Cerulean eyes for the damaged soul

Вайолет была совершенно уверена, что её встревоженный разум не найдёт ни секунды покоя, пока она не убедится, что с Кейтлин всё будет в порядке. Она бросилась в темноту вместе с Виктором, и они шли так быстро, как только могли. После того как Вайолет объяснила всю ситуацию, Виктор собрал свои медицинские принадлежности и оделся, а затем последовал за Вай. Когда они вернулись в дом, и Вайолет поспешила в спальню Кейтлин, она заметила, что Паулин уже ждёт их и скулит. Похоже, собака переживала за хозяйку так же, как и Вайолет, поскольку положила подбородок на край кровати Кейтлин и ткнулась головой в её руку. — Кейтлин? — мягко позвала Вайолет, усаживаясь на свой край кровати, позволяя Виктору занять стул и осмотреть Кейтлин. С губ Кейт сорвался тихий стон, и она с трудом открыла глаза. Её тусклый взгляд на мгновение оглядел комнату в поисках точки для фокусировки. Вайолет не удержалась и протянула руку к пылающей щеке Кейтлин, чтобы привлечь её внимание. — Это я, я здесь, — мягко заверила она, взяв руку Кейтлин и нежно проведя большим пальцем по тёплым костяшкам. Кейт не ответила, но Вайолет знала, что ей удалось достучаться до девушки. Видела это в глазах Кейтлин. Доверительный и ласковый взгляд, пробивающийся сквозь тусклую тьму, которая, казалось, овладевала её любимой спасительницей. Большой палец Вайолет поглаживал костяшки пальцев, когда Виктор прижимал руку ко лбу Кейтлин. Вайолет услышала, как он пробормотал что-то по-французски, чего она, конечно же, не поняла, а Кейтлин была слишком слаба, чтобы ответить или что-то перевести. Хмурый взгляд Вай становился всё более обеспокоенным, пока она наблюдала за тем, как Виктор делает свою работу. Выражение его лица не отражало ничего особенного. Хорошо это или плохо — не ясно. Но Вайолет придётся набраться терпения, пока он не сообщит свой вердикт. А Вайолет не славилась терпением. — С ней всё будет в порядке, да? — спросила Вайолет, решив, что уже слишком долго ждёт ответа аптекаря. Взяв влажное полотенце, лежавшее на тумбочке Кейтлин, Виктор слегка прижал его к горячему лбу. Корни тёмных волос Кейтлин были залиты потом, и Вайолет видела, как несколько капель стекают по шее. — Это отравление, как она и сказала? — снова спросила Вайолет, желая получить подтверждение или любой другой ответ. Он кивнул на ткань, и Вайолет быстро взяла на себя его задачу — прижимать полотенце ко лбу Кейтлин. Это было самое меньшее, что пилот могла сделать в данной ситуации. — Это обычный грипп, но очень серьёзный. — Что это значит? — воскликнула Вай. Грипп не должен быть смертельно опасным, ведь так? Серые глаза Вайолет снова переключились на женщину рядом с ней, и она перевернула полотенце, чтобы другая сторона тоже могла охладить горящий лоб Кейтлин. — Это значит, что у неё очень высокая температура. У меня есть кое-что, что поможет немного сбить её, но жар должен пройти сам, — сообщил ей Виктор, пока его руки искали что-то в сумке. В конце концов он достал коричневую бутылочку из стекла. — Не могли бы вы разбудить её? Вайолет кивнула, и рука, которая не прижимала ткань ко лбу, легла на чужую щёку. Большой палец провёл по ярко-красной коже, которая, казалось, могла бы обжечь. — Кейт, я знаю, что ты хочешь спать, но тебе нужно проснуться на секунду, чтобы принять лекарство, хорошо? — тихо попросила она, считая почти смешным то, насколько нежной она была с Кейтлин. Всю свою жизнь Вай была бойцом и обладала большей стойкостью, чем большинство её знакомых. Но где-то глубоко внутри неё находилось большое и доброе сердце. Сердце, которое заботилось о тех, кто заботился о ней, и желало лучшего тем, кого она любила. — Вайолет? — голос Кейтлин был лишь шёпотом, и она повернула голову к Вайолет, но та отвернула её к Виктору. Казалось, Кейтлин немного успокоилась, увидев Виктора рядом с собой. Мужчина мягко улыбнулся ей. Улыбка, которая показала Вайолет насколько близки были эти двое и насколько глубоким было доверие между ними. — Виктор... — Здравствуй, — усмехнулся он, откупоривая крышку от бутылки и поднося к её лицу, — я собираюсь дать тебе лекарство, это единственное, что я могу сделать, учитывая запасы, которые у меня остались. Лихорадка должна пройти сама собой, но это немного поможет. Кейтлин просто кивнула и, собрав последние силы в кулак, приподняла голову и позволила Виктору поднести бутылку к пересохшим губам. Вайолет наблюдала за тем, как горло Кейтлин слегка подрагивает, пока она пьёт жидкость, и как она ложится обратно, словно только что пробежала марафон. Казалось, Кейт изнемогла, просто подняв голову, и нуждалась в полноценном отдыхе, чтобы лекарство помогло снять жар. — Я вернусь, чтобы проверить её завтра, но мне нужно, чтобы вы давали ей воды почаще. Это самое главное, потому что вода очень поспособствует её выздоровлению, — проинформировал Виктор, получив кивок от Вайолет. — Конечно, может быть, я могу сделать что-нибудь ещё, чтобы помочь ей справиться с лихорадкой? — Вайолет вдруг заметила, что во время разговора с Виктором её рука рассеянно поглаживала большим пальцем костяшки Кейтлин. — Лучшее, что вы можете сейчас сделать — это быть рядом с ней и поддерживать, — посоветовал ей Виктор, вставая со своего места и собирая медицинские принадлежности. — Иногда такая высокая температура может вызывать кошмары и очень яркие сны, поэтому оставайтесь с ней, если сможете, чтобы успокоить, если она вдруг проснётся в панике. Вайолет посмотрела на Кейтлин, которая перекатилась к ней и, насколько могла, прижалась к пилоту, когда та сидела на кровати. Кейтлин явно нуждалась в ком-то, кто присматривал бы за ней, заботился о её хрупком состоянии. А кто может подходить лучше, чем женщина, которая боялась признаться в своих чувствах подруге? — Спасибо, Виктор, правда, — сказала ему Вайолет, отводя взгляд от Кейтлин, и улыбнулась Виктору, пока он шёл к выходу из спальни. — Не за что, — кивнул он, — Кейтлин повезло, что вы за ней ухаживаете, я вижу, как сильно вы о ней волнуетесь. — Да, очень волнуюсь, — тихо пробормотала Вайолет, оглядываясь на Кейтлин, а врач направился обратно к себе. Паулин вернулась к кровати и снова устроилась на ней, положив подбородок на бок Кейтлин и не сводя тёмных глаз с хозяйки, пока Вайолет ложилась рядом с ней. Кейтлин тут же прижалась к ней ещё сильнее, и Вайолет обхватила руками тёплое тело Кейтлин. Она притянула хозяйку дома поближе и прижалась щекой к голове Кейт. Сердце Вайолет забилось чаще, когда её секретная возлюбленная нашла утешение в этих объятиях, пригревшись под боком Вайолет, пока её тело боролось за выживание. Взглянув на потолок, Вай почувствовала, как по её щеке потекла беззвучная слеза. Она не хотела так привязываться к Кейтлин, не хотела так сильно заботиться о ком-то, кроме Паудер. Но это случилось, и она запуталась во всех своих чувствах к Кейтлин. Кейт была умной, красивой, трудолюбивой, забавной, по-своему харизматичной и просто очень уникальной. И, чёрт возьми, Вайолет любила её. Она любила её так сильно, что это ранило, как нож. И пугало. Потому что это означало, что ей могут причинить боль, и даже больше того — это означало дать Кейтлин власть причинить ей боль. Была ли она готова к такому? Абсолютно нет. Можно ли было остановить это? Ни малейшего шанса. И вот Вайолет здесь, обнимает женщину, которая пленила её мечты и все мысли, впервые признавая, что она, возможно, вовсе и не сломана. Что она не изгой, раз её отталкивает идея выйти замуж за мужчину и родить ему детей. Возможно, ей просто было интересно узнать, что значит любить женщину так, как любят мужчины. Что значит любить Кейтлин так, как пытался любить мужчина, за которым она когда-то была замужем. Позволит ли Кейтлин попробовать? Позволила бы ей попробовать полюбить её подобным образом? У Вай не было ответа на этот вопрос, но она знала, что отдала бы всё, чтобы провести остаток своих дней с этой женщиной. Вайолет и Паулин оставались рядом с Кейт до конца ночи. Вай почти не спала, наблюдая за Кейтлин, гладя её по волосам или просто обнимая. Время от времени она засыпала и просыпалась, когда чувствовала, как Кейтлин дрожит в её руках. Чем дольше тянулась ночь, тем меньше становилась дрожь, а когда наступило утро, она, казалось, совсем исчезла. Когда солнце начало подниматься, Вайолет начала поддаваться усталости и уткнулась носом во влажные волосы Кейтлин, чтобы немного поспать. Сны были пустыми, не считая вспышек воспоминаний, но не такими ужасными, как раньше. Возможно, именно присутствие Кейтлин отпугивало демонов, которые стремились держать сны Вай в плену. Сон, овладевший её телом, длился не так долго, как хотелось бы, потому что утром Кейтлин приснился кошмар, и она беспокойно зашевелилась. Лихорадочное тело извивалось в объятиях Вайолет, а лицо хмурилось, когда она ворочалась. Вай проснулась, когда Кейтлин во сне ударила её по колену, и, открыв глаза, сразу же насторожилась. Вайолет слегка приподнялась и осторожно потрясла Кейтлин, надеясь, что та проснётся: — Кейтлин? Кейт, проснись, — только тогда пилот увидела, что по щекам Кейтлин текут слезы, а сама она бормочет что-то невнятное. Вайолет ещё сильнее тряхнула её за плечи, и Кейтлин наконец открыла глаза. На несколько мгновений Дюбуа, казалось, не осознавала происходящего. Только оглядевшись вокруг, она поняла, что находится в своей собственной спальне, в объятиях женщины, о которой так сильно заботилась. — Вайолет? — слабо произнесла Кейтлин, и Вайолет тут же притянула её к себе, чтобы успокоить. — Я здесь, Кейт, всё в порядке. Ты в безопасности, — мягко сказала она своей спасительнице, с облегчением заметив, что дыхание Кейтлин быстро замедляется и приходит в норму. Вайолет знала, каково это — мучиться от кошмаров, разрываться на части, застряв в своём сознании и сне, овладевшем телом. Она всегда была благодарна Паудер или кому-то из братьев за то, что они всегда будили её и давали понять, что всё хорошо. Поэтому Вай могла сделать то же самое для Кейтлин. — Как ты себя чувствуешь? — мягко спросила Вайолет, когда Кейтлин успокоилась в её объятиях. Рука тут же легла на лоб, и она с удовлетворением отметила, что жар спал и Кейт уже не горит так сильно, как несколько часов назад. — Устала, — призналась Кейтлин, уткнувшись лицом в шею Вайолет. От мягкого дыхания Кейтлин на шее по коже побежали мурашки, и она притянула девушку чуть ближе. — Как ты? Вайолет не могла удержаться от смешка: — Я? Это ты больна, Кейт, а не я. — Но я всё равно хочу знать, как ты, — настаивала Кейтлин, и Вайолет почувствовала, как её сердце растаяло. Иногда казалось невозможным, насколько глубоко Кейтлин заботится о тех, кто её окружает, и Вайолет снова и снова удивлялась. Кейт действительно говорила и поступала от чистого сердца, и это было одним из тех качеств, которыми Вай восхищалась больше всего. — Всё хорошо. Особенно, когда ты снова начала говорить, — усмехнулась Вайолет и убрала со лба Кейтлин прядь волос, — но у тебя всё ещё жар. — Виктор был здесь, не так ли? — Кейтлин тихо пробормотала, её губы прикоснулись к шее Вайолет. — Был, — тихо сообщила Вайолет, нащупав талию Кейтлин и нежно погладив её кожу через ночнушку, прижимая Кейт к себе, — по его словам, у тебя грипп, он зайдёт сегодня, чтобы проверить, как ты себя чувствуешь. Кейтлин кивнула, а Вайолет на мгновение закрыла глаза, наслаждаясь тишиной. Конечно, то, что Кейтлин заболела, не было чем-то хорошим, но, похоже, ей становилось лучше, и Вайолет чувствовала, что могла бы умереть счастливой, если бы могла вот так держать Кейтлин в своих объятиях до конца своих дней. — Вайолет? — Хм? — она опустила взгляд, когда Кейтлин отодвинула лицо от шеи и посмотрела на неё сверху. В глубоких голубых глазах Кейтлин читалось беспокойство. — Ты действительно пошла за Виктором? — Конечно, он же не прилетел сюда, Кейт, — усмехнулась Вайолет, и беспокойство в глазах Кейтлин сменилось самым мягким выражением заботы, которое Вайолет когда-либо видела в чьих-либо глазах. — Ты рисковала жизнью ради меня, — мягко заключила она и впервые с тех пор, как заболела, протянула руку к Вайолет. Рука слегка дрожала, когда она коснулась щеки Вай. Вайолет могла бы заплакать. Она не считала, что заслуживает такого взгляда, такого прикосновения. Она чувствовала заботу женщины, которая была слишком хороша для этого мира, и её пугало, насколько близкими они стали за такой короткий промежуток времени. — Я бы сделала это снова, если бы мне пришлось, — Вайолет пробормотала, инстинктивно опираясь на руку Кейтлин и глядя на женщину сверху вниз. — Вайолет... — Кейтлин умела произносить её имя так, что оно глубоко западало в душу. Вайолет. Имя так часто использовали, но никогда не произносили его так, как это делала Кейтлин, словно оно было единственным, что удерживало её от потери сознания. —Я серьёзно, Кейт, — пробормотала Вайолет мягким тоном, слегка наклоняясь. Непреодолимое желание узнать, каково это — чувствовать губы Кейтлин на своих, овладело ею, и она не могла не поддаться, — я готова отдать за тебя жизнь, если понадобится. С радостью. В голосе прозвучала нотка уязвимости, когда Вай наклонилась ещё ближе, отчаянно пытаясь сократить расстояние между ними. Отчаянно желая дать Кейтлин понять, как глубоко она заботится о ней и как сходит с ума по ней. Они были так близко, Вайолет практически ощущала губы Кейтлин на своих, когда их носы соприкасались, а её губы почти ложились на губы Кейтлин, неторопливо, пытаясь дать Кейтлин возможность отстраниться, если она пожелает. Конечно же, Виктор выбрал самый удачный момент момент, чтобы войти в дом и начать подниматься по лестнице, отчего Паулин залаяла, а потом побежала вниз. Виктор оповестил, что это всего лишь он, и Вайолет подавила желание ударить мужчину по лицу за то, что он испортил такой момент. Это был первый раз, когда они осмелились признаться в своих чувствах друг другу в такой уязвимой форме, и Вайолет задалась вопросом, будет ли у них когда-нибудь ещё такой момент. Не удержавшись, пилот тихо застонала, когда Кейтлин тут же отстранилась и прижалась спиной к изголовью кровати. И Вай нехотя легла на свою сторону кровати. — Похоже, кому-то стало лучше, — провозгласил Виктор, войдя в спальню и увидев Кейтлин, бодрствующую в кровати. Её щеки всё ещё были красными, но у Вайолет было ощущение, что на этот раз причиной румянца была она сама, а не жар. — Я чувствую себя немного лучше, чем прошлой ночью, — призналась Кейтлин, когда Виктор занял место у её кровати и кивнул, осматривая женшину. — Они оставались с тобой всю ночь? — спросил Виктор, глядя на Паулин, которая сидела у его кресла, и Вайолет, которая всё еще лежала на своей стороне кровати. Кейтлин ответила кивком и бросила быстрый взгляд на Вайолет, после чего снова посмотрела на Виктора: — Ты бы мог кое-что сделать для меня, Виктор? — Что же? — мужчина не отрывался от своего занятия. Было вполне нормально, что Кейтлин просит его об услугах. Вай слегка наклонила голову, поскольку интерес вспыхнул, и ей было любопытно узнать, что именно нужно было Кейтлин. — Вайолет нужны новые документы, — Кейт снова взглянула на Вайолет, чьи брови поползли вверх, когда она начала понимать, к чему всё идёт. Кейтлин снова перевела взгляд на Виктора, — тут слишком опасно, и если нам придётся бежать, у нас будет больше шансов сделать это с поддельными документами. — Ты права, вам понадобится удостоверение личности, иначе они сразу же её обнаружат. Хотя, скорее всего, обнаружат всё равно, даже если у вас будут нужные документы... Она американка. Как вы собираетесь это провернуть? Она не говорит по-французски, и я сомневаюсь, что говорит по-немецки, а американский акцент легко заметить, — Виктор подвёл итог целому ряду проблем, от которых у Вайолет сводило живот. Если им придётся бежать, то живыми они не выберутся, и, судя по всему, это произойдет очень и очень скоро. — Я тоже об этом думала, — призналась Кейтлин. Казалось, когда речь заходила об этих вопросах, она внезапно наполнялась энергией, и болезнь отступала на второй план, — мы просто должны сказать, что она глухонемая, и тогда всё станет проще. — Кейтлин, — глаза Виктора стали обеспокоенными, и он покачал головой, — глухие и слепые — это не те люди, которых немцы считают... частью общества. Между ними повисло молчание, пока женщины осознавали происходящее, а Виктор продолжил: — В начале оккупации они заставили меня отдать медицинские карты пациентов. Несколько моих пациентов были слепыми или глухими. Немцы специально забрали эти документы, и я больше никогда об этих людях не слышал... Я пытался связаться с некоторыми из них, поскольку большинство жили в соседних городах, но безуспешно. — Merde, — тихо пробормотала Кейтлин, оглядываясь на Вайолет. Каждый раз, когда она думала, что под властью немцев всё не может стать ещё хуже, это происходило. Когда Кейт была в безопасности за границей, она не могла и представить, каково это — жить в стране, оккупированной немцами. Она слышала истории, но всё было гораздо сложнее и зачастую жёстче, чем рассказывали дома. Вайолет слегка сжала руку Кейтлин, глядя на Виктора: — Тогда я просто заткнусь, и Кейт сможет говорить людям, что я стесняюсь. — Это всё равно большой риск и... — К чёрту риск, мы должны пойти на него, если хотим получить шанс на выживание, — Вайолет отпустила руку Кейт, напирая на Виктора. Кейтлин кивнула: — Как бы грубо это ни было сказано, Вайолет права. Нам нужны документы, чтобы выбраться отсюда. Ты можешь изменить её имя и вписать в документы французское гражданство. Я научу Вайолет французскому, чтобы она могла вести стандартный диалог с немцами, которые могут нас остановить. Они зачастую знают всего пару слов по-французски, и я могу сообщить им, что Вайолет не говорит по-немецки. Виктор кивнул, выслушав план Кейтлин: — Это может сработать, я бы даже сказал, что это ваш единственный шанс на выживание, если придётся срочно бежать. Я позабочусь о Паулин и ферме в случае вашего отъезда, но мне понадобится как минимум неделя, чтобы достать для вас поддельные документы. Кейтлин тоже кивнула: — Лишь бы они в конце концов у нас были. Мы будем как-то справляться, пока не получим документы. Правда? Генерал ясно дал понять, что он не терпелив, и Вайолет стало не по себе от мысли, что он всё ещё размышляет над планом, как получить от Кейтлин то, что ему нужно. Тем не менее им ничего не оставалось делать, только как ждать. Ждать, пока они не получат документы, которые позволят покинуть этот город и отправиться в другое и, наверное, лучшее будущее. Когда Виктор закончил осмотр и пришёл к выводу, что всё будет в порядке, Кейтлин пообещала не работать в ближайшие несколько дней и отдыхать, когда ей это будет необходимо. Вайолет знала Кейтлин достаточно давно, чтобы понять: заставить Кейт не работать будет чертовски сложно, но она твёрдо решила напоминать о необходимости отдыха. С Виктором они попрощались не сразу, и он пообещал доставить им документы как можно быстрее, хоть и не мог обещать, насколько быстро. Вайолет постаралась отогнать от себя беспокойство, а Кейтлин снова оказалась в её объятиях, как только Виктор вышел за дверь. В высоком стройном теле Кейтлин, свернувшимся калачиком в объятиях, было что-то такое, что заставляло переживания Вай утихать. Когда Кейтлин была рядом — это отвлекало от неприятных мыслей. Вайолет тихонько вздохнула, когда щека Дюбуа коснулась её ключицы, и почувствовала, как сердцебиение слегка успокоилось. Когда Вайолет посмотрела на неё, то увидела, что Кейтлин устала и нуждается в заслуженном отдыхе. — Спи, — посоветовала Вайолет, обхватив её руками. Они лежали в постели вдвоём, и это была до боли знакомая сцена. Кейтлин лежала на боку, прижавшись к сильной женщине. Руки Вайолет обвивали её талию, а дыхание Кейт снова нежно касалось кожи шеи Вай. — Расскажи мне сказку, — мягко попросила Кейтлин. Голос её звучал так невероятно мило, что Вайолет не удержалась и поцеловала тёмную макушку. Кто она такая, чтобы отказать Кейтлин в сказке, если она попросила об этом таким тоном? — Весёлую или грустную? — Весёлую, — ответила Кейтлин, и большие пальцы Вайолет нежно погладили её бедро, пока она задумалась о том, какую историю могла бы рассказать своей нераскрытой возлюбленной. — Жила-была девочка, которая выросла в Бруклине, — начала она и усмехнулась, увидев слабый намёк на улыбку на губах Кейтлин, когда та поняла, что сказка была личной историей, — мы назовём её... Лаванда. Кейтлин тихонько фыркнула, прижавшись к шее Вайолет: — Ты ведь понимаешь, что я знаю, что эта история о тебе? — Не перебивай, — мягко отругала её Вайолет, и Кейтлин тихонько рассмеялась, но после этого замолчала. — Лаванда выросла в любящей семье. Тёплая и полная смеха. У неё была младшая сестра и двое любящих родителей. Когда Лаванда смотрела на своих родителей, в её сердце зарождалось желание однажды разделить с кем-то такую же любовь, как у них. С кем-то, кто смотрел бы на неё так, как отец смотрел на мать, как будто солнце не светило без её присутствия, — при этих словах её мысли сразу же вернулись к Кейтлин, но Вай продолжила. — К сожалению, счастье не было вечным для Лаванды и её сестры. Пожар уничтожил весь дом, в котором она жила. Лаванда проснулась от криков, доносившихся снаружи здания, потому что решила спать с открытыми окнами в тот тёплый июльский вечер. Когда она увидела, что из-под их двери в комнату просачивается дым, тут же разбудила сестру и потянула её за собой, чтобы вытащить из окна и спустить по пожарной лестнице в безопасное место на тёмных улицах, куда как раз прибыла пожарная команда. Она ждала несколько часов, держа сестрёнку за руку, пока пожарные осматривали здание, чтобы найти выживших... К несчастью для Лаванды и её сестры, их родители не входили в эту группу. — Мне так жаль, Вайолет... — начала Кейтлин, но Вайолет перебила её. — Я же просила тебя не перебивать. — Прости. Вайолет хмыкнула и ещё раз поцеловала макушку, прежде чем продолжить: — Лаванду и её сестру забрали в приют, который не был очень-то приятным и уютным местом для ребёнка, но они всё равно были вместе. Несмотря на все потери и трагедии, у них оставалась искра надежды на то, что они смогут пройти через всё это вместе. Лаванда и её сестра были отличной командой. В приюте они устраивали разные шалости и умели вывести взрослых из себя. Кейтлин тихонько захихикала, вероятно, при мысли о том, как юная Вайолет и её сестра устраивали шалости в приюте. На лице Вай появилась улыбка, когда она вспомнила о счастливых временах, пережитых с Паудер. Насколько тесной была их связь и как сестра всегда полагалась на неё. — Но всему хорошему приходит конец, потому что младшую сестру Лаванды удочерила пара, которая не могла иметь детей. Они несколько раз навещали приют и каждый раз брали сестру на прогулку. Лаванда бесконечно слушала рассказы о том, какие они хорошие, и думала, случится ли когда-нибудь подобное с ней. Выберет ли её кто-нибудь... — на мгновение она замолчала, сглатывая ком в горле. Это должна была быть счастливая история, а она всё испортила. — У неё забрали сестру, но Лаванда знала, что сестра отправится в лучшее место, — мягко сказала Вайолет Кейтлин. Ей было невыносимо смотреть в эти прекрасные голубые глаза, полные сожаления, — а для Лаванды это было началом периода, когда её время от времени забирали в семьи. Но она никогда не оставалась. Они всегда возвращали девочку в приют. Одна семья всё же сумела завоевать её доверие. Это была семья музыкантов, где отец научил Лаванду играть на фортепиано, обнаружив, что у неё был талант. Кейтлин мило улыбнулась, внимательно слушая, как Вайолет снова заговорила: — Она прожила с ними несколько лет и получила двух братьев. Бо́льшую часть времени они раздражали, но каким-то образом нашли путь к её сердцу. И какое-то время Лаванда была счастлива. Снова стала частью настоящей семьи, и это принесло ей чувство дома, которое она потеряла много лет назад. У Лаванды были люди, которые выбрали её, и это было всё, о чём она когда-либо могла мечтать. После этого Вайолет замолчала, а яркие глаза Кейтлин вопросительно взглянули на неё: — Очевидно, это не конец твоей истории, — заключила Кейтлин, но Вайолет покачала головой. — Я обещала тебе счастливую историю. Всё, что будет после этого, не подходит под параметры счастливой истории. Поверь мне, — вздохнула Вайолет, и её руки рассеянно притянули Кейтлин чуть ближе. — Тебе нужно поспать. Кейтлин кивнула, снова уткнувшись лицом в шею Вайолет, глаза её закрылись, а дыхание слегка замедлилось: — Вайолет? Вайолет вопросительно промычала в ответ, её губы нависли над головой Кейтлин, а затем нашли своё пристанище между чёрными корнями. — Надеюсь, ты знаешь, что я бы выбрала тебя. Я бы выбрала тебя в любой ситуации, в любое время, — прошептала Кейтлин, её голос был усталым от навалившегося желания уснуть. Вайолет почувствовала, как что-то внутри неё дрогнуло, когда тёплые слова Кейтлин проникли в сердце. Она на мгновение зажмурилась, чтобы сдержать слёзы, которые грозили наворачиваться на глаза. Вай тихо промолвила свой ответ, хотя была уверена, что Кейтлин уже уснула: — Я думаю... — она подождала пару секунд, чтобы убедиться, что Кейт и правда спит. Только после этого Вай наконец произнесла то, что боялась признавать. — Я думаю, что солнце не светит мне без твоего присутствия рядом.