Laid to Rest

Ло Бинхэ улыбается. Каждый раз его так быстро разоблачают, но это его мало тревожит. В конце концов, немного обидно, когда тебя раз за разом путают с этим слабаком. — Что ты сделал с Шень Цинцю? — скрипит зубами Лю Цингэ, Ченлуань неподвижно замер у его горла. Свет клинка выхватывает резкие черты лица и мягкий изгиб губ. Ло Бинхэ не соврал, заметив сходство с Лю Минъянь. В своем мире он никогда не встречался с этим Лордом Пика лицом к лицу — лишь мельком видел его в детстве, издалека — но узнал сразу. Его красота не уступает красоте сестры. Однако его раздражает, что имя того ублюдка снова и снова звучит в разговоре. Ло Бинхэ усмехается. — Ты и правда ему верен, да? Не переживай, я с ним не виделся. Не трогал его. — Кто ты? — глаза Лю Цингэ сузились. — Ло Бинхэ, — отвечает он, улыбка становится шире. — Разве не очевидно? — Ты — не он, — отрезает Лю Цингэ. — Я — он, — уверенно парирует Ло Бинхэ. — Хочешь доказательств? Синьмо вновь пульсирует в ножнах. Взгляд Ло Бинхэ скользит к губам Лю Цингэ. Он бродил по этим пустошам уже несколько дней, отправившись сюда за редкими ингредиентами, что усилили бы его власть над способностью Синьмо перемещаться между мирами. Ло Бинхэ — не из тех, кому просто отказать. Он привык брать желаемое, а Шень Цинцю этого мира… он все еще ненавидит его, все еще презирает. Но отказы он терпеть не может. Он вернулся в этот мир, где живет его слабая, мягкая копия, мир живых Шень Цинцю и Лю Цингэ. Решив подготовить идеальный удар, он собирал все, что нужно для точного контроля Синьмо. Оттого и задержался в пустошах. Но время здесь оказалось… весьма одиноким. Жажда Синьмо росла, и он вспомнил о домике неподалеку, где однажды спас одну из своих жен от яда шипов песчаного чудовища. Ее там не было — дом стоял пустым, заброшенным. Зато был Лю Цингэ. Увидев его на поле с закрытыми глазами, первым порывом Ло Бинхэ было убить его, пока тот не стал помехой. Но пульсация Синьмо и внезапное сходство с Лю Минъянь остановили его. Перекинувшись с ним парой слов, он отпустил его из уважения к его сестре. Судя по тому, как Лю Цингэ тут же умчался сражаться с очередным зверем, шансов, что он вовремя предупредит Цанцюн, было мало. Однако спустя часы, уловив угасший всплеск хаотичной энергии, Ло Бинхэ бросил потрошить водяного змея и полетел на поиски. Он нашел его лежащим лицом в песке, истекающим кровью подле того самого монстра, о котором он предупреждал. Тварь была мертва. Это слегка очаровало Ло Бинхэ. Еще больше его очаровало, как Лю Цингэ бранился, бессильный помешать спасению своей жизни, податливый в его руках, пока Ло Бинхэ вытягивал яд. Кровь была отвратительной на вкус из-за яда, но, убрав шипы, она стала сильной и сладкой. Ло Бинхэ провел языком по ранам, ускоряя их заживление, а рука Лю Цингэ лишь дрожала на его колене, не в силах сопротивляться. После долгого одиночества, без тех, кто мог бы утолить жажду Синьмо… Сидя так близко, вдыхая его запах, Ло Бинхэ ощутил… … Он никогда не был с мужчиной, но, оказываясь здесь, ловил себя на таких мыслях. Что-то в этом мире… Лю Цингэ буравил его яростным взглядом поверх Ченлуаня, приставленного к его горлу. Свет меча озарял лишь узкий клочок пространства между ними, оставляя ночь вокруг непроглядной. Ло Бинхэ мог бы легко обезоружить его, но не видел смысла. Ему нравился огонь в его глазах, когда он держал клинок. Это будоражило. Энергия Синьмо становилась плотнее, тяжелее, будто пытаясь подчинить его себе. Ло Бинхэ нахмурился, встряхнул меч в ножнах, и он притих. Он не обратил внимания на тонкую линию пореза, что Ченлуань оставил на его шее. — И что ты теперь со мной сделаешь, Лю Цингэ? — спросил он, взглянув на него. — Сразимся? Я не против, если хочешь. — Зачем ты здесь? — резко бросил Лю Цингэ. Его голос, глубокий и мощный, не походил ни на Лю Минъянь, ни на жен Ло Бинхэ, но все равно волновал. Ло Бинхэ улыбнулся. — Свести старые счеты. Лю Цингэ смотрел на него, лицо оставалось суровым. — С кем? — С Шень Цинцю, — ответил он, скользя взглядом по шее Лю Цингэ. — Он плохой человек, знаешь ли. Лицо Лю Цингэ исказилось от оскорбления. — Да что ты о нем знаешь! Ты даже не знаком с ним. — Я знаю его лучше всех, — глаза Ло Бинхэ сузились. Он страдал от его рук, и сломал его в ответ. Разорвал на части, смотрел на его тело — единственный у гроба. Плюнул на останки, прежде чем уйти, оставив гнить. Он знает его. — Тогда почему не свел счеты с Шень Цинцю своего мира? — потребовал Лю Цингэ. — Он мертв, — просто ответил Ло Бинхэ. Лицо Лю Цингэ потемнело, Ченлуань шевельнулся у горла Ло Бинхэ, когда он сменил стойку. — Ты убил его, — произнес он, не спрашивая. Голос напряжен, но тверд. — Не совсем, — нахмурился Ло Бинхэ. Технически, это Юэ Цинъюань убил его. — Я не дам тебе тронуть его, — сказал Лю Цингэ, сильнее сжав Ченлуань. Рука не дрожала, но Ло Бинхэ видел, как ей этого хотелось. Он прищурился. Почему все они так защищают Шень Цинцю? — Ты правда его уважаешь? — с отвращением бросил Ло Бинхэ. — После всего, что он натворил? — он смотрел на пульсирующую жилку на шее Лю Цингэ. — Этот человек убил тебя, — ядовито добавил он. — Он спас меня, — огрызнулся Лю Цингэ. — Так он заслужил твою преданность? — задумчиво протянул Ло Бинхэ, изучая его лицо. Пальцы постучали по рукояти Синьмо. — А если я тебя спасу? Морщина между бровями Лю Цингэ углубилась от ярости. В этот миг свет Ченлуаня мигнул и потускнел. Ло Бинхэ среагировал, пока Лю Цингэ не оправился от сбоя энергии, выбив клинок из его рук и сжав оба запястья так, что затрещали кости. — Хочешь, я спасу тебя? Вылечу от яда? — шепнул он на ухо Лю Цингэ, притянув его к себе во внезапной тьме. *** — Ты!.. — выкрикнул Лю Цингэ, оскорбленный, рванувшись из хватки. Он знал, что демон сдерживался! — Ты же знаешь, что для этого нужно!.. — Да, — жарко выдохнул Ло Бинхэ ему на ухо, обжигая шею. — Я уже сказал. Парное культивирование. Лю Цингэ замер на мгновение. Демон… этот фальшивый Ло Бинхэ… — Ты не… — задохнулся он. Он не мог иметь в виду… — Не бойся, я сделаю тебе приятно, — мягко шепнул Ло Бинхэ. — Со мной не будет больно. Сердце Лю Цингэ остановилось, затем заколотилось так яростно, что грудь едва не лопнула. Его бешеный ритм вытеснил воздух из легких. Он судорожно вдохнул, горло сжалось от ужаса. Он… Ло Бинхэ… — Как ты посмел! — взревел он, вырвав руки из железной хватки и оттолкнув демона со всей силой. Ци возвращалась рывками, Ченлуань загремел на земле, пытаясь взлететь, но рухнул, свет то вспыхивал, то гас. — Я лучше сдохну! — выпалил он, грудь вздымалась от гнева. Сердце не унималось. — Не стоит так драматизировать, — Ло Бинхэ встряхнул руку, чуть обиженно глядя в пульсирующем свете Ченлуаня. — Я бы не тронул того, кто не хочет. — Тронул… — выдавил Лю Цингэ, щелкнув зубами, оборвав себя. Ярость душила, он не знал, что еще мог выкрикнуть. Нужно уйти. Сейчас. Он знал: Ло Бинхэ этого мира щадил его лишь ради Шень Цинцю. Если он разозлит эту фальшивку, который так же силен как их Ло Бинхэ, нет гарантий, что он останется в живых, чтобы сообщить новости Цанцюн и Шень Цинцю. Но если он останется, слушая этот бред, то не сдержится и бросится в бой, невзирая на исход. Внезапно духовная сила хлынула мощным потоком. В ярком свете Ченлуаня он вскочил на клинок и рванул прочь на полной скорости. Судя по этой ночи, у него есть хотя бы пятнадцать минут, чтобы оторваться, пока ци снова не подведет. Он взмыл над деревьями, ломая ветви, пока не оказался под открытым небом, где звезды сияли почти как Ченлуань. Оглянувшись, он заметил темное пятно, закрывающее звезды над ним. Без звука огромное перо пронеслось мимо лица. Он едва ощутил ветер, уходя в пике. Мощный порыв сбил его с курса, и он с трудом выровнял полет, следуя воздушным потокам. Сдержав ругательство, он пригасил свет Ченлуаня, сливаясь с темнотой. Что это было?! Нет времени гадать! Надо уйти от Ло Бинхэ. Он выровнялся и помчался над верхушками деревьев, глаза шарили по небу, выискивая тень. Но осторожность подвела — следя за небом, он упустил контроль над ци. Огибая высокое дерево, он ощутил, как Ченлуань дрогнул, провалившись вниз на несколько футов, прежде чем слабо подняться. Черт! Рано, всего пара минут! У него секунды, пока духовная ци не исчезнет. Бросившись к дереву, он схватил Ченлуань одной рукой, другой вцепившись в ветку. Старая сосна скрипела под его весом, но держала. Он забрался на ветку, убрав Ченлуань в ножны. Лучше держать руки свободными, пока культивация не вернется. Он огляделся. Иглы редкие, ветви далеко друг от друга. В белых одеждах он — мишень на голой ветке, но выбора мало. Ветви ниже слишком высоко над кроной. Придвинувшись к стволу, он попытался слиться с корой, но светлая ткань выдавала. Рука легла к Ченлуаню, запах смолы слабо перебивал вонь крови от рукава. Прошла секунда, две. Ветер унес запах крови. Лю Цингэ скрипнул зубами. Нет ничего хуже, чем прятаться в темноте, избегая боя! Без этого яда он бы сам выследил эту тварь и… Волосы на затылке встали дыбом. Он прыгнул вниз на несколько веток, уклоняясь от порыва воздуха, сотрясшего дерево. Где эта тварь?! Почему так тихо?! Выходи и дерись! Едва он подумал, как ци вернулась. Он направил ее в Ченлуань, осветив округу ярче дня. Вспышка выхватила огромный глаз — темный, влажный, дикий — всего в паре футов от лица. Время замедлилось: зрачок сузился от света, зазубренный клюв смазанный ядом раскрылся, тянясь к нему. Лю Цингэ отскочил с ветки, дав твари врезаться в нее клювом, и вонзил Ченлуань в плоть над ним, между глаз. Тварь, до того молчаливая, взревела оглушительно и рухнула вниз, ломая ветви. Грохот удара о землю эхом разнесся по лесу. Тяжело дыша, он смотрел в темный провал кроны под собой, освещенный Ченлуанем. Промахнулся мимо мозга. Тварь жива, но ранена. Надо добить. В тот же миг внизу вспыхнула точная вспышка демонической ци. Трепыхание стихло. Кровь Лю Цингэ похолодела. Ло Бинхэ шел за ним, не скрывая свою ци, будто ему все равно. Он не даст ему уйти. Дыхание после схватки сбилось, холод сменился жаром гнева. — Ло Бинхэ! — прорычал он в лес. Не успев договорить, Ло Бинхэ бесшумно возник перед ним, сойдя с Синьмо на соседнюю ветку. Он улыбнулся. — Лю Цингэ, — произнес он, имя прозвучало с странной интонацией. Лю Цингэ направил на него Ченлуань, искры энергии заплясали на клинке, ярость кипела. — Дерись! — отрубил он.