𝑴𝒆𝒊𝒏 𝒍𝒊𝒆𝒃𝒆𝒓 𝑨𝒏𝒘𝒂𝒍𝒕

───⊲⊰ 𖤍 ⊱⊳───

      Первые дни после приезда Лукаса Итан почти не выпускал его из рук.       Они ходили по квартире хвостиком — в ванную, на кухню, даже в туалет. Шатен умудрялся поджидать под дверью, пока Лукас не начал смеяться и не потащил его с собой, усадив на край ванны.       — Ты как котёнок, — говорил Лукас, запуская пальцы в его волосы. — Боишься, что я исчезну?       — Боюсь, что это сон, — ответил Итан.       — Не сон. Я здесь.       На следущий день Итан впервые за долгое время взял в руки кисть. Не для работы, а просто сидел и рисовал Лукаса, который читал книгу на его узкой кровати. Немец делал вид, что не замечает, но иногда посматривал на него искоса и улыбался.       — Подглядывать нечестно, — сказал британец, поймав его взгляд.       — А рисовать тайком — это честно?       — Я художник. Мне можно.       Брюнет усмехнулся и уткнулся обратно в книгу.

───⊲⊰ 𖤍 ⊱⊳───

      Через ещё пару дней Итан впервые вышел на улицу, не дожидаясь крайней нужды, просто погулять. Проветриться.       Они бродили по городу, заглядывали в маленькие кафе, сидели на скамейке в парке. Кайзер держал его за руку почти всё время, и Итан поймал себя на том, что впервые за это время не проверяет, кто идёт сзади, не вздрагивает от громких звуков.       Рядом с Лукасом было спокойно. Безопасно.       Они забрели в какой-то тихий дворик, заросший плющом, с фонтаном в центре. Вода тихо журчала, солнце пробивалось сквозь листву, и Итан слегка прищурился, наслаждаясь погодой.       — Посидим? — спросил сероглазый, кивая на скамейку.       — Давай.       Они сели. Лукас обнял его за плечи и притянул ближе. Художник уткнулся носом ему в шею, вдыхая знакомый запах.       — Знаешь, — тихо сказал немец, — я тут думал....       — О чём? — поинтересовался шатен.       — О нас, — признался парень.       Итан поднял голову, посмотрел на него.       — И что надумал?       Кайзер помолчал, собираясь с мыслями. Потом осторожно произнёс:       — Я не хочу больше ждать.       — В смысле? — слегка испуганно воскликнул Итан, уже прокручивая в голове все варианты развития событий.       — В смысле — ждать следующей встречи, — пояснил юноша. — Ждать, пока всё наладится, — он повернулся к младшему, взял его лицо в ладони. — Я хочу, чтобы ты был со мной. Не на неделю, не на месяц. Всё время.       — Лукас...       — Я знаю, что ты ещё не готов. Знаю, что тебе нужно время. И я подожду, сколько скажешь. Но я хочу, чтобы ты знал: я готов. Я готов ждать тебя, готов заботиться о тебе, готов быть рядом, что бы ни случилось. Когда бы ни случилось.       Британец смотрел на него, чувствуя, как к горлу подступает ком.       — Я люблю тебя, — тихонько произнёс Лукас. — Очень...       — Я тоже тебя люблю, — прошептал Итан.       Немец притянул его в лёгкий поцелуй, смакуя его губы, затем отстранился и полез в карман куртки, доставая маленькую бархатную коробочку.       Итан замер.       — Что это?...       — Это... — Лукас выдохнул. — Я купил это ещё до того, как всё случилось. Хотел сделать красиво, с ужином при свечах, с цветами. А потом понял, что не могу больше ждать. Не хочу никаких «красиво». Хочу просто быть с тобой. Навечно.       Он открыл коробочку и опустился на колено у лавочки. Внутри лежало серебряное кольцо с небольшим камешком.       — Итан, — Лукас смотрел на него, и в глазах у него виднелись не пролитые слёзы. — Ты выйдешь за меня? Не сейчас, не завтра. Когда будешь готов. Но я хочу, чтобы ты знал: я готов ждать сколько угодно. Я просто хочу быть с тобой. Навсегда.       Итан смотрел на кольцо, на Лукаса, затем снова на кольцо — и не мог вымолвить ни слова.       А потом разрыдался, закрывая лицо руками и пытаясь произнести хоть что-то внятное.       — Итан? — Лукас испугался. — Итан, ты чего? Если не хочешь, я пойму, просто...       — Дурак, — всхлипнул Итан. — Ты дурак...       — Знаю, наверное, не стоило так внезапно...       — Я согласен.       Сердце Кайзера вдруг, показалось, резко остановилось.       — Что?... Я правильно тебя...       — Я согласен, идиот. Конечно, согласен.       Итан вытер слёзы рукавом, протянул дрожащую руку. Старший надел кольцо на палец, еле попадая, руки тряслись от переизбытка чувств, а потом притянул его к себе и глубоко и страстно поцеловал.       Целовались они долго, забыв, что всё ещё на людях. Где-то рядом журчал фонтан, чирикали птицы, проходили люди, но им было плевать.       — Я люблю тебя, — шептал Лукас между поцелуями. — Я так тебя люблю...       — Я тоже, — всхлипывал Итан. — Я тоже...       Они сидели на скамейке и плакали от счастья, от того, что всё наконец налаживается...

───⊲⊰ 𖤍 ⊱⊳───

      Вечером они вернулись в квартиру, и Итан весь вечер смотрел на кольцо, не веря своим глазам.       — Оно настоящее? — спросил он в сотый раз.       — Настоящее, Mein Lieber¹, — с довольной ухмыльнулкой произнёс, держа своего жениха на коленях.       — И я теперь... типа жених?       — Типа да.       — А ты?       — Я тоже жених. Мы теперь женихи.       Итан засмеялся.       — Итан Кайзер, — тихонько произнёс он. — Звучит странно.       — Привыкнешь.       — А твои родители? — поинтересовался художник.       — Звонил им. Мама сказала, что теперь у неё будет двое сыновей и что она уже начала печь яблочный пирог по своему секретному рецепту.       — А отец?       — Отец... — Лукас усмехнулся. — Отец спросил, крепкие ли у тебя нервы. Потому что, по его словам, «жить с Кайзером — это испытание, которое не каждому по силам».       — И что ты ответил?       — Что ты справишься. Ты уже пережил гораздо худшее, чем сварливый муж.       Итан улыбнулся.       — Звучит так, будто они меня уже приняли.       — Они тебя ещё не видели, а уже приняли. Впрочем, я от них другого и не ожидал. Необъятная гостеприимная душа.       Шатен улыбнулся и снова посмотрел на кольцо.       — Лукас?       — М-м-м?       — Спасибо, — пробормотал юноша.       — За что? — недоумевающе спросил брюнет.       — За то, что не бросил. За то, что приехал. За то, что... — он помолчал минутку, — за всё...       Лукас притянул его к себе и поцеловал в макушку.       — Всегда пожалуйста.

───⊲⊰ 𖤍 ⊱⊳───

      А ночью Итан долго не мог уснуть. Лежал, прижимаясь к немцу, и слушал, как бьётся его сердце.       — Лукас? — позвал он шёпотом.       — М-м?       — Я правда люблю тебя.       — Я знаю, Ich liebe dich auch sehr, Schatz².       Шатен улыбнулся и закрыл глаза. Впервые за долгое время он спал без кошмаров.

───⊲⊰ 𖤍 ⊱⊳───