Игра по его правилам

Мне снилось, как я кружилась на весеннем поле посреди пахучих трав. Кружилась и кружилась подобно дервишу – и никак не могла остановиться. Приминала зелень, а она покалывала мои босые ноги. Солнце светило так ярко, что приходилось щурить глаза. И было так радостно на душе, что хотелось петь. Где-то надо мной мужской голос читал мантру, но я никак не могла разобрать слов – язык не был похож на санскрит. Я проснулась от того, как Ян едва слышно, методично повторял: – Лэйн, вставай. Приоткрыв слипшиеся глаза и несогласно промычав ему в ответ, я обнаружила себя уже не на краю кровати, а на ее середине: лежа на боку, мужчина обнимал меня со спины. Ощущать тепло его тела было приятно, но вернуться в неразрушенный мир сна хотелось сильнее. – Вставай, уже много времени. Решив не подавать признаков жизни, я вновь прикрыла веки в надежде продлить этот момент, но не тут-то было. Мужчина приподнялся на локте и включил настольную лампу, которая разрезала темноту и светила теперь мне прямо в глаза. – Нам пора на тренировку. Какая тренировка, он шутит? Полночи без сна – конечно, сейчас самое время добить себя упражнениями. С протестом я развернулась на другой бок и уткнулась носом в его грудь. Ян усмехнулся и вновь приподнялся на локте, разрушив мое временное убежище. Я почувствовала, как по обе стороны от меня продавился матрас под весом его рук. Мужчина укусил меня в мочку уха, оттянул зубами чувствительную кожу вниз – и непроизвольный стон нарушил тишину комнаты. – Лэйн, вставай, – прошептал Ян мне прямо в ухо. Щурясь, я открыла глаза и посмотрела на него. Наши лица оказались близко: куда ближе, чем я предполагала. – Я бы встала, только нет такого желания. – И чего же ты хочешь? – его лукавый взгляд обещал: «Давай сыграем в игру, тебе понравится». «Лежать под тобой», – ответил голос в моей голове. Такого откровения не ожидала даже я, но на этот раз он подсказывал правильные вещи. Я медлила, не решаясь произнести это вслух. Ян улыбнулся уголком губ. В нем было столько харизмы... Он же не может читать мысли? Не может же?! – Поцелуй меня, – произнесла я, не найдя других слов. Мужчина невесомо коснулся губами моих век, щек, губ. Отвечая на ласку, я очертила большим пальцем линию его скулы, заправила выбившуюся прядь волос за ухо. Даря неспешные поцелуи, мы растягивали время, чтобы услышать друг друга. Услышать даже неозвученные мысли. – Так будет удобнее, – Ян перенес вес на обе ноги и оказался теперь надо мной. – Продолжай, – довольно прошептала я и представила, как в его колени впиваются пружины старого матраса. Надеюсь, эта маленькая жертва будет оправдана. Мужчина облизал мою нижнюю губу и оттянул ее. Я лежала под охотником на демонов, который был так нежен со мной: уму непостижимо. Тело стало податливым, словно сливочное масло. Возьми его в горячие руки – растает. Я зарылась пальцами в спутанные волосы. Мне нужно было, чтобы он был еще ближе, еще настойчивее. Ян целовал так, что дыхание становилось рваным – непроизвольно задерживала его, растворяясь в моменте. Короткими поцелуями мужчина проложил дорожку от щеки до ключиц и стянул зубами лямку майки, открывая себе больше пространства для маневра. Я прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать непрошенный стон, как вдруг почувствовала укус на линии подбородка. От неожиданности ахнула – и Ян проник языком в мой рот, углубляя поцелуй. «Оставь это мне», – говорил его напор. Нас настигло безумие посреди апокалипсиса. Не знаю, как он это сделал, но Ян поселился в моей голове и играючи завладел мыслями. Я пыталась найти этому рациональное объяснение, но не смогла. Может, наши организмы предчувствуют скорую гибель – и устраивают прощальную вечеринку, где вместо алкоголя и наркотиков подают дофамин, эндорфин и окситоцин? Что ж, тогда пью все залпом. Если умирать, то с песней. В этой тесной комнате не осталось места для сомнений, не осталось места для утаивания чувств, не осталось места для страха сблизиться. Не умея говорить об этом вслух, мы как могли признавались в том, что отчаянно нуждаемся друг в друге. Что больше не хотим быть одиночками, хотя последние годы старательно уверяли себя в обратном: так безопаснее. Я вслепую доверилась тому, кого опасался весь отряд, показала ему свою уязвимость. Чувствовала ли я когда-нибудь себя защищеннее, чем сейчас? Нет. И я наконец чувствовала. – Может, все-таки откроешь глаза? – спросил Ян, опаляя висок горячим дыханием. – Мне и так хорошо, – отрицательно ответила я, обнимая его за плечи, слушая запах его кожи. Мужчина отдалился, выпрямив руки. Я не выдержала: распахнула глаза и увидела, что он стал еще привлекательнее, чем раньше. В нем было столько протеста. Столько энергии. Я поднялась, чтобы обвить его шею руками и утянуть вниз – к тому, на чем мы остановились. Целуя охотника за взглядами и пропуская черные волосы сквозь пальцы, я совершенно опьянела. Выгнулась в пояснице, когда он сжал мою талию и очертил носом изгиб плеча, шеи. Прижался к ней губами и стал втягивать тонкую кожу. – Ян, – протянула на выдохе, когда мужчина зализал место засоса, и свела ноги, чувствуя, как пылает все тело. Я уже не помнила, что хотела сказать, – и его имя повисло в воздухе. Он оставил влажный поцелуй на губах и подхватил меня под бедрами. Что-то перещелкнуло. Не расцепляя замка рук на его шее, я прижалась к нему и почувствовала, насколько мужчина был возбужден. – Что ты задумал? – пока я пыталась осознать происходящее, мы уже оказались у выхода из комнаты. Ян отворил дверь и поставил меня в одних носках на бетонный пол коридора. Доля секунды – и она закрылась прямо перед моим носом. – Наконец-то посплю в одиночестве, – рассмеялся мужчина. – Чтобы попасть в комнату, вам необходимо будет назвать кодовое слово. Разгадать его должно быть по силам знаменитому криптографу. – Какого черта? – я стала бить в дверь руками и ногами, выплескивая накопленную энергию. Ян обязательно поплатится за такие шутки. На шум вышел Дмитрий, застав меня раскрасневшуюся, с опухшими губами и со спутанными волосами, в тонких лосинах и наполовину задранной майке. Сразу видно: знаменитый криптограф занят работой. – Что здесь происходит? – Ян закрылся и улегся спать. – Открывай живо, что за херня? – угрожающе произнес Дмитрий. – Пароль неверный, доступ отклонен, – Яна явно забавляла ситуация. – Я сейчас дверь выломаю. – Тогда сам же потом будешь ставить новую. – Да твою ж мать, – мужчина закатил глаза. – Зачем ты вообще с ним связалась? – Тебя забыла спросить. – А зря, я бы рассказал много интересного. Ладно, в этот раз ему удалось меня задеть. Но он не дождется: не опущусь до такого. – Схожу к Донован, у нее должны быть вторые ключи, – сказал генерал, не дождавшись ответа. «Класс, в любой момент в мою комнату могут наведаться нежданные гости», – восхитилась я, озвучив лишь краткое: – Хорошо. Дмитрий поднялся на другой этаж и оставил меня в коридоре одну. За разбитым стеклом завывал ветер, предвещая скорую бурю. «Думай», – я скатилась спиной по двери, села на корточки и потерла лицо ладонями, пытаясь сосредоточиться на разгадке. «Что Ян от тебя сейчас хочет?» – стоило произнести это про себя, как в голову полезли картинки порнографического характера – столь красочные, что, казалось, их можно пощупать. Медленно выдохнув, рассудила: «Нет, если бы хотел этого, за дверь бы не выставил. Должно быть что-то еще». – Я сдавила виски, пытаясь не отвлекаться на фантазии. Выходило плохо. «С какой стати ты вообще разгадываешь какие-то загадки?» – сказал голос в голове. Но смесь гормонов в крови приказала проигнорировать его и играть по правилам Яна. Я продолжила: «Нужно прокрутить день вспять, тогда все должно стать ясно… Мы целовались», – прикоснулась к шее, – «скорее всего, будет синяк. Возможно, даже не один. Помню, как буквально повисла на его шее, заставляя продолжить начатое. Как простонала его имя», – смутившись, я прикрыла веки. «Может, все-таки откроешь глаза?» – повторил Ян в воспоминании. Глаза. Светильник. Укус в мочку уха. Паззл складывался. «Лэйн, вставай», – прошептал фантом мужчины. Он все это время хотел меня разбудить. – Я проснулась! Слышишь? – кодовое слово было проще некуда. Не успела договорить, как за спиной раздался щелчок. – Наконец-то, я уже думал, что ты там опять уснула. – Ян распахнул дверь и увидел, что я начинаю заваливаться на спину. – Ловлю, – он поймал меня, уберегая от падения. «Стоял под дверью?» – С тобой уснешь, – иронично ответила я не подумав. Усмехнулась от того, как двусмысленно это могло прозвучать. Удерживая подмышками, мужчина поставил меня на ноги и накинул на плечи толстовку, которая почему-то была у него в руках. – Спасибо, – поблагодарила я Яна, развернувшись к нему лицом. Его глаза смеялись над моим эпическим падением, а на губах появилась ребяческая улыбка. Мальчишке внутри него только дай повод – и он будет хохотать громче всех. – У тебя красивая улыбка, – а еще она была заразительна: его веселье передалось и мне. Как на него можно было обижаться? Ян отвел взгляд к окну и помрачнел за долю секунды. Теперь мне положена медаль за точное попадание в травму. – Это чистая правда. Неужели тебе никто этого не говорил? – Не после того, как мне пришлось собирать лицо по частям, – сухо ответил мужчина. – Ты не замерзла в коридоре? – он взял мою руку и приложил ладонь к своей щеке. – Нет. – А твои пальцы другого мнения. – Они всегда такие. Я хладнокровное животное, – призналась я и огладила Яна по щеке, точно на ней не было никакого шрама. Стараясь показать, что следы ранений не имеют никакого значения. Они были его неотъемлемой частью, а значит, они мне нравились. В коридоре за открытой дверью раздались шаги и звон металла. Вернулся Дмитрий с ключами? Никак не среагировав на эти звуки, решилась договорить: – Ян, я буду повторять, что у тебя красивая улыбка, каждый раз, как увижу ее на твоих губах. До тех пор, пока ты сам в это не поверишь. – Тогда я каждый раз после этого буду заставлять тебя отжиматься. «Понял, что у меня слабые руки? Ладно, такое наказание я как-нибудь переживу». – Договор, – приняв однажды правила мужского мира, я протянула ему правую ладонь для рукопожатия. Однако у Яна были свои правила во всем. Вместо того, чтобы пожать руку, поднес ее к губам и поцеловал кончики пальцев – прямо как аристократ. Хотя он им и являлся, как бы не старался откреститься от отца. – Ты сегодня неспокойно спала и чуть не свалилась с кровати, – сказал вдруг мужчина, улыбаясь глазами, – пришлось принять меры. «Он что, проходил школу моделей Тайры Бэнкс? Хотя я бы не удивилась, если узнала, что в прошлой жизни он работал моделью. Спросить? А вдруг опять расстрою? Сам расскажет, когда будет готов», – пронеслись в голове мысли. – С днем падений меня, – ответила я и начала искать подходящую для тренировки одежду. – С днем несостоявшихся падений, – склонив голову, заметил мужчина. Я пропала. Прошу, помогите.