Лабиринт боли

Девушка быстро добежала до железной двери. Перед тем как войти, она несколько раз вдохнула воздух, словно готовясь к чему-то. В голове была неразбериха, но Йеджи твёрдо чувствовала — она нужна Рюджин. Та её ждёт. Отбросив сомнения, она вбежала на крышу, чуть осматриваясь из-за темноты. Даже так ей не составило особого труда заметить двух человек. Это была точно Рюджин. А вот второго… Его Йеджи не сразу разглядела, ведь он стоял спиной к ней. Сжав руки в кулаки, она сделала шаг вперёд. — Эй! – громко окликнула она, наклоняя голову набок, — Что тут происходит? Первой её заметила Рюджин — она сразу же дёрнулась с места, дабы крикнуть Йеджи, чтобы та уходила. Но Юонг, усмехнувшись, оттолкнул девушку обратно к стене. А затем обернулся. — Ого, какие гости. – спокойно ответил он, чуть приподнимая в руках пистолет, — Смотри, это тот самый, помнишь? – слегка повертев оружие в руках, он рассмеялся. — Юонг?… – будто не веря, спросила Йеджи, сделав ещё один шаг вперёд. Она была уверена в нём, поэтому не боялась, — Что ты делаешь? — Ты реально настолько эгоистична? – он поднял голову, сжимая пистолет в руке, — Думала, я просто возьму и смирюсь с твоим решением? Я не один из твоих щенков, которыми можно попользоваться и бросить. – голос звучал твёрдо, хоть в нём и сквозила глубокая обида, — Ты сильно ранила меня, Хван. Рюджин, вытирая скатившуюся слезу с лица, молча наблюдала за ними. Она думала, как помочь Йеджи. Как остановить Юонга. Вот как его зовут. Только теперь она поняла его преимущества. Вспомнила, как родители обсуждали его. — Сын мента, хах… – не сдержала смешок, остро глянув на него, — Такой смелый лишь из-за папочки? — Следи за языком, иначе я вернусь к тому, на чём остановился. – не оборачиваясь, рыкнул Юонг, — К слову, ты же не хочешь потерь? Вот и молчи, пока взрослые разговаривают. — Подонок. – прыснула Рюджин, отвернув голову в сторону. — Повторишь мне это потом в лицо. – чуть тише отозвался он, а затем медленно обернулся, направляя пистолет прямо на девушку, — Прямо перед смертью. Как тебе идея? — Юонг, прекрати! – Йеджи подбежала к нему, ухватив за вторую руку и потянув вниз, словно умоляя остановиться, — Давай поговорим, пожалуйста! Это сработало. Парень вздохнул, отпустил пистолет и отошёл в сторону. Он взглянул на Йеджи, чуть прикусывая щёки изнутри. Очевидно, он нервничал. Но не мог всё бросить. — Надо было взять с собой побольше выпивки. – хмыкнул Юонг, почесывая затылок, — Вы меня утомляете. — Для чего ты это делаешь? – спросила Йеджи, скрывая дрожь в голосе, то и дело косясь на пистолет в его руке. — А ты не догадываешься? – усмехнулся он, — Пойми, тебя никто не сделает такой счастливой, какой могу сделать я. Никто не заслуживает тебя. Только я. Мы были отличной парой, но ты всё испортила. Ты уничтожила всё, что было. – под конец голос становился всё злее и злее, как и взгляд, — Но… ничего, я прощу тебя. Я дам тебе шанс всё исправить. – натянуто улыбнулся он. Рыжеволосая сделала шаг назад. Она была напугана. Юонг, заметив страх в её глазах, прикусил губу, сдерживая смех. — Тебе не стоит бояться меня. Наоборот, я защищу тебя от всякого мусора, что портит тебе жизнь. – его взгляд задержался на Рюджин, словно заглядывая в самую душу. — Прекрати, Юонг. Мы же обсуждали это... — Да-да. Ты любишь Рюджин. Ну и что? – он пожал плечами, — Если её не будет, то ты будешь любить меня. Разве я не прав? – смех прорвался из его уст, а глаза заслезились, — Я думаю, ты скоро поймёшь, что всё, что я делаю — ради тебя. Ради твоего счастья. – его рука коснулась её щеки, мягко проведя вдоль. — Не трогай... – сделав шаг назад, прошептала она с дрожью.  — Правда?  Его взгляд стал грубее. Он отдёрнул руку, слышимо вздохнув. Осмотревшись, парень усмехнулся. Рука, державшая пистолет, приподнялась в сторону, медленно расслабляя пальцы. Орудие с шумом упало на пол. Это отвлекло Йеджи. Воспользовавшись моментом, он резко ухватил её за запястье, прижимая к себе и направляя её лицо так, чтобы она смотрела ему прямо в глаза. — Ты всегда думала лишь о себе. – прошептал он, сжимая её шею, в то же время чуть поглаживая, — Хотя… я понимаю тебя. Нравится издеваться над людьми? Ну так вот, я здесь. Мучай меня столько, сколько душе угодно. Просто будь со мной. Йеджи с силой вырвалась из его хватки, потирая рукой шею. Она тяжело дышала, понимая, что Юонгом движет не только алкоголь, но и безумие. Растерянность. Неизвестность. — Приди в себя. Ты должен успокоиться. Не совершай ошибок.  — Я в норме, Йеджи. А что насчёт тебя? – незаинтересованно спросил он, глядя в темноту, — Раз пришла сюда, значит, готова рискнуть собой ради этой девчонки. Что в ней такого? — Ты… – девушка не могла подобрать слов. Она сжала кулаки, бегая глазами по Юонгу, пытаясь прочитать его эмоции, — Ты ошибаешься. Я просто люблю её. — Это не любовь.  — Любовь. Самая настоящая.  В это время Рюджин осторожно приближалась к ним, стараясь остаться незамеченной. Всё, что она видела, — пистолет, валяющийся на холодной поверхности. Это было единственное, что могло спасти их. Что могло повернуть время вспять. Йеджи заметила её движение за спиной Юонга. Она глубоко вздохнула, стараясь отвлечь парня, чтобы он ничего не заподозрил. — Мне жаль, что я так поступила с тобой. – начала она, — Но я не могу вернуться в прошлое, понимаешь? Не могу исправить свои ошибки. Я хочу, чтобы ты был счастлив. Любим. Но я не могу дать тебе этого. Я не тот человек, Юонг. Ты обязательно найдёшь своего, но не сейчас. – её голос дрожал, — Прошу, не совершай ошибку. Вспомни своего отца. Он же не воспитывал тебя таким… Ты ведь не такой. – с нежностью в глазах прошептала Йеджи, сглатывая ком в горле, — Я ценю тебя. Но как друга. Не больше и не меньше. Просто друг. И я знаю, что виновата перед тобой, но… В этот момент её взгляд дёрнулся в сторону Рюджин, которая уже была возле Юонга и наклонялась за оружием. Юонг, почти сломленный искренностью Йеджи, готовый заплакать, вдруг уловил, что её испуганный взгляд направлен не на него, а за его спину. Он резко обернулся и встретился глазами с Рюджин, державшей пистолет. — Рюджин! – закричала Хван.  Но было поздно. Разозлившись, Юонг ударил девушку по лицу, вырывая пистолет. На его лице появилась кривая улыбка — довольная, но с оттенком разочарования. — Надо же… – прошептал он, глядя на рыжеволосую, — Я уже поверил, что ты говоришь искренне. А всё было лишь для того, чтобы отвлечь меня? – он усмехнулся. — Юонг, ты не так всё понял... — Я всё понял правильно. Я больше не хочу возиться с тобой. Мы просто уходим и всё. – он резко ухватил Йеджи за руку и потащил её к выходу. Сразу вскочила Рюджин, пошатываясь после удара. Она бросилась за ними, толкнув Юонга от Йеджи и прижав её к себе. Уставший, тяжёлый взгляд упал на парня, который валялся на бетоне. Из его глаз текли слёзы. — Очнись уже, псих! Ты не нужен ей! Она тебя не любит! – закричала Рюджин, теряя контроль. — Нет, стой… – попыталась остановить её Йеджи, зная, к чему может привести такой напор. Но это не сработало. Рюджин была на грани. Она игнорировала предупреждение, продолжая обрушивать на Юонга правду. — Заткнись. – прошипел он, привставая, — Просто заткнись, чёрт возьми! — Нет! Ты должен понять своей тупой головой: она — не твоя собственность! Ты никогда не получишь её любовь, даже если заставишь! Ты просто больной псих! — Заткнись! – он прикрыл руками уши, яростно мотая головой, будто пытаясь заглушить её голос. — Не смей больше к ней подходить, ненормальный. – процедила Рюджин, крепко сжав руку Йеджи. Она поняла: задела его. Сильно. В самое сердце. Выдохнув, она потянула девушку к выходу, сжав зубы. Юонг внезапно рассмеялся. Он вытер единственную слезу, появившуюся на свет, как будто стирал проявление слабости. — Если ты не будешь со мной, – начал он, вставая, — то не будешь ни с кем. Йеджи обернулась. Как и Рюджин. И это была ошибка.  Их глаза расширились — пистолет был направлен прямо на Йеджи. Она сглотнула. — Юонг… – прошептала она. Он взглянул на неё в последний раз, а затем нажал на курок. Раздался выстрел. — Юонг! – вскрикнула Йеджи, схватившись за Рюджин, которая заслонила её собой, — Нет… Глаза наполнились слезами. Она отчаянно трясла девушку, не давая ей потерять сознание. Та слабо моргала, уткнувшись ей в плечо. — Дура! Зачем?! – закричала Йеджи, обнимая её. Юонг словно пришёл в себя. Пистолет выпал из его рук. Он расширил глаза, сделал пару шагов назад и упал на колени. Схватился за голову, прикусывая губу. Крики Йеджи причиняли ему боль. Он пытался их не слышать. — Видишь… я всё-таки защитила тебя. – хрипло усмехнулась Рюджин, с губ уже стекала кровь. Ранение было серьёзным. Кофта пропиталась кровью. Йеджи пыталась остановить кровотечение, прижимая руку к ране, но всё было безуспешно. Она дрожащими пальцами вызвала скорую. Юонг остался на месте. Не убегал. Словно был готов к наказанию. Он понял, что натворил. — Ты глупая, Рюджин. – сквозь слёзы прошептала Йеджи, — Очень глупая… — Прости… С этими словами младшая сдалась и закрыла глаза. Йеджи в панике начала трясти её, но ответа не было. Она не приходила в сознание. Через несколько минут на крышу ворвалась скорая.  Рюджин оттащили от Йеджи и унесли на носилках. Та, оставаясь на холодном бетоне, с красными от слёз глазами взглянула на одного из медиков: — С ней всё будет хорошо? Он поджал губы, наблюдая, как девушку уносят вниз, в машину. Вздохнул, посмотрел на Йеджи. — Не обещаю. Рыжеволосая прижалась к холодной стене, зарываясь лицом в ладони. Она пыталась вдохнуть, но не могла. Не было сил. Ни желания, ни смысла. Юонга задержала полиция. Он виновато посмотрел на неё, сдерживая эмоции. Но она даже не обратила на него внимания — продолжала смотреть в пустоту. На крышу вбежали родители Рюджин — им уже сообщили о случившемся. Вид у них был не лучше. Исыль подбежала к Йеджи и осторожно обняла её. — Милая, всё будет хорошо… – даже в тот момент, когда ей самой нужна была поддержка, она отдавала последние силы другим, — Всё обязательно будет хорошо… — Простите… Я не уберегла её… – прошептала Хван, не решаясь поднять глаза. — Ты не виновата. – вмешался Хаджун, — Я верю тебе так же, как своей дочери. Вы ни в чём не виноваты. — Вы просто многого не знаете… – еле слышно ответила Йеджи, теряя силы и отключаясь прямо на плече Исыль. Они переглянулись, подхватили девушку и отнесли в квартиру. Там уложили в комнату Рюджин, накрыв одеялом. Сами же поехали в больницу. Всю ночь провели возле операционной, молясь за лучшее. Когда вышел врач, они сразу бросились к нему с вопросами. Но, увидев его лицо, поняли всё. Он молча снял шапочку и маску, опустил взгляд. — Мне очень жаль. – произнёс он, прижимая головной убор к груди, — Мы сделали всё, что могли. — Что?.. – переспросил Хаджун, но в глубине души уже всё понял. Он сжал кулаки, сдерживая эмоции. Исыль впала в истерику, вцепившись в мужа и рыдая: — Наша девочка… Как это могло случиться?.. — Исыль, пойдём домой… – едва сдерживаясь, сказал он, поддерживая жену. — Нет! Нет! Моя Рюджин… Она пыталась прорваться обратно в операционную, но он не дал ей. Прикрыв глаза, он обнял её и отвёл назад. — Пойдём, прошу… — Я не верю! Я должна убедиться! — Исыль! – повысил голос Хаджун, глядя строго. Она замолчала, сдалась. Прижалась к мужу, ища в нём защиту. Он повёл её домой, сдерживая слёзы. Вернувшись в квартиру, он помог жене переодеться. Та была потеряна. На шум вышла Йеджи, поправляя волосы после сна. — Где Рюджин? – первое, что она сказала. Исыль раздрылась с новой силой. Хаджун, тяжело вздохнув, осторожно отвёл её в спальню и уложил в постель. Вернувшись в гостиную, он взглянул на рыжеволосую Йеджи. Молча, будто собираясь с духом. Его глаза будто искали в её ту силу, которой сейчас у него самого не хватало. — Врачи не смогли её спасти… — Что?! – вскрикнула Йеджи, не веря своим ушам, — Вы врёте, правда? Она просто… просто не хочет меня видеть! Да! Именно! – голос дрожал от паники и отрицания, — Это не страшно… Пусть будет счастлива. Я исчезну. – она кивала, будто убеждая саму себя. — Йеджи… – Хаджун опустил взгляд, — Рюджин мертва. Девушка замерла. Слёзы застилали глаза, но она продолжала вглядываться в него, надеясь разглядеть хоть тень лжи. Хоть намёк на обман. Но ничего. Только правда. Страшная и холодная. Сердце сжалось. Перед внутренним взором вспыхнула сцена: Рюджин, истекающая кровью у неё на руках. И родители. Всё вместе обрушилось. Всё, чего она так долго боялась, к чему старалась не приближаться мысленно — теперь стало реальностью. Все те годы, что она посвятила тому, чтобы выстроить в себе силу, устойчивость, личность — рассыпались, как пепел. Рюджин вошла в её жизнь стремительно. Подарила надежду, краски, смысл. А потом так же внезапно ушла, забрав с собой всё живое, что было в Йеджи. Теперь — лишь пустой лабиринт. Она ведь поклялась помочь Рюджин. Увидела в ней саму себя в прошлом. Проявила слабость. Пожалела. Проиграла. Вернувшись в комнату Рюджин, Йеджи упала на кровать. Больше не сдерживала себя. Взяла дневник и снова начала читать. До боли в глазах. До дрожи в руках. До задыхания от слёз. Чтение становилось её единственным способом быть ближе к ней. Хотя бы чуть-чуть. Потому что в жизни не всё происходит так, как мы мечтаем. Йеджи знала это. Просто… она надеялась на лучшее. *** — О, кто к нам пожаловал! – с ухмылкой протянул парень, открывая дверь Хёнджину, — Один? — Да. – сухо кивнул Хёнджин, — Все здесь? — Конечно. Вся наша компания, как в старые добрые времена. Хёнджин бросил на него долгий взгляд, пряча под внешним спокойствием нарастающее раздражение. Прошёл внутрь и огляделся. Комната. Лица. Его «друзья». Те, кто стояли у истока его самого большого падения. Конечно, он не снимает с себя вины. Он тоже был частью этого. Но и они… Почему они выглядят так, словно им всё равно? Он кипел внутри. Ненавидел это чувство, что только он один несёт груз вины. Они будто даже не вспоминали об этом. Будто так и должно было быть. — Давненько не виделись. – хмыкнул один из парней. Тот, что до сих пор не занялся собой, и выглядел так же, как раньше. — Не думайте, что я пришёл приятно провести вечер. – резко отозвался Хёнджин, вставая напротив дивана, на котором сидели двое. Его руки были сжаты в кулаки, взгляд — острым, как лезвие. — Тогда зачем? – усмехнулся второй, склоняя голову вбок. Его лицо выражало лишь ленивое любопытство. Хёнджин молча подошёл ближе. В глазах — решимость. Он всматривался в каждого из них, будто стараясь запомнить лица. — Помните, что было год назад? — Эээ… – пухлый почесал висок, — Много чего было… — Идиот. – усмехнулся Хёнджин, резко схватив его за подбородок и подняв лицо, — Что, спорт так и не стал частью жизни? — Эй, не борзей. – вмешался второй, но говорил беззлобно, будто это обычная перепалка. — Помните, как мы тогда напились и… сделали то, что даже говорить вслух противно? – голос Хёнджина был холодным, как сталь, — Или вы об этом даже не вспоминали? — А, точно! – оживился пухлый, ухмыляясь с отвратительным довольством, — Что, хочешь повторить? Мне тогда понравилось. Тебе, вроде, тоже. Это стало последней каплей. Хёнджин молча вышел на кухню. Каждое его движение было чётким и уверенным, как будто он уже тысячу раз прокручивал это в голове. Он открыл ящик и достал самый крупный кухонный нож. Вернулся обратно — лицо спокойное, почти пустое. Последняя улыбка. Он приблизился и резко схватил пухлого за запястье, дёрнув его на себя. Парень не успел ничего понять, только охнул, когда остриё ножа вошло ему в живот. Хёнджин вонзил глубже, удерживая за плечо, и прошептал: — Ты должен мучиться, так же, как мучилась она. Он выдернул нож медленно, жестоко, не давая ни шанса на спасение. Тот захрипел и повалился на пол. Второй парень, тот, что всегда кичился своей внешностью, метнулся к двери. Паника в глазах, дрожь в руках. Но Хёнджин его догнал. Рывок, и парень отлетел в стену, с громким стуком ударившись затылком. Он съехал вниз по обоям, потерянный и слабый. Хёнджин подошёл, наклонился и ухватил его за волосы, поднимая голову, чтобы видеть глаза. — Скажи… тебе жаль? — Ты с ума сошёл… – прошептал тот испуганно, пытаясь выдавить улыбку, — Даже если ты меня прикончишь, что это изменит? Ты же сам был частью этого. Или скажешь, что нет? Именно ты закрыл ей выход. Ты… Он не успел договорить. Хёнджин будто сорвался с цепи. Удар. Ещё. И ещё. Он оседлал его, кулаки с глухими хлопками опускались на лицо. Всё исчезло — осталась только ярость. — Знаю! Чёрт возьми, я знаю! – кричал он, продолжая избивать, не останавливаясь даже тогда, когда парень уже не шевелился. И только когда всё стихло, Хёнджин отстранился. Лицо его было без эмоций. Ни раскаяния, ни страха. Лишь облегчение. Как будто с него сняли цепи. Он встал, вытер лицо тыльной стороной руки и достал телефон. На экране — кровь. Он слегка поморщился, но всё равно набрал номер. — Здравствуйте. Я убил двух человек. Адрес: *** Он сбросил вызов. Если его не посадили за то, что они сделали тогда, то теперь уж точно не отвертится. Пусть хоть так — справедливость будет восстановлена. Хоть немного. Хоть как-то. *** — Ман Шик, ты ведь его посадишь? – с явным отвращением спросил Хаджун, пристально глядя на полицейского, — Только попробуй покрыть своего сынка — я сам тебя прикончу — Посадим. – глухо ответил тот, — Я закрывал глаза на его выходки, но это… перебор. Ты сам понимаешь. Мне жаль, что всё так обернулось. — Мне не нужны твои извинения. Хаджун перевёл взгляд на камеру. В углу, съёжившись, сидел Юонг. Он не смотрел ни на кого, только рассеянно теребил волосы, будто пытался исчезнуть. Рядом стояла Йеджи. Её глаза были пустыми. Она молча смотрела на Юонга так, словно даже не видела его. Лишь чувствовала отвращение. Она не могла понять, за что он отнял у неё всё. Почему уничтожил её мир. Из мыслей её вырвал знакомый голос: — Я признал свою вину. Просто посадите меня. Не нужно втягивать родителей. – тихо сказал Хёнджин, пятясь в соседнюю камеру. Его вели в наручниках, с двух сторон — полицейские. Йеджи расширила глаза. Резко подошла ближе. — Эй! Что происходит?! – голос её сорвался. — А ты как тут оказалась? – удивился Хёнджин, но на лице всё равно была тень улыбки. — Что, чёрт возьми, случилось?! – Йеджи металась между шоком и паникой.  Она потеряла Рюджин. И не могла потерять Хёнджина. Хоть и злилась, всё равно относилась к нему, как к младшему брату. И сейчас сердце рвалось на части. — Я отомстил, Йеджи. – с кривой улыбкой сказал он, — Я убил их. Теперь всё хорошо. Рюджин больше ничего не угрожает. Я их наказал. И теперь меня тоже накажут. Так надо. Полицейские завели его в камеру. — Дурак… – прошептала Йеджи, сжимая кулаки, — Рюджин мертва! Он застыл. Обернулся. Через решётку он посмотрел ей прямо в глаза. Впервые — по-настоящему. Увидел её пустоту. То же выражение, что было у неё после гибели родителей. Он всё понял. В горле встал ком. Слова застряли. Он хотел обнять её. Сказать, что всё будет хорошо. Но было уже поздно. Дверь камеры захлопнулась. Он не мог даже подойти к ней. Теперь она осталась одна. — Прости… Это всё из-за меня. – глухо прошептал он, глядя на пол. — Нет, – Йеджи опустила взгляд, — на этот раз… виновата я. Она больше не могла оставаться здесь. Сделала шаг назад, вытирая слёзы. Хаджун молча наблюдал, не зная, что сказать. Уходя, Йеджи обернулась на мгновение. Сказала почти шёпотом: — Я буду навещать тебя… Хёнджин едва заметно улыбнулся. В этой улыбке не было радости — только боль и усталость. Теперь у каждого — своя дорога. И никто не знает, куда она приведёт. Сможет ли Хёнджин выдержать годы за решёткой? Найдёт ли Йеджи силы собрать себя по кусочкам? Успокоится ли душа Рюджин? И переживут ли её родители смерть дочери?…