Ветры Танабаты

Йоичи попытался заглушить мысли учебой. Раскрыл ноутбук, достал конспекты, принялся читать, делать пометки. Дисциплина — его любимый способ не сойти с ума. Но даже на полях тетради он вдруг обнаружил, что машинально написал: “Михаэль”. Не заголовок. Не фамилию из учебника. Просто… имя. Его. — С ума сойти, — выдохнул Йоичи, с досадой зачёркивая надпись. Он откинулся на спинку стула, глядя в потолок. Внутри всё было… беспокойным. Словно его душу заперли в слишком тесной коробке, и теперь она царапалась изнутри, просясь наружу. Он не знал, как это объяснить. И никому не хотел. И тут — вибрация. Телефон мигнул. От: Михаэль Кайзер «Не можешь меня забыть?» Йоичи уставился в экран. Он даже не сразу осознал, что прочёл, пока не прочёл снова. Рука непроизвольно сжалась в кулак. — Придурок, — прошипел он себе под нос. Он не хотел отвечать. Правда не хотел. Но пальцы уже скользнули по клавиатуре. Йоичи: «Отвали.» Ответ не заставил себя ждать. Словно Кайзер ждал именно этой реакции. Михаэль: «Встретимся в городе. Считай это предложением, от которого тебе трудно отказаться.» Йоичи тяжело выдохнул. Он знал, что не должен идти. Что каждый раз, когда он позволяет этому парню приближаться — всё становится только сложнее. Но, чёрт возьми… мысль о том, что он снова увидит его, мелькнула слишком быстро. И внутри стало… легче. Почти приятно. Он посмотрел на экран. Долго. Слишком долго. А потом — встал.                       ***** Город уже тонул в мягком вечернем свете. Фонари на улицах зажигались один за другим, растягивая свои жёлтые тени по мостовой. Люди сновали туда-сюда — с покупками, в паре, в одиночку. Шум был приглушённым, не гулким, как днём, а почти уютным. Йоичи шёл по набережной, вглядываясь в силуэты прохожих и периодически задавая себе один и тот же вопрос: что, чёрт возьми, он тут делает? Он не собирался приходить. Даже после сообщения. Он трижды набирал Кайзеру ответ, чтобы написать что-нибудь вроде «Я передумал» или «Занят». Но в итоге просто взял куртку, сунул руки в карманы и вышел из дома. Он не видел Михаэля сразу. Но тот, как обычно, нашёл его первым. — Ты всё-таки пришёл, — прозвучало у него за спиной. Йоичи обернулся и встретил его взгляд. На Кайзере не было ничего вызывающего — простая чёрная куртка, тёмные джинсы, волосы чуть взъерошены ветром. Ни фирменной ухмылки, ни высокомерного взгляда. Он выглядел… спокойно. Почти нормально. — Наверное, я просто идиот, — буркнул Йоичи. — Возможно, — усмехнулся Михаэль. — Но, видимо, тебе нравится быть идиотом именно рядом со мной. Йоичи фыркнул, но промолчал. Они зашагали в одном темпе. Без направления. Просто вперёд. Минуты шли. Разговор не клеился. Оба молчали, иногда оглядываясь на витрины или людей, проходящих мимо. Атмосфера не была неловкой — скорее, странно… ровной. Без напряжения. Без поддразниваний. — Ты вообще часто зовёшь людей вот так — «прогуляться»? — спросил Йоичи, нарушая тишину. — Нет, — ответил Михаэль, не глядя на него. — Обычно я не трачу вечер на тех, кто просит меня отвалить.  Йоичи чуть смутился, но не подал виду. — Тогда почему я? Михаэль на секунду замолчал. Потом пожал плечами: — Потому что с тобой интересно. И потому что ты не стараешься понравиться. — То есть ты ходишь гулять с людьми, которые тебе… не нравятся? — Я не сказал, что ты мне не нравишься, — отозвался тот, и Йоичи почувствовал, как что-то внутри будто щёлкнуло. Он посмотрел на Михаэля — тот шёл спокойно, руки в карманах, и всё в его облике было непривычно простым. Но в этом и была странность: Кайзер не должен быть таким. Где дерзость? Где подколы? Где ухмылка? Йоичи хотел что-то сказать, но слова не приходили. Вместо этого они продолжили идти молча, пока не вышли к мосту над рекой. Михаэль остановился и облокотился на перила. Йоичи стоял рядом, глядя в тёмную воду, где отражались огни вечернего города. Слов не было. Да и не нужно было — в этом молчании чувствовалось что-то плотное, чуть колючее, как будто между ними натянулась невидимая нить, дрожащая от любого движения. Он краем глаза скользнул по профилю Михаэля. Ветер тронул светлые волосы, и на мгновение ему снова почудилось то ощущение — тёплое, обжигающее изнутри — как в ту самую ночь на Танабате. Он даже не понял, почему вдруг вспомнил это. Всё случилось мгновенно — то, как их руки случайно соприкоснулись, когда оба чуть сдвинулись к центру перил, чтобы не задеть прохожего. Мягкое, почти ничего не значащее касание. Но для Йоичи оно будто ударило током. Он не успел среагировать, не успел даже сделать вид, что это пустяк — потому что в ту же секунду Михаэль резко отодвинулся. Йоичи почувствовал, как в груди будто сжался воздух. Он поднял взгляд. Михаэль смотрел в сторону, но на его лице не было ни усмешки, ни привычной маски. Что-то дрогнуло. И на один миг Йоичи увидел в нём не того, кем он привык его видеть — не дерзкого игрока, не звезду с вызывающим взглядом, а… человека. Живого, молчаливого, почти уязвимого. И прежде чем этот момент успел окрепнуть, Михаэль, не оборачиваясь, выдал: — Если ты хочешь меня соблазнить, то так не работает. Йоичи вздрогнул, отпрянул на шаг и резко отвернулся, будто кто-то облил его холодной водой. — Чёрт… — выдохнул он почти беззвучно. — Ты идиот. Он не стал ждать, не стал ничего объяснять — просто развернулся и пошёл прочь, стараясь идти быстро, ровно, не дать ногам выдать дрожь. Но чем дальше он шёл, тем сильнее чувствовал, как в ушах стучит кровь, а в груди… горит. Его пальцы помнили это прикосновение. Его голова — этот взгляд. А сердце… оно давно вышло из-под контроля. Он шёл быстро. Почти бегом. Как будто хотел оторваться — от улицы, от огней, от вечернего города, от тёплого ветра, который всё ещё носил в себе запах того мгновения. От него. Йоичи не знал, куда смотрел. Он просто шёл, пока улицы не стали привычно-пустыми, пока его дом не вырос впереди, и пока лестница не начала казаться бесконечной. Он вошёл в комнату, бросил ключи на стол, не включая свет, и рухнул на кровать, всё ещё одетый, с сердцем, колотящимся в груди, как будто он пробежал весь город. Молча уставился в потолок. Он не мог понять, что именно трогало его больше — слова Михаэля, или то, чего он не сказал. Это странное, слишком резкое отступление, когда их руки коснулись друг друга. Как будто в нём что-то дрогнуло, и он спугался. Не отшутился — спрятался. Йоичи снова закрыл глаза. И перед ним, как вспышка, встал тот момент с Танабаты. Как он впервые увидел его. Как сердце замерло на полудыхании. У него было странное чувство с самого начала. Как будто где-то глубоко, почти животным инстинктом, он уже знал, что этот человек вывернет его изнутри. Просто тогда ещё не осознавал, насколько. Он провёл рукой по лицу — кожа горела. Щёки горели. Чёрт. Он не мог сказать, что это было. Не мог описать, почему всё происходит так стремительно, так хаотично. Он только знал: Михаэль Кайзер — как торнадо. И теперь, попав в его зону притяжения, выбраться будет уже невозможно.