У Смерти будут твои глаза

В одну из июльских ночей резкая боль в груди выдернула Тома из сна. Последним, что он видел перед пробуждением, была рыжая лиса, бросившаяся от него вглубь Запретного леса. А сейчас маг сидел на своей постели, глубоко дыша и морщась от столь знакомой, но уже позабытой боли. Последний раз он чувствовал себя так в лесах Албании, когда поместил очередную часть себя в диадему. Но тогда не было этого жуткого прилива торжества, которое сейчас затопило все его сознание. Вдруг острая боль пронзила висок, вынуждая Риддла зажмуриться и сжать переносицу. В сознании проносились образы: раскрытый медальон лежал в луже крови на полу, склонившийся перед постаментом Петтигрю что-то бормотал себе под нос, а на постаменте, в кольцах огромной змеи, находилось нечто отдалённо напоминающее сморщенный эмбрион. К горлу мужчины подступила тошнота и в то же мгновение осознание накатило снежным комом. Риддл распахнул глаза и стремительно направился прочь из спальни прямо к ритуальному залу. Войдя в зал, он взмахом руки зажёг свечи и принялся закатывать рукава. Том знал, что медлить нельзя . Как только его второе воплощение окрепнет, оно тот час же узнает, что он жив. И как оно будет дальше действовать, известно лишь Мерлину. Лорд Волдеморт вернулся, пусть ещё и не в полной своей силе. Теперь у Риддла стало на одну проблему больше: как вытащить часть души из живого сосуда, причём обладающего собственным сознанием? Радовало только то, что этот сосуд не было необходимости оставлять в целости. А пока нужно было запечатать связь...

***

Воздух вокруг раскалился до невозможности. Было сложно дышать. То тут, то там в небо вздымались языки пламени. На волосы уже начал оседать пепел. Ещё никогда Мэллори не было так страшно. Буквально пару минут назад мимо её укрытия прошествовала толпа волшебников, закутанных в черные мантии с капюшонами, а их лица были скрыты масками. Мэллори затаила дыхание и старалась не издавать ни звука. Она прижалась спиной к стволу дуба, который так удачно её скрывал, и медленно сползла вниз, прикрыв глаза. Дурацкая привычка выбираться посреди ночи на улицу, в этот раз сыграла с девушкой злую шутку. Она оказалась слишком далеко от палаток Тонкс и Уизли, когда начался погром. И сейчас она сидела на земле, отчаянно сжимая в руках свою кипарисовую палочку, прекрасно понимая, что она ничего не сможет сделать в случае чего. Мэл медленно накрывала волна паники. Все ее чувства были обострены, и когда совсем рядом раздался шорох листвы, она вскочила на ноги, выставив перед собой палочку. – Эй, полегче, Принцесса – раздался до ужаса знакомый голос – Это всего лишь я. – Тео, чёрт тебя подери! Нельзя так пугать! Мэллори с облегчением опустила палочку и покачнулась. Тео подскочил к ней и придержал за плечи, не позволяя ей упасть. В его глазах плескалось беспокойство. – Скажи на милость, что ты здесь делаешь? Насколько я знаю, твоя семья в противоположном конце лагеря. И я уверен, они ищут тебя. Мэллори вздохнула, пытаясь успокоиться. – Я... я вышла на минуту, – тихо произнесла она, понимая, что это звучит глупо. – Минуту... – с сарказмом повторил Тео, приподнимая бровь. – Тебе не следовало выходить одной ночью. Никогда так не делай. Мэллори кивнула, осознавая всю серьезность ситуации. – Тебе нужно вернуться, – произнес Тео, оглядываясь по сторонам. Пламя разгоралось все сильнее, стремясь подобраться к деревьям, где они стояли. Он взял её за руку, и Мэллори почувствовала тепло его прикосновения. Оно давало девушке чувство безопасности и успокоения. – Пошли, – кивнула Мэл. Когда Тео и Мэллори наконец добрались до палатки Тонксов, сердце девушки колотилось как сумасшедшее. Первой её заметила Андромеда. Смесь облегчения и злости проскользнула на её лице. – Ты где была?! – резко воскликнула женщина, игнорируя присутствие Тео. – Мы искали тебя повсюду! Ты могла погибнуть! Мэллори тут же почувствовала укол вины. Она хотела сказать, что всё в порядке, что ничего не произошло, но прежде чем слова успели вырваться, её мать обратилась к Теодору. – Благодарю вас, мистер Нотт, что привели мою дочь назад, но вам лучше уйти. Думаю ваш отец будет вас искать. Тео замер на секунду, не зная как реагировать, но потом кивнул и направился к выходу. – Тео... – неуверенно окликнула его девушка. – Все хорошо, Мэл. Главное, что ты в безопасности. Увидимся в школе. Парень вышел из палатки, оставляя девушку наедине с семьёй. Вскоре в палатку подошла семья Уизли вместе с Гарри и Гермионой. Молли попыталась отчитать Мэл, кто-то опрометчиво упомянул про детишек-пожирателей, и в итоге девушка просто сорвалась, заявив, чтобы семья Уизли не лезла не в своё дело. И так же легкомысленно бросила им фразу, что статус предателей крови у них не просто так. Андромеда, поняв что ситуация выходит из-под контроля, обхватила Мэл и, вызвав домовика, переместилась домой. Девушка сразу же вырвалась и убежала в свою комнату. Меда же, глубоко вздохнув, вернулась в лагерь, извиняться. Остаток лета Мэллори провела под домашним арестом. Хотя на самом деле ей и самой не хотелось никуда выходить. Она закопалась в библиотеке, зная, что мать просто не сможет ей это запретить. Для бывшей Блэк образование детей было священно. И отбирать книги, в качестве наказания, просто не поднималась рука. Поэтому в этот раз Мэл поглощала всё про ауры, сновидения и души. Небольшая книжка про структуру и важность души настолько зацепила девушку, что та захватила её с собой в Хогвартс. Первые недели в школе она пыталась поговорить с Тео, но тот буквально избегал её. Драко же просто сказал не лезть. "Он не хочет для тебя проблем. Ты же понимаешь". Слова глубоко врезались в сердце и девушка вновь почувствовала себя одиноко. Гарри пытался её растормошить, рассуждая о предстоящем турнире, но получалось слабо. А потом произошло то, что произошло. Кубок выплюнул имя Гарри, как четвертого участника турнира. И все покатилось в пропасть.

***

Дверь в крохотное помещение распахнулась. Женщина, сидевшая на кровати, сжалась в клубок, пытаясь стать как можно более незаметной. Сейчас в ней нельзя было узнать самую скандальную журналистку Британии: кожа посерела без солнца, под глазами залегли глубокие тени, некогда прекрасные локоны стали тусклыми и редкими. Рита боялась. Боялась того, кто мог войти в эту каморку. Когда год назад в пабе она встретилась взглядом с ярко-алыми глазами, она осознала, что это её конец. Который, как ни странно, не наступил. Да, её похитили и заперли неизвестно где, но в остальном всё оказалось лучше, чем она ожидала. Но Темный Лорд не был бы Темным Лордом, если бы не продержал ее под пыточным несколько минут, а после не залез бы ей в голову. Вторжение Лорда было хуже круциатуса, он не собирался с ней церемонится. Но после той мучительно долгой ночи, Рита раз и навсегда уяснила для себя, что Мэллори Поттер-Тонкс неприкосновенна. А потом ретивую журналистку заперли, дабы она подумала над своим поведением. Все это время она не видела никого, только еда появлялась трижды в день, да и санузел присутствал в этой каморке. И сейчас, впервые за очень долгое время, дверь была открыта. На пороге, прислонившись к косяку, стоял Тёмный Лорд. Его лицо было холодным и бесстрастным, но глаза пристально изучали Скитер. – Надеюсь, что ты выучила урок, – сказал он тихо, но с явным удовольствием в голосе. – И я предоставлю тебе шанс доказать свою лояльность. Ты должна будешь отправиться в Хогвартс на Турнир Трёх Волшебников. Ты будешь писать о каждом испытании, каждом участнике... и, конечно же, следить за теми, на кого я укажу. Мне будет нужна информация. – Вы хотите, чтобы я была вашими глазами и ушами, – хриплым голосом проговорила Рита, тщетно пытаясь подавить дрожь в голосе. – Это так, – кивнул Темный Лорд. – Но помни – одна ошибка, и ты не отделаешься так легко. А теперь, приведи себя в порядок. Будет странно, если Рита Скитер явится в Хогвартс словно побитая жизнью женщина. Лорд развернулся и направился вглубь поместья, оставляя дверь открытой. До Риты донеслось: "Блистай, Скитер. И не разочаруй меня".

***

– Надеюсь это того стоило, Хорёк? – возмущалась девушка, стоя в заброшенном классе. – Или ты думал, что всем плевать на Гарри? Как оказалось – нет. – Мэл... – растерянно произнес блондин, который всё ещё не привел себя в порядок. – Я не хочу тебя слушать. Я же просила не трогать его. Неужели так трудно? – на глазах выступили слёзы – Ты думаешь, что ему это всё нужно? Да чихать он хотел на этот турнир и всю славу. Вся школа против Гарри. Даже чёртов Уизли... – Мэл, да пойми ты. Это просто идиотская привычка. Мы с Поттером всегда цапаемся, иначе никак, – Драко потупил взгляд. – я же не знал, что его так заденет. В этот момент дверь в класс приоткрылась, и внутрь поскользнул Нотт. Его взгляд скользнул по расстроенной девушке и переместился к Малфою. Тео медленно подошёл, не сводя глаз с Драко. – Что за балаган ты устроил, Малфой? – холодно спросил он. – Неужели так трудно понять, что сейчас не время? Драко поднял голову, но слова застряли в горле. Мэллори сделала шаг вперёд. – Тебя кажется никто не звал сюда, Нотт. Как-то прекрасно обходились и без тебя, – угрюмо произнесла она и направилась к выходу. – Малфой, надеюсь, что ты действительно поймёшь, что не так. Когда Мэллори дотронулась до ручки двери, Тео схватил ее за запястье. Она обернулась и увидела, что он стоит перед ней с взглядом брошенного щенка. – Мэл, подожди, – еле слышно произнёс он, – я… я хотел извиниться. Я избегал тебя не потому, что мне было плевать. Просто я думал, что твоя семья больше не одобрит наше общение. Мне казалось, что так будет лучше для всех. Девушка посмотрела на него с удивлением и раздражением. – А подумать, что чувствую я, тебе было сложно? Я думала, что ты просто игнорируешь меня, что тебе плевать. Тео нервно сглотнул и отпустил руку: – Я виноват. Но сейчас я понимаю – так поступать с тобой было большой ошибкой. И если ты готова простить меня… Мэллори лишь вздохнула: – Хорошо. Я подумаю над этим. А сейчас мне нужно идти. Она повернулась и медленно пошла к выходу из класса. Когда дверь за ней закрылась, он тихо спросил у Драко: – Как думаешь, она простит? – Ты такой идиот, Нотт. – пробормотал Драко, мысленно радуясь, что, кажется у этой парочки всё налаживается. – Да и я тоже...