Звёзды над Тисовой улицей

Гарри сидел в своей комнате, сердито уставившись в окно. Он чувствовал себя брошенным.  Пустой дом тоже издавал звуки. Ворчали трубы. Гарри лежал в ступоре, без мыслей, без движения, несчастный. И вдруг с кухни очень отчетливо донесся грохот. Гарри молниеносно сел и внимательно прислушался. Это не Дурслеи слишком рано, да и потом он бы услышал машину. Гарри схватил с тумбочки волшебную палочку и встал лицом к двери, изо всех сил напрягая слух. И сразу же отпрянул и дверь распахнулась. Гарри замер, глядя сквозь дверной проем на неосвещенную лестничную площадку, и старался уловить хоть что то, но теперь вокруг было совершенно тихо. Сердце билось уже не в груди, а в горле. Внизу, в темноте холла, стояли какие-то люди. Пришельцев было восемь или девять, и все они, кажется, смотрели прямо на Гарри.   Он узнал Люпина и Грюма, но остальных он видел впервые. — Собирай вещи, Поттер, — буркнул Грюм, оглядывая комнату. — Мы уходим. Он обернулся к окну. Было темно, но он знал, что где-то там, через дорогу, в своём доме сидит Эвита. Они не виделись с ней после той встречи. — А как мы доберемся до... ну, до места? — спросил Гарри. — На метлах, — ответил Люпин. — Другого способа нет. Ты еще маленький, чтобы аппарировать, кру-жаные пути просматриваются, а если мы незаконно создадим портшлюс, нам вообще крышка. — Рем говорит, ты классно летаешь, - низко и звучно сказал Кингсли.    — Просто отлично, — подтвердил Люпин, поглядев на часы. — Ладно, так или иначе, тебе, Гарри, надо собираться. Когда дадут сигнал, мы должны быть готовы. Эвита сидела на подоконнике своей комнаты, кутаясь в тонкое одеяло. Она не знала, почему, но снова посмотрела в сторону дома напротив. Гарри исчез. Несколько мгновений назад в его окне мелькнули какие-то фигуры. Потом свет погас. Она нахмурилась. Это что, его забрали? Внезапно в её комнату влетела сова. Большая, белая, пушистая. — Ты Гаррина сова? — шёпотом спросила Эвита. Букля недовольно ухнула и протянула лапу. — Ладно, ладно. — Эвита осторожно развязала записку. В конверте не было письма — только пустой лист. — Ты хочешь, чтобы я написала ему? Сова посмотрела на неё в упор. Эвита взяла ручку и быстро начала писать. “Гарри, ты исчез, и мне это не нравится. Что случилось? Ты в порядке?” Она помялась, потом приписала: “Если что, я знаю, как спрятать труп.” Она усмехнулась, сложила письмо и протянула его Букле. Сова вылетела в ночь, оставляя её в странном предчувствии. Гарри ходил по комнате кругами, сжимая кулаки. Он ждал этого разговора. Ждал объяснений. Ждал, что Рон и Гермиона скажут хоть что-то, что изменит его злость. Но чем дольше он слышал их оправдания, тем сильнее кипела в нём ярость. — Мы не могли писать! — повторила Гермиона в который раз, её голос дрожал, но она упрямо стояла, скрестив руки. — Ах, не могли? — Гарри зло усмехнулся. — То есть написать хоть одно нормальное письмо — это слишком сложно, да? А как насчёт “Привет, Гарри, с тобой всё в порядке? Мы по тебе скучаем”? — Мы не могли говорить о важном. — Да наплевать мне, — рявкнул Гарри. — Я не просил вас выдавать секреты Ордена, Гермиона. Я просто хотел знать, что вы не бросили меня. — Мы не бросали, Гарри. Гарри резко обернулся к нему. — Да? Тогда почему я сидел там, один, в доме , и от вас почти ничего не слышал?! Рон открыл рот, но закрыл его, не найдя, что сказать. Гермиона вспыхнула. — Мы думали, что так будет лучше! — Лучше?! — взорвался Гарри. — Для кого, Гермиона? Для меня? Для вас? Для Дамблдора?! — Не ори, — пробормотал Рон, но Гарри уже не мог остановиться. — Вы все считаете, что знаете, как мне лучше! Вы все… Вдруг что-то ударилось в стекло.Все трое замерли. На подоконнике сидела Букля, уверенно держа в клюве запечатанный конверт. Гарри, сжав кулак, медленно подошёл к окну и взял конверт. На нем крупными буквами было написано: «От Эвиты». Несколько секунд он просто смотрел на конверт, словно пытаясь понять, что за тайна скрывается в этих словах. Затем, с лёгкой неуверенностью, он аккуратно вскрыл конверт. Несколько секунд он просто смотрел на короткие строчки. Потом неожиданно усмехнулся. «Если что, я знаю, как спрятать труп.” — Да уж, Эвита, — пробормотал он, почувствовав, что ему стало легче. — Кто тебе писал? — спросил Рон, заглядывая в письмо через его плечо. Гарри быстро сложил лист и убрал его в карман. — Подруга. Гермиона нахмурилась и пересекла руки: — Гарри, мы её даже не знаем. Ты не можешь слепо доверять кому-то, о ком у нас нет никаких сведений. Мне она не внушает доверия.