Я и Ти: #Сохраняйте спокойствие, Кхун Ти!

Щелчек. Пич продолжал снимать, выполняя свою работу безупречно, хотя мысли его невольно возвращались к недавнему сообщению. Сердце билось так сильно, что это пугало. Нет, это не было связано с романтическими чувствами — исключительно тревога и волнение. Он тихо вздохнул, пытаясь понять, зачем русскому мафиози понадобилось появляться в маленькой студии. Да, съемка рекламы была частью бизнеса этого человека, но разве владелец компании обязан лично контролировать процесс? Пич сделал еще один снимок и посмотрел на экран камеры. Последняя фотография оказалась портретом Арана, молодой модели, который широко улыбался в объектив, его глаза сияли. Этот естественный шарм был настолько притягательным, что Пич сам невольно улыбнулся. "Какой же он обаятельный", — подумал фотограф, но тут же замер, вспоминая недавний разговор с мистером Ти. Он отправил ему фото Арана, сделанное на съемочной площадке, с легкой улыбкой и живым выражением лица. Это был своеобразный подарок для мистера Мафия, который, казалось, был очарован молодым человеком. "Вот в чем дело! Он пришел ради Аран", — наконец понял Пич. Это осознание немного его успокоило. Очевидно, Ти спешил сюда только для того, чтобы увидеть Арана, ведь в последнее время они, похоже, не встречались. Даже не обменялись номерами телефонов. Хотя, учитывая влияние этого человека, он вполне мог раздобыть номер парня, но, похоже, не решился позвонить сам. И это к лучшему — если бы Аран узнал, что номер был получен нечестным путем, впечатление о Ти могло бы испортиться. Почувствовав себя немного спокойнее от этой мысли, Пич вернулась к фотографированию. Время пролетело, и следующее, что он заметил, — это суматоха в углу студии. Однако он был настолько сосредоточен на своей работе, что не обращал на нее особого внимания. С этими мыслями Пич продолжил работать, чувствуя себя уже более расслабленно. Время шло, пока он не услышал оживленные голоса с другого конца студии. Однако он был слишком увлечен съемкой, чтобы обратить внимание. Лишь когда режиссер объявил перерыв, позволив Арану переодеться для следующей сцены, Пич заметил, что кто-то пристально на него смотрит. Подняв глаза от камеры, он невольно вздрогнул. Высокий, статный мужчина, наполовину русский, наполовину итальянец, сидел, скрестив руки, позади режиссера. Но его взгляд был устремлен не на монитор, как следовало бы, а прямо на Пича. Эти глаза, сверкающие, как у хищника, выслеживающего добычу, заставили его вздрогнуть. Холодок пробежал по спине, а волосы на затылке встали дыбом от внезапного волнения. Почему ты смотришь на меня? Я сделал что-то не так? Фотограф нахмурился, отвёл взгляд и снова сосредоточился на камере, хотя в голове у него всё крутилось с бешеной скоростью. Через некоторое время,мельком глянув на время, отображённое на экране камеры, наконец понял, в чём дело. Уже вечер. Возможно, он ждёт Арана или раздражён, что я не подготовил расписание заранее. Пич бросил взгляд на режиссёра. Было очевидно, что тот чувствовал себя неловко под пристальным взглядом владельца компании, сидящего позади. Бедняга, не выдержав давления, поднялся и направился проверять порядок на съёмочной площадке. Воспользовавшись моментом, молодой человек подошёл ближе, слегка наклонил голову и тихо заговорил с режиссёром средних лет: — Думаю, на сегодня можно заканчивать. Мы и так сняли больше, чем планировалось, — предложил он, бросая взгляд на молодого мафиози, чей взгляд становился всё более пронзительным. Режиссёр, вытирая пот, выступивший без видимой причины, оглянулся на лицо председателя компании и поспешно кивнул на предложение. Пич отступил назад, наблюдая, как режиссёр громко объявляет об окончании съёмочного дня. Попрощавшись с коллегами, фотограф быстрым шагом направился к гримёрной красивой модели. Постучав в дверь, он услышал разрешение войти и открыл её. Аран как раз снимал макияж. Кажется, ему уже сообщили об отмене съёмок на сегодня. Увидев, кто вошёл, модель тут же подошёл и спросил: — Почему съёмки отменили, Пич? — Мы сняли больше, чем планировалось. Режиссёр решил дать всем отдохнуть, — ответил тот, слегка уклонившись от полной правды. Подойдя ближе и немного помедлив, он добавил: — Ран, сегодня мистер Арсени заглянул к нам. Юноша резко повернулся, большие глаза расширились от удивления и тревоги. В его взгляде читалась смесь испуга и настороженности, словно он был маленьким зверьком, загнанным в угол. Пич, заметив это, невольно улыбнулся и мягко погладил его по голове, чтобы успокоить. Но только на мгновение — он тут же убрал руку, опасаясь, что Таван может войти и увидеть это. Тогда ему точно не поздоровится. – Почему он здесь? Он злится на меня? –нахмурившись, спросил Аран, с тревогой сжав губы.Пич не смог удержаться от смеха, испытывая искушение спросить, как, черт возьми, младший пришел к такому выводу. Этот босс мафии, вероятно, съел бы тебя, если бы мог! Пич оставил эту мысль при себе, чтобы не напугать молодого человека ещё больше. Иначе пострадает именно он. — Возможно, он хочет наладить отношения. Всё-таки вам ещё долго работать вместе, — ответил он, хотя знал, что председатель компании вряд ли пришёл ради этого. Но это было самое разумное объяснение в данной ситуации. Модель задумчиво нахмурился, и Пич поспешил добавить: — Думаю, стоит выйти и поприветствовать его. Это будет вежливо. — Он сделал паузу, заметив, что Аран явно о чём-то беспокоится. — К тому же, я боюсь, что кто-то может рассказать ему про тот случай, когда Таван выбросил букет мистера Арсени. Это может привести к конфликту. Аран нахмурился еще сильнее, но в итоге медленно, хоть и с явной неохотой, кивнул. Увидев его капитуляцию, Пич расплылся в широкой улыбке. Он уже собирался предложить ему немного обновить свой стиль, как вдруг в кармане завибрировал телефон. Пич вытащил телефон, предоставив Арану возможность продолжить собирать вещи. На дисплее высветилось сообщение: Т:Уже вечер, ты что, не собираешься ужинать? Он заморгал, пытаясь осмыслить смысл фразы, будто внезапно перестал понимать, о чем речь. Что это вообще значит? Ты намекаешь, что нужно пригласить Арана на ужин? Или это что-то другое? Фотограф тяжело вздохнул, потер переносицу, ощущая, как по лбу скатывается воображаемая капля пота. Сколько раз за этот день ему приходилось играть роль посредника, хитрить и подстраиваться ради этих двоих? Почему, чтобы полюбить друг друга, им обязательно нужно было втягивать в это его?В мыслях он уже жаловался, мечтая встряхнуть Купидона за плечи и спросить, почему тот не может выполнить свою работу самостоятельно. Но образ Купидона в его голове слишком напоминал Ти, мистера Мафию, чтобы решиться на это. В итоге он лишь покорно вздохнул и продолжил выполнять свою "миссию". Через мгновение Аран с решительным видом подтянул ремешок своей сумки и подошел ближе, давая понять, что готов. Его вид напоминал солдата, собирающегося на поле боя. Пич, собравшись с мыслями, мягко улыбнулся, чтобы приободрить его. Затем он обернулся к менеджеру и сказал: — Возвращайтесь, я сам провожу модель. В конце концов, он заставил Ти ждать. Эстафету всегда можно было передать позже. Они шли бок о бок, и Пич, поддерживая непринужденный разговор, время от времени подшучивал, чтобы вызвать у Арана улыбку. Постепенно напряжение в плечах модели ослабло. Вскоре они добрались до выхода из студии, где их уже ждал мистер Ти, скрестив руки и излучая свое привычное властное присутствие. Пич слегка наклонил голову, подходя ближе с натянутой улыбкой. — Добрый вечер, господин Ти. Для меня большая честь, что вы лично пришли проверить работу. Ти тут же нахмурился, его лицо стало еще более мрачным, ясно выражая недовольство услышанным. Но Пич не обратил на это внимания.Миссия была выполнена: Аран оказался там, где нужно. Если сегодня Таван не появится, лучше момента просто не найти. Пич широко улыбнулся и указал на модель. — Позвольте мне официально представить: это Аран, модель для нашей коллекции Fall. — Пич широко улыбнулся и повернулся к своему спутнику. — Ран, поздоровайся. Это господин Тиракит Арсени, президент компании Arseny. Аран мельком взглянул на Ти, затем вежливо поклонился, сложив руки в безупречном "вай". Фотограф облегченно выдохнул, радуясь, что у парня хватило самообладания сделать все как надо. Пронзительный серый взгляд гангстера смягчился — пусть и совсем немного, но Пич это заметил. Внутренне он похвалил себя за успех и тут же перешел к следующему шагу. — Уже совсем стемнело, — заметил он, театрально прижимая руку ко лбу. — А у меня вечером еще дела, совсем забыл! Он сделал вид, будто сильно расстроен: — Простите, господин Ти, но у меня срочная работа. Хотя вы пригласили меня на ужин, я не смогу составить вам компанию. Гангстер резко повернулся к нему, его стальной взгляд наполнился напряженной хищной энергией. Его недовольство было столь ощутимым, что один из ближайших подчиненных инстинктивно отступил назад. Но Пич, словно ничего не замечая, остался невозмутим. Он лишь повернулся к красивому юноше, сложил руки вместе и, глядя с мольбой, произнес: – МистерТи действительно очень серьезно относится к этой осенней коллекции. И раз уж у тебя на сегодня ничего не запланировано, Ран, умоляю, не мог бы ты поговорить с ним от моего имени? Я уверен, что его люди подбросят тебя на обратном пути. –Меня не нужно подвозить, Пич, я могу добраться домой сам, — ответил Аран, качая головой так быстро, что его волосы разлетелись во все стороны. Но Пич не собирался сдаваться. Он уже взял на себя эту задачу и намеревался довести её до конца. Он крепче сжал руки модели, глядя на него с самым умоляющим выражением, которое только мог изобразить. –Я обещал нашему менеджеру, Ран. Как я могу нарушить своё слово? К тому же, ты становишься всё более популярной. Что, если ты остановишь не того водителя или столкнёшься с одержимым фанатом? Что бы ты тогда сделала?» — выпалил Пич, не дав Арану шанса ответить. Затем он быстро повернулся, схватил большую руку мужчины и, волнуясь, вложил в нее тонкую ладонь Арана. В своем порыве он совсем забыл, что не должен так бесцеремонно прикасаться к другим. Но он уже сунул нежную руку Арана в широкую ладонь Ти, словно заключал какую-то сделку. Хорошо, тогда я оставляю это на тебя! — заявил Пич, быстро поклонившись. Прежде чем кто-либо успел что-то сказать, он отпустил их руки, развернулся на пятках и побежал к ожидавшему неподалёку такси. Профессионализм во всей красе, подумал он, уже представляя, как ест стейк вагю после того, как проделал такой трюк! **** Теракит замер на мгновение. Никто никогда не навязывал ему что-то или кого-то таким образом. Его острый взгляд следил за Пич, пока тот не скрылся в такси. Ти нахмурил брови, выражая смесь раздражения и недоумения. Но звук вибрации телефона вернул его к реальности. Отпустив руку Арана, он потянулся за телефоном. Его взгляд задержался на уведомлении, мелькнувшем на экране, и выражение лица изменилось, став сложным, как будто внутри него зашевелились эмоции, которые он сам не мог расшифровать. PE@CH: Я предоставил прекрасную возможность. Теперь все зависит от вас. Удачи! Ти сжал губы и сунул телефон обратно в карман. Когда он поднял голову, Аран уже стоял перед ним, нервно глядя. В его взгляде смешались беспокойство и лёгкий страх. Что-то в этом тронуло сердце мафиози, смягчив бурю, назревавшую внутри. Он не мог этого отрицать — Аран был впечатляющим. Юноша с тонкими, почти неземными чертами лица, худощавой фигурой, но с намёком на мускулатуру, и кожей, такой светлой и гладкой, что она практически сияла. Ти всё ещё чувствовал мягкое тепло его кожи с того момента, как держал за руку. И всё же, самым продолжительным ощущением оставалось грубое тепло чужой руки. – Э-э… ​​вы уже поели, мистер Ти? – Нерешительный голос Арана нарушил тишину. Его тон дрогнул, но в его словах звучала решимость. – Я готов ответить на любые вопросы о съемках осенней коллекции "Fall"от имени Пича. Я имею в виду, что он знает большую часть деталей, но… Я часто приходил, чтобы проверить, как продвигается работа.Может быть, я смогу помочь хоть немного. Тиракит посмотрел вниз, чувствуя, как внутри всё ещё сжимается раздражение. Больше всего его расстраивало то, что он не мог понять, почему именно он так зол. Сделав глубокий вдох, он подавил вихрь эмоций и ответил сухим, авторитетным тоном: – Садись в машину. Пич приложил столько усилий, чтобы подготовить эту встречу. Меньшее, что он мог сделать, — это воспользоваться предоставленной возможностью. Хотя в душе царила такая путаница, какой он не испытывал никогда прежде.