Часть 7. Что с тобой?
26 мая 2025 г., 14:05
В просторном помещении приёмной психолога раздались торопливые шаги. Кучерявый парень, облачённый в чёрное и с тканевой чёрной маской на пол лица, тащил как на буксире девушку, та еле перебирала ногами.
— Антон, — в который раз повторяла шатенка. — Пусти. Я взрослый человек и могу сама дойти.
Парень молчал. Его ладони вспотели, под маской он непрерывно кусал губы. Это снова произошло, набатом стучало в голове у комика. Девушка стала деревянной, снова смотрела сквозь людей.
***
Обычно в их доме царил уют и покой. Молчание не становилось неловким, наоборот, интимным, чем-то что объединяло их, а не строило непреодолимую стену. Девушка, как заколдованная, менялась и закрывалась в себе в мае, перед отпуском. Лина два года подряд убеждала их, что это усталость и всё пройдёт, но это повторялось каждый год. Да она возвращалась с отдыха весёлой, льнула к парням, напевала мелодии любимых троими песен, танцевала с ними на кухне и отпускала остроты. В прошлом году она не поехала, осталась с ними. Только 31 мая сказала, что нужно заскочить в храм, помянуть усопших родственников. Сейчас было начало февраля. Слишком рано и слишком сильно девушку накрыло, но она молчала о причинах своего состояния, как партизан. Вместо ответов предпочитала прятаться за фальшивой улыбкой. Арс бесился с её актёрской игры, а Антон ловил панички и сходил с ума от беспокойства как вот например сейчас. Буквально вчера они обсуждали планы на день влюблённых, а сегодня на кухне девушка застыла с ножом в руке. Антон будто снова увидел её там, перед атриумом, почти десять лет назад — совсем юную и уязвимую, такою, какой он её больше не хотел видеть. Раздался телефонный звонок, разрушивший нависшую бедой тишину на кухне. Лина встрепенулась и с тоской глянула на экран. Она без объяснений вышла в тамбур, чтобы поговорить с кем-то, а вернулась девушка, абсолютно пустой, равнодушной ко всему. Антон ждал её в коридоре. — Собирайся, мы едем к психологу, — бросил он, надевая свою куртку. — Зачем? — буднично спросила Лина. — Я не знаю, что с тобой происходит и если ты не можешь открыться ни мне, ни Арсу, попробуй поговорить со специалистом, — Антон подошел ближе двумя руками обхватывая её лицо и целуя в нос. — Одевайся. — Тош, со мной всё в порядке. Не стоит беспокоиться, — сказала Лина слегка жмурясь, чтобы Шаст поверил в искренность её улыбки. — Хорошо, тогда объясни мне, какого чёрта ты стояла битый час с ножом в руке? — холодно спросил Антон, отстраняясь. — Я просто задумалась, — пожала плечами девушка. — О том насколько острое лезвие? — ядовито уточнил Шаст, понимая, что перегибает. — Тош, в чём проблема? — нахмурились Лина. — Ты мне скажи. Почему снова стала натягивать на лицо улыбку? Какого хрена выходишь, чтобы принять звонок? Что у тебя случилось? — Антону казалось, что почва уходит из-под ног. Ей было плохо, он чувствовал, но не знал, как помочь, боялся, что сделает хуже. — Я не… Я просто устала немного. Ты же знаешь, у меня так бывает. Тебе не о чем беспокоиться. А на счёт телефона, это про подарок на 14 февраля. Не могу же я сюрприз обсуждать рядом с тем кому он предназначен. Ты же не подслушивал? — сложила руки на груди девушка, глядя на него с изучающим прищуром. — Лин, я не верю, — покачал головой парень. — Ты зашла убитая и вряд ли это из-за того, что поднялись цены на шоколад. — Ну и не верь, — сделала вид что раздражается девушка. Лина не хотела выяснять отношения. Ей сообщили результаты анализов и увы изменений не было. Впрочем, ей сразу сказали, что шансы на выздоровление малы. Девушка попыталась пройти к столешнице и вернуться к готовке, но парень перехватил её за талию и прижал к себе удерживая на месте. — Есть два варианта. Первый, мы сейчас едим вдвоём к одному хорошему психологу. Второй, ждём вечера и едим туда втроём, к счастью Глеб принимает друзей с особыми случаями круглосуточно, — он прошептал это девушке на ухо медленно, чеканя каждое слово. — Да что с тобой? — в её глазах мелькнуло беспокойство. Её мальчики действительно придавали ей сил. Будя в ней эмоции и желания заставляли бороться, идти до конца. Поэтому собрав себя после стабильно плохих новостей от врача она пытаясь успокоить Антона зарылась рукой ему в волосы, почёсывая. Взгляд Антона потеплел, тем не менее он не собирался отпускать Лину: — Я в порядке, а ты явно нет. Если хочешь, можем поиграть. Закину тебя на плечо и вынесу так. В машине тепло в больнице тоже. По телу девушки побежали мурашки. Антон слишком соблазнительно выглядел, общаясь в дерзкой манере и активно этим пользовался. В такие моменты Лина была солидарна с Арсом, что доводил Шаста до ходящих желваков. Контраст между Антошей-одуванчиком и Антоном Андреевичем был разительным. Чмокнув властного парня в щёку и пробормотав, что делать такое лицо не честно, она пошла одеваться.***
— Может всё-таки не пойдём? — попросила девушка пока Шастун держал её за руку боясь, что Лина снова исчезнет. — Давай лучше устроим свидание? — Обязательно, но сначала доктор, — ответил Антон, шатенка только тяжело вздохнула. Они дошли до кабинета с трудом. Шаст, как папочка тащил её за собой, а Лина только успевала перебирать ногами и возмущаться, как маленький ребёнок. К счастью к психологу в дверь он не стал ломится. Сел на кресло в зоне ожидания утянув её к себе на руки. Это было даже забавно, словно Лина была в качестве подушки для обнимашек. Антон начал дышать ровнее и девушка расслабилась в коконе любимых рук. Мужчина средних лет застал их таком положении. На его висках проступала седина, а глаза, умные и пытливые были похожи на бездонные чёрные колодцы. Он был удивлён этому визиту. Доктор оценив ситуацию вежливо поздоровался, выводя парочку из медитативного транса: — Антон и его очаровательная спутница, здравствуйте. — Привет, Глеб, — пожал ему руку Антон. — Это Лина. Она к тебе на приём. — Здравствуйте, — кивнула девушка вставая с колен своего парня и смотря предупреждающе в чёрные глаза мужчины. — Я одна? — Заходите сначала вдвоём, — согласился с ней врач. — Консультации для пар мне по профилю даже ближе. — Для семейной консультации нам не хватает третьего партнёра, — покачал головой Шаст. — Даже так? Ну тогда пошли просто поговорим, — пожал плечами мужчина. — Расскажете с чем ко мне пожаловали. Антон колебался не решаясь сделать шаг. Он продолжал держать девушку за руку. — Пойдём, ты же недавно сам меня сюда притащил, а теперь зайти боишься? — фыркнула Лина, легонько подталкивая его к кабинету. — Ничего я не боюсь, — хмыкнул Антон, заходя первым и втаскивая её за собой в кабинет. Обстановка там была чуть ли не домашней, имелась даже маленькая кухонька. Вся мебель светлая, цветы на подоконнике, занавески как у бабушки и два кремовых дивана друг напротив друга. Ещё в углу стоял стол с креслом, но судя по отсутствию бумаг, Глеб им пользовался редко. — И так, присаживайтесь. У меня тут чай всякий есть, а точно, Антон, ты же какао пьёшь, — врач нажал кнопку на телефоне и попросил: — Риточка, сделай какао пожалуйста с зефирками, а ты Лин, что будешь? — Тоже самое, пожалуйста. — Три порции, — уточнил Глеб. — И так, как же так получилось, что я о вас троих ничего не знал? — Был в танке? — предположил Шаст. — Все новости года два назад были в заголовках из разряда: «Они натуралы», «Одна девушка на двоих», «Содом процветает». — Арс заставил нас даже сделать совместную фотоссесию, потому что на фото в скандальных статьях мы якобы плохо получились, — улыбнулась Лина. — Было весело, особенно наблюдать кислое лицо Стаса. Психолог и психотерапевт в одном лице рассматривал парочку, не зная как выкрутиться из сложившейся ситуации. Два его клиента в одной комнате и было не понятно, что они знают друг про друга. — Тебя он принял легче, чем наши отношения с Арсом, — погладил девушку по руке Шаст, а врач выдохнул спокойно, одной проблемой меньше. — Кстати, как ваш третий поживает? — спросил Глеб пытаясь выяснить, что можно озвучить, а что нежелательно. — У него сьёмка в одном фильме сейчас, — ответил с тёплой улыбкой Антон. — Довольный ходит, ты б его видел. — Раз всё так хорошо, почему я вас увидел здесь? — в лоб спросил психолог, устав строить теории. Лина молчала, что их визит был инициативой Антона, давая тому самому подобрать слова. — Мне сегодня стало очень страшно, — Шаст сжал руку девушки крепче. — Иногда бывает, смотришь на человека, а он как будто совсем отрешен. Задумался и не реагирует ни на что. — Бывает. У меня есть пациент, который так же себя ведёт когда читает. Его это не беспокоило, но когда начались проблемы с желудком, он пришел ко мне, чтобы побороть эту зависимость. Пациент совсем забывает про сон и еду погружаясь в книжный мир на сутки, а может больше, — рассказал доктор. — Пока не беспокоит и человек может с этим жить, всё нормально. — У моей подруги так же с сериалами, — пожала плечами девушка. — Она даже отпуска берёт иногда, чтобы устроить себе полноценную неделю кино. — Это всё же не то... — начал было Шаст, но замолчал подбирая слова. — Что-то нам долго не несут какао. Лин, можешь поторопить моего секретаря пожалуйста? — попросил врач. — Да конечно, — девушка забрала свою ладонь из рук Шаста и приободрила парня: — Всё будет хорошо, я скоро. Когда за ней закрылась дверь доктор посерьёзнел. — А теперь рассказывай, то что не можешь сказать при ней. Коротко, чётко и по существу. — Я боюсь, что её гложут мысли о том чтобы уйти из жизни, — кусая губы выдал Шаст, осознавая свой страх. — Почему? — Глеб и бровью не повёл. — Обратил внимание на её шрам? — Да, но он больше похож на медицинский, послеоперационный, — говорил психолог точно зная причину появления рубца. — В таком месте? — скептически глянул на него Антон — Открытый перелом не спрашивает где появиться, — пожал плечами Глеб, прикусывая язык и думая не слишком ли он проболтался. — Хорошо, допустим, — продолжал упорствовать Шаст. — Я увидел её первый раз во время возможной попытки суицида. Если что она не в курсе. — Как это? — врач посмотрел на него хмурясь. — Она хотела пригнуть вниз с третьего этажа или не хотела... Не знаю. Стояла у края долго. И взгляд и поза, сегодня были точно такими же как и тогда. — Интересно девки пляшут. Ну тогда за кофе пойдёшь ты, погуляй там подольше, — предупредил Глеб. Как раз в этот момент раздался стук в дверь, Лина и секретарь зашли неся три чашки какао на подносах. Они ещё немного поговорили втроём, на отдалённые теми. Глеб отпил из своей чашки и скривился. — Шаст, сгоняешь в автомат за американо? Забыл предупредить, что надо добавить. Сладко получилось, — пожаловался психолог. — Окей, вообще без проблем, — легко согласился Антон. За ним закрылась дверь и в комнате на пару градусов похолодело. Лина смотрела на доктора с изучающим прищуром. — Давай рассказывай, как ты себя чувствуешь? — перешел к делу Глеб. — Относительно неплохо, — улыбнулась девушка. — Кто ж знал, что мир так тесен? — Да, но не уходи от темы, — нахмурил брови врач. — Как твоя аменорея? — Я чувствую себя нормально. Месячные не возобновились, но это никак не влияет на мою жизнь. Ты же ему ничего не сказал? — продолжала вежливо улыбаться девушка. — Врачебная тайна, не могу даже если бы хотел, — развёл руками психолог, понимая, что оба хороши и не всё говорят друг другу. — Меня к тебе случайно направили, тогда. Я не знала, что вы знакомы, — расслабилась девушка. — Понятно, но это не важно. Расскажи, лучше почему твои партнёры до сих пор не в курсе твоего состояния здоровья? — Я сказала, что у меня стоит спираль по медицинским показаниям, больше мы на эту тему не говорили, — она заправила волнистые волосы за ухо. — Им надо сказать, — настаивал доктор. — Это в первую очередь будет хорошо для тебя. — Чем? Что они будут смотреть на меня как на больную? С жалостью? Я не хочу чувствовать себя обузой. Мне нравиться быть их любимой женщиной. — Ну с чего ты вообще взяла, что так будет? — цокнул языком Глеб. — Ты не бесплодна это лечится. Всего-то психо-соматика. — С того, что их любовь и комфорт нас троих для меня превыше всего. Проверять как будет я не собираюсь, — отмахнулась Лина. — Да и поздно, уже плевать на аменорею. Мне диагностировали лейкемию и это я тебе говорю как психологу, так что не смей ему рассказывать. — Ты начала химию? Как результаты? — спросил доктор, стараясь взять себя в руки. Вроде бы даже получилось без неловких пауз. — Нет результатов, да и в моём случае шансов считай нет. Единственный несомненный плюс в приёме лекарств — галлюцинации. Я вижу в них Лёшу. Он приходит пока мне капают капельницы и просто смотрит. — Так бывает, ты же понимаешь... — начал было объяснять доктор, но Лина его перебила. — Да, я знаю, что это не он. — Парни в курсе болезни? — уточнил Глеб. — Можно я не буду врать, что не нашла подходящего момента? — грустно улыбнулась Лина. — Что мне с тобой делать? — устало потёр переносицу Глеб. — Ничего, я разберусь, — пообещала Лина. — Почему мне кажется, что ты опять врёшь? — Врачи дают мне около 5 месяцев, можно я их проживу как хочу сама? — девушка недовольно смотрела на врача. — Я не препятствую, — поднял руки доктор, показывая, что он ей не враг. — Тогда не говори ему. Мои часики тикают, рано или поздно я им сама скажу. — Врачебная тайна, я нем, глух и слеп, — пообещал Глеб. — А родителям сказала? — Ты же знаешь что я с ними с 16 лет не общалась. Лина была не желанным ребёнком в семье. Весной в десятом классе, она заговорила о том, что не хочет идти по стопам отца и становиться врачом. Надо признать он долго терпел, до мая, а после последнего звонка выставил её из дома, в домашней пижаме, без вещей. Хорошо хоть документы выкинул в окно. Лёша приехал за ней в тот же день. Забрал со двора и увёз в Москву. Его мама приняла соседскую девочку как родную дочь, его отцу было всё равно, он тогда работал вахтовиком, почти не бывал дома. Тётя Аня помогла с подработкой и больше про своих родителей Лина не вспоминала, впрочем как и они про неё. — Но тебе нужна поддержка и помощь, — не согласился доктор. — Парни меня поддерживаю даже не зная о диагнозе. Мне хватает, — отмахнулась Лина. — Тогда, расскажи мне, что сегодня было? — спросил Глеб. — Антон же рассказал, я просто иногда выпадаю из реальности. Это побочка от препаратов и лучше так чем обмороки. — Ладно, что мне ему говорить? — Что мне нужно в отпуск, — предложила Лина. — Хочу навестить Лёшу, вдруг я не дотяну до его десятой годовщины.
