Не поздно что-то уже менять.

      В комнате царила звенящая тишина, нарушаемая лишь еле слышным шорохом одеяла, которым кутался парень. Напряжение застыло на его лице, словно маска, брови судорожно вздрагивали. Внезапно тишину разорвал оглушительный аккорд ─ музыка будильника ворвалась в комнату, словно взрыв. Майк подскочил на кровати, словно от удара током, глаза его расширились от испуга. Он судорожно схватил телефон, выключая назойливую мелодию.       ─ Идиоты, кто додумался поставить макана на будильник?! — прорычал он, яростно меняя трек на что-то более умиротворяющее.       Отбросив телефон рядом, он принялся растирать лицо ладонями, пытаясь прогнать остатки сна. Вновь схватив гаджет, он взглянул на время: одиннадцать утра.       ─ Какого черта у меня стоит будильник на это время? Какое сегодня число, вообще? И день недели… двадцать четвертое мая, суббота. И что с того? Что сегодня такое? Пиво по скидке?       Майк свесил ноги с кровати. Посидев немного, он поднялся и поплелся в ванную, умываться и чистить зубы. Он чувствовал себя не просто неважно, а отвратительно. Веки налились свинцом, а из носа вдруг потекла кровь. Заметив это, Майк коснулся струйки, испачкав палец, и тут же смыл кровь под струей воды. Подставив ладонь руки под нос, он наклонил голову и побрел на кухню. Там он достал вату и скомкал ее, запихивая в ноздрю, но через пару минут от вынул ее и выкинул. Он толком и не знал, как останавливать кровь из носа ─ вроде бы, достаточно просто засунуть туда вату, а может, даже смочить ее перекисью? Ему было все равно. Кровь не течет? И прекрасно.       В этот момент он не задумывался о причинах носового кровотечения: стресс, недосып, или что-то еще.       Майк, словно зомби, побрел к холодильнику. Открыв его, он разочарованно вздохнул. Пусто. Абсолютно. Только одинокий початый пакет молока сиротливо примостился на полке. Он машинально достал его, понюхал ─ вроде бы, еще не скисло. Налил в кружку и сделал большой глоток. Вкус был не самым приятным, но лучше, чем ничего.       Он вспомнил, что сегодня суббота. Значит, можно никуда не торопиться. Но это осознание не принесло облегчения.       Внезапно его охватила острая головная боль. Майк схватился за виски, стараясь справиться с пульсирующей болью. Он оперся на кухонную тумбу и закрыл глаза.       Спустя несколько секунд, Майк вновь открыл глаза и взглянул на кружку с молоком. В нем возникло чувство тошноты. Он вылил остатки молока в раковину и поставил кружку в раковину. Затем, пошатываясь, вернулся в комнату и рухнул обратно на кровать, уставившись в потолок в попытках расслабиться.       Майк застыл на кровати в позе звезды, терзая своим взглядом потолок, терзаемый смутным вопросом: зачем он вообще бредет из своей комнаты в эту унылую кухню? В голове мелькнула робкая мысль ─ а не вдохнуть ли свежего воздуха на улице? Но тут же угасла, словно догорающая свеча. Лень и апатия сковали его, не давая сделать шаг. Да и перспектива бесцельно валяться на кровати казалась до оскомины скучной.       Некоторое время провалявшись на кровати, он рывком поднялся, и в глазах на несколько секунд потемнело. Отмахнувшись от нахлынувшей черноты, словно от назойливой мухи, он распахнул свою дверь и поплелся к соседней. Растворив ее, он окинул взглядом Уилла, полулежащего на кровати с телефоном в руках. Тот обернулся, одарив Майка взглядом, полным плохо скрываемого раздражения.       ─ Чего?       ─ Да ничего, задницу поднимай, пойдем мелкотню во дворах кошмарить.       ─ Мне прошлого раза хватило по самое горло, когда ты окурок в детскую коляску запульнул, бои между квадроберами и хоббихорсерами устроил, бомжа с заброшки чуть до инфаркта не довел, с бабками на лавке переругался, гонял детей палкой, вымазанной в дерьме, с таджиками чуть ли не стенка на стенку пошел, да еще и три арбуза с рынка спер. И это только за один день!       ─ Ну, там еще чуваку руку сломал, пока в футбик гоняли, и с тебя в центре города штаны стянул.       ─ Мог бы хоть последнее не вспоминать, ─ проворчал Уилл, скривившись.       ─ Да как я могу это забыть? Ты мне тогда со всей дури по бошке засветил, до сих пор ощущение, что я отупел вдвое.       ─ Да у тебя там и так мозгов нет, куда уж тупеть-то?       Майк хмыкнул, демонстративно закатив глаза.       ─ Ладно тебе, зануда. Зато весело было! А сейчас чего киснуть? Погода вон какая, солнце светит. Пойдем хоть мороженое поедим, что ли. Или у тебя денег нет?       Уилл смерил его подозрительным взглядом.        ─ С чего вдруг такая щедрость? Обычно ты у меня занимаешь.       ─ Ну, сегодня я спонсор! Может, даже на аттракционы раскошелюсь. Но только если ты будешь вести себя прилично и не ныть.       Уилл все еще колебался. Перспектива провести день в четырех стенах его не прельщала, но и безумства Майка не вызывали восторга. Вздохнув, он все же поднялся с кровати.       ─ Ладно, уговорил. Но если ты хоть что-то выкинешь…       ─ Да понял я, понял! ─ Майк подтолкнул его к двери, ─ пошли, а то весь день просидим.       Выбравшись из комнаты, они направились к выходу из подъезда. Майк, оживленный перспективой предстоящих развлечений, подпрыгивал на ходу и что-то напевал себе под нос. Уилл же шел следом, хмуро глядя себе под ноги, словно предчувствуя неминуемую катастрофу.       На улице их встретил яркий солнечный свет и теплый летний ветерок. Майк, вдохнув полной грудью, широко улыбнулся.       ─ Ну что, куда двинем? ─ спросил он, оглядываясь по сторонам, ─ по заброшкам? Или для начала за едой?       Уилл пожал плечами. Ему было все равно. Главное, чтобы Майк не вздумал снова творить какую-нибудь дичь. Они направились в сторону ближайшего парка, где всегда было много народу и шумно. Майк, как заведенный, высматривал что-нибудь интересное, а Уилл старался держаться от него подальше, чтобы в случае чего успеть ретироваться.       Подойдя к ларьку с мороженым, Майк щедро заказал два огромных рожка с разными вкусами. Уилл, не ожидавший такой щедрости, удивленно приподнял бровь. Они уселись на скамейку в тени деревьев и принялись неспешно поедать лакомство. Майк, откусывая холодный пломбир, рассказывал какие-то нелепые истории, щедро приправляя их смешными жестами и гримасами. Уилл, вопреки своим опасениям, постепенно расслабился и даже начал улыбаться. Может быть, сегодняшний день не будет таким уж и ужасным.       Солнце пробивалось сквозь листву, играя бликами на их лицах. Звуки парка ─ смех детей, щебет птиц, приглушенный гул машин ─ создавали ощущение обыденности, чего-то успокаивающего. Уилл ощутил, как напряжение постепенно покидает его плечи. Вкус сладкого мороженого и беззаботный разговор с другом были приятным отвлечением от навязчивых тревог.       Внезапно, Майк замолчал, уставившись куда-то вдаль. Уилл проследил за его взглядом и увидел группу подростков, собравшихся вокруг старого заброшенного фонтана. Их громкий смех и развязные движения вызывали какое-то смутное беспокойство.       ─ Кажется, там начинается что-то интересное, ─ пробормотал Майк, доедая мороженое.       Уилл похолодел. Он знал этот взгляд, предвещавший неприятности.       «Только не это», – пронеслось у него в голове. Он попытался отговорить Майка, но тот уже вскочил со скамейки и направился в сторону фонтана, как мотылек на пламя.       С тяжелым вздохом Уилл поднялся и поплелся следом. Он понимал, что остановить Майка уже невозможно. Оставалось только надеяться, что на этот раз все обойдется без серьезных последствий. В конце концов, даже самая большая катастрофа иногда начинается с маленького любопытства.       Подойдя ближе, они увидели, что подростки что-то оживленно обсуждают, показывая пальцами на дно заброшенного фонтана. Вокруг валялись пустые бутылки и обертки от чипсов. Запах стоял соответствующий ─ смесь затхлости, алкоголя и дешевых сигарет.       Майк протиснулся в толпу, и Уилл, нехотя, последовал за ним. Внутри фонтана, по колено в мутной воде, стоял парень, явно перебравший с выпивкой. Он что-то невнятно мычал, пытаясь удержаться на ногах. Остальные подростки, подбадривая его смехом и шутками, подталкивали его к каким-то странным действиям.       Уилл почувствовал, как у него внутри все сжалось. Он уже догадывался, что последует дальше. И, как по заказу, Майк, с горящими глазами, повернулся к нему и прошептал: ─ А слабо?       Прежде чем Уилл успел что-либо ответить, Майк уже начал действовать, скидывая на землю кроссовки. С криком «Держись, приятель, сейчас поможем!» он прыгнул в фонтан, окатив окружающих грязной водой. Толпа разразилась одобрительным хохотом. Уилл, закрыв лицо руками, лишь тихо простонал: ─ Ну вот, началось.       Майк, несмотря на показную браваду, поморщился от холодной, склизкой воды. Под ногами чувствовалась какая-то мерзкая тина, а воздух вокруг был пропитан отвратительным запахом. Он подтолкнул шатающегося парня к краю фонтана, где тот, спотыкаясь, вывалился на сухую землю, под дружный хохот зрителей.       Выбравшись следом, Майк оглядел толпу, смотря на взгляд друга полного презрения. Уилл, стоя в стороне, неодобрительно качал головой.       Майк подошел к нему, вытирая грязные руки о джинсы.       ─ Ну че этот алкаш, к хуям скатился, стоять даже на ногах не может, ─ сказал он. Уилл промолчал, лишь бросил взгляд на его мокрую одежду. Ему было стыдно за друга, стыдно за эту глупую показуху.       ─ Пошли отсюда, ─ тихо сказал Уилл, разворачиваясь и уходя прочь. Майк, растерявшись, постоял несколько секунд, глядя ему вслед. Затем, пожав плечами, надел обувь и бросил короткое «Пока!» толпе, которая уже начала терять к нему интерес, и поспешил догнать Уилла. Тишина, повисшая между ними, давила сильнее, чем громкий смех, оставшийся позади.       Уилл шел быстрым шагом, стараясь скрыть свое раздражение. Он понимал, что Майк просто хотел произвести впечатление, но эта потребность постоянно лезть на рожон, устраивать цирк, его откровенно бесила. Это уже не юношеский максимализм, а какая-то болезненная зависимость от внимания.       ─ Слушай, ну чего ты? ─ Майк догнал его и попытался заглянуть в глаза. ─ Это же просто шутка. Все смеялись.       ─ Да, смеялись, ─ отрезал Уилл. ─ Над тобой. Ты выглядел как идиот, вытаскивая пьяного из фонтана. Тебе самому-то не противно?       Майк нахмурился. Он не понимал, почему Уилл так реагирует.       ─ Ты всегда такой зануда, ─ пробормотал он, отворачиваясь. ─ Нельзя немного расслабиться?       Уилл остановился и повернулся к нему.       ─ Дело не в расслаблении, Майк. Дело в том, что ты делаешь это ради внимания, а не ради удовольствия. Ты как марионетка, пляшешь под дудку толпы, лишь бы тебя похвалили. А я не хочу в этом участвовать.       — Ах, ты у нас сама адекватность и зрелость, — прошипел он, прожигая Уилла злобным взглядом. — Ну давай, поставь меня в угол или заставь стоять на гречке коленями.       Уилл усмехнулся, но в глазах плескалась не злость, а скорее усталость.       ─ Просто подумай, зачем тебе это все нужно. Неужели твоя самооценка настолько хрупкая, что требует постоянного подтверждения от посторонних? Хотелось бы, чтобы ты хоть иногда думал своей головой. Чтобы тебе не требовалось постоянное подтверждение твоей крутости от других людей.       Майк дернул плечом. Он не хотел признавать правоту Уилла, но где-то в глубине души понимал, что тот говорит правду. Желание быть в центре внимания, казаться крутым, заставляло его совершать глупые поступки. И вместо заслуженного уважения он получал лишь насмешки.       ─ Ты вечно ищешь какой-то скрытый смысл, копаешься в моих мотивах. Может, мне просто было весело? Может, я хотел помочь парню, который перебрал? Тебе никогда не приходило в голову, что все может быть проще?       Уилл вздохнул, потерев переносицу.       ─ Проще? Майк, ты же прекрасно знаешь, что это не так. Если бы тебе просто было весело, ты бы не рассказывал об этом всем подряд, не хвастался бы своими "добросердечными поступками". Ты бы просто помог и забыл. А ты устраиваешь целые представления, ─ он замолчал, глядя на Майка изучающим взглядом. ─ Знаешь, мне кажется, ты сам себе не до конца честен.       Майк нахмурился, отводя взгляд. Он всегда старался казаться беззаботным и уверенным, но в глубине души его грызла неуверенность.       ─ Да что ты прицепился? ─ огрызнулся Майк, отворачиваясь. ─ Я просто живу, как хочу. Тебе-то какое дело?       Уилл покачал головой.       ─ Дело мне есть, потому что ты мой. И ты должен потакать моим прихотям. Ты ведь прекрасно помнишь то, что я с тобой вытворял, ─ он положил руку на плече Майка, сжимая.       Майк резко обернулся, взгляд его метнулся к Уиллу. Зрачки превратились в крошечные точки, а лицо исказила нечитаемая гримаса ужаса. Сама память об этой улыбке, столь отвратительной, заставляла его содрогаться. Сбросив чужую руку со своего плеча, он отшатнулся назад.       — Не трогай меня… — прошептал Майк, и голос его дрожал.       Уилл на секунду смягчился, увидев неподдельный страх в глазах Майка. Он убрал руку и отступил на шаг, давая Майку пространство.       Майк часто заморгал и мир вновь обрел привычные очертания. Взгляд его, обращенный к Уиллу, теперь искрился злобой.       ─ Просто оставь меня в покое, ─ пробормотал он, пятясь назад. ─ Я сам разберусь. Без твоих нравоучений.       Уилл уже готов был вымолвить слова извинения, и в глазах его плескалось искреннее сожаление, но Майк и слушать не желал. Он отвернулся и, не удостоив Уилла даже взглядом, двинулся прочь, напоследок злобно выкинув в его сторону средний палец.