Волк в овечьей шкуре

      Стук собственного сердца доносился до слуховых перепонок, словно барабанная дробь. Каждая минута тянулась словно вечность, а тревога, подобно зыбучим пескам, затягивала всё глубже. Ки Хун сам не мог понять, что творилось с его рассудком. Дрожь, пробегающая по телу, не унималась, несмотря на то, что план был обговорено до мельчайших деталей. Каждая мелочь была продумана заранее, но этого было недостаточно для достижения цели, и мужчина прекрасно понимал это. Шансы на победу были не больше пятидесяти процентов, как и шансы на гибель. Всё зависело от слепой удачи, ведь о логове врага за пределами этой комнаты не было известно практически ничего. Игрок пытался отогнать мрачные мысли, но они продолжали въедаться в голову, заставляя зарыться пальцами в короткие волосы, силой сжимая их, чтобы хоть на миг отвлечь себя. Сон знал, что жертв не избежать, но душу уже терзала вина за то, что люди скоро прольют здесь свою кровь ради его собственных амбиций. Однако больше всего 456-й боялся потерять Чон Бэ и Ён Иля. Привязанность к игроку 390 исходила ещё с глубокого прошлого, с тех моментов, которые они проводили вместе. Каждый из них отпечатался в памяти. Только Чон Бэ за долгие годы смог вернуть 456-му прежнего себя, пусть и ненадолго. Время, которое они проводили в баре, на скачках или просто дома, в уютной обстановке, за глупыми разговорами и весёлым смехом, было одним из самых тёплых. Ки Хун был искренне благодарен мужчине за его веру в него. Поддержка со стороны близких людей помогала, но в то же время отталкивала, боясь потерять то, что заставляло бороться дальше, а не опуститься на самое дно. Взгляд невольно упал на Ён Иля. Темноволосый специально забрался на верхний ярус многоэтажных кроватей, чтобы побыть одному и всё обдумать. Оттуда открывался хороший обзор на происходящее снизу. Игрок 001 сидел на ступеньках, улыбаясь и обсуждая, скорее всего, план бунта с Дэ Хо и Чон Бэ. Мужчина действительно очень хорошо мог располагать к себе людей. В его манере речи и исходящей атмосфере таилось что-то тёплое, что-то родное и согревающее душу. Ки Хуну казалось, что он нашёл того, кто был похож на него самого. Того, кому он мог рассказать о своих переживаниях, и найти спасение от кошмаров в ночных разговорах. Сон часто встречался взглядом с Ён Илем, что вызывало хоть ненадолго, но искреннюю улыбку. Даже их истории переплетались между собой. Темноволосый пришёл на игры, чтобы спасти мать от смерти, и то же самое сделал 001-й, но только чтобы спасти жену и ребёнка. Однако что-то вместе с этим пугало. Ки Хун не мог понять этого чувства, словно кто-то настойчиво тряс его за плечи, требуя открыть глаза, но перед ним по-прежнему зияла непроглядная тьма. И от этого тревога лишь усиливалась, разрастаясь в груди всё сильнее. Глаза, мечась из стороны в сторону, отчаянно искали хоть какую-то зацепку, способную унять это ощущение. И наконец нашли её. Взгляд 456-го упал на нашивку с номером «001». В одно мгновение воспоминания, как пуля, пронзили сознание. Под этим самым номером в прошлой игре скрывался создатель всего этого кошмара. Сон понимал, что подозревать кого-либо лишь из-за номера было нелепо, но сомнения продолжали терзать. Это был не единственный повод, чтобы усомниться в намерениях 001-го. Например, вспомнить тот же случай, когда Ён Иль случайно назвал его имя, но не должен был его знать. Мужчина тогда ловко выкрутился, найдя правдоподобное оправдание, но разве возможно с первого раза запомнить имя, услышанное мимолётно из чужих уст? К тому же, Ки Хун постоянно ощущал на себе чей-то пристальный взгляд. Сначала не придавая этому особого значения, окунувшись с головой в свою затею по плану сокрушения игр, но со временем этих взглядов становилось всё больше, гораздо больше.

***

      Губы сжались в тонкую линию, а дрожь в руках никак не унималась. Он мысленно корил себя за то, что не брал во внимание, казалось бы, все эти незначительные моменты, слишком сильно поддавшись влиянию игры. Ведь ведущий вполне мог внедрить в их ряды предателя, который передавал всю информацию солдатам. Сердце болезненно сжалось, темноволосый не хотел верить в собственные догадки. Неужели такой человек, как Ён Иль, способен на столь искусную ложь? Разве мог так искренне смотреть в глаза и при этом врать? Ки Хун отчётливо помнил слёзы, блеснувшие в глазах Ён Иля во время их ночного разговора. Все эмоции тогда были настоящими. Сону самому казалось, будто он ощущает ту боль, которая терзала душу 001-го. Не мог такой человек оказаться предателем. «Не мог ведь, правда?» — эхом отозвалось в голове. Подозрения, подобно яду, просачивались в сознание, отравляя прежние чувства к тому, кого он считал близким товарищем. Единственное, чего сейчас хотелось, — это вновь подойти к Ён Илю, заговорить с ним, увидеть тот самый тёплый взгляд, чтобы успокоиться, отогнав гнетущие сомнения. Сама мысль о предательстве со стороны 001-го резала душу острее любого ножа. Он уже однажды получил удар в спину от Иль Нама и Сан Ву, поэтому третьего раза допустить было нельзя. Он обязан проверить свои догадки.

***

      Поднявшись с места, Ки Хун почувствовал, как тело слегка пошатнулось. Ноги казались ватными, то ли от тревоги, то ли от того, что он уже несколько дней почти ничего не ел, пребывая в постоянном напряжении. Спустившись с верхнего яруса и ощутив наконец под собой пол, 456-й сразу же взглянул на Ён Иля. Сколько бы он ни наблюдал за мужчиной, всё равно не мог заметить в его поведении ничего странного или непривычного. Возможно, его подозрения действительно были напрасны. «Я должен кое-что рассказать о Ён Иле. Когда мы были в комнате, он...» Зрачки сузились, словно его ударило током, а голос Чон Бэ до сих пор звучал в ушах, хотя это были всего лишь воспоминания. Тогда 456-й не обратил внимания этим словам, просто проигнорировав. Видимо, идеальный образ, созданный Ён Илем, действительно заслепил глаза, не позволяя сразу увидеть то, что скрывается за этой лицемерной маской. Игрок моментально сорвался с места. С каждой секундой быстрыми шагами приближаясь всё ближе, желая как можно скорее добраться до 390-го номера. Пока ещё не стало слишком поздно, нужно выяснить правду, иначе всем им грозила смерть. – Чон Бэ, пойдём со мной, – не церемонясь, Сон приблизился к другу, резко хватая того за руку. – Я хочу ещё раз обсудить план именно с тобой. Добавил темноволосый, ловя на себе непонимающие взгляды товарищей. Было очевидно, что с ним что-то не так. Чон Бэ хотел возразить, но, увидев состояние 456-го, понял, что дело действительно важное. – Прошу прощения, я скоро вернусь, – с неловкой улыбкой сказал мужчина, обращаясь к другим игрокам, после чего поднялся с места и быстрым шагом последовал за Ки Хуном. – Может, объяснишь, какая собака тебя на этот раз укусила? – не скрывая возмущения, возразил бывший морпех. – Нельзя разве спокойно поговорить, а не тащить меня через весь зал? Поведение Сона настораживало, особенно перед таким важным событием, как их восстание против создателей игры. Было видно, что-то явно шло не по плану. – Ты говорил ранее про Ён Иля, что произошло в той комнате? – наконец задал вопрос 456-й, отведя Чон Бэ в самый дальний угол комнаты, предварительно окинув взглядом зал, убеждаясь, что их никто не слышит. – А, это... – сразу же замялся мужчина, почесав свободной рукой затылок. – Я же говорил, что ничего такого, забудь просто. Нам сейчас нужно думать о другом. Чон Бэ совершенно не умел лгать, только по одному неуверенному тону можно было понять, что сказанное было ложью. Игрок понимал, что лишь благодаря 001-му сейчас жив. Сам бы он вряд ли смог лишить кого-либо жизни в такой ситуации, даже ради собственного спасения. Терпению Ки Хуна подходил конец. Нервы и без того были на пределе, учитывая, сколько минут осталось до бунта и то, что среди них, вполне возможно, скрывался предатель. Поэтому времени на уговоры не оставалось. – Говори! – повышая тон, Ки Хун вцепился в плечи 390-го, буквально вжимая его в стену. – Ты совсем с цепи сорвался?! Если кто увидит, что подумают остальные? – Чон Бэ пытался изо всех сил образумить друга или хоть немного успокоить того, но эта затея казалась бесполезной. – Поверь, хуже не станет. Все и так считают меня психом, у которого уже давно крыша поехала. – Я бы посерьёзнее диагноз поставил, так на людей бросаться, – пробурчал с некой обидой мужчина, отодвигая 456-го подальше от себя. – Если ты не скажешь, я потребую ответа у Ён Иля, – пригрозил Сон, продолжая сверлить взглядом 390-го. – Ладно, ладно, не отстанешь же, – понимая, что выбора нет, ничего не оставалось делать, как сказать правду. – Когда мы были в комнате, Ён Иль убил одного человека, чтобы не убили нас. Времени оставалось мало, поэтому это было единственным спасением. Но не это меня больше всего насторожило. Его лицо было таким спокойным, будто он уже убивал раньше, поэтому... Мужчина замолчал, как только встретился взглядом с 456-м. В глазах Сона читался шок и какая-то необъяснимая пустота, будто внутри что-то сломалось, разбиваясь в дребезги на мелкие кусочки. Тут-то он и понял, что сказал лишнее, сразу же прикусив себя за язык в качестве наказания. – Но тот человек был за кружочков! Если бы Ён Иль его не убил, то игры продолжились, и мы бы с ним уже давно были мертвы, – Чон Бэ тут же попытался сгладить ситуацию, теперь уже сам хватаясь за плечо Ки Хуна, чтобы услышать от того хоть какой-то ответ. После услышанного ранее, земля из-под ног вмиг ушла, а в горле застрял болезненный ком. Разбросанные пазлы начали формировать целостную картину. Сомнений больше не было – Ён Иль точно был в сговоре с ублюдками в масках. Ки Хун собственноручно пригрел змею на груди и только сейчас, перед самым концом, осознал это. Несмотря на всю пережитую боль и болезненный опыт, он так и остался наивным идиотом, который видел в людях лучшее, даже если его там нет. Темноволосый слышал голос 390-го, будто под слоем воды, но вскоре удушающее опустошение переходило в слепую ярость. Хотелось ударить 001-го со всей силы, потребовать ответа на свои вопросы, но вместе с этим в душе оставалась мизерная надежда на то, что Ён Иль сможет опровергнуть его догадки. Доказать то, что все сказанные им слова были не ложью. – Э-э, ты куда помчался? – встревожился мужчина, моментально останавливая темноволосого, схватив того за руку и потянув назад, заметив, как Ки Хун стремительно направляется в сторону Ён Иля. – Я лишь хочу поговорить с ним, поэтому не мешай, – холодно отозвался Сон, вырывая запястье из чужой хватки. Других аргументов, чтобы остановить Ки Хуна, у 390-го не было, оставалось лишь наблюдать за неизбежным. Он уже начинал представлять, как 001-й сворачивает ему шею после того, как Сон полностью вынесет мозг. Игрок знал 456-го как свои пять пальцев и прекрасно помнил, на что способен мужчина в порыве гнева. Дела и вправду были плохи. – Ён Иль, – сдержанно произнес Сон, подойдя к мужчине. – Мы с Чон Бэ вновь обсудили план, и мне нужна твоя помощь, чтобы кое-что проверить. Темноволосый лгал на ходу, придумывая правдоподобную историю, чтобы поговорить с 001-м наедине, без лишних глаз и, в случае чего, без лишних свидетелей, ибо намерение убить Ён Иля и вправду присутствовало. Ему нужно было вести себя естественно, но получалось это делать неумело, отчего пальцы отчаянно сжимались в кулак, тем самым впиваясь ногтями в ладонь. Ки Хун пытался сдержать себя, вымещая злость через физическую боль, чтобы хоть как-то притупить бушующие эмоции. Не будь здесь людей, он бы давно разукрасил лицо "псевдо-друга" в кровавые тона. Но этого нельзя было допустить, прибегая к любым способам, лишь бы не выдать себя раньше времени. Теперь уже 456-й решил побыть актёром. – Конечно, что я могу сделать? – невинно ответил мужчина, словно ничего не подозревая. Он прекрасно видел, что происходило. Видел, как Ки Хун был взволнован во время их разговора с 390-м. И прекрасно догадывался, о чём шла речь на самом деле, хотя и не имел возможности слышать их диалог. – Хорошо, тогда отойдём в уборную. Чон Бэ говорил мне, что в потолке есть вентиляция, хочу проверить, куда она ведёт. Вдруг удастся увидеть дорогу к пункту управления, – продолжил Сон, сам удивляясь тому, как правдоподобно складывалась история. В последний момент темноволосый вспомнил слова Сэ Бёк, когда та ещё была жива. Во время их ночного дежурства девушка рассказала ему историю с вентиляцией. От этих воспоминаний душу вновь наполнила пустота и боль. Единственное, чего 456-й желал тогда, – это вернуться в Сеул вместе с Сэ Бёк, спасти её от смерти, но он не смог. С тех пор прошло уже три года, а старые раны всё ещё кровоточили только при одном упоминании о них. – Разве ты об этом хо… – попытался вмешаться 390-й, но тут же получил локтем в бок и красноречивый взгляд со стороны Ки Хуна, который ясно давал понять, что, если он не замолчит, то останется без языка. Поведение Чон Бэ выдавало всю правду. Он стоял рядом чуть ли не с открытым ртом, явно не понимая, что происходит. Только потом до мужчины дошли намерения 456-го, хотя они ему совершенно не нравились, а лишь ещё больше настораживали, но подыграть было необходимо. – Ах да, точно. Я бы сам пошёл, но мне нужно обсудить план наших действий с Дэ Хо, всё-таки мы бывшие морпехи, – поспешно проговорил 390-й, пытаясь придать своему голосу больше убедительности. – Что ж, в таком случае я с радостью составлю компанию, – невозмутимо ответил Ён Иль, поднимаясь с места и приближаясь к 456-му. – У нас мало времени, поэтому нужно поспешить. Отступать было нельзя, так как это могло вызвать ещё больше подозрений. Ин Хо знал, что сможет выпутаться сейчас благодаря хорошо продуманной лжи. У Ки Хуна были лишь догадки, но не весомые доказательства. А когда человек не уверен в своей правоте, им легче манипулировать. Сон всё это время молчал, внимательно наблюдая за эмоциями на лице 001-го, но тот был как никогда спокоен. Это заставляло вновь усомниться в правильности своих действий, а противоречивые чувства разрывали изнутри. Если он сделает то, что задумал, и его догадки окажутся ложными, то подорвёт доверие Ён Иля уже к самому себе и тогда их отношения уже никогда не останутся прежними. Тем не менее, если 001-й окажется предателем, и это удастся вычислить ещё до бунта, то он сможет спасти остальных от неминуемой гибели. Судя из этих размышлений, чаша весов сразу же склонялась ко второму варианту. – Мне конец, он точно убьёт меня, – не унимался мужчина, приложив кулак ко рту и прикусывая костяшки пальцев, наблюдая, как Ки Хун и Ён Иль направлялись к выходу. – О чём вы говорите? – взволнованно спросил Дэ Хо, положив ладонь на плечо 390-го. В ответ была тишина. Чон Бэ перевёл взгляд на 388-го, ясно давая понять, что что-то намечается, и это "что-то" не сулит ничем хорошим. Дэ Хо лишь шумно сглотнул, начиная понимать происходящее. Единственная надежда была на то, что 456-й не утратил последние капли здравого рассудка.

***

      Сердце всё ещё бешено колотилось в груди. В глубине души он не хотел этого делать, хотел оставить всё как есть, лишь бы не убедиться в горькой правде, но ноги сами несли к выходу. – Откройте дверь, – тон был холоден и безэмоционален, звучал словно приказ, отданный солдатам в масках. Иногда даже Ин Хо поражался этому тону. Казалось, что главный здесь был не он, а игрок под номером 456. И это забавляло, придавало азарта. Он словно питался эмоциями Сона, желая не упустить ни одного мгновения, постоянно фокусируя взгляд только на темноволосом. – До отбоя осталось десять минут, запрещено, – механическим голосом отозвался охранник, сжимая в руках автомат. – Вы издеваетесь? Отбоя ещё нет! – прошипел сквозь зубы 456-й, повышая голос. Понимая, что если они не выйдут отсюда, то план точно сорвётся. – Прошу прощения, мы ненадолго. За спиной раздался знакомый голос. Ки Хун не заметил, как Ён Иль положил руку ему на плечо, слегка оттесняя его и выступая вперёд. Увидев ведущего, охранник заметно замялся, но перечить фронтмену не мог. Нужно было выполнить приказ, иначе лишится головы. – Проходите, – коротко ответил надзиратель, открывая дверь и отходя в сторону. Такая уступчивость насторожила. Ки Хун прекрасно знал этих ублюдков, им было бы плевать на любые мольбы, но сейчас даже не пришлось долго уговаривать, после того как появился Ён Иль. Это ещё раз подтверждало, что все его подозрения были не напрасны. Всю дорогу они шли молча, хотя вокруг прекрасно чувствовалась гнетущая атмосфера. Ки Хун был погружён в свои мысли, а Ин Хо предвкушал продолжение шоу. Было интересно узнать, на что на самом деле способен игрок. Хватило пары минут, чтобы дойти до нужного места. Всё вокруг ещё напоминало о недавней бойне: кровь, разбитое стекло и куски вырванных волос, лежащие в разных углах небольшого помещения. Не хватало только трупов для полной картины. Однако 001-го это не смущало, как и Ки Хуна. Видимо, и вправду рано или поздно ко всему привыкаешь. – Я слушаю, каков наш пл… – не успев договорить, Ён Иль тут же почувствовал на своём лице мощный удар, который заставил от неожиданности пошатнуться и ухватить за ушибленное место ладонью. Однако этого было для Ки Хуна мало, вслед за первым ударом последовал второй, отчего губа и нос 001-го были разбиты, а кровь украшала холодный кафель. – Говори, на кого ты работаешь? На этих тварей в масках? Отвечай! – спусковой рычаг терпения внутри окончательно перемкнуло. Ки Хун за долю секунды впечатал 001-го в стену, сжимая кофту на его теле, едва подавляя желание оскалиться. Ин Хо мог предвидеть такой исход, но изначально предполагал, что Сон не будет действовать так поспешно. Однако так было даже лучше. Чего только стоила та картина, которая сейчас открылась перед ним. В глазах Ки Хуна пылала ненависть, желание убить. Это было именно то, что хотел видеть ведущий. Но сейчас нельзя было сдаться и так просто раскрыть свою личность. Если играть, то только до самого конца.