разлом. G.U.N. Допрос. Шедоу. Руж. "Тогда ты не против, если я за ним приударю?"       Я фыркнула, уткнувшись лицом в подушку. Ох, это было гениально. Почти невольно уголки губ дёрнулись вверх, но едва ли эта улыбка могла продержаться долго. Стоило памяти окончательно проясниться, как тревога снова впилась когтями в разум.       Глубокий вдох. "Ты в безопасности. Тепло. Нет холодного металла под пальцами. Нет резких голосов учёных. Нет пустоты."       Я закрыла глаза, впитывая это ощущение, словно проверяя, что оно реально. Оно было… необычным. Непривычным. Даже пугающим в своей естественности. Я привыкла ждать подвоха, привыкла ощущать скрытую угрозу за каждым углом, даже если её не было. Даже если она уже давно позади. Но ведь она не позади, верно? Ещё столько всего не было решено...       Я выдохнула, стряхивая с себя тяжесть этих мыслей, и заставила себя встать. Когда я спустилась вниз, сразу поняла, что не первая проснулась. Вся команда уже была здесь.       Соник, развалившийся на диване, выглядел расслабленным, но его уши были направлены вперёд: он слышал всё, что происходило. Тейлз, склонившийся над ноутбуком и разбросанными записями, пробегал глазами по мелькающим графикам. Эми, с чашкой чая в руках, мгновенно заметила меня и слегка напряглась. Наклз, стоявший у окна со скрещёнными руками, выглядел чуть более собранным, чем обычно, но в его позе читалась скрытая напряжённость.       И, конечно… Шедоу.       Мои глаза сразу нашли его в углу комнаты. Он небрежно прислонился к стене, скрестив руки, но его взгляд был цепким, напряжённым. Красные глаза встретились с моими прямые, изучающие, непроницаемые. В этом взгляде было слишком много всего, что я не могла разобрать. Он ждал. Он хотел знать.       Я почувствовала, как кривая ухмылка сама лезет на лицо… но я её остановила. Первая поднялась Эми. Она шагнула ко мне, её розовые брови слегка сдвинулись в беспокойстве. — Ты в порядке?       Я кивнула. Почти автоматически. Хотя знала, что это не совсем правда. — Сон помог, — тихо ответила я.       Тейлз вздохнул, убирая очки и потирая переносицу. — Ну, раз ты проснулась… нам нужно поговорить.       Соник выпрямился, и его улыбка исчезла. — О разломе. О том, что ты там видела.       Я сжала пальцы. Внутри что-то напряглось. Да. Пришло время. Я глубоко вдохнула, оглядывая каждого из них. — Хорошо. Я расскажу всё, что помню.       Я медленно опустилась на диван, ощущая, как напряжение сковывает мышцы, не позволяя расслабиться. Каждый взгляд, устремлённый на меня, ощущался тяжелым грузом на плечах. Даже мягкие подушки под спиной не могли стереть внутреннего беспокойства.       Все собрались вокруг меня. Соник чуть подался вперёд, его поза всё ещё расслабленная. Тейлз снова включил ноутбук, его пальцы привычно зависли над клавиатурой, готовые фиксировать каждое моё слово. Наклз стоял неподалёку, скрестив руки, его выражение было серьёзным. Эми сжимала чашку в ладонях, её взгляд полон беспокойства. Шедоу… Он молчал, как и всегда. Но мне не нужно было слышать его слова, чтобы понять, что он внимательно следит за каждым моим движением.       Я сглотнула, собирая мысли в кучу. Глубокий вдох. — Когда я упала в разлом, я не оказалась в другом месте. — Голос звучал глухо, чуть напряжённо, но я заставила себя говорить дальше. — Я думаю, я была… где-то между мирами.       Повисла тишина. Тейлз замер, его руки застыли над клавиатурой, а взгляд стал сосредоточенным. Остальные тоже не издали ни звука. В комнате стало так тихо, что я слышала своё дыхание, чуть сбившееся от воспоминаний. Я сглотнула, сердце застучало быстрее, но я продолжила: — Город, в котором я очутилась, был… застывшим. Как будто он не мог решить, существует он или нет.       Слова давались с трудом. Как объяснить то, что я видела, если даже мои собственные мысли не могли уложить это в чёткую картину? — Камни под ногами меняли плотность, — я говорила медленно, пытаясь передать ощущение, которое до сих пор дрожало где-то в глубине моего разума. — Иногда они были твёрдыми, а иногда я проваливалась в них, будто это всего лишь дым. Воздух… он был недвижим. Как будто не существовало ветра, дыхания, движения. А здания… Они текли. Нет, они… менялись. Их очертания расплывались, как будто реальность не могла решить, какой она должна быть.       Эми прикрыла рот ладонью, её глаза расширились. Наклз нахмурился, его пальцы слегка сжались. — Как будто пространство не было полностью сформировано? — предположил Тейлз, его голос был немного приглушённым, словно он пытался осмыслить мои слова, но руки вновь заработали на клавиатуре, фиксируя информацию.       Я покачала головой. — Скорее наоборот… — я посмотрела на него, подбирая нужные слова. — Как будто оно застыло во времени.       Каждое слово звучало странно даже для меня. — И самое главное…       Я почувствовала, как внутри всё напряглось. Это был момент, который мне труднее всего объяснить. — На одной из стен храма в этом месте была фреска.       Соник приподнял бровь. — Фреска?       Я сжала руки в кулаки, внезапно ощутив, как внутри всё переворачивается. Я должна сказать им. Должна. Но почему это так пугает меня? — Да. — Голос сорвался, но я продолжила. — И на ней были фигуры.       Я замолчала, ощущая, как глухая тревога медленно поднимается из глубин памяти. — Существа… которых я не знаю, но которые мне знакомы.       Слова эхом отдавались в голове. Как это вообще возможно? — Те самые существа, которые были изображены на фресках Острова Ангела. — Я сделала паузу, а затем выдохнула. — И… там была я.       Тишина. На этот раз она была не просто напряжённой — тяжёлой. Воздух в комнате словно сгустился. Шедоу едва заметно нахмурился, его алые глаза внимательно изучали меня. — Ты уверена? — спросил он ровным, спокойным тоном, но в голосе было что-то, отчего меня пробрала дрожь.       Я медленно кивнула. — Я знаю, как это звучит… — я сглотнула. — Но там была я. Точнее, не совсем я.       Я встретилась взглядом с каждым из них, чувствуя, как сердце колотится в груди. — Что-то, что выглядело как я.       Тейлз перестал печатать. Его взгляд был задумчивым, напряжённым, словно он пытался уложить мои слова в рамки логики. — Айрис… — он чуть помедлил. — Пока ты спала, я провёл кое-какие расчёты.       Я повернулась к нему, внутренне напрягаясь. — Какие расчёты?       Он развернул ноутбук ко мне, и я увидела множество графиков, цифр и данных. — Я анализировал информацию, которую мы собрали во время тренировок с Наклзом, — начал он, медленно, словно взвешивая каждое слово. — И я заметил кое-что… интересное.       Я нахмурилась, пытаясь угадать, к чему он ведёт. Тейлз вывел на экран один из графиков. — Помнишь способность, которую мы приняли за щит?       Я кивнула. — Мы думали, что это просто защитная реакция, но… — он увеличил изображение, показывая колебания энергии.       Мои пальцы непроизвольно сжались в ладонях. — Сейчас поток энергии немного изменился и… он постоянно воздействует на реальность вокруг тебя.       Я почувствовала, как холодок пробежал по спине. — Что ты имеешь в виду?       Голос прозвучал чуть тише, чем я ожидала. Слова застряли в горле, как будто тело само не хотело их произносить. Я почувствовала, как внутри всё сжалось в тревожном ожидании. Тейлз посмотрел на меня уверенно, но в его глазах мелькало что-то новое — не просто анализ, не просто расчёты. Он только что собрал воедино гипотезу, которая, похоже, изменила его представление о происходящем. — Я думаю, что это не щит. — Он говорил медленно, словно проверяя каждое слово, пока оно не сойдётся в нужную картину. — Это похоже на локальную стабилизацию.       Я моргнула. — Локальную… что?       Мой голос всё ещё звучал неуверенно. Голове не нравились его слова, она протестовала, не желая понимать их смысл. Тейлз сделал лёгкий жест рукой, объясняя: — Ты не просто защищала себя. Ты зафиксировала пространство вокруг себя. — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Не позволив внешнему воздействию изменить тебя.       Я задержала дыхание. "Не позволив… воздействию изменить меня."       Эти слова эхом отдались в моём сознании, но я не сразу осознала их значение. Сердце застучало быстрее. Это значило, что… Я не просто поставила барьер. Я… зафиксировала реальность? Невозможно. Это просто невозможно. Я почувствовала, как что-то холодное пробежало по спине, как будто ледяная рука сомнения сжала позвоночник.       Я глубоко вдохнула, пытаясь заставить себя думать. — Ты хочешь сказать, что я… неосознанно стабилизировала пространство вокруг себя?       Мои пальцы сжались в ладонях, словно это могло удержать разрывающиеся внутри эмоции. Тейлз медленно кивнул. Тейлз провёл пальцем по экрану, увеличивая график. — Я заметил кое-что ещё.       Его голос стал ниже, сосредоточеннее. В глазах отражалось не просто любопытство, а нечто большее — осознание, догадка, которую он только что сложил воедино. Он взглянул на меня. — Эти изменения в энергии начались после того, как ты вернулась.       Я замерла. Сердце сжалось, а в груди разлился холодок тревоги. — Что?       Тейлз кивнул, быстро переключая экраны, его пальцы ловко пробегали по клавиатуре. — До твоего падения в разлом твоя энергия вела себя нестабильно.       Я стиснула пальцы, чувствуя, как по позвоночнику пробежала лёгкая дрожь. — А теперь она… успокоилась.       Я напряглась, словно тело ожидало удара. — Ты хочешь сказать, что моё тело само настраивает поток энергии, не позволяя ей нестабильно колебаться?       Слова давались с трудом. Внутри нарастало странное беспокойство, будто я стояла перед истиной, которую не была готова принять. Тейлз постучал пальцами по столу, задумавшись. — Пока что это только гипотеза. Но если ты действительно фиксируешь пространство вокруг себя, то это объясняет, почему теперь твоя энергия стабильнее.       Наклз скрестил руки на груди, его брови сошлись на переносице. — Но это не объясняет, почему она упала в разлом. — Он смотрел прямо на Тейлза, но в его голосе чувствовалось напряжение. — Если её энергия фиксирует реальность, то почему это не сработало тогда?       Я на секунду задумалась. Тишина накрыла комнату тяжёлым покрывалом. Соник, до этого молча наблюдавший за происходящим, скользнул взглядом по графику, а затем посмотрел на меня. — Может, раньше ты просто не умела это контролировать?       Я покачала головой, выдохнув. — Я до сих пор не умею.       Эми нахмурилась, задумчиво помешивая чай в своей чашке. — Может, разлом был… чем-то другим? Что-то, что не подчиняется этой фиксации?       Я открыла рот, чтобы ответить, но прежде, чем я успела найти слова, раздался голос Шедоу. Холодный, ровный. — Или что-то, что уже ждало её.       Меня пробрал озноб. Эти слова прозвучали слишком… осмысленно. Шедоу не задавал вопросов наугад — он чувствовал логику в происходящем. И то, как он это сказал, с пугающей уверенностью, заставило что-то внутри сжаться. Тейлз кивнул. — Если так, то… возможно, твоя энергия изменилась именно после разлома. Может, сам факт того, что ты там была, повлиял на неё?       Я глубоко вдохнула, пытаясь осмыслить услышанное. — Вы хотите сказать, что я могла… забрать часть этого места с собой?       Тейлз задумался, его взгляд скользнул по монитору. — Не обязательно. Может, ты изменилась, потому что разлом воздействовал на тебя, а твои силы просто адаптировались.       Я провела рукой по волосам, ощущая, как пальцы слегка дрожат. — Значит, если я смогу осознанно контролировать этот процесс… — Ты сможешь влиять на саму реальность, — закончил за меня Шедоу.       Гробовая тишина. Все посмотрели на меня. Я почувствовала, как сердце сжалось. Мне всегда казалось, что моя энергия не моя. Что она была насильно вложена в меня. Но теперь… Что, если она не просто была мне навязана? Что, если она была создана для чего-то?       Я сжала руки, едва осознавая, что ногти впиваются в ладони. Для чего-то… но для чего? Поэтому торговцы судьбами сказали, что я ошибка?       Я не хотела этого. Я не просила. Я просто хотела жить. Хотела быть собой. А теперь… Теперь мне говорят, что я могу влиять на саму реальность? Это нечто большее, чем я могу осознать.       Боль, пустота, страх — я так долго пыталась разобраться в себе, научиться контролировать силу, которая меня разрывает. А теперь выясняется, что это только начало? Что, если я не справлюсь? Что, если я разрушу всё? Эта сила слишком большая. Слишком опасная. Неужели именно из-за неё я оказалась здесь? Неужели я всегда была частью чего-то большего, даже не осознавая этого?       Я закрыла глаза на мгновение, позволив памяти вновь утащить меня в тот самый момент. — В храме…       Я услышала, как кто-то напрягся, уловив изменение в моём тоне. Я сделала глубокий вдох. — Там был… воин.       Тейлз застыл. — Воин?       Я медленно кивнула, ощущая, как в животе сжался невидимый узел. — Из песка и пепла. Он выглядел древним, но он был не просто тенью прошлого. Он был… реальным.       Шедоу чуть прищурился, его поза оставалась расслабленной, но я видела, как в его взгляде появилось что-то изучающее. — И что он сделал?       Я сжала пальцы. — Он проверял меня.       В голове пронёсся тот бой. Жаркая, беспощадная схватка, в которой не существовало ни времени, ни пространства, только движение, только вызов. И страх. Леденящий, пробирающий до самых костей. Я помню, как тяжело дышала, как воздух в этом странном месте был вязким, словно пыль, смешанная с чем-то незримым. Помню, как дрожали руки, когда я понимала — здесь мои силы не работают так, как должны. Я пыталась телепортироваться. Бросила всю свою энергию в это действие, как делала всегда… но пространство не поддалось. Оно не реагировало на меня. Я была там не хозяином, а чужаком. Моё тело казалось мне слабым, неуклюжим от усталости. А воин… Он смотрел на меня без эмоций, его глаза горели чем-то древним, чем-то, чего я не могла объяснить. — Он бросил мне вызов, и я должна была доказать… что достойна.       Соник нахмурился, впервые выглядя по-настоящему серьёзным. — Достойна чего?       Я подняла взгляд. — Я не знаю.       Тишина. Тишина, в которой слишком много вопросов без ответов. Я сжала кулаки, вспоминая каждый удар, каждое мгновение той битвы. — Я не могла использовать свои способности так, как привыкла. Там действовали другие законы. Но я всё равно победила. — И что произошло потом? — спросила Эми.       Я задержала дыхание. — Он исчез.       Я перевела взгляд на Шедоу. — Но перед этим он сказал…       Мой голос стал тише. — Ты не первая. И ты не последняя.       Комната замерла в глухой тишине. Я не знала, что именно это значит. Но я знала одно. Я не была первой. И это значило, что есть ещё кто-то.       Я чувствовала взгляды всех на себе, но никто не перебивал. В комнате стояла напряжённая тишина, пропитанная ожиданием. Я ощущала их присутствие — тяжёлое, давящее, но не осуждающее. Наклз хмыкнул и, скрестив руки, облокотился на стену. — Хорошо, что ты всё это рассказала. Теперь многое начинает складываться.       Я перевела на него взгляд, в груди зародилось смутное беспокойство. — Ты что-то нашёл?       Он кивнул и протянул мне небольшой блокнот. Бумага слегка шуршала в моих руках, а на страницах были выведены ровные строчки, тщательно выписанные и подчёркнутые в нескольких местах. — За это время я наконец-то перевёл надписи с фресок.       Тейлз тут же подвинулся ближе, заглядывая в записи, его уши слегка дёрнулись от нетерпения. — Ты нашёл смысл? — спросил он.       Наклз глубоко вздохнул, будто сам до конца не осознавал, насколько важным будет то, что он сейчас прочтёт. — Ну, насколько это возможно. Древний язык сложно переводить точно, но смысл более-менее понятен.       Он медленно перелистнул страницу и начал читать: — «Коли равновесие сковано узами вечности, пламя перемен замирает в ледяном объятии.»       Я моргнула, в груди что-то сжалось. Вечность. Баланс. Что-то застывшее, словно время остановилось навсегда. — Что-то про вечность и баланс?       Мой голос был чуть тише, чем обычно. Это про мои силы? Или про что-то большее? — Похоже, это о чём-то застывшем. О чём-то, что остановилось… — предположила Эми, прищурившись.       Наклз продолжил: — «Дарители порядка стали носителями оков; во страхе пред утратой заперли они себя.»       Повисла гнетущая тишина. Я почувствовала, как напрягся Шедоу. Его кулаки медленно сжались, глаза вспыхнули едва заметным напряжением. — Заперли себя? — повторил он.       Соник поднял бровь. — Похоже на какое-то самозаточение. Как будто они… не хотели что-то потерять, но из-за этого стали пленниками.       Мои пальцы непроизвольно сжались на блокноте. Город… Я вспомнила тот город. Застывший, потерянный между реальностью и забвением. — «Что замкнуто — вечно, что высечено — нерушимо; но всякая вечность есть клетка.»       В груди разлилась тяжесть. Я неосознанно коснулась шеи, словно ощущая незримый ошейник, сковывающий дыхание. Клетка. Вечность как клетка. Мне стало холодно. — Они пытались сохранить что-то, но в итоге сделали из этого тюрьму, — пробормотал Тейлз, задумчиво глядя в записи.       Наклз продолжил: — «Свет их был без тени, да не стало в мире места, где бы от него укрыться.»       Шедоу хмуро прищурился. — Чистый свет… без тени?       Эми встревоженно посмотрела на меня. — Это звучит… тревожно. Как будто они уничтожили всю тьму, но вместе с этим потеряли что-то важное.       Я глубоко вдохнула, чувствуя, как холод снова пробежал по коже. — Может, поэтому их не стало? Может, они думали, что делают мир лучше, но в итоге сами исчезли?       Голос звучал слишком неуверенно, слишком тихо. Что, если они уничтожили нечто большее, чем ожидали?       Наклз перевернул страницу. — «Когда камень прозреет, а вода заговорит, явится дитя между мирами, дабы разрешить узел судеб.»       Я замерла. Дитя между мирами. Внутри всё похолодело. Я знала эти слова. Так меня называли во снах. Так меня назвали торговцы судьбами. Мои глаза медленно поднялись на Наклза. — Ты уверен, что правильно перевёл?       Он кивнул. — Я проверил несколько раз.       Эми взглянула на меня. — Айрис…       Я покачала головой, но внутри уже понимала, что это не просто совпадение. Я пришла из ниоткуда. Я застряла между мирами. А теперь на древних фресках говорится о ком-то, кто должен развязать узел судеб? Я вцепилась пальцами в виски, чувствуя, как в голове всё смешивается в сплошной гул. Слишком много информации. — Я не знаю, что это значит… но мне это не нравится.       Голос сорвался, а в груди поднялась новая волна тревоги.       Наклз снова посмотрел в записи. — «Что рождён под сводами тишины, услышит зов беспокойного ветра.»       Я вздрогнула. Своды тишины… Тишина в лаборатории. Леденящая, тяжёлая тишина. Я всегда боялась этой тишины. — «Ключ ведом не волей своей, но рукою держащего; отворяет он врата, но не ведает, куда они ведут.»       Я сжала кулаки. — Ключ?       Тейлз поднял голову. — Что, если это о твоих силах?       Я чувствовала, как холод снова заполняет грудь. Я не контролирую их. Я открыла разлом, не понимая, как. И что, если я открою что-то снова?       Глубокий вдох.       Но воздух казался тяжёлым.       Наклз дочитал последнюю фразу: — И последнее. Рядом со знаком Вавилонцев была надпись: «Они отвергли путь и были изгнаны за край реальности. Теперь ветер ведёт их по иному пути.»       Я напряглась. Соник нахмурился. — Подожди, Вавилонцы?       Наклз кивнул. — Я нашел их символику в истории ехидн. Похоже, они отказались от того, что делали эти… “носители оков”.       Шедоу медленно перевёл взгляд на меня. — И теперь они следуют другому пути.       Я смотрела в записи, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Если Вавилонцы отвергли этот путь… значит, они что-то знали. Тейлз задумался. — Может, нам стоит искать их?       Я провела пальцами по вискам, чувствуя, как в голове звенит напряжение. — Может.       Но что-то в этих словах тревожило меня. Свет без тени. Вечность как клетка. Ключ, ведомый не своей волей. Я чувствовала, как в груди нарастает страх. Я не хотела быть этим ключом. Но выбор был не за мной.       Тишина нависла почти ощутимо. Я водила пальцами по краю стола, глядя на записи, которые оставил Наклз. Слова словно цеплялись друг за друга, но не складывались в ответ. "Вавилонцы отвергли путь. Изгнаны за край реальности. Ветер ведёт их по другому пути."       Что это значит?.. Что они знали?       Я чувствовала, что разгадка рядом — где-то под поверхностью. Мы почти нащупали её. И тут Соник фыркнул и, небрежно закинув руки за голову, бросил: — Ну, если речь про Вавилонцев… может, просто спросим у Джета?       Я моргнула, выныривая из мыслей. — Джета?..       И тут в голове щёлкнуло. Вспышка. Гонка. Стадион. Ветер хлестал в лицо. И он — зелёный ястреб, с этой своей ухмылкой, от которой хотелось свернуть доску пополам. Самодовольный до невозможности. — А… этот, — пробормотала я.       Соник удивлённо приподнял бровь. — Подожди. Ты его знаешь?       Я повернулась к нему, слегка прищурившись. — Ты был там.       Он прижал палец к виску, будто вспоминая, и вдруг щёлкнул пальцами. — А! Та самая гонка на стадионе? Когда он решил, что мы ему достойны внимания? — Именно она, — кивнула я. — И всё шло нормально… пока он не решил отвлечь меня на повороте.       Соник усмехнулся. — Да, это он. Джет не может упустить шанс блеснуть. — Не просто блеснуть, — проворчала я. — Он будто специально пытался меня выбесить. Даже не как враг — как... раздражающий павлин.       Эми слегка нахмурилась: — И ты не злишься на него после этого?       Я пожала плечами: — Нет. Он мне не враг. Просто... если бы он молча досмотрел гонку — я бы не упала и не получила бы трещину в ребре.       Соник хмыкнул, всё ещё ухмыляясь: — Да брось. Он не настолько плох. Просто гонщик до мозга костей. Вся его жизнь — это ветер, скорость и немного драмы сверху.       Я уже собиралась что-то сказать, но почувствовала на себе чей-то взгляд. Шедоу.       Он стоял неподалёку, молча, и смотрел на меня с тем самым выражением, которое трудно прочитать. Спокойный, но цепкий взгляд. Я встретила его взгляд — и отвернулась первой. Не сейчас. Я вздохнула: — Ладно. А где он сейчас?       Соник хмыкнул, встал и потянулся. — Не парься. Джет — не тот, кого надо искать. Если он узнает, что мы копаемся в истории Вавилона — сам нас найдёт. И не забудет сделать эффектный вход. Как всегда.       Я прикрыла глаза и вздохнула. Потрясающе. Будет весело. И, почему-то, у меня было стойкое чувство, что "весело" — это слишком мягкое слово для того, что нас ждёт.       Мы молчали. Информация, которую мы только что обсудили, была тяжёлой. Фрески. Разлом. Моё изменение. Вавилонцы. Джет. Слишком много всего, и слишком мало ответов. Я ощущала напряжение в воздухе — не только у себя, но и у всех остальных.       Даже Соник, который обычно не заморачивался на серьёзные темы слишком долго, выглядел задумчивым. Наконец, Эми первой нарушила тишину. — Я думаю, нам нужно передохнуть.       Я моргнула, отрываясь от мыслей. — Что?       Она скрестила руки и твёрдо посмотрела на меня. — Ты только что рассказывала, как была застрявшей между мирами. Мы узнали о древних пророчествах и том, что твоя энергия меняется. Ты вообще понимаешь, сколько мы всего узнали за один вечер?       Я пожала плечами. — Да. И?       Тейлз положил руки на стол. — И нам нужно немного расслабиться, прежде чем снова погружаться в это.       Соник кивнул. — Полностью согласен. Давайте хотя бы раз переключимся с загадок и заговоров.       Наклз фыркнул, сложив руки на груди. — Я не вижу смысла тратить время на отдых. Мы могли бы сразу… — Наклз, — перебила его Эми, — если ты сейчас скажешь “мы могли бы сразу отправиться к Джету”, я тебя ударю.       Он поджал губы, но промолчал. Соник усмехнулся. — Ну, раз у нас есть возможность отдохнуть… предлагаю что-то сделать.       Он повернулся ко мне. — Айрис, что скажешь? Чем займёмся?       Я на секунду задумалась. Серьёзно? После всего, что произошло… как они так легко переключаются? Но потом я почувствовала, насколько напряжено моё собственное тело. Усталость, о которой я не думала, пока рассказывала. Тяжесть в плечах. Я понимала, что мне тоже нужен перерыв. Я обвела их взглядом, потом выдохнула. — Ладно. Давайте… что-нибудь спокойное.       Эми улыбнулась. — Я могу приготовить чай.       Соник фыркнул. — Какой чай, ты серьёзно? — Да. И ты его выпьешь. — Ты звучишь угрожающе. — Я и не скрываю.       Соник широко ухмыльнулся, потянувшись к приставке. — Ну, раз уж мы отдыхаем, давайте сыграем во что-нибудь.       Я подняла бровь. — Видео игры? — Ага.       Эми, уже наливавшая чай, фыркнула. — Как неожиданно.       Тейлз усмехнулся, доставая из шкафа контроллеры. — Айрис, ты играла когда-нибудь?       Я на секунду задумалась. Мы с Соником уже играли. Я не знала, откуда во мне были рефлексы, но… Моё тело помнило. Оно помнило, что делало это раньше. Я была хороша. Я кивнула. — Да. Играла.       Соник быстро посмотрел на меня, усмехнувшись. — И ты была чертовски хороша.       Я пожала плечами. — Тело помнит.       Наклз нахмурился. — Что, даже это в тебе было запрограммировано?       Я покачала головой. — Нет. Это не было частью экспериментов.       Тейлз прищурился. — То есть это из твоей прошлой жизни?       Я поджала губы. — Скорее всего.       Эми улыбнулась. — Ну, раз так, значит, у тебя есть преимущество.       Шедоу молча стоял в углу, наблюдая. Я обернулась к нему. — Ты тоже играешь?       Он выглядел так, будто даже вопрос его оскорбил. — Нет.       Соник рассмеялся, хватая контроллер. — Да ладно, Шедоу, не будь занудой. — Я не занимаюсь бессмысленными вещами. — Ты не умеешь? — Я умею. — Тогда докажи.       Шедоу холодно прищурился. Я наклонила голову и добавила: — Боишься проиграть? — Я не боюсь проиграть.       Соник уже подал ему контроллер. — Тогда садись.       Шедоу поджал губы, но всё же сел на диван. Не глядя ни на кого, опёрся локтем на подлокотник и откинулся назад, как будто это всё ему неинтересно. Но я заметила, как он бросил короткий взгляд на экран, как будто случайно. Я улыбнулась — ага, втянется.       Тейлз запустил игру. Экран вспыхнул цветами: персонажи, трассы, меню. Весёлая, динамичная музыка заиграла в динамиках, поднимая общий азарт.       Я схватила контроллер, и... пальцы будто сами знали, что делать. Мышечная память. Как будто я уже проходила это. Может быть, и правда проходила — тогда, раньше... Но сейчас не до воспоминаний.       Старт.       Рывок. Прыжок. Идеальный тайминг на повороте. Мгновенная реакция. Я не думала — я просто двигалась. Вжилась. — Что?! — вырвалось у Соника, когда я обогнала его в последнем повороте, буквально в сантиметрах от финиша. — Серьёзно?! — добавил он, вжимая кнопку ускорения. — Откуда ты вообще так играешь?!       Эми засмеялась: — Айрис, ты играешь, как профи!       Я чувствовала себя странно. Не так, как когда я бежала. Не как в бою. Но… это было по-своему правильно. Спокойнее. Легче. Как будто кусочек меня вернулся — тот, что остался где-то в другой жизни, между кнопками геймпада и гулом монитора. Я просто была собой. Без напряжения, без сверхсил, без обязанностей. Просто — играла.       Шедоу сидел рядом, и хотя ничего не говорил, я краем глаза заметила, как он чуть крепче сжал контроллер. Лёгкое движение пальцев, напряжение в челюсти. Он не привык проигрывать — особенно в чём-то, что вроде бы неважно. Но теперь он не просто сидел рядом. Он играл. По-настоящему.       Следующий раунд начался.       Он наклонился вперёд, локти на коленях, взгляд приклеен к экрану. Концентрация в каждом движении. Теперь это была не просто “бессмысленная игра”, как он, наверное, подумал вначале.       Я заметила это — и ухмыльнулась. — Ну всё, — сказала я, чуть тише. — Он вошёл в режим «молниеносного ежа».       Соник, услышав это, засмеялся: — Айрис, ты разбудила зверя. Если он тебя обгонит, я не виноват. — Ну, теперь хотя бы становится интересно.       Соник поднял бровь. — Думаешь, ты можешь нас всех обыграть?       Я кивнула. — Попробуем?       Игра началась снова. Я забыла про фрески. Про пророчества. Про то, кем я была или не была. Просто наслаждалась моментом.       Игра становилась всё напряжённее. Мои пальцы летали по кнопкам, интуитивно находя нужные комбинации. Соник почти шёл со мной вровень, но в последний момент я снова обогнала его, идеально вписавшись в поворот.       Шедоу играл сосредоточенно — уже не игнорировал игру, а анализировал её, привыкая к управлению. Он сидел, чуть ссутулившись вперёд, с таким видом, будто решал нерешаемую математическую задачу на время. Я чуть не рассмеялась. Да уж, для кого-то это просто игра, а для кого-то — личная битва за честь.       Наклз хмурился, явно не понимая, как я так быстро разобралась в механике. Тейлз не отставал, но, кажется, больше наслаждался процессом, чем гнался за победой. Эми периодически комментировала нашу игру, попивая чай, то ухмыляясь, то сокрушённо вздыхая, когда кто-то промахивался мимо бонуса.       Когда на экране появился финальный счёт, я подняла руки вверх, ухмыляясь. — Иии… победа за мной!       Соник театрально откинулся на диване, закрыв глаза. — Как так?!       Шедоу убрал контроллер и хмуро посмотрел на экран. — Бессмысленно.       Я подняла бровь. — Смотри-ка, говорит так, будто его не задело.       Соник ухмыльнулся. — Да-да, конечно. Мы все видели, как ты старался.       Шедоу не ответил, но я заметила, как у него чуть дёрнулся глаз. О, это была просто идеальная возможность. Я кивнула Сонику — и без слов мы с ним вступили в режим «максимальной издёвки». Я театрально вздохнула, положила ладонь на грудь, слегка наклонилась к нему сбоку и томно протянула: — Ах, Шедоу…       Соник тут же облокотился на него с другой стороны, не теряя ни секунды. — Наш герой… наша последняя надежда… наш незыблемый столп суровости и тьмы…       Шедоу замер. Лицо абсолютно неподвижное, но я чувствовала — за этим лицом начинается внутренний расчёт вариантов ликвидации. Я приподняла руку ко лбу, словно в великой скорби, и с драмой в голосе добавила: — Как же мы жили без твоего взгляда, полного презрения, и этого пронзающего «бессмысленно» в каждом втором разговоре…       Соник театрально закатил глаза и, закинув голову, почти простонал: — О, о тёмный, загадочный ёж, любовь всей нашей жизни!       Шедоу медленно, почти по кадрам, повернул голову сначала на меня… потом на Соника. Его лицо было абсолютно каменным, но взгляд… Это был тот особенный взгляд, который обычно предшествует Хаос Копью.       Он смотрел на нас так, будто одновременно считал: а) расстояние до ближайшего окна, б) хватит ли силы броска, в) и сколько секунд уйдёт на то, чтобы стереть этот вечер из памяти.       Эми сидела рядом, закрыв лицо ладонью, с плеч тряслись от сдерживаемого смеха. Тейлз нервно хихикал и прятался за контроллером, а Наклз закрыл глаза, как человек, уже давно покинувший морально этот мир.       Шедоу глубоко вдохнул, выпрямился и хрипло произнёс: — У вас двоих осталось три секунды, чтобы отстать.       Соник театрально ахнул. — Он считает! Это угроза или обещание?!       Я взволнованно приложила руки к груди. — Такой строгий! Какой сильный! Настоящий идеал…       Три. Соник замер. Я улыбнулась.       Два. Соник молниеносно вскочил. Я тоже.       Один. Соник подскочил с места, как будто ему в спину залетела ракета. Я не отставала, уже телепортировавшись почти на другой конец комнаты. Шедоу, как в замедленной съёмке, сделал шаг вперёд… но мы оба уже стояли на безопасном расстоянии. — Ладно, ладно! — подняла я руки. — Мы прекратили. Не будем больше. Обещаю. — Пока что, — добавил Соник, пряча ухмылку. — Но знаешь, Шед… тебе действительно стоит подумать о карьере в романтических драмах. Такая харизма пропадает!       Шедоу резко повернулся к нему, но тот уже сделал шаг назад, вскинув руки в притворной невинности. Я не упустила момент — подмигнула и склонила голову на бок: — Если тебе когда-нибудь понадобится пара преданных поклонников… мы всегда на связи.       Ответ не заставил себя ждать — ближайшая подушка с шумом врезалась мне в лицо. Я отшатнулась, чуть не потеряв равновесие, но не смогла удержать улыбку. Стоило того. Абсолютно.       Эми рассмеялась, прикрывая рот ладонью и качая головой: — Айрис, ты и Соник — это официально самая взрывоопасная комбинация в этой комнате.       Тейлз всё ещё посмеивался. — Но признаем, это было эпично.       Наклз вздохнул. — Теперь Шедоу никогда не захочет с нами играть.       Шедоу снова сел на диван, скрестив руки и выглядя так, будто хочет забыть этот момент. Но я заметила — где-то в глубине его глаз мелькнула тень чего-то похожего на… смирение? Он не ушёл. Не сбежал. Он остался здесь. И я думаю, это стоило больше, чем просто маленькая победа в игре.       Соник и я снова плюхнулись на диван, широко ухмыляясь. Шедоу сдвинулся подальше от нас, словно надеялся, что дистанция спасёт его от новых издёвок. Он ошибался.       Эми вздохнула, потягивая чай. — Ну ладно, теперь, когда вы вдоволь повеселились, что мы будем делать дальше?       Тейлз переключил экран обратно на свои исследования. — Очевидно, следующим шагом будет поиск Джета.       Наклз покачал головой. — Я до сих пор не уверен, что он что-то знает.       Соник пожал плечами. — Ну, по крайней мере, он может знать больше, чем мы. Он Вавилонец, а значит, у него должна быть хоть какая-то информация.       Я подперла щёку рукой. — Допустим, он знает. Но как нам его найти?       Соник ухмыльнулся. — А я разве не говорил? Джет всегда сам нас находит.       Я вздохнула. — Ты как будто говоришь про какую-то легендарную птицу, которая появляется раз в сто лет. — Ну, учитывая его эго, он себя так и видит. А если серьезно, я знаю, где база Вавилонских Воров. Если он там, мы его найдём.       Шедоу тихо фыркнул, не вмешиваясь в разговор. Я поймала этот момент. О, он точно нас слушает. Я перевела взгляд на Соника, и он тоже это понял. Мы переглянулись. Новая цель обнаружена. Соник изобразил задумчивость. — Знаешь, Айрис…       Я склонила голову в бок, подыгрывая. — Что? — Вот мы тут с тобой говорим про Джета… — Ага? — Но, может, мы ищем не того?       Я изобразила изумление. — Неужели? Но кого же ещё мы могли бы искать, о великий ёж?       Соник театрально вздохнул. — Может, нам просто надо держаться рядом с тем, кто действительно обладает всеми ответами?       Я театрально приложила руку к груди. — Ты имеешь в виду…       И в этот момент оба мы резко развернулись к Шедоу, наваливаясь на него точно так же, как раньше. — О, Шедоу! — воскликнули мы в унисон.       Шедоу замер, его глаз дёрнулся. Я драматично закинула голову назад, будто сейчас потеряю сознание от эмоций. — Почему мы не поняли этого раньше? Всё это время ответ был прямо перед нами!       Соник изобразил восторг. — О, тёмный ёж, наш спаситель, наша звезда, наша последняя надежда! — с пафосом воскликнул Соник, закинув голову назад.       Я подхватила, положив ладонь на грудь и устремив взгляд в потолок: — Он знает всё, но молчит… такой таинственный… — Такой гордый… — Такой сильный… — Такой молчаливый… — Такой суровый…       Шедоу медленно закрыл глаза и сжал кулаки. Его терпение трещало по швам. — Я уйду, — произнёс он глухо. — НЕТ! — мы с Соником хором схватили его за руки. — Ты не можешь нас бросить! — воскликнула я, стараясь выглядеть как можно трагичнее. — Ты — наша судьба! — добавил Соник, почти дрожа от «горя».       Шедоу открыл глаза и повернул голову в нашу сторону. Его взгляд говорил одно: ещё слово — и вас ничего не спасёт. — Отпустите меня, — процедил он.       Соник изобразил шок: — Ты хочешь уйти… но ведь ты знаешь, что вернёшься…       Я театрально покачала головой, голос стал мягче: — Ты всегда возвращаешься…       Но на самом деле… я не была уверена. Вдруг в этот раз — нет?       Шедоу молча вырвал руки, поднялся и, не оглядываясь, направился к двери. Его шаги были резкими, решительными. Комната на миг притихла. Соник, ни капли не смутившись, развалился на диване, закинув руки за голову: — Вот увидишь. Он вернётся.       Я улыбнулась, медленно опускаясь рядом: — Ещё бы. Мы — его судьба.       И в глубине души я надеялась, что это правда.       Шедоу, уже стоя на пороге, на миг остановился. Он обернулся и посмотрел на нас с таким выражением, будто прикидывал, в какое измерение проще всего нас телепортировать, чтобы не слышать больше ни слова. Взгляд был убийственный — и, признаться, весьма впечатляющий.       А потом он ушёл, громко хлопнув дверью. — Когда-нибудь он вас просто вышвырнет в другое измерение, — мрачно заметил Наклз, покачав головой.       Эми прикрыла лицо ладонями, едва сдерживая смех. Тейлз фыркнул, хихикнув. — Но, признаем, это было весело.       Я довольно вздохнула, взяла чашку с чаем и сделала неторопливый глоток, ощущая, как тепло разливается внутри. — Итак, кто готов сыграть ещё один раунд?       Соник тут же поднял руку, уже с ухмылкой на лице: — Я. И в этот раз я тебя обыграю. — Посмотрим, — усмехнулась я.       Мы снова схватили контроллеры. В комнате звучал смех, музыка из игры, звон посуды и тихий треск гирлянды в углу. На мгновение всё вокруг стало простым, настоящим. И пусть нам ещё предстоит разобраться с Джетом, с храмами, с загадками прошлого…       Этот вечер принадлежал только нам. И я была этому невероятно рада.