A Shadow Will Help You Find The Light / Тень будет там, где блещет свет

Он бежал к желтым вратам Зеленых Холмов так быстро, как только мог. Тело в его руках с каждым мгновением постепенно угасало. Время было на исходе. «Только держись!», — неосознанно пронеслось в мыслях. Осталось совсем чуть-чуть. И тогда резкий рывок вперед показался более оправданным, нежели дальнейший размеренный бег. Тело без сознания вновь заискрило помехами. «Я должен успеть. Не важно, чего мне это будет стоить!»

***

— Соник! — Ты снова опоздал. Какой сюрприз. — О, чили-доги! Так один голос бесперебойно сменялся другим. Соник смотрел на своих друзей с нежной улыбкой. Они снова были с ним, а не где-то вне пространства и времени. Еж и сам был вполне жив и здоров — по виду кобальтового и не скажешь, что в какой-то момент его приняла в свои объятия смерть. «Все слишком хорошо». Синий герой вздохнул, попытавшись проигнорировать данную мысль, и лишь рассмеялся: — Я не опоздал! — большое блюдо, наполненное закусками, оказалось демонстративно протянуто вперед. — Просто проверял, чтобы вкусометр чили-догов зашкаливал. «Лжец». Ну да, он просто забыл время встречи, а потому постарался скрасить опоздание хотя бы своим любимым яством для всех собравшихся — может, они не заметят его ошибки или сделают вид, что лишние полчаса ожидания не были чем-то важным. — Ладно, хорошо, Соник. Эти нотки в голосе розовой подруги ничего хорошего не сулили… «Она что-то подозревает». — Соник, все хорошо? Что-то случилось? «Да, твоя рыжая альтернативная версия». Кобальтовый все еще удерживал улыбку на своей мордочке — все-таки факт, что его товарищи такие же, как прежде, притуплял столь резкие мысли. Что ж, заранее подготовленный рассказ о межгалактическом путешествии должен был полностью избавить ежа от неприятных дум. К тому же история обещалась быть занятной для друзей. — Ладно-ладно! — воодушевленно затараторил герой. — Приключилось такое… Предстоящий монолог прервала лазурная силовая волна, сбившая с ног не только Соника, но и всех его друзей. «Парадокс призма?» Дрожь пробрала тело от подобного замечания. Невидимая маска комедии упала вместе с героем и разбилась вдребезги. Только не снова… Но вот безразмерная тень накрыла всю команду с головой, лишив их собственных темных силуэтов. И это стало последней каплей в кобальтовой чаше терпения. — Да вы издеваетесь… — выпалил Соник. Данные слова сорвались с губ настолько неожиданно, что еж стал оглядываться, не приметил ли их кто-либо из товарищей. К счастью и одновременно с тем к сожалению, друзья оказались больше обеспокоены своими ссадинами и ушибами от далеко не мягкого приземления на твердом песке, а потому до недовольного бурчания Соника им никакого дела не было. В следующий раз нужно быть аккуратнее — нельзя допустить, чтобы кто-то прознал… Едкого комментария прямиком из мыслей не последовало. И это напрягло Соника, в последнее время уже привыкшего к просачивающимся думам в любой подходящий и не очень момент. Ведь слушать тишину после долгого монолога в голове по меньшей мере было необычно, по большей — угнетающе. Что вообще смогло стать причиной такой резкой смены состояния героя? Ведь все же было хорошо до момента, пока… Изумрудный взгляд устремился вверх для определения источника столь объемной тени. Механическая конструкция красных, черных и золотых оттенков беспощадно лишала прибрежную территорию солнечного света. Выглядело интригующе. — Ладно, команда, — на этом обращении предвкушающая нечто интересное ухмылка расплылась по мордочке ежа. — Погнали! Очередная проделка Эггмана выглядела внушительнее предыдущих, хотя все еще не дотягивала до тех, что Сонику довелось видеть некоторое время назад от межвселенских копий яйцеголового. Но для одиночного, а не группового проекта это был хороший результат. Пришло время действовать. Требовалось лишь разобраться с новым изобретением доктора и вновь вернуться к спокойной жизни, что теперь негласно приравнивалась к истинному блаженству. Обозначив задачи каждого, команда начала битву. Было приятно видеть друзей снова в деле, с их привычными маневрами и атаками, с приевшимися фразочками и недовольствами… Как же подобного не хватало все это время… «Вставай и сражайся дальше». Этот мысленный комментарий прозвучал настолько неожиданно в момент, когда Соник случайно попал под удар новой синей волны и отлетел в сторону, где его тело озарилось солнечными лучами. Повторный лазурный энергетический поток оказался лишь жалкой пародией от Эггмана в сравнении с тем, на что была способна настоящая Парадокс призма. В первый же раз она вспомнилась лишь от эффекта неожиданности и от еще теплющихся воспоминаний о Шаттерверсе. Значит, призма сейчас не у яйцеголового… Как было приятно осознавать подобное… Нет! Нельзя давать себе роскошь и нежиться, пока товарищи продолжают биться! «Спин дэш». Соник вскочил на ноги и принял данную подсказку изнутри: расстояние до цели действительно было преимуществом для более эффективного разгона. Уже в следующий миг удар синего искрящегося шара пришелся прямо по генератору — в сердце вражеского механизма. И тот пал, ознаменовав очередную победу разношерстной команды. Солнце вновь осветило пляж. И все стало, как прежде.

***

Прутья в костре были на последнем издыхании от становления кучкой пыли, а потому языки пламени больше не видели смысла издеваться над ними и смиренно принимали свою затухающую участь. — Соник, ты куда? — Разве ты не хочешь посмотреть с нами на звезды? Тот, кому предназначались эти слова, на ходу развернулся и лучезарно улыбнулся. — Мне нужно сделать пару кругов, чтобы быть в форме, — объяснил он без промедления, будто заранее знал суть вопросов к себе. — Все же я сегодня оплошал, открывшись железяке в самый неподходящий момент. Друзья лишь уставились на него с непониманием в глазах. Но вскоре их удивление сменилось неким безразличием — это же Соник, от него подобные странные решения были более чем ожидаемы. — Только, пожалуйста, не задерживайся надолго, иначе не выспишься. На проявленную заботу еж с благодарным видом махнул рукой рыжему другу, скрывшись за склонами в отдалении. Наконец он остался один. Послышался облегченный и вместе с тем взволнованный вздох. Теперь не требовалось строить из себя героя, каковым он старался быть для всех и всегда. Взор устремился на руку. В ладони виднелся небольшой фонарик, который Соник заблаговременно принес из дома, объяснив это тем, что не придется бежать за ним, если вдруг какая-нибудь мелочь снова затеряется в темноте. Еж с ухмылкой раз подкинул удерживаемый источник света, что до сих пор оставался выключенным, и направился к ближайшему утесу простым шагом — лишний раз бежать не было никакого желания. Полная треснутая надвое луна исправно отражала от своей поверхности солнечный свет, но даже так не могла прогнать тьму ночи. Снова в округе и внутри царила тишина… Вновь пробрала дрожь. Соник попытался сохранить спокойствие хотя бы до момента, пока не доберется до назначенного места. И вот он пришел. Небольшая возвышенность была с видом на океан и на белоснежные половинки луны, а в упор с ней красовалось вертикальное подножие обрыва. Идеальный выбор. Герой, присевший на траву возле склона, зажег фонарик и направил его на себя так, чтобы тень ежа очутилась на природной каменной стене. Соник обернулся, дабы оценить свою работу. — Уже лучше, — он помедлил, прежде чем с насмешкой продолжить. — Так ведь? В ответ раздался лишь саркастичный внутренний голос. «Оригинально — не то слово». Еж звучно вздохнул. Все обошлось. — Я старался вернуться на свет так быстро, как мог, — объяснил кобальтовый самому себе, продолжая смотреть на тень. «И поэтому решил спокойно прогуляться?» — Так ты был в этот момент рядом и просто молчал?! — ошарашенно воскликнул еж, но сразу опомнился, что ночью подобные крики могут быть чреваты последствиями. На всякий случай Соник огляделся. «Мне не о чем с тобой говорить». — Ну Шэдоу! — взмолился синий герой, вновь обернув голову к своей тени. Теперь, когда он сидел вполоборота, у его темного силуэта проглядывались спинные иглы, в отличии от жизни несколько приподнятые на концах. — Неужто так сложно было дать мне знак, что с тобой все в порядке? «Ты называешь «в порядке» подобное?» — Ну ладно… В относительном порядке, — с отведенным взглядом пояснил Соник, долго подбирая нужное определение, после чего с серьезным видом вновь повернулся к собственной тени, что послушно сделала то же самое. — А вообще, ты еще днем обещал мне объяснить, как это получилось. И он провел рукой по воздуху сверху вниз, очертив границы своего темного отражения на склоне, которое повторило действия за ним. Казалось, внутренний голос тихо прорычал перед ответом. «Я изначально был аномалией в Шаттерспейсе. Если бы не изумруд Хаоса, я бы не оказался там, в Пустоте. Поэтому утеря артефакта сказалась на отношении ко мне у мироустройства. По возвращении в Зеленые Холмы реальность дала мне последний шанс, но первое же использование Хаос Контроля окончательно исключило мое существование. Из-за этого, кстати, теперь неизвестно, добралась ли Парадокс призма до нужного места.» — Может сходим и проверим? — осторожно спросил Соник. «Так я тебе взял и доложил, где она, подвергнув все новой опасности раскола миров». — Сказал тот, кто теперь вообще не имеет материального воплощения, — попытавшись спародировать заумные речи Тейлза, дабы выглядеть достойным противником на словах, хмыкнул герой. Последовало молчание, полное недовольства. — Кстати, — решив сменить позу на более расслабленную, вытянул ноги и облокотился на руки сзади кобальтовый. — Почему ты оказался именно со… «Может хватит уже принимать такие несуразные положения тела?!» На мордочке Соника застыли кривая улыбка и легкий прищур. — Ого, так значит ты настолько чувствителен к тому, что я делаю? — с насмешкой спросил он. «Поверь, отлетать от банального удара более чем неприятно. Особенно зная, что не я причина, допустившая настолько глупый исход… Лучше уж вообще выключи фонарик, раз такое дело». — Но ведь тогда ты исчезнешь… как днем, при той битве с железным прихвостнем Роботника… — с некой грустью шепотом отметил Соник, который все же повернулся лицом к миниатюрному источнику света и сел более сдержанно, чуть согнув ноги в коленях и расположив руки на них. Теперь его тень на каменной стене представляла из себя лишь торчащие в разные стороны иглы. Ответом на сказанное послужило молчание. — Вернемся к моему вопросу, — более бодро предложил синий еж, все еще сидя спиной к своему потенциальному собеседнику. — Почему в итоге ты оказался тенью и причем именно моей? «А мне откуда знать?» — Действительно думаешь, что я поверю такому ответу? — игольчатая голова обернулась к освещенному склону. — Ты, да и не задумался о чем-то подобном? Даже для меня это звучит абсурдно. Повисла небольшая пауза. Видимо, здесь должен был послышаться вздох. «Наверное, вселенная возвела в абсолют значение моего имени, тем самым произведя некоторые перерасчеты в своих составляющих. С тобой же я контактировал в последнюю очередь, что также могло сказаться на условностях, принятых мирозданием». — А может наша вселенная знала, что выдержать меня на постоянной основе под силу лишь Совершенной Форме Жизни? — решил подшутить кобальтовый, все еще держа голову вполоборота. «Значит она ошиблась. Ты невыносим». Соник на это откровение лишь нахмурился и сел боком к фонарю, чуть обиженно сложив руки на груди. Он старался не смотреть на свое темное отражение в знак своеобразного протеста. «Значит нужно давить на твое самолюбие, чтобы ты наконец сделал что-то привычное мне?» Герой чуть опешил от подобных мыслей, однако осознание пришло достаточно быстро: у подножья обрыва его черный силуэт с чуть вздымающимися иглами в точности повторял образ собеседника, когда тот был своим живым воплощением. Даже поза оказалась идентичной. Обида и злоба мгновенно растворились. Не совсем понятно почему, но больше не хотелось ощущать их. По крайней мере, не сейчас, когда чувство присутствия знакомого обострилось донельзя. И от осознания, что он был снова рядом, стало как-то по-особенному приятно. Соник на легкой улыбке прикрыл глаза и приник головой к каменной скале. «Что ты делаешь?» — Просто дай мне возможность вот так посидеть. Больше от тебя ничего не требуется, — кратко сказал синий еж. Ответом послужило молчание, а оно в свою очередь выступило знаком неохотного, но согласия. Хоть кобальтовый и ощущал лишь холод от прикосновения к остывшей земле, но в то же время внутри него разливалось тепло. А граница между тенью и ее обладателем стерлась. «Ты сейчас так уснешь». В послышавшемся вновь голосе не было привычного упрека или безэмоционального осуждения. Лишь некая обеспокоенность. Изумрудные глаза лениво приоткрылись от сказанного. — В таком случае пора домой, — и синий еж поднялся на ноги, прихватив лежащий поодаль фонарик, на котором и задержал свой взгляд. Он не собирался его выключать. Ведь, как бы больно не было глазам от прямого свечения, этот маленький источник энергии сейчас был единственным, что оставалось способным поддерживать четкую тень героя. Соник так и побрел во тьме, освещая не столько свой путь, сколько себя. А потому он несколько раз спотыкался об еле заметные корни деревьев или камни. Голос в голове молчал. Непонятно — из принципа или на то была другая причина. Но кобальтовый надеялся, что не он виноват в образовавшемся затишье мыслей. Дверь скрипнула и затворилась. Еж одиноко стоял на пороге своей темной хижины. Желание включать какой-либо свет отсутствовало — фонарик все еще исправно выполнял собственное предназначение, а глаза уже свыклись со тьмой вокруг. Поэтому герой лишь направился к гамаку у окна — оттуда на кобальтового продолжала смотреть располовиненная луна. Фонарик перекатился с руки на подушку, когда Соник лег на свое спальное место. — И что мы будем делать дальше? — с легкой хрипотцой спросил он. «Спать». — Нет, я не в этом плане, — машинально завертел головой синий еж. — Я говорю о том, как мы будем исправлять ситуацию. Ведь в какой-то момент тебя начнут искать G.U.N. и остальные… Внутренний голос несколько помедлил. «Нет. Не будут». — Почему ты так уверен в этом? — и Соник обернулся назад, заприметив собственную тень позади на гамаке. «Все посчитают, что я просто на каком-нибудь очередном бессрочном задании, а потому задаваться лишними вопросами обо мне и моем состоянии никто не станет.» — Я бы стал, — кратко подметил кобальтовый, посчитав, что будет правильнее дополнить свой ответ. — Ведь ты не последнее для меня существо, Шэдоу. Только не после произошедшего в Шаттерспейсе. Как минимум, я тебе обязан жизнью. Ответ на это был получен достаточно быстро. «Просто забудь об этом. Я обещал тебе помочь восстановить Парадокс призму и вернуться в Зеленые Холмы. Поэтому твое спасение было лишь одним из обязательств с моей стороны». Подобное признание прозвучало несколько грубо, но все равно показалось синему герою своеобразно милым. Фонарик продолжал гореть, все также пронзая Соника светом, от которого изумрудные глаза уже порядком замылились. «Выключи его». — Но ведь тогда… — тихо начал еж, однако оказался прерван собственными мыслями. «Если тебя это успокоит, я никуда не пропаду. Просто стану менее заметным и, вероятно, слышимым. Но буду рядом. Можешь верить мне». Соник с мягкой улыбкой сонно потянулся к маленькому источнику света, в какой-то момент выдав внезапный смешок. «Ты чего?» — Да так… — протяжно начал синий герой. — Просто представил, насколько бы близко ко мне ты лежал, если бы сейчас был собой… «Даже не думай об этом». — Ладно-ладно, — пообещал кобальтовый, беззвучно зевнув и наконец отключив фонарик. — Спокойной ночи, Шэдоу. «Спокойной ночи, Соник». С такими словами внутренний голос лишь далеким эхом отозвался в мыслях: то ли от быстрого засыпания, то ли от блеклости и расплывчатости тени, создаваемой единственным источником ночного света — разбитой надвое луной…