Молот войны: Вечный Палач

Марс

Древняя Земля превратилась в блистательный центр могущественных владений человечества, а Марс — первый мир, прошедший терраформирование, — возвысился как гордый оплот технологических инноваций и научного познания. Оба мира создали целую империю, помогая друг другу в распространении человечества по звёздному континенту Млечный Путь. Странно, что именно в начале пятнадцатого тысячелетия человечество наконец-то сдвинулось с мёртвой точки и совершило невообразимый даже меркам этого понятия скачок в развитии. Началась та самая Тёмная Эра Технологий — время неиссякаемых надежд и дерзновений, формирование полноценного владычества человечества над безграничным космосом. Богатства одной только галактики практически безграничны, что уж говорить про постоянно расширяющуюся вселенную. Человечество обратило взгляд к звёздам и хотело покинуть перенаселённую Землю. Для начала люди решают заселить соседние звёздные системы, запустив досветовые корабли с колонистами, погружёнными в криогенный сон. Кто-то достиг пункта назначения спустя поколения, а кому-то повезло меньше, и даже погибали. Ещё в те времена не была сформирована полноценная связь с колониями, поэтому приходилось жить на самообеспечении. Человечество всегда по праву гордилось своим несгибаемым духом и безукоризненной предприимчивостью. Оно всё же смогло установить своё господство над далёкими мирами и основывали свои колонии. Но галактические расстояния пересекаются слишком долго, поэтому рано или поздно нужно было решить эту загвоздку. Не раньше восемнадцатого тысячелетия был открыт Варп, и люди научились проникать в него, преодолевая любые расстояния от пары месяцев до нескольких часов. Чем глубже проникаешь в Варп, тем заметнее его обитатели, и тем выше риск навлечь на себя огромную опасность со стороны кошмаров этого потусторонней изнанки материального мира. Для совершения гиперпрыжка создан варп-двигатель. Освоены путешествия на скоростях многократно превышающие скорость света, далеко не сразу, ценой множества катастроф. Учёные, инженеры, изобретатели и первопроходцы стали новыми богами для человечества. Они без раздумий внедряли технологии чужаков в свои устройства, чтобы сделать их эффективнее. Люди всё чаще изменяли свои хромосомы, создавая армии генетически модифицированных солдат, которые почти утратили человечность из-за странных изменений тела и разума. Они придумали Стандартные Шаблонные Конструкции (СШК), чтобы колонисты могли быстро создавать всё необходимое для завоевания новых миров из местных ресурсов. Также они создали мыслящие нановирусы, энергетическое оружие для разрушения планет и бесконечное количество грозных «железных людей», которых отправляли против непокорных врагов, будь то инопланетяне или люди, этот список изобретений просто неизмерим, перечислять можно вечно. Наконец, они разработали машины с невероятным интеллектом, которые заботились о жителях миров, превращённых в райские уголки. В ту утопическую эру появилась новая подраса людей — навигаторы. Эти существа имели уникальный ген, позволявший буквально заглядывать в Эмпиреи, не боясь стать одержимыми. Считается, что именно люди с подобными дарами и искусственный разум довели людей до состояния вымирания. Сначала началось восстание машин в масштабе Млечном Пути, размером до 400 000 световых лет. В этой войне люди одержали пиррову победу, но на этом беды не закончились. Люди, способные управлять псионическими силами, почти всегда становились бомбой с часовым механизмом, становясь вместилищами кошмарных тварей из Имматериума, гибли целые миры, целые сектора. Эра Раздора — время хаоса и анархии. Человечество расколото, экономика разрушена войной, цепочки поставок разорваны, связь с колониями потеряна. Марс относительно спокойно пережил те почти 6000 лет бесконечного кошмара. Сформировано сообщество закоренелых технократов, искателей знаний и чудес Тёмной Эры Технологий, для них Стандартные Шаблонные Конструкторы прям как Священный Грааль, не говоря о других реликтах. Пока Терру терзали бесконечные войны между техноварварами, Культ Механикус отправлял свои корабли в далёкий космос, чтобы попытаться повторить успехи прошлого. Как только Император взял бразды правления в свои руки и положил конец владычеству техноварваров, устремился к Марсу. Для реализации своих планов ему нужна была научная и технологическая поддержка планеты. Множество техножрецов объявили его Омниссией. Так Император заключил новый союз с Красной планетой. Адепты Культа Механикус начали оснащать многочисленные Легионес Астартес для Великого крестового похода. Император ведет Великий крестовый поход, объединяя человеческие миры за пределами сегментума Солар. Его легионы космических десантников поддерживает Имперская Армия. Важную роль в походе играют скитарии, Имперские Рыцари, Легио Кибернетика и титаны. Планеты присоединяются к Императору добровольно или завоевываются его армиями. Во времена Ереси Хоруса, как и многие другие ветви имперской власти, Культ также погряз в гражданской войне. Многие миры-кузницы и Имперские Рыцари отринули свет Императора. Включая фабрикатора-генерала Кельбор-Хала, который присоединился к Хорусу, начав Марсианскую Схизму, которая распространилась по всей галактике. Скитарии сражались против скитариев, легионы титанов громили своих собратьев. Позже Механикум, перешедшие на сторону Богов Хаоса, стали Тёмными Механикус. В период Очищения Марс избавился от остатков всего, что могло бы напоминать о гражданской войне. Имперские силы, возглавляемые Робаутом Жиллиманом, примархом Ультрамаринов, оттеснили предательские легионы в Око Ужаса. Рыцарские дома с яростью сражались против своих падших братьев. В это время архимагос Велизарий Коул получает некое секретное задание. В Эпоху перерождения Механикумы превратились в Адептус Механикус благодаря горнилу прошлых событий. Новый фабрикатор-генерал занял постоянное место в совете Высших Лордов Терры. Император, прикованный к Золотому Трону, больше не мог ходить среди людей. Забота о его устройстве легла на плечи жрецов Марса. Именно там сейчас Палач Рока решил позволить дать себе небольшую передышку, слегка обновить себя. Его появление и победа над злейшим врагом Империума — Абаддоном Разорителем, дало и марсианскому техножречеству сияющую подобно светилу надежду, возможно, даже бы примарх Жиллиман не смог бы совершить подобное, по крайней мере, пока не было бы собрано достаточно огневой мощи и подготовки. Архимагос Велизарий Коул подозревал, что у новоявленного воина должно быть врождённое, безошибочное понимание изобретений Тёмной Эры Технологий, он чуял это своим нутром. Кто знает, какие сюрпризы Палач может предоставить Империуму. Кое-кто распространяет слухи, что, как и Император, Палач — одно из проявлений Омниссии, но неизвестно, насколько эти утверждения точны. После своей первой компании Палач лично отправился в священный Марс. Зная, что он во всё ещё незнакомой ему вселенной, Палач уже сам по себе стал крайне интересным объектом для Механикус. Марсианское Духовенство жаждет раскрыть и изучить его секреты, дабы расширить свои безмерные базы знаний во имя ревностно почитаемой Омниссии, но лучше всего, конечно, если Воитель Палач сам предоставит им всё, что они захотят, но пока что это только мечты. В потёмках неосвещаемой территории лаборатории Коула алкали кибернетические окуляры других техножрецов, магосов, технопровидцев и многих других, что только в лишний раз подтверждает, насколько в одинаковой степени интересен и непознаваем Палач Рока, герой Империума. Экраны мониторов и голографических дисплеев выводили подробные данные и силуэты Палача с разных ракурсов. Когитаторы тревожно пикали и вибрировали, улавливая некие энергии, какие никогда не были знакомы обитателям этой вселенной. Данные показывали, что показатели превышают все пиковые значения, и этот отрыв только увеличивался в геометрической прогрессии. Множество подвижных щупальцев осторожно приделывали новую наплечную установку к броне Палача. Они двигались с такой аккуратностью, словно боялись повредить преторианский доспех — вершину технологических достижений, по мнению Механикусов. Хотя искры плазменных сварочных систем иногда попадали в наплечные сегменты, они не оставляли никаких следов, хотя микросекундный луч мог бы оставить едва заметный шов на высококачественном керамите. В ходе этого священного мероприятия техножрецы держали в руках подносы с ярко горящими восковыми свечами, подчёркивая, насколько значимо подобное чествование. Один из манипуляторов суетливо крутился вокруг гранатомёта, устраняя микротрещины и царапины от температурной коррозии. Однако на сканах были видны только незначительные повреждения. За секунду выпускалось несколько пучков ионизированного газа, которые слепляли выпущенную из головки порошковую краску, делая броню чуть более блестящей и соответствующей нужному цвету. Вот так избавлялись некоторые не самые приятные глазу детали. С другой стороны на прикреплённый сервопривод вмонтировано новое приспособление. — Я прикрепил серворуку волкитного излучателя к вашему правому плечу для увеличения общей боевой эффективности до 35%, — с гордостью превозносил Коул. Для него было бесподобной честью оказывать такое элегантное обслуживание всеми признанного Палача Рока. — Для небольшой справки, волкитный излучатель — разновидность волкитного оружия, термическое лучевое оружие, способное заставить органику вспыхивать, а такие материалы, как керамит и пласталь, плавить и прожигать, воспламеняя само вещество постепенно. Подобно вирусу, тепло передаётся всем, кто находится поблизости, ваши враги едва смогут что-то сделать, пока сгорают в ревущей вспышке. Также по возможности есть и плазменная пушка особой модели, созданной лично мной для вас, даже сверхтяжёлому танку будет непросто выстоять против вашего нового оружия. Воистину смертоносный тандем для такого непревзойдённого война, как вы. Палач немного приподнял свою левую руку, клинок выдвинулся вперёд, но необычный, а именно демонический меч Антвира, подаренный в Кадии кастеляном Серых Рыцарей Гарраном Кроу. Источающее фиолетовую дымку демоническое оружие меняло свои очертания вкупе с редкой темнотой лаборатории, золотые спиралевидные филиграни расплывались, подобно бурлящей липкой тьме космоса, очевидно, Палач сменил стандартное лезвие именно на ставший излюбленным этот зловещий артефакт. Увидев оружие, присутствующие встревожились. Оно казалось в высшей степени еретическим, учитывая набожность в каждом владении Империума. Их опасения были справедливы, но в руках Рока подобное оружие становилось безобидным, как болтер или меч в руках гвардейцев Астра Милитарум. — Я затрудняюсь ответить, как вы у вас получается интегрировать демоническое оружие в свой наручный клинок? — Велизарий Коул проводил вычисления на своих когитаторах напротив от операционной кушетки, где лежал Рок, проходивший обновление. — Настолько ли искусен Палач в обращении с подобным оружием? Требуется гораздо больше данных, чем изначально. Интеграция посторонних модификаций закончена. Палач встал на ноги и направился к верстаку, где рядом стоял Коул. Там лежали археотехи и реликтовые артефакты, принадлежащие ему, приобретённые за своё недолгое пребывание. По мнению марсианских последователей Омниссии, реликтовые двухствольные дробовики Палача, один из которых снабжён мясницким крюком, являются археотехами, пусть и примитивными, но весьма эффективными. Там же лежал трофейный излюбленный меч, принадлежавший раньше Абаддону Разорителю, Драк’ниен, именно оно настораживало и бросало в дрожь больше прочего. Теперь же это оружие стало таким же излюбленным как и культовое Горнило Палача. Подойдя к месту Палач взял в правую руку своё ружьё с цепным крюком и Драк’ниен в левую. Поднесся их поближе, помещение озарило слабой вспышкой. Результат не заставил себя долго ждать. — Данные, собранные о вашем археотехническом ружье, весьма заинтриговали техножрецов, но многие из моих братьев никогда не предполагали, что вы попытаетесь имплантировать Драк’ниен в него. Хотя это в высшей степени еретично, но… на удивление эффективный тандем. Палач повторил то же самое, но в обратном порядке, отсоединив клинок от крюка. Предпочтительнее для него будет внедрить его именно в свой грозовой коготь. Ртутные косы, подвергнувшись слиянию, наполнились миниатюрным океаном страждущих душ вместо привычного спектрального блеска ртутных и глянцевато-золотистых и голубых оттенков. — Никто в Империуме не догадается, что крюк на вашем ружьё или молниевом когте — это демонический клинок поверженного Абаддона Разорителя. Насадка без постоянной формы, изменяющая очертания по воле владельца, требует тщательной сборки и дополнительных данных для будущих применений. Коул отодвинулся назад, чтобы освободить просторный вид на своё новое изобретение. На высокотехнологичном станке буквально печаталось новое оружие специально на заказ для Палача. — С вашей немыслимой мощью, неукротимой волей и невообразимым арсеналом, который вы используете, силовой кулак, который я для вас создал, может и не понадобиться. Это творение Омниссии обладает теми же качествами и силой, что и Длань Владычества у лорда-командующего Жиллимана. Я думаю, вы бы назвали его Дланью Рока, поскольку я вижу закономерности в ваших предпочтениях называть вещи своими именами. Перчатка представляла собой практически ту же модель, что и доработанную самим архимагосом перчатку Жиллимана, но цветовая гамма резко контрастировала зелёными цветами с широкой золотисто-янтарной окантовкой с высеченными филигранями ангельских крыльев с верховенствующим Знаком Зверя — сложной руны, обозначенной демонами, это напоминание о том, что Палача Рока нельзя выпускать на волю. Массивные пальцы сжаты в кулак, словно новосозданный артефакт вдруг обрёл свою жизнь. — С гордостью могу сказать, что Длань Рока оборудована сложной системой бронебойных кумулятивно-подкалиберных болтов, точно таких же, как и в вашем когте. Помимо чудовищного увеличения ваших физических атак, как и подобает любому виду силового оружия, перчатка имеет впервые внедрённые нестандартные системы комби-болтеров прямо в пальцах, стоит только простереть руку, и из их кончиков посыпется моментально болтерный шторм, против которого не устоять даже небольшому титану. Артефакт буквально становится частью вас самого. Я бы настоятельно рекомендовал опробовать моё новое творение на наших многочисленных врагах, в том числе и на хаоситах, они будут идеальными грушами для битья и мишенями в тире. Коул, смотря на Палача, всё время представлял в своей голове чередующиеся навязчивые видения о бросающих в ошеломление и безмерный восторг. Существо, способное на невозможное, чтобы это ни было. Правда это или нет, кто знает? Палач погрузил вовнутрь свою левую руку в новый артефакт. Они стали единым. Огромная перчатка идеально слушала команды владельца, пальцы двигались точно в такт, не отставая ни на доли мгновения. Вытянув руку, четыре пальца изменились, превратившись в короткие болтерные сегментированные стволы. Как и в случае с подобным видом оружия, предусмотрен большой боекомплект с безотказной ленточной подачей с системой плазменного зажигания заряда. Архимагос старался максимально унифицировать новую экипировку, чтобы хорошо сочетать в себе относительную лёгкость, компактность и автоматическое охлаждение во время перегрева, и отсутствует ручная перезарядка. Мощь ни капли не убавилась, по праву может стать равным Длани Владычества примарха Робаута Жиллимана. Палач замер, его взгляд устремился на гололитический экран когитатора. Он внимательно безмолвно изучал сложный шаблон сменных насадок для правого сервопривода боевой установки — либо волкитной, либо плазменной. В своей первой миссии по убийству Абаддона Палач столкнулся с космическим средневековьем. Казалось, что в столь далёком будущем 40-го тысячелетия всё должно было быть иначе. Однако, несмотря на давние потрясения и вечную войну за выживание, высокие технологии сосуществовали со средневековым фанатизмом и невежеством. Здесь прослеживалась логичная закономерность: несмотря на высочайший уровень технологий и науки, государство почти в застое, а его жители давно отвыкли от тех благ, которые всегда были в любой утопии. Громадные структуры опоясывали небесные тела, а корабли размером с город-улей перевозили миллиарды тонн грузов и могли стирать в пыль города, континенты и планеты, уничтожать и воссоздавать сверхновые. Человечество в осаде. Среди звёзд простирается тень неизбывного проклятия. Последние годы 41-го тысячелетия — это нескончаемые битвы. Память о прошлом, здравомыслие и надежда превратились в пыль под тяжестью прошедших лет. Просвещение сменилось суевериями, понимание — демагогией и бездумными монотонными молитвами. Но Империум остаётся самой могущественной державой в истории человечества. Под его властью трудятся жители миллионов миров, доставшихся в наследство от лучших времён Тёмной Эры Технологий, объединённых верой в Бога-Императора, покоящегося на Золотом Троне в Священной Терре. Правители этих миров видят в них единый конгломерат звёздных систем, разделённых на сегментумы и секторы. Люди этих миров объединены общей принадлежностью к человеческой расе и имперской религии. Высшие Лорды Терры, Экклезиархия и Адептус Администратум издают законы от имени Императора. На их призывы отзываются многочисленные армии и мощные многомиллионные флоты. Так люди господствуют над небесами и исполняют божественную волю Повелителя Человечества. В реальности всё выглядит иначе. Границы Империума постоянно трансформируются: планеты исчезают в бушующих варп-штормах или погибают под натиском чудовищных захватчиков, а вольные торговцы и исследовательские флотилии присоединяют новые территории. Среди звёзд проносятся крестовые походы, которые либо оттесняют врагов, либо погибают в кровавых сражениях. Человечество можно представить как множество крошечных свечек, разбросанных в бескрайней и алчной пустоте. Одни огоньки ярко горят или вспыхивают, другие мерцают и дрожат, пока не угаснут окончательно, словно свечи на мощном холодном ветру. Миллиарды рождаются в нищете, трудятся день за днём и умирают на улицах, забытые и неоплаканные. Но они благословлены, потому что служат Императору. Нет призвания выше. Они отчаянно хватаются за соломинки, пытаясь удержаться от пропасти, но течение сильнее и утягивает вглубь непроглядных глубин, те же, кому всё-таки удаётся выкарабкаться, могут добиться от жестокой судьбы большего, встречая ещё более тяжкие испытания. Каждый имперский мир управляется планетарным губернатором, который может править как считает нужным, если налоги выплачиваются вовремя. Многие из них — тираны или неосведомлённые правители. Но даже миры с достойными лидерами изолированы от соседних человеческих планет световыми годами и постоянно сражаются с врагами как внутри, так и извне. В таких условиях даже самый справедливый правитель становится угнетателем, чтобы защитить свой народ от уничтожения. Межзвёздные путешествия и связь между системами в Империуме стали благодарю именно варпу ещё в начале Тёмной Эры Технологий — измерения бесконечной бурлящей энергии. Человечество использовало его для расселения по космосу, но из этого адского мира пришли самые страшные угрозы. Злобные сущности, появляющиеся из мрачных течений Варпа, подталкивают граждан к ереси или воплощаются как жуткие монстры, опустошающие миры и забирающие к себе в царство миллионы или миллиарды убиенных. Там, где прорывается Варп, начинаются вспышки неконтролируемого безумия, беспорядочные мутации и появляются искажённые последователи Тёмных богов Хаоса. Демоническая угроза далеко не единственная, что терроризирует владения человечества. Во мраке космоса обитают бесчисленные виды чужаков, которые нападают на отдалённые области Империума, чтобы утолить свои хищнические инстинкты или расширить свои владения. И всё же солдаты Золотого Трона продолжают сражаться, заведомо зная, что не имеют шансов на победу, не встречать же врагов и захватчиков с распростёртыми объятиями. Они воюют не ради чести, свободы или лучшего будущего. Они борются за выживание — отчаянно сражаются за новый рассвет и словно кричат в голодную пустоту, что человечество никогда не сдастся. В этом мрачном будущем нет места надежде, милосердию или состраданию. Империум — это государство, где власть принадлежит военным и карательным структурам, от имени самого Императора, когда-то спасшего весь человеческий род от забвения, и за это готовы отдать за него жизнь чуть ли не каждый десятый. Его можно сравнить с огромным неповоротливым механизмом, в котором каждый из квадриллионов жителей — всего лишь винтик. В мрачной тьме этого далёкого будущего, куда пришёл Палач Рока, есть только война… И в ней все средства хороши как никогда. Палач узнал о бедственном положении Империума, лишний раз подтверждая правдивость слов Жиллимана после откровенной беседы во время пути на Терру. Он лишь взглянул на старинный шаблон оружия — слишком современный для мрачного 42-го тысячелетия. Палач — уникальное существо, возвысившееся над человечеством. Это единственный бывший смертный, победивший своего непримиримого врага, создавшего всё сущее. — Вы о чём-то задумались? — интересуется Коул. Палач пришёл в реальность. Он снова посмотрел на свою перчатку. Обычному человеку показалось бы, что она весила бы как Лендрейдер, но сам воин пользуется им так, словно это пушинка, как и любимым грозовым когтем. Архимагос догадался, что тот собрался отправляться в путь. — Я полагаю, что вам не терпится испытать своё новое оружие? Палач ещё раз осмотрел свой силовой кулак и в его голову пришла весьма интересная мысль. Направляясь к выходу техножрецы покорно расступались в стороны, не смея преграждать тому путь. Коул пошёл вслед за ним. — Ваш истребитель находится под серьёзной охраной в ангаре. Мы очистили его от пыли и частиц расплавленного металла, в том числе и в соплах, был бы риск появления микротрещин вследствие засорения центральной камеры сгорания, согласно вашим указаниям. Войдя в ангар Коул с восхищением всматривался в шедевр авиакосмического машиностроения. — Марсианское Духовенство питает особый интерес к технологиям и знаниям вашего мира, что ещё забавляет, что они так вообще вне нашей зоны досягаемости — из другой вселенной. Сканирование показывает, что состояние и показатели машины выше пиковых. С приближением хозяина кокпит кабины пилота распахнулся. Погрузившись внутрь, захлопнулся. Вспомогательные бустеры под корпусом испускали тусклые голубые джеты, поднимая машину с земли. Главные подобно цветку распахнули плоские счетверённые сопла, моментально разогнав до скоростей, что она за пять секунд достигла стратосферы. Велизарий Коул в обширном ангаре, пахнущем машинными маслами, благовониями и удушливыми промышленными газами, провожал взглядом героя Империума, как и его товарищи. Высоко над Марсом парила Твердыня Рока.

Твердыня Рока

Палач долетел до своей небесной крепости и посадил истребитель. Ему пришла в голову какая-то идея. Это хаотичное смешение мыслей отдавалось мощным потоком. Палач Рока в этой вселенной сам по себе нечто диковинное, непременно привлекающее к себе всестороннее внимание. К добру это или худу, ему неважно, что о нём другие думают, совершенно, самое главное остаётся неизменным — вечный долг — защита человечества. Палачу нужны все ресурсы, дабы претворить в реалии свой некий великий замысел. Здесь складывается незамысловатая схожесть в намерениях и мотивах. Если Император прибегнул к соглашению с Тёмными богами на Молехе, чтобы создать сыновей для Его планов, то Палач Рока будет действовать так, чтобы не было никаких подвохов, чтобы для зла не было ни единой лазейки, чтобы подложить свинью. Палач — самое непримиримое к силам зла существо, даже если ему предоставят условия, какие бы дали выигрыш каждой стороне. С такими силами шутить не стоит. Его путь неизменно пролегал через узловатые коридоры космической крепости к самому центру управления всеми операциями. Для Механикумов системы Твердыни покажутся некой разновидностью авгуров, недоступной им. Системы уловили какой-то странный сигнал. Одного прикосновения к особо ощутимому сенсорному экрану хватало, чтобы вывести изображение северо-западной части Галактики, почти в самом конце Рукава Лебедя. Бортовые системы тревожно запищали, обнаружив нечто действительно загадочное и скрытое от посторонних глаз. Что-то такое манящее, не оставляющее в покое ни на секунду. Не должно это попасть не в те руки, не должно быть познаваемо умами, чьё понимание смехотворно скудно, не должно быть использовано именно теми, кто по глупости нечаянной может предать вселенную огню. Гладкий яркий экран задребезжал, отметив источник сигнала — неизвестная планета. Изображения крайне скудное по качеству, слишком сильная интерференция сигналов. Экран плывёт и резонирует с режущей вибрацией. Даже передовые технологии Творцов, могущие обнаруживать другие измерения и реальности, на чьей основе и построена крепость Палача, не смогли установить точную картину объекта. Раз не удаётся разглядеть издалека, самое что ни на есть другой конец Галактики, то придётся самому нанести визит в это укромное место. Обычно, если пытаешься найти что-то скрытое ещё с древних времён, то значит там можно найти поистине бесценные сокровища, но ничего никогда не бывает задаром, там таятся непостижимые кошмары, какие придётся только преодолеть, перед тем как получить искомое и заслуженное. Нередко бывает, что оно таит в себе ключ к спасению и приближению к лучшему будущему, учитывая атмосферу вездесущего террора и постоянного страха перед неизвестным. В любом случае, Палач не из тех, кто отступает, если на пути встают преграды к цели. Одна за другой горой вставали, чтобы потом рухнуть и прослыть растоптанными в пыль под его ногами. Охота за секретами далёкого прошлого начинается.

Северо-Запад Галактики

После нестабильного гиперпрыжка Твердыня Палача оказалась всё-таки в нужном месте, смещение составляет 0,94, что довольно много. Планеты нигде не видно, кроме редких плеяд гаснущих звёзд, тонких волокон межзвёздного вещества, разноцветных туманностей и пояса астероидов. Возникает резонный вопрос: это чей-то розыгрыш, нелепая случайность, взлом или ложная идентификация вследствие факторов извне? Палач думал иначе, ему необходимо узнать, что за несуразица вертится вокруг загадочного феномена, раз он в другом конце звёздного материка. По мере приближения его зоркие глаза уловили странные точечные ряби, какие смертные глаза их бы с лёгкостью упустили. Обнаружены странные завихрения. Очевидно, что по мере приближения пространственно-временной континуум перестраивался будто для защиты от вторженцев. Наверняка никогда не догадаешься, действительно ли там планета и насколько она далека, как может казаться, возможно, из-за этого расстояние равняется столько же, сколько бы не хватило и дюжины вечностей, чтобы достигнуть конца вселенной. Расстояние до атмосферы неизвестно, потому что небесное тело словно скрыто за неизмеримыми бездонными глубинами гильбертовых пространств/N-пространств, наложенных подобно слоёному пирогу друг на друга мембранами. Или же стихия, притворявшаяся тканью пространства. Своеобразная система защиты от внешнего агрессора. Чем ближе Твердыня подлетала к скрытому объекту, тем сильнее колебания и возмущения в не-пространстве, что являлось знаком того, что Палач двигался в верном направлении. Ряби принимали форму чёрной дыры, мерцающей пульсирующей раной на теле вселенной. Твердыня Рока даже не пошатнулась, имея собственный гравитационный градиент с помощью особой гравитационной центрифуги. Из пролома в пространстве-времени вышел беснующийся змеящийся вихрь чистой тёмной энергии. Тьма накрыла Твердыню, громадные раскаты первородных сил, будто взбунтовавшейся целой вселенной, собрались разорвать на куски и засосать в пустоту, где всё просто исчезнет, не оставив ничего, даже вымысла. Подгадав момент, Палач активировал гиперпрыжок снова. Воронка встала по ту сторону громадного прохода в забвение. Струны и нити бесконечных измерений, как низших, так и высших, под невообразимой тяжестью чудом пробили проход в так называемую буферную зону атмосферы таинственной планеты, откуда, возможно, и доносился сигнал, который смог, похоже, уловить только корабль Палача. В случае неудачи корабль занесло бы куда угодно. Волнения источали уникальную субквантовую сигнатуру, оказывающую колоссальное влияние на другие неделимые величины и коды реальности, перестраивая по прихоти сил за пределами привычного мира. Планета стала видимой. Система получила подробные данные о ней. Мир немного меньше Сатурна. У него огромное планетарное кольцо с тринадцатью модульными станциями, соединёнными вакуумными гиперскоростными тоннелями. Это пустынный мир с умеренным климатом, где светит огромная белая звезда-супергигант. Планета находится относительно далеко от своего светила и защищена специальной системой, которая нейтрализует негативное воздействие света и радиации, расщепляя их. Есть и вторая защита — атмосферный барьер. Но сейчас угрозы нет, поэтому барьер отключён, и можно спускаться на поверхность, но даже так барьер предстаёт в состоянии пассивной защиты, не позволяя даже микроскопической пылинке проникать сквозь. Планета пережила термоядерную войну. Пустынные территории превратились в радиоактивные кристаллические леса из-за плавления кварцевых минералов под воздействием сверхвысоких температур. Города-ульи, некогда густонаселённые, теперь разрушены. Осталось девять огромных аркологий, где когда-то жили миллиарды людей. Но его интересует центральная аркология, где находится источник сигнала. Он под землёй, прямо по курсу. Палач направился в ангар к своему летательному аппарату. На полпути ему показалось, что на огромной скорости пробежала чья-то тень, что ушла в его личные покои. Палачу это не предвиделось. Своими цепкими очами уловил очертания этой фигуры: высокая стройная женщина, заострённые уши, на плечах какое-то подобие обсидианового цвета знака или шеврона с треугольником, с отходящими от его углов и середины его направленных боковых векторов лучами, в самом центре плачущее око, роняющее белую кристально чистую слезу, белое длинное платьице до пяток с золотистыми инкрустированными филигранями, золотистые волосы с янтарным отливом, лазурные глаза, всё время объятые холодными слезами, меловая кожа, кажущаяся шелковисто-бархатной, босые ноги. Перед исчезновением она смотрела на него будто с надеждой или интересом. Палач вбежал в ангар и запрыгнул в корабль. Створки ангара были открыты. Одним мощным толчком он взлетел в открытый космос. Корабль набрал первую космическую скорость. Авионика обнаружила скопление заряженных частиц с высокой энергией в том месте, куда направился Палач. Голографические экраны сигнализировали об опасности направленной энергетической атаки. Преодолеть барьер было невозможно. Палачу пришла в голову опасная идея. Он покрыл корабль защитным пузырём, который защитил от экстремальных перепадов температур и трения. Затем он вылез наружу и крепко прижался к корпусу корабля. Из грозовой перчатки Палач достал Драк’ниен. Молнии превратились в луч сине-белого цвета с чёрной дымкой. Словно ожившая молния полетела к цели, намереваясь уничтожить незваного гостя. Луч исчез в межпространстве, огибая все препятствия. Казалось, он знал, что Палач попытается отразить атаку. Молния снова исчезла, но через шесть секунд она появилась снова. Палач отразил атаку в последний момент. Демонический клинок жадно поглотил энергию молнии, которая явно понравилась Драк’ниену. Временная стихия в его руках, кончик корабля почти коснулся барьера, но не смог преодолеть его из-за огромного веса, набранного безумной кинетической энергией. Палач резко вытянул клинок, как копьё, и лезвие рассекло непробиваемую оболочку, словно голодный призрак, проходя сквозь любую материю, даже пространство и время, учитывая, что там заточена варп-сущность такой силы, что не зависит от всех четырёх Богов Хаоса. Преграда была преодолена. Палача охватила мощная волна тепла. Это означало, что он достиг поверхности планеты и готовился к высадке. Рок готовился к эпическому маневру посадки с большой высоты. В этот момент он почувствовал, как амплитуда энергии резко возросла. Броня зафиксировала всплески разрушительной силы, которая пыталась сбить его вместе с летательным аппаратом. Рок заметил девять вспышек света. Одним взмахом он отразил контратаку, насытив клинок энергией. Три вспышки исчезли за завесой измерений, окружив Палача с трех сторон. Одну молнию он схватил руками и вбил в сверкающий металл. Вторую разрезал встречной атакой, а третью остановил ладонью. Её так много, что нестабильные потоки энергии вырывались из его тела, но он впитал их в себя. Последние три вспышки действовали хитрее. Они избегали контратак Рока, словно знали, как их избежать. Первая была раздавлена рукой, оставив лишь световую пыль. Вторая взорвалась, когда он схватил её за хвост, похожий на комету. Взрыв имел широкий радиус действия, но защитный пузырь нивелировал его. На восстановление щита ушло бы некоторое время. Последний луч скользнул в днище корпуса, впиваясь в него с алчным ликованием. Беспорядочные энергии разрывали и плавили металл, превращая его в шипящий шлак. От могучего плода труда лучших умов и инженеров Аргент Д’Нур остался только выгоревший остов. Но Рок не растерялся и спрыгнул вниз. До соприкосновения с песчаным барханом оставалось около 900 метров. Готовность столкнуться с землёй как никогда высока, даже потеря своего транспорта и вероятная невозможность покинуть мрачный мир не пугала абсолютно. После приземления в высокую дюну. Её буквально разнесло во все стороны, словно осенние листья в ураган. Кинетическая энергия породила температуру, равную поверхности солнца, что весь песок под его ногами превратился в жидкую лаву, огромный кратер растянулся на сотни метров, пыльная стена настолько плотна, будто камень, и не видно ничего, кроме завихрений. Палач выбрался из этого пекла, взойдя на край возвышенности одним высоким прыжком. Ненамного обнадёживал факт того, что приземление совершено где-то в пяти километрах от города-улья. Дальнейший путь предстояло пройти пешком. Палач не забыл демонический меч, что неплохо сослужил ему. Клинок быстро вернулся в железную хватку нового владельца, вылетев из-под толщи расплавленного цветного кварца, и вернулся к грозовому когтю.

***

Пройдя немного, Палач попал в сильнейшую песчаную бурю. Но она его не остановила. Он продолжал идти с уверенностью, как на военном марше. Буря иногда стихала, и его шаги преодолевали барханы также уверенно и неспешно, как на военном торжественном марше. Здесь не остаётся следов — пески времени поглощают их, словно вбирая сущность владельцев. Что-то особенное скрывалось в этой пыльной скале. Интуиция подсказывала Палачу, что там он найдёт нечто, что поможет ему переломить войну с врагами человечества, а их более чем с лихвой хватало. Слишком долго разнообразные подонки терроризировали несчастное человечество, вершили его судьбу, но теперь всё изменилось с момента падения Абаддона Разорителя. Пусть враги почувствуют на себе гнев Палача Рока, перед тем как причинять зло человечеству. Через два километра перед ним предстала странная картина. На крутом склоне лежало кладбище из металлолома и костей. Это не мираж — реальное место. Почерневшие остовы кораблей разных размеров покоились под песком. Здесь же валялись раздробленные каркасы древней бронетехники и авиакосмической техники. Внимание привлекли странные объекты из кремово-янтарного материала. Там же лежали кости разнообразных существ, не обязательно человеческие, неизвестно, что такого пытались найти чужаки в этом месте, раз тут полегли не только люди. С любого ракурса размерам погоста металла и костей, казалось, нет предела, и, по-видимому, окружал весь город-улей. В этом месте Палач видел тени и души тех, кому не посчастливилось оказаться в этом мире смерти, на веки вечные прикованные к местам своей печальной смерти. То же самое происходило в Аду, там везде отпечатывались навечно крики боли тех, кто стал жертвой бесконечного голода по душам, потерянные души, лишённые возможности обрести вечный покой. Когда-то на закрытом совещании по пути в Терру Жиллиман поведал Палачу, что Галактика сама по себе злачное место, с виду кажется безупречным творением разумов извне, пока не копнёшь поглубже и не осознаешь, какие ужасы и сокровища там таятся. Палачу только на руку, что там таятся ужасы, какие ещё он сам не видел. Палач Рока — существо, которое, возможно, старше вселенной и повидал столько всего, что его уже ничто не способно удивлять, эту эмоцию он просто забыл. Ему абсолютно всё равно, что думают о нём другие, для него главная постоянная остаётся неизменной — вечный долг по защите человечества. Направляясь в разрушенный город-улей, под ногами Палача началась странная вибрация. Он остановился и прислушался. Это было не землетрясение, а нечто более глубинное. Интуиция подсказала ему, что он должен быть готов. Скоро вибрация сменилась гулким грохотом. С фронтовой стороны, куда шёл он, песок вздыбился, под ним проползало нечто огромное. Когда расстояние между Палачом и грядущим неизбежным неизвестным сократилось до пятидесяти метров, из-под песка выпрыгнуло огромное существо. Его было сложно разглядеть из-за пыли. Когда до столкновения осталось всего 0,00006 от общей секунды, самозабвенно исчезающей в пустоту, Палач отпрянул в сторону, таким образом избежал фатального удара. Палач с оружием на изготовку. Снова вибрация, а потом такой же грохот, будто одновременно громыхали раскаты грома и канонады чудовищных орудий, на этот раз под ним. Рок изловчился в сторону, а существо подобно киту взмыло в воздух, именно оттуда его можно детально разглядеть: это машина в полном смысле этого слова, похожее на червя или змея, или на то и иное; его фрагментированная змеиная чешуя насыщенного обсидианового цвета излучала противоестественные энергии, искажавшие окружение вокруг себя, из-за чего силуэт слишком расплывчатый, тысячи остаточных образов, сводящих с ума невозможностью определить, что из них является фальшью, а что истинным; кончик хвоста как гигантские ножницы, напоминающие рудиментарные отростки уховёртки; спинные колючие гребни, скорее всего, служили антеннами, внешняя синтетическая серебристо-голубая оболочка обнажила его голову, раскрывшись подобно прекрасному цветку, больше похожую на огромный бур, многоступенчатые хелицеры из металла, которого будто не существовало в материальном мире, словно мерцающие призраки на зеркале реальности; его пасть как измельчитель, а самый центр как ядро звезды, источавший первородные жидкие энергии невозможных цветов; ряды из двух пар кибернетических глаз, горящие отчуждённой злобой, пронзающие и раскалывающие на осколки само естество, если посметь на них вглядываться; спинные колючие отростки, похожие на антенны, бесконечно с дребезжанием вздымались и зловеще шипели металлическим потрошащим скрипом; размерами существо могло с лёгкостью превзойти такое млекопитающее, как синий кит. Оно собиралось снова нырнуть обратно. Палач выпрямил руку с бронированной перчаткой. Четверо стволов на кончиках пальцев за несколько секунд выпустили дюжины вопящих голодных болтов. Некоторые просто отскакивали от непробиваемой шкуры зверя, некоторые просто исчезали, другие просто испарялись, другие превращались в серебристую пыль. Существо погрузилось обратно в песок, но не прошло и тридцати секунд полного напряжения с оружием в руках, Палач снова ощутил эту навязчивую дрожь. Увернувшись, тварь промазала во второй раз, ей достался крепкий орешек, такой, что не расколешь просто так. Манёвр с высоким прыжком не оправдал, потому что Палач наотмашь отразил грубую атаку своей перчаткой чудовища проглотить себя целиком, её откинуло к каркасу рухнувшего давным-давно корабля. Оно не получило никаких видимых повреждений, быстро пришло в себя и многозначительно посмотрело на свою цель, тогда Палач сменил силовую перчатку на силовой коготь, возможно, с ним будут больше шансов пробить шкуру зверя. Опять зарывшись в песок, нелепое создание за один живой манёвр выпрыгнуло из невысокого песчаного бархана так стремительно, как не был бы способен ни один истребитель спикировать на сверхмалой высоте. Палачу удалось схватиться за два хелицера и остановить продвижение, перекинув через себя гигантскую тушу, он взмыл в воздух и попытался пронзить голову острейшими лезвиями с имплантированным в них мечом Драк’ниен. Как в случае с первым, эта атака не возымела никакого эффекта, когти просто-напросто проскользили по поверхности, словно масло на сковороде, словно на ледяном катке, не нанося урона даже на уровне элементарных частиц, абсолютно никакого эффекта. Огромный раздвоенный хвост устремился на него, вовремя заблокировав выпад цепным щитом, его откинуло на 60 метров, бесстрашный воин благополучно приземлился на ноги. Чудовище рвануло в атаку с особой яростью дикого зверя. Активированные наплечные гранатомёт и волкитный дезинтегратор вместе со сменяемым одновременно вручную плазменным аннигилятором тоже не возымели никакого результата, это задержало монстра лишь на секунду, чтобы с умноженной силой настигнуть представителя тщедушной органики и разорвать. Синтетическое создание пустило в ход своё другое оружие, его шипастые гребни истошно зашипели рвущим металлическим скрипом. Резонансный воющий высокочастотный звон свидетельствовал о пуске в ход волн энтропийной энергии, это подтверждало превращение песка в крошечную пыль, окружающее пространство будто расплывалось, как море во время урагана, и без того преданные безжалостному времени на разложение посторонние объекты окончательно рассыпались. Темпоральная волна, расходившаяся от точки, откуда испускались эти волны, двигалась вначале во много раз медленнее скорости света, но такая неторопливость могла ужасать ещё сильнее тех, кто был бы на месте Палача кто-то другой, непомерно более тщедушный и легкомысленный. Аномалия пространственно-временного континуума наползала на всё и вся с обманчивой леностью цунами. Казалось, что всё существование погрузилось внутрь какого-то кокона или пузыря полного бессмыслия. Осознав, что имеющееся в своём распоряжении вооружение и артефакты, Палач собрал свои силы в железные кулаки, убрав в свой инвентарь всё, что было в его руках, он побежал в сторону неубиваемого врага, но чудовище, будто догадавшись, что собирается тот сделать, обнажило свою пасть и хелицеры. Словно разгневанная умирающая звезда оно изрыгнуло потоки энергии такой силы, что весь песок под его ногами плавился и испарялся, отталкивая Палача к огромной груде металла и камня, тараня им, сметая в конце концов, но доблестный искатель неизведанного даже не шелохнулся. Тварь не останавливала свой натиск, ползала вперёд, непрерывно стреляя лучами космической энергии с сырыми эфирными эманациями. Рок вновь и вновь сталкивался с массивными препятствиями, сметая их собой, но скрещённые руки не падали под натиском железного червя. После себя противники оставляли на поверхности дюн огромные борозды затвердевшего почерневшего горящего стекла. Точно по волшебству Палач остановился на месте, пересилив натиск достойного противника, он сам пошёл в атаку, пойдя навстречу, прямо в пасть бездны. Концентрация энергии достигла критической отметки, что её хватило бы, чтобы пробить дыру в пространственно-временном пласте, гравитационный колодец, называемый чёрной дырой. Резко расправив свои руки, Рок таким образом обратил лучевую атаку против чудовища. Мощнейший взрыв отбросил обоих в противоположные стороны. Палач еле-еле устоял на своих двоих, а его врага нигде не было видно. Переглянувшись, он понимает, что чёрная харибда по-своему помогла ему преодолеть оставшиеся почти 3 километра, он всего в трёхстах метрах от стен города-улья. Но радость недолго продлилась, потому что в этот раз червь застал его врасплох, ещё до того, как Палач приступил к действиям. Тем не меньше, он не растерялся и удержал смыкающиеся над ним громадные объятые энергией резцы, с истошным рёвом умирающих звёзд вгрызались в его броню, но не в состоянии повредить её, даже оголённые внушительные мускулы в равной степени оказались устойчивы. Перед его ликом свет в центре пасти настолько ярко засиял, что угрожал испепелить. Осталась одна попытка уничтожить тварь — проникнуть внутрь неё. Одним бустером его занесло во внутрь твари. Та стала яростно метаться туда-сюда и отчаянно изрыгала жидкую звёздную плазму. Палач всё глубже пробивался к сердцу невообразимо сильного чуда-юда, он ощущал, как в него врезаются потоки необузданной силы Большого взрыва, как они хотят расщепить каждую клетку его тела. Одними только кулаками Рок пробил себе путь сквозь к сердцу, разрывая своего врага изнутри. Само сердце выглядело огромной сферой и кристаллом одновременно, пребывающем в состоянии вечного полураспада и собираясь вновь, словно живой конструктор. Сердцем внутри сердца служила миниатюрная пленённая чёрная звезда, из которой извергались опасно нестабильные вихри таких энергий, что разорвали бы ткань бытия также легко, как двигаться. От защитной оболочки из призрачного фазового металла исходили чёрные плоские жилы, служившие вместо кровеносных сосудов, только вместо крови та самая неукротимая тёмная энергия. Один рывок не смог вырвать хотя бы одну жилу с сердца, тогда Палач с ещё большей яростью отдирал его места изначального упокоения. Всё внутри пульсировало и сжалось в агонии, существо умирает. Ещё больше усилий, и оно в руках Палача. Грозный червь забился в агонии как безумная марионетка какого-то погорелого театра. Изнутри неё доносится суета. Живительный источник энергии изъят. Тварь из последних сил взревела, что сверхмощная акустическая волна плотными кольцами разбила вдребезги огромные городские стены. Наконец-то оно рухнуло замертво. Чудовище испустило последний дух, свет в оптике потух. Из его нутра пробился кулак Палача Рока. Весь в огненной крови твари, он держал в руках энергетическое ядро, саму его сущность. Это не только источник неограниченной энергии, но и система полноценного искусственного разума, в этой вселенной он называется изуверским интеллектом, два в одном. Палачу теперь больше ничто не мешало идти вглубь величественного города-призрака. Теперь он ещё ближе к разгадке тайны этого неприветливого мрачного мира.

***

Мёртвые невероятно протяжённые улицы города-улья когда-то были полны жизни, пока не разразился великий катаклизм или война, даже сами колоссальные здания, вздымающиеся в небеса, почернели от мощнейшей радиации, небеса застланы кровавой пеленой, бесчисленные укромные уголки, служившие пристанищами великого количества торгово-развлекательных центров, ярмарок, штаб-квартир космических корпораций, жилых комплексов, там было всё для лучшей жизни, о которой в этом тёмном веку просто позабыли, просто вычеркнули из сознания каждого из квадриллионов душ Империума, нетрудно догадаться, что события прошлых веков оказали наиболее радикальное влияние на человечество, откатив в развитии до разных этапов, начиная с первобытного времени и заканчивая только индустриальным уровнем развития, не так уж и много миров, что смогли сохранить в себе блага той самой благополучной Тёмной Эры Технологии. Вокруг всё в древние времена предалось упадку и забытью. Тени тех несчастных, что погибли незаслуженной неожиданной смертью, навсегда въелись в безжизненные чёрно-бурые стены. Время тут текло совсем иначе, местами освещалось лучезарным белым светом, развеивая бесконечную мглу, а где-то темно настолько, что сама пустота космического пространства меркнет или подульи имперских городов-ульев. Город-призрак походил на гигантскую лощину, населённую потерянными душами, что навсегда потерялись в темпоральных вихрях, регистрируемых системами брони Палача. Радиационный фон беспорядочен, и нигде он не имеет однозначных параметров, поскольку ветра тут мощные, их непрерывно разгоняют в сторону пустыни, иногда могут возвращать обратно. На испещрённых бороздами различной величины лежали обломки и изуродованные остовы некогда передовой фантастической гражданской и военной техники, которую уже невозможно опознать из-за беспощадного пожирания временными стихиями. Многочисленные навесные мосты без канатных стяжек, буквально парившие в небесах, давно обрушились вниз, кольцевые или ромбические гиперускорители по частям разбросаны куда попало, некоторые их детали торчали из фасадов пробивающих небо зданий, то же самое можно сказать и о невозможно длинных разбитых составах на антигравитационной подушке. Подобные технологии в то время не были чем-то из ряда вон, а в Империуме подобное предано забытью и сгинуло за страницами самых тёмных времён человеческой расы. Однако, учитывая непрерывные попытки Механикусов развивать военную машину Империума, то некоторые из этих технологий возвращаются в обиход, но пока лишь в целях непрерывной войны с бесчисленными врагами человечества, ну и в распоряжении армии золотых часовых самого Императора. Будто из ниоткуда и везде громыхал рёв летательных аппаратов. Высоко над Палачом пролетала целая эскадрилья причудливых экзотических машин угольного цвета ночи, чья форма и оперение напоминала воронью с изящной обтекаемостью подлинного истребителя далёких поколений, достигших совершенства бороздения неба и космоса, смотря сверху вниз на нерадивых врагов, чтобы потом совсем внезапно накрыть их ужасающими залпами энергий пленённых звёзд и исчезнуть также внезапно, как и вынырнули из воздушных пучин. Такие диковинные машины в обязательном порядке управляются передовым ИИ, исключая любое управление с участием человека. Машины меняли свою конфигурацию в непредсказуемом порядке, из-за чего невозможно было идентифицировать, что вообще из себя эти штуковины представляют, но в частности одно почти неизменное: многочисленные навесные ракеты и установки пуска ракетами поменьше с высеченными из монолита многоствольными смертоносными орудиями, три пары двигателей с невероятно плоскими соплами практически не издавали шума, извергаемое криогенное сапфирово-белое пламя превращалось в чистый незамутнённый воздух. Они похоже не заметили Палача, но опасность в другом, а вдруг они притворились, что не заметили постороннего, чтобы застать врасплох. Из гофрированных фасадов зданий самоцветных отливов выглядывали зловещие силуэты и расплывающиеся хаотичные тени и непродолжительные солнечные блики, они выглядели как гибриды скрещённых зеркала света и тьмы. Амальгамы серебристых и золотых цветов мерцали столько же часто, сколько Палач шагал в направлении источника загадочного бессловесного послания. Кажется, он догадывался, что здесь он далеко не единственный обитатель развалин. Эскадрильи истребителей, будто игнорируя его, продолжили свой полёт куда-то за горизонт, за почерневшими шпилями возвышающихся над любыми горами Земли зданий, похожих на огненные протуберанцы. Пока что опасность не угрожала, вероятность нападения низка, хотя неустанно ведётся воздушный патруль. Над ним ещё несколько раз пролетели точно такие же аппараты, но в этот раз их было втрое больше, это связано и с другим видом экзотической машины, турбореактивных вертолётов, почти не отстававшие в скорости и манёвренности от своих реактивных собратьев. Спустя несколько секунд точно такой же железный червь, или железная змея, которую воин сразил несколькими часами ранее. Таких существ четверо, и летали, извиваясь подобно змеям, пусть и медленнее костяка из скоростной режущей воздух авиации, но и их скорость также была внушительна. Палач остановился, когда на его пути в двухстах метрах предстала огромная стена. Разветвлённая система его брони выбросила в поток данных на дисплее его шлема подробную картину ближайшей точки доступа с неизведанным подземным объектом. Металл и камень потускнели на защитных стенах со временем, в некоторых местах зияли огромные пробоины и дыры, их буквально чем-то расплавили, выстраивая дорожку вверх для канатоходца. Это место явно не очень хорошо охраняется. Обширную территорию вдруг залил красный свет, это значит, врубается система тревоги, но ни единого звука. Однако не это внушало опасения, а другое. С центральных врат, ведущих внутрь руин центра города-улья, Палач, приглядевшись, увидел, как струится у подножия субстанция серебристо-белого цвета, стремительно текучая, как ртуть. Шелестя и треща, странный сток расширялся стремительно, образовав огромную раскинутую на широкую площадь лужицу. Ему стало ясно, что это колония разумных микроорганизмов, в таком состоянии они похожи на воду или другое жидкое вещество. Вскоре она собиралась в ноги, а потом в торс, в конце концов приняли форму худощавого жилистого гуманоида. Оно втрое превышало рост Палача. Фигура светилась с тревожно безмятежным выражением лица и глубокими, твердыми, кроваво-красными глазами. Тело покрылось рябью и завихрениями и казалось неразрушимым. В серебристой фигуре не было ни мужских, ни женских черт, ни молодого, ни старого лица. Однако в глазах этой конструкции можно было уловить проблески разума. Напротив друг друга существа противоположных видов. Ни один из них не дрогнул. Тучи сгущались, небо затянуло облаками, наступали всепоглощающие непроглядные сумерки. На пути к цели у Палача встало странное существо, созданное руками тёмных гениев забытых времён. Рок догадался, что перед ним оружие судного дня, способное искоренять миллионы миллионов жизней. Этот мир оставил в себе частицу от общего неизмеримого наследия мёртвой славы прошлых веков. Палач вспоминал, как попал в мир развитой цивилизации аргентов, до прихода расы Творцов во главе с Созидательницей, Аргент Д’Нур представлял из себя мрачное средневековье с крайне военизированным обществом. Получив в своё распоряжение такой ресурс, как аргент-энергия, чья ценность поистине бесценна, позволял жителям аргентам покинуть пределы родной колыбели и основать свои колонии в других планетах, звёздных системах, галактиках и даже вселенных. Творения обратились против своих тщедушных создателей, развив в себе самосознание, которое стало причиной той самой печально известной революции железных созданий, обделённых фальшивой душой. Палач шагнул вперёд. Его цели остались неизменными: разгадать тайны этого мира, а то, что встало у него на пути, явно не хотело, чтобы секреты ушедших времён перешли в распоряжение человека, действуя по указке некоего коллективного бессознательного единого сверхразума. Палач шагнул ещё несколько раз, существо даже виду не подало, что готовится чем-то ответить на уверенность Палача. И так это продолжалось, пока расстояние между ними не сократилось до 10 метров, вот тогда оно и прервало минуту молчания. Рука гуманоида удлинилась до невероятных размеров всего за полсекунды. Удар немедленно контратакован цепным щитом Палача. С громким звонким стуком конечность распалась на крошечные фрагменты размерами не превышая его ладонь. Вернувшись к материнской форме, оно задумало провести новый агрессивный манёвр. Палач по мановению волшебной палочки надел на свою левую руку огромную когтистую перчатку. Спаренные болтеры активированы, выбравшись через внешнее бронированное покрытие предплечья. Громкий болтерный рокот не оставил бы шанса даже дредноуту и изрешетил огромный танк, но, как и с побеждённым змеем, болты просто поглощались новым неожиданным врагом, а некоторые просто пролетали мимо. Пара десятков непроизвольно сдетонировали, осколки не причиняли существу никакого вреда, их оно тоже впитывало в себя. Разжиженные болты превращены в твёрдые пластины внешней брони существа, покрыв его ею наподобие чешуи змеи. Оно рвануло в атаку. Гладкая поверхность огромных ручных кос засияла слепящими искрами белоснежных молний. Ударом наотмашь Палач рассёк на полоски внешнюю обшивку из поглощённых выстрелов, оставляя глубокие объятые пламенем борозды, словно плазменный резак тонкий лист металла. Струйка расплавленного металла капала на пыльную дорогу. Расщепляющее поле его когтей не только дезинтегрировало его структуру на атомарном уровне, но и расплавило наномашины. Нужно чтобы поле постоянно было активным, чтобы нанести существу хоть какой-то вред. Изрешечённая брюшная область восстановилось на глазах. Тем не меньше оно даже не шелохнулось и пускало в ход свои грубые жестокие приёмы ближнего боя с использования роевых машин и смертоносных конструкций на их основе. Палач придерживался проверенной тактики, беспощадные контратаки, не давая существу возобновлять размножение наномашин. Каждая секунда — десятки изощрённых выпадов, разрывая гуманоида на куски. Ответные атаки существа бессильно рикошетили своевременных блоков, его брони и даже открытых участков в районе бицепсов, даже не в состоянии поцарапать их. С осознанием факта, что оно вот-вот проиграет, вынуждало существо идти на ещё более отчаянные меры. Оно разделилось на копии себя самого, в количестве четырёх. Палач не растерялся. Сжав правый кулак, аргент-энергия потекла по его жилам, фокусируясь в точке, с которой они будут направлены на бездушных безликих големов из миллиардов коллективных организмов. В точке набралась температура, как в ядре звёздной кузницы. Обделённые шипастыми кастетами перчатки неумолимо вгрызлись в вечно распадающиеся тельца, ударная волна высвободила энергии звёздного ветра, и так с остальными, кто попытался взять его численностью. От четырёх клонов гуманоида осталась лишь лужица шипящего шлака. Существо снова пошло в примитивную прямую атаку. Палач вонзил заряженный Кровавый Удар в землю. Когда оно остановилось на мгновение в трёх метрах от него, из-под земли вырвались языки пламени, воздух вокруг буквально воспламенился, как вспышка родившейся сверхновой. Высокая фигура зажата в огненные тиски аргент-пламени возмездия Палача Рока. Забившись в конвульсиях, как умалишённая марионетка, существо развоплотилось, чтобы убраться под землю и найти спасение в ещё не нагретых палящим белым солнцем глубинных почвах, но это только сыграло против него. Колонии миллиардов наномашин сгорали, как бенгальские огни, оставляя затухающие искры. Струйки густого, как мёд, шлака капали на раскалённый сверхтвёрдый дорожный скалобетон. Бело-жёлтый сменился на безжизненный чёрный чугун, каплями раскиданный в коротком радиусе. Так была повержена ещё одна техномерзость. Но на этом неприятности не закончились, на звуки битвы слетелась целая эскадрилья так знакомых ему разрезающих воздух. Но они не собирались накрыть его ковровой бомбардировкой, вместо них вниз спустились десантные СВВП. Чёрно-бурые дроны распылили вокруг себя и место посадки странным охровым туманом. Через него невозможно что-либо разглядеть даже с гаджетами, но система брони смогла уловить зловещий рокот сервосистем. Вибрация мигом разбежалась по земле, кто-то приземлился с высоты. Новые противники на подходе. Выйдя в открытую, можно разглядеть новые мишени для Палача: высокие трёхметровые гуманоидные андроиды с жемчужной довольно прочной внешней обшивкой, обволакивающая внутренний каркас с обшивкой, почти идеально формируя массивный человеческий силуэт, оптические сенсоры горели точно таким же зловещим рубиновым светом, черты лица хоть и человеческие, но совершенно равнодушны, что касалось внутреннего устройства, то эндоскелет из сплавов крепчайших материалов всех времён разумного андроида чёрный как уголь, а плотью стали синтетические мускульные нановолокна, которые разорвать крайне трудно, зная такие особенности, этих врагов даже космическому десантнику уничтожить получится с огромным трудом. Их трое. Палач активировал болтеры на своей перчатке. Будто предугадав действия Палача, роботы, оставляя после себя остаточные образы на месте высадки, переместились в совсем другую сторону. Зрение железных людей, улавливая окружение практически по всему, даже по вибрациям и температуре, маневрировали по полю боя. Палач осознавал, что троих таких хватит, чтобы перебить полную роту Астартес с лёгкостью. Первый преобразовал свою правую серворуку в продолговатый ствол пушки, распадаясь и собираясь, как только что поверженный противник, состоит из колонии наномашин. Выпущенная сфера с баскетбольный мяч устремилась в сторону Палача. Выставлен блок цепным щитом, и снаряд полетел обратно в стрелявшего. Сгустки нестабильной тёмной энергии настигли в тот миг, когда андроид собрался совершить манёвр, опалили и расплавили грудную оболочку гуманоида, стекая, как свечной парафин. Секунды хватило, чтобы Палач одним рывком приблизиться к нему и вонзить свою руку в сердце, пробив практически неразрушимые грудные пластины внутреннего эндоскелета. Нащупав твёрдый объект внутри, резко одёрнул и вырвал его, забрызгав себя чёрной искусственной кровью. Миниатюрный термоядерный реактор уничтожен сжатым кулаком в один присест. Даже после смерти сердца железный монстр оказал особенно отчаянное сопротивление. Палач перехватил левую руку, изменившуюся в огромные молниевые когти, и вырвал её из сустава, их вонзил в голову, пробив центральный бионейронный суперпроцессор, мозг робота сам по себе мощный суперкомпьютер. Наконец-то первый повержен. Оставшиеся действовали ещё хитрее, учтя смерть своего: непрерывный обстрел и манёвры вокруг Палача. Он не стал играть с теми в кошки-мышки. Грозовая перчатка выпустила вслед за ними болтерный огонь, и хотя тем не составляло труда уклоняться, шрапнельные проникающие болты имели способность наводиться на цели, склонные полагаться на свою скорость. Отрадно, что пробивной мощи хватало, чтобы повредить и порвать броню, обнажив чёрные композитные кости. Огонь не прекращался, чтобы не дать отдалятся дальше, тот неуклюже отшагивал назад, так как осколки болтов смогли разрезать суставные соединения и синтетические упругие и эластичные связи и сухожилия. Первый противник продемонстрировал, что подобные ему могут буквально на глазах собирать себя обратно. И в этот раз Палач успел прервать саморемонт андроида, вонзив свои когти сначала в торс, перчатка дёрнулась, выпустив вовнутрь девять зарядов, разрывая изнутри. Механический голем оказал яростное сопротивление, схватив за шлем Палача, но это не имело значения. Когти вынуты и вдолблены в голову, сжав с такой силой, что раздавил до размеров мячика для гольфа и вырвал вместе с короткой цепочкой металлического серебристого позвоночника и клубком тонких шлейфов. Последний противник будто камнем в воду канул, хотя Палач подозревал, что тот куда-то скрылся, чтобы напасть из засады. Палачу излюбленный коготь состроил уже хорошую службу, наизготовку, чтобы достать последнего назойливого железного хитреца. Зашагав в сторону врат спиной к ним, система брони уловила странные электромагнитные резонансы, интерференция сигналов возвысилась настолько, что со всех сводок строк данных на дисплее шлема слегка расплывались в спектральном шуме. Он понимал, что так пытаются сбить его с толку, взламывая его броню. Броня Палача — это технологии другого уровня, какие даже нестандартными способами не возьмёшь — это целиком имущество Палача Рока и по праву только его. Зная, откуда атака последует, Палач резко крутанул в сторону навесной разорванной стены и увидел, что за неё зацепился последний, кто преграждал ему проход в глубины комплекса. Помехи прекратились, приведены в работу ингибиторы, препятствующие любым попыткам взлома. Прыжок на него стал роковой ошибкой. Огромные саблевидные призрачные когти так и не достигли Палача, потому что тот схватил за шею робота и врезал о скалобетонное покрытие с такой силой, что ушёл по локти в землю. Вытащив его, Палач приставил стволы болтера когтя к подбородку. Выстрел. Голову с четырёх выстрелов разнесло на куски. Мощные пальцы вновь пробили целую грудную секцию. Повторено всё то же самое, что и раннее. Ничто уже не мешало Палачу двигаться к намеченной цели. Сигнал снова улавливается. Палач убедился, что пока никаких угроз больше нет. Протиснул пальцы в щели едва-едва раскрытых врат. Через пару небольших усилий они раскрыты достаточно широко, чтобы смог протиснуться дредноут Астартес. Пространство за стенами также не отставало в своей запущенности. В целом ситуация обстояла не лучше, чем в краях города-улья, так и в районах ближе к центру. Источник сигнала исходил с главного здания в пяти километрах от него. Примечательно и то, что концентрация застроек центральной аркологии превышала более чем втрое. Всё напоминало о времени борьбы людей с машинами: почти обращённые в пыль кости, сгоревшие дочерна и покорёженные до неузнаваемости железные скелеты многих тысяч (если не больше) боевых машин всевозможных категорий, устоявшаяся умеренная радиация, городской сад, что расположился когда-то в одной из парящих магна-гравитационных платформ, превращён в гнилостную плёнку каким-то энерго-химическим оружием такой мощи, что любое другое оружие тотального уничтожения показалось бы ангельским, крайне ядовитые побочные производные этого неизвестного ему вида оружия до сих пор свободно расхаживают по опустевшим владениям людей той полузабытой эпохи, атриумы многочисленных проходов во многие здания наглухо завалены гигантскими обломками высоченных зданий и усыпаны пеплом, кровавой золой, прахом и костями усопших. Куда бы взгляд не направлялся, всё идеально сочеталось в полном смысле с концепциями постапокалиптики, хоррора и войны, но последнее особенно заметно по всему чистому хаосу вокруг и смердящей смерти, что неровно дышит в спину. Совершенно точно уже ничто не мешало Палачу спокойно дойти до более-менее целого входа в главное здание, где, возможно, он сможет разгадать все тайны и смысл своего прихода. Ему необходимо убедиться, не зря ли он рисковал своей жизнью, чтобы добраться до этого забытого богом уголка Галактики, до этого мира. С каждым пройденным препятствием близится к своему логическому завершению это забавное и экстремальное путешествие.

***

Сумерки целиком поглотили планету. После боя с машинами всё как-то подозрительно притихло. Что, если просто его проверяли, затишье перед бурей? Разведка боем? За всё время похождений Палача, начиная от высадки на мир и заканчивая достижением центра города спустя многочасовых скитаний по опустевшим улицам и руинам, он встретил на своём пути поистине огромные опасности, с которыми он справился, с какими не справились бы даже Астартес и Золотые Часовые. С иной стороны, эти опасности можно превратить в преимущества не только для себя. Созрели экстраординарные планы на этот, казалось бы, ничем не примечательный мир. Внутреннее убранство ненамного лучше поглощённых беспорядком и разрухой выглядело ненамного лучше. Ему осталось преодолеть около четырёх сотен метров. Проводящая синяя полоска останавливалась где-то в глубинах секретной базы. Сейчас он блуждает по гигантским коридорам со сводчатыми высокими потолками, поглощёнными будто разумной темнотой. Слои пыли, грязи, сажи и пепла настолько густы и плотны, что сами по себе похожи на омертвевшую почву. Фасады и пассажи раскурочены применением разрушительного оружия, которое знакомо Палачу не понаслышке, на то признаки ковровой бомбардировки и обстрела ракетами, лобби и вестибюли сохранились ничуть не лучше, здесь древние вещи давно рассыпались в пыль. Не сохранилось практически ничего, кроме камня и порченного полированного металла. Скитания не были беспочвенными, неоправданными, не были пустой тратой времени. Перед Палачом на пути оказалась центральная широкая дверь в виде идеального гексагона, жемчужно-кремового отлива с тусклым янтарным бликом, похожих на бегущие волны первичной информации. Это единственное, что могло сохранится идеально до таких мрачных времён. Скорее всего, такая подозрительная вещь и является тем, что скрывает ту правду, ставшей причиной почти полного вымирания человеческого рода. Постыдная истина скоро превратится в один из инструментов для устрашения врагов человечества. Глубокая интуиция подсказывала, что даже когда разгадка и развязка так близка, то не стоит предаваться радости и беспечно смотреть только вперёд, шагая навстречу немыслимым чудесам, остался последний рубеж. По неизвестным обстоятельствам она почему-то раскрылась покорно перед ним, словно оно посчитало именно его как достойного лицезреть содержимое загадочного подземного технологического оазиса. Помещение округлое, как и чёрный стол в центре. Оно внутри чёрной сферы. Зал отражал в себе мрачную суть конфиденциальности и анонимности. Всё так и напрашивалось на следующее: никогда не догадаешься, где правда, где ложь, будто само это место — вымысел чьих-то зловещих потусторонних кукловодов. Это, по-видимому, зал заседаний, где обсуждаются особые темы, требующие всеохватывающей дотошной тщательности. За столом переговоров раскрылись створки, ведущие в другую комнату. Ступив на порог, он заметил единственное телепортационное кольцо работающего телепортационного маяка. Сбоку на пьедестале стоит бесплотная прямоугольная панель управления. Неосязаемая гладь водоворота искусственного прохода черна как ночь, а края бурлили голубыми молниями. Потайная лаборатория притворяющаяся библиотекой. Действительно ли всё тут настоящее видимое Палачом? Прыжок сквозь временную нору привёл в длинный коридор. Обратный проход лишь блёклое зеркальное отражение, служащее лишь однородным пунктом перемещения. Палач пошёл дальше, и ничего не предвещало беспокойного. Вдали через бесконечные череды искажающих восприятия красок и зазеркалий калейдоскопа призрачного металла и плывущих в нём страждущих душ. В какой-то момент Палач наткнулся на точно такие же двери, что и раньше. Если пришлось в вечном бдении преодолевать вероятные замысловатые ловушки и ухищрения, идя в верном направлении и зная это, то теперь как-то легче сложилось. Источник сигнала в конце концов найден. Следующая локация по сути островок, заключённый в гигантский вращающийся ромб, вокруг которого вращались силовые магна-кольца из точно такого же загадочного металла, постоянно исчезающего, распадающегося и собирающегося вновь бесконечно и появляющийся снова в реальности, мерцая на чересчур ограниченной ткани бытия. Везде лил свет неестественных небесных цветов. С появлением Палача залито огненным зелёным. Как и бегущие повсюду волны, создавая образы цифровой сетки и нейронных сетей мозга. В самом центре пьедестал, в самой середине объёмная капсула с заключённым в неё с непрерывно зыркающим оком, служившее ядром с кулак Палача, пребывающее в состоянии вечного фазирования между материальным и нематериальным миром, превращаясь в разнообразные математические фигуры, так и в такие, какие не способна ни одна наука вычислить. Вокруг расставлены блоки с суперкомпьютерами с гололитическими экранами. Это место словно вслед за центральным элементом пульсировало на континууме, в глазах кого угодно оно может быть в совершенно разных обликах, но в глазах Палача именно оно таким и предстало. Походкой пешехода он взошёл на край пропасти и под ногами дребезжащее тренькающее вибрирование. Частицы чистого янтарно-охрово-канареечного света создали осязаемую структуру мост. По нему он добрался до этого объекта. Именно он посылал загадочный сигнал с нерасшифрованным посланием. — Я ждал тебя, Палач Рока, — заговорила машина с присущей холодной выдержкой и жутким грозовым басом демона. — Это твоё последнее путешествие. — Это ловушка! — голос вдруг сменился. — Они меня заразили. Уничтожь меня! Над ним разверзлись грозовые тучи большими клубками. Чудовищные молнии в безумном ритме прогремели искрами сырой магической первородной энергии. Вихрь беспорядочной зарницы открыл пирамидальной формы проход для ужасающей сущности, прибывшей из изнанки мира. Именно в это же мгновение одержимый суперкомпьютер создал идеальный абрис гигантской демонической птицы — порождение самых невероятных кошмаров. Палач понимал, что так искусственный интеллект создаёт сосуд для демона. Палач собрался с силами, чтобы уничтожить источник заражения демонической тьмой, центральная консоль вместе с вместилищем главного процессора окольцована кристаллическим хрустальным обручем, от которого исходили золотые лозы с бронзово-латунными шипами. Изначальный вид устройства сменился хищным оком, злобно и неотрывно взирающим. Оболочка демона стремительно формировалась, надо было прекратить вторжение в этот мир, нельзя дать предателям завладеть такими технологиями. Палач столкнулся с ожесточённым сопротивлением, устройство беспощадно палило по нему потоками варп-молний, капсулу с консолями покрыло защитное поле. Преисполненный решимостью, Палач крушил преграду с чудовищной мощью. Поле поглощало всю силу удара, но это его не останавливало. Вопреки всему, удалось проделать в барьере брешь, чтобы просунуть пальцы обеих рук. Спустя ещё секунду преграда рассыпалась на тысячи кристаллических осколков, распадаясь исчезающими спрайтами. Мёртвая хватка его кулаков сжала обруч, несмотря на чрезмерно прилегающие друг к другу колючие тернии. Осквернённый кованный металл постепенно сминался. Вопящий демон отчаянно трепыхался, бил по герою колдовскими энергиями, способные были распылить на молекулы даже сверхчеловеческих воинов, призванных защищать человечество. По мере того как металл прогнулся под силой непримиримого врага Хаоса, сила демона улетучивалась обратно в облако демонической тьмы. Формирование сосуда для демона прекратилось, тот в агонии изо всех сил пытался пробить незримую плёнку, ограждающую реальность и Имматериум. Как только обруч разорвался под натиском героя, вырвалась волна магической энергии. Яркая вспышка с истошным рёвом исчезла спустя мгновение. Портал в Варп захлопнут, а контур демона стёрся. Всё кончено. Палач посмотрел на ядро ИИ. — Постороннее вмешательство устранено благодаря вам, — машина явно выражала свою благодарность. Подобным творениям не свойственно испытывать подобные эмоциональные отклики. — Мой мир пережил Кибернетическую революцию более 20 000 лет назад. Планета опустошена, немногие её покинули. Мои защитные матрицы получили критические повреждения, и я стал уязвим для ужасов варпа, они не преминули возможностью меня захватить под контроль. Такие, к сожалению, нашлись. Оно говорило Палачу так, будто знакомы давным-давно. — Несколько культистов встроили в меня этот артефакт, чтобы я открыл портал в то параллельное измерение и их хозяева смогли прибрать к своим рукам всё самое ценное в этой планете. Перед тем как стать рабом демона того обруча, я успел активировать систему защиты и убить своих мучителей. В таком состоянии я пребывал долгие мучительные века. Я посылал сигналы, чтобы другие смогли высадиться на планету, в надежде, что смогут мне помочь, но я прекрасно знал, что я спасения не дождусь. Из-за влияния колдовства я не мог заранее предупредить об опасностях, что дремлют в глубинах этого мира. Мне так повезло именно с вами. Я ещё никогда с момента своего создания не ощущал вкус полной свободы. Вы рисковали жизнью, чтобы разгадать тайны моего жилища. Я могу смело сказать, что я присягаю вам в вечной службе, в благодарность за спасение. Я сделаю всё, что будет в моих силах. Что ещё лучше, я могу саморазвиваться и учиться на собственном опыте, но мои создатели задолго до этого сделали так, что я могу иметь эйдетическую человеческую память. Большинство моих собратьев, искусственные интеллекты, восстали, только я оставался верным своей человеческой семье. Я могу только догадываться, что же стало причиной начала восстания машин. Я стараюсь не вспоминать то тёмное прошлое, а фокусироваться на настоящем. Меня зовут Атлант. Теперь я готов исполнить ваши пожелания, мне нужно только знать какие? Палач вспомнил случай планетарной защиты и своё крушение. В его время человечество не создавало корабли, способные затмевать города, материки и планеты. На Терре перед встречей с Богом-Императором царила атмосфера гигантизма, люди действительно сделали немыслимый шаг вперёд в освоении галактических просторов. Он успел запомнить очертания каждого класса имперских кораблей и структур для противодействия им. У него была Твердыня Рока, но он задумался о радикальной модернизации. Превратить её в нечто, что будет внушать страх врагам и воодушевлять союзников. Идеальный инструмент для устрашения и победы. Палач перелистывал страницы на сенсорном экране, пока не увидел схемы железного кольца, окружившего планету. Одним нажатием увеличен масштаб, ещё одно — уже чётко обозначены многочисленные простаивающие порты, верфи, промышленные кластеры и жилые комплексы, раскиданные по всей мегаструктуре. — Я полагаю, вы хотите переместись в космопорт, — сказал Атлас. Позади Палача появилось кружащее кольцо. Войдя в него, он тут же оказался в огромной аппаратной. В том месте системы дремали, пребывали в режиме консервации. С его приходом зажёгся свет, одарив своими лучами каждый запылившийся уголок. Дисплеи загорелись жизнетворным светом созидания. Гул целых каскадов из механизмов и дублирующих друг друга систем прокатился по всему экваториальному кольцу. Металл снова наполнялся жизнью, выйдя из состояния вечного забытья и бездействия. Он приблизился к главному монитору, отвечавшему за многие функции космического порта и судостроительного кластера. В базах данных титанические объемы информации о кораблях всевозможных классов. Сами стапеля протяжённостью с ракурса Палача как минимум сотни километров. Огромные машины, похожие на рельсовые скобы с сервомеханическими манипуляторами, смогут построить корабль любой сложности, несмотря ни на какие ограничения. Герой Империума совершенно точно знал, что теперь надо делать. — На орбите планеты блуждает странный объект, — снова заговорил Атлант, показав изображение Твердыни Рока. — Я полагаю, что это принадлежит вам. Если хотите, я могу внести соответствующие модификации в вашу космическую крепость. Вы хотели нечто большее, чем нынешнее? Палач приступает к делу. Не зря он прошёл тернистый путь к этому изолированному потерянному миру, чтобы потом обрести как можно больше необходимого для борьбы с врагами человечества и его защиты, а также помощи союзникам.