Объятия луны и пламя солнца

На следующий день весьма остро встала проблема с котенком. Даже если Мидеймос и защищал маленьких животных, он не мог принести их к себе, обычно ситуации не были такими плачевными и он подкармливал бродячих зверей, однако в этот раз котенок был совсем один, он просто не мог его оставить там, грязного и голодного. Фаенон это понимал как никто другой, но все же проблема от того не решалась, они не могли прятать котенка в комнате и надеяться что все будет хорошо. Собираясь с мыслями, блондин все таки погладил наконец котёнка и взял его на руки, в последнее время тот постоянно спал, да вот и сейчас задремал на ладони, пока Фаенон мягко поглаживал рыжую шерстку и аккуратно чесал спинку этому комочку. Снежок, его белый кот, потёрся о ноги и блондин наконец решился, тихо выходя из комнаты на кухню к родителям. Вздыхая, он зашел в комнату и без лишних слов раскрыл ладони, показывая котенка. Родители прекратили есть на мгновение, сначала не поняв что случилось, а потом устало вздохнули, причем синхронно. — Можно его оставить?  Мать первая ответила на вопрос, постаравшись звучать не слишком грубо, хотя и не особо получилось — Опять? Фаенон, у тебя уже есть кот, зачем ты еще притащил? Тебе делать нечего? Замешкавшись, парень пожал плечами, опуская взгляд на этот крохотный клубочек шерсти. Рассказывать что его принес не он, было ужасной идеей, он не хотел приплетать сюда друга — Он был совсем один на улице, его тыкали в лужу, вот и..  На удивление, через несколько минут уговоров родители всё-таки согласились, пригрозив что такими темпами отправят его работать чтобы содержать всех своих животных. Облегчённо вздыхая, Фаенон ушел обратно в комнату и заулыбался, тут же укладывая котенка на кровать и отправляя Мидею селфи с ним, сообщив что этот бесенок таки остается. К удивлению обоих, Мидеймос даже не поскупился на веселый стикер, затем отправив короткое «спасибо, я буду приносить корм» Выбор имени надолго не затянулся, Фаенон улавливал сходство с Мидеем, который итак был похож на ласкового льва, причем крайне гордого, и потому решил назвать котенка Симбой, символически поднимая его над собой шутки ради, держа при этом за хрупкое тельце под передними лапками. И уже через пару дней Мидей действительно принес корм, довольно большой запас, на что получил недовольный взгляд Фаенона. — Тебе деньги тратить некуда?  Мидей закатил на это глаза и улыбнулся, проходя в квартиру чтобы занести корм и следом снимая обувь. — Я ведь принимал участие в его появлении у тебя, разве мне нельзя его кормить?  В ответ ему лишь обречённо вздохнули, было очевидно переживания что друг такими темпами точно растратит всю небольшую зарплату с подработок и крошечные карманные, а потому парень тихо буркнул. — Я верну тебе деньги, дурень Мидей же, наконец разувшись, с недовольным прищуром посмотрел на него, а затем только понял, почему же его друг так отреагировал. Переживает. Внутренне даже растаяв от такого, он увел его в комнату и поставил корм у кровати, мягко начиная. — Тогда, может он будет нашим общим котом? Чтобы было по честному. Жить будет у тебя, но он наш, а потому я тоже буду ухаживать, идёт? Такой компромисс устроит?  Все еще немного хмурясь, Фаенон на мгновение замер от непривычной мягкости низкого голоса и после все же кивнул, соглашаясь. Возможно, ему не хотелось конфликта, а возможно просто грела мысль что у них будет общий котенок. Что может быть лучше.  Время текло как всегда очень быстро, каждое мгновение пролетало со скоростью звука, а жизнь будто бы совсем и не менялась. Спустя месяц оба парня снова сидели и играли в приставку, обсуждая прошедший день и двух котов, что позади них лежали на кровати. Рыжий уже немного подрос, бодро бегая по квартире и донимая старшего. Ну а Фаенон рассказывал кучу забавных историй о них, благо накопилось их предостаточно даже за такой короткий срок. Выбранное имя соответствовало характеру котенка настолько сильно, что блондин начинал шутить о том, что скоро назовет его Мидеем, слишком уж они похожи. Еще бы, оба гордые и все всегда контролируют, строят из себя независимых упрямцев, а когда сидят рядом с Фаеноном, так сразу притихают и становятся спокойными и ласковыми, чуть ли не охраняющими. Мидей на это замечание бурчал что-то недовольное, как обычно закатывая глаза и шутливо давая совсем несильный подзатыльник. Когда обоим надоела уже приставка, Фаенон развалился на полу где они сидели и принялся что-то рассказывать, крайне бурно жестикулируя и смеясь над своими же шутками и острыми комментариями друга, тем самым вызывая на губах последнего непривычно широкую улыбку и поднятые брови. Их обычное времяпровождение стало спокойнее, но реже, все же Мидеймос ходил на подработки, а Фаенон постоянно учился. Но сейчас был тот самый редкий момент, когда они оба могли забыть о заботах и просто проводить время вместе не только в школе, а в привычной и, что главное, комфортной обстановке. Мидей сегодня останется на ночь, а потому времени было вагон, и можно было расслабиться и отдохнуть ото всех, чему блондин был несказанно рад, уже изрядно соскучившись по таким посиделкам. Казалось, со временем ничего не меняется, разве что он все глубже и глубже тонул в своих чувствах, будто бы плавясь на ярком солнце и продолжая к нему лететь, инстинктивно стремясь к свету. И плевать, даже если это его сожжет, это была бы самая желанная смерть. Да, однозначно. Внезапно Фаенон поймал взгляд Мидея, что был направлен уже долгое время на планшет в его руках, он задумчиво стучал по экрану стилусом и не обращал внимание на молчание, что само по себе уже было удивительным. Старший даже заинтересовался такой сосредоточенностью и любопытно приподнялся, пытаясь заглянуть в экран, но столкнулся с неожиданной ситуацией — Мидей сразу же заблокировал устройство и убрал от него руки, вопросительно поднимая бровь. Фаенон даже сел от такого, все же они безоговорочно могли доверять друг другу, с чего такие секреты? Что-то случилось? Он накосячил? — Майди? Все нормально? Ты.. Никогда еще не прятал от меня экран Его друг, в ответ на это, неловко почесал шею и отвернулся, кончики его ушей заалели, а спина напряглась, создавалось впечатление что он сейчас готовится сбежать. Может, так оно и было? Фаенон испугался что затронул что-то слишком личное, тут же стушевавшись и решая дать заднюю, даже если и было интересно откуда взялось такое яркое смущение. — Не переживай, можешь не говорить если некомфортно, я просто удивлен Мидей тут же вскинулся и посмотрел ему в глаза, только потом снова отводя взгляд в сторону и возражая. Он совсем не это имел ввиду, просто не думал что это вызовет интерес и надеялся сохранить все в тайне, так сказать во избежание. — Не в этом дело, я просто не уверен какая у тебя будет реакция Теперь стало еще интереснее. Хмыкнув, Фаенон чуть помолчал, а потом максимально серьезно и честно ответил. — Разве я бы осудил тебя за что-то?  Как ни странно, эти слова помогли и Мидеймос протянул планшет ему, попросив никуда не нажимать и сказав пароль. Фаенон с интересом заглянул на экран и тут же замер, увидев.. Себя? Да, он определенно не ошибся, но фотографией это не было, это был рисунок. Пока еще не доработанный, буквально изображение того, как он сейчас лежал и что-то рассказывал, со своей широкой улыбкой. Немного небрежные штрихи окружения, полупрозрачные следы построения рисунка и внимательность к деталям. Потрясающе. Фаенон немного покраснел и проморгался, внимательно рассматривая рисунок и удивляясь тому, насколько он красивый и правдоподобный, все же его всегда очаровывало искусство. — Ты.. Ты все это время скрывал что умеешь рисовать?? Майди! Ты разбиваешь мне сердце!  Театрально прикладывая руку ко лбу, он чуть усмехнулся под смущенным и неловким взглядом, из-за чего Мидей казался еще более хмурым чем обычно. И лишь одни уши выглядывали красными кончиками, выдавая их владельца с потрохами. — Очень красиво и детализированно. Это и есть твоя подработка? Ты продаешь рисунки?  Снова сбитый с толку, Мидеймос удивлённо поднял брови и покачал головой, ответив что недостаточно хорошо рисует. И вот тогда началось веселье. Фаенон чуть ли не треснул ему, показывая на рисунок и на себя, демонстрируя сходство и действительно красивую работу, которую даже еще не закончили. Весь вечер он смотрел работы друга, разумеется, потратив добрые пять минут на уговоры о том чтобы увидеть их, и постоянно повторял о сожалениях что узнал он о таком только сейчас, не имев возможности наблюдать это постоянно. А потом настойчиво начал убеждать Мидея в том, что ему однозначно стоит выставлять работы и делать их на заказ, просто жизненно необходимо, как минимум попробовать так точно. Последний же, выслушивая это уже целый час, сдался и пообещал хотя бы подумать, удовлетворив тем самым Фаенона и успокаивая. А поздно ночью эти двое как обычно легли спать на одной кровати, между ними улеглись кот и котенок, а парни все никак не могли перестать разговаривать и шутить, обоим им этого так не хватало. К тому же теперь и тем для обсуждения прибавилось. А Мидеймос, хоть и молчал в основном, но все же внутренне никак не мог справиться с неловкостью и непонятной теплотой, если вспомнить, он еще никогда и никому не показывал как рисует, а делает он это с самого детства, что и помогло развить навык. Это было жестом действительно драгоценного доверия, хрупкого, но в то же время незыблемого. А Фаенон в который раз восхищался своим любимым человеком, действительно интересной личностью, который просто предпочитает не говорить и не показывать что умеет. Но вот сам блондин не мог остановить себя от болтовни на эту тему, словестно выражая свое восхищение и тем самым заставляя Мидея просто закрыть ему рот ладонью, чтобы хоть как то заткнуть и остановить поток совсем уж непривычных чувств в груди, было мучительно приятно осознавать что твой любимый человек тебя ценит и восхищается тобой, хотя и не привык он к такому от слова совсем. Быть может, именно поэтому ему было так странно осознавать все эти чувства в себе, как и в чужих словах. Кое как угомонившись, Фаенон протяжно зевнул и сощурил свои до невозможности красивые голубые глаза, что Мидей всегда ассоциировал с луной и брызгами пены на игривых волнах. Бесконечно он был готов смотреть в них. И как же хорошо, что Фаенон тоже не собирался покидать его, и он сможет с удовольствием исполнить свое желание. Это было действительно обнадеживающе. И владелец этих ярких голубых глаз, в свою очередь, непривычно серьёзно и внимательно посмотрел в глаза напротив, замирая и о чем то размышляя. Мидей на всякий случай даже не шевелился, пока не услышал тихий и спокойный, серьезный в данный момент голос — Спасибо тебе. За то, что ты есть, и что позволяешь мне быть рядом с тобой Мидеймос даже перестал дышать, пока чужая, нет, уже такая родная ладонь медленно убрала рыжую прядь с лица и заправила за ухо, следом робко замирая у лица. Фаенон, так ни на что и не решившись больше, убрал руку обратно к себе, прижимая ее к груди. Мидей очнулся через несколько долгих минут, прикрывая глаза и радуясь что его красные уши не видно. Внутри все перевернулось уже тысячи раз, и, казалось, этот круговорот никогда не закончится, пока он снова не заглянул в лазурные любимые глаза, что излучали бесконечное тепло. Мир в последний раз покачнулся и замер, стало бесконечно легко и очень плавно окружающее пространство рассыпалось на части. Все, кроме этих прекрасных, родных глаз, ощущающихся как прохладные объятия полной луны, что никогда не уйдет за горизонт.