Метаморфоза

      С горизонта поднималось солнце, укрывая всё и всех своими тёплыми лучами, даря жизнетворящий свет. Природа просыпалась, птицы пели утренние песни, листва зашуршала от игры с резвым ветерком, вдали заблеяли овцы. Однако всё это не волнует Давида. Парень последние часы сидит подле двери и думает. О многом думает.       Не каждый день он попадает в другой мир. Ну по крайней мере это одно из десятков предложений. Возможно это другая планета, может реальность, мультивселеная, да вообще куча разных идей. Правда это занимало его мысли около полутора часа назад. Сейчас он лишь вспоминает о жизни дома, там на Земле, с семьёй и друзьями, с своими заботами и планами. Всё это осталось там, слишком далеко от сюда, где бы они не были. Он фактически потерял всё что имел, кроме одного друга. Кроме Никиты.       Хуже всего будет когда двухцветный узнает о их перемещении. Что с ним будет? Не сойдёт ли с ума? Он так жаждет вернуться домой, а это ну в крайней мере сложно, если вообще возможно! Он просто не готов говорить такого прямо в лицо другу. Он не готов наблюдать за его страданиями. Скажи он сегодня — Берг не выдержит! Это точно! А что будет, если тот решит облегчить свою боль телесными истязаниями?! Нет! Нет!! Нет!!! Роменский не готов потерять единственного близкого человека!!! Он не скажет! Он ничего не скажет!!!       Вдох-выдох. Вдох-выдох. Надо срочно успокоиться. Не хорошо же будет если младший увидит его таким? Правда? Да, правда. Однозначно правда. Ему сейчас не время раскисать. Нужно стать тем, на кого всегда можно положиться. Надо стать тем кто сможет вытянуть Никиту из пучины отчаяния и депрессивных раздумий. Даже если для этого придётся справляться с своими тревогами самому.

***

      Козлик проснулся один. Глаза долго не открывались, не хотел мозг покидать приятный сон. Ему снилось как он дома готовится к пикнику. Фласка что-то готовила, Домер и Давид говорят о чём-то, но парень не разберёт, Руня бурно шастает от из стороны в сторону, подходя к каждому, возбуждённо восхваляя новую кофту. Затем к нему обращается Роменский, вставая из-за стола: — Чем сегодня займёмся? — гетерохромный не понял вопроса и это непонимание он отразил в своём взгляде на друга. — Ты вроде хотел шерсти добыть. — старший улыбается, а все вокруг замолчали. Нет не замолчали, утихли, однако всё же продолжают беседовать, просто Берг их не слышит. — Никита, ты вставать собираешься?..       Сон разрывается, возвращая в настоящий мир. Глаза ещё не привыкли к свету проникающему через импровизированное окно. Рядом сидит крылатый, ждёт пока друг до конца проснётся. Роменский наблюдает за козликом, за тем как ещё сонные веки прикрывают двухцветные радужки, за вялыми потягушками, за слегка подёргивающими ушками и виляющим хвостом. — Уже утро? — вставать не хочется. — Угу. — Ты давно встал? — всё таки приподнявшись и осмотрев убранство деревянной постройки, Брег трёт глаза. — Нет, относительно недавно. Вставай, я уже приготовил завтрак.       Шатен ушёл, оставив своего младшего одного. Тот же воспользовался минутой одиночества и снова лёг. Однако в голову резко вернулись воспоминания о том где он находится. Парень совсем забыл, что не у себя дома, что не дома у Давида, а отправлен мифом не пойми куда.       Никита подскакивает, снова прорываясь из царства Морфея в настоящее. Он встаёт на деревянный пол, уже готовясь к делам запланированным на данный день. Но сначала завтрак. Тот к слову и вправду готов. В него входит жаренная на костре баранина и фруктовый салат, который с первого своего появления в поле зрения Брега привлёк внимание. — Проснулся? — Ну делами же заниматься надо. — Так что у тебя за планы на сегодня? — Вторая кровать, — поднимая один палец говорит гетерохромный, — Ещё раз осмотрю окружающую нас местность, — поднимает второй палец, — В шахту ещё раз наведаюсь, — третий палец, — А там дальше посмотрим. — Я тогда займусь вторым этажом, постараюсь закончить дом до вечера. — откусывая кусок баранины, рассказывает уже свои планы Роменский. — И пожалуй пополню запасы пропитания. — Окей. — уплетая салат соглашается рогатик. — Тогда пища сегодня на тебе. — Ага. — напрямую подтверждая готовность взять эту обязанность на себя, кивнул старший. — Ты не будешь мясо? — спустя короткое молчание уточняет сова, заметив, что за всё время трапезы козлик не прикоснулся к названному продукту. — Что-то нет желания. — честно сказал младший. — Уверен? — Мгм. — не отрываясь от фруктов, утвердительно кивает двухцветный. — Тогда я могу забрать твою порцию? — С тебя салат. — По неизвестным причинам Никита сейчас не сильно хотел что-то кроме растительных продуктов. Скорее всего это из-за сладкого и свежего запаха яблок и груш, которые лишь немного поспели от тепла за ночь.       Вскоре завтрак подошёл к концу и Берг ускакал в сторону леса, исследовать не изученные вчера территории. Давид же остался у места их временной базы, надо её достроить, как было обещано. Снова обработав древесину, он стал возводить новые комнаты, основываясь только на своё воображение и знания строительства, приобретённые от дедушки и отца.       Через часа три был полностью завершён первый этаж и частично второй. В этот момент пернатый решил сделать перерыв и пойти за пищей. Вот только неожиданно в голову закралась идея, гласившая опробовать свои новые конечности в деле. Тут не сильно высоко и сломать что-то вроде не должен, но это не точно. Парень падал с более высоких точек, там страшнее, тут не очень. Обдумав мысль, сова всё же согласился, это может пригодится в будущем. Попытка не пытка, как говорится.       Прыжок был совершён быстро, однако крылья, с усилиями раскрытые, почти моментально свернулись обратно, не успел он сделать не единого взмаха. Давид полетел вниз, приземляясь в мягкую траву. Больновато ударившись боком и рукой, Роменский привстал. Причину своего падения шатен быстро вычислил. Мышцы. Его новоприобритённые мышцы ещё не подвластны ему в той мере, в которой нужны для полёта.       Но он не расстроился. Адреналин и секундное зависание в воздухе, пробудили почти забытые желания коснуться облаков. Он хочет летать. Теперь это точно. Ему это надо. И даже если для этого придётся совладать с собственным телом, он это сделает. Он научится контролировать свои крылья. Пусть на это уйдёт куча времени, однако он научится и взлетит.

***

      Шерсть была добыта, теперь можно не беспокоится о сне. Ныне Никита не спешно прогуливается по лесу, осматривая окрестности. По пути им было встречено ещё пару тех серых деревьев с сладкими плодами, от пары которых двухцветные не отказался, отнесёт к временному пристанищу. На самом деле парень может вернуться, сложить найденое и отправится копаться в шахту. Но вот прохладный ветерок блуждающий по лесу очень упрямо противодействовал этому, в прямом смысле заманивал идти дальше.       Впереди слышится шорох. Ушки козлика навостряются, а хвост непроизвольно качнулся из стороны в сторону. Просыпается интерес. Может это их ищат? Или животное очередное блуждает? Бояться ему нечего, Берг заморочился и сделал железный меч, что весит на поясе. Возможно тот и не сильно аккуратный, однако в полной мере функциональный. Ноги сами тянут рогатика на шум. Выглянув из зарослей, в коих аккуратно оставил вещи, как в глаза бросается корова… — Мд-а… не тебя я ожидал увидеть.       Этого скота по какой-то причине тут полно, на каждом шагу. Удивляет лишь то, что по мимо привычных коричневых коров, здесь подавляющее количество животины белых и бежевых цветов. Гетерохромный предполагает тут виноват климат и местность. Однако теперь, раз ничего интересного тут не нашёл, лучше, наверное, вернуться и оставив вещи, всё же пойти подобывать жекосика и игорька.       Друзья наверняка заметили пропажу этих двоих. Никита надеется, что Руня уже забила тревогу, привлекая остальных. Может они как раз организуют поисковый поход? Было бы не плохо. Берг пытался уломать Роменского хотя бы попробовать отыскать тот особняк, но старший на отрез отказывается. Вот же придурок! Их наверняка потеряли, а он не хочет идти на встречу спасению! Младший не уверен на сколько скоро до них могут дойти, если их далеко забросило. Будет плохо если их просто признают пропавшими и забросят поиски. Вот как объяснить этому упрямому крылатику, что вечно в лесу скитаться тоже не ахти решение.       Деревья поредели, выпуская на поляну. Тут уже возвышался небольшой домик. Жалко, конечно, что тот обречён гнить тут, когда парни покинут это место, но много выбора не будет. Козлик глазами высматривает своего друга. Пока его не видно. Окончательно выбравшись из леса, двухцветный подходит к строению, складывая принесённые с собой предметы. — "Видать ушёл за припасами" — проносится в его голове, когда сову он так и не обнаружил.       Пожимая плечами, парень просто берёт кирку и уходит снова в лесную чащу, к той самой пещере, которую нашёл вчера. Лучше заняться делом, чем сидеть без него. И ещё пусть это дело принесёт пользу.

***

      День в очередной раз стремится к своему завершению. Ужин был проведён, теперь можно и на боковую. Давид соорудил вторую кровать, а первую они двойной тягой подняли на верх. Второй этаж с двумя спальнями, ещё без дверей в дверных проёмах, совсем не обустроен. Личные комнаты друзей, не сильно большие, да и пустота их не внушает уюта, однако это в разы лучше чем спать в маленькой комнате, на единой не большой своеобразной постели.       Роменский с тоской глядит в окно. Он осознаёт, вернуться домой сейчас не получится, из-за этого не спешит соглашаться на хотелки младшего. Шатен тоже хочет домой. Очень хочет. Там осталось всё самое дорогое. Семья, друзья. Их тут нет и вряд-ли будет. Если они не найдут пути обратно, скорее всего будут вынуждены остаться тут. Перспектива не лучшая, но иного выбора нет.       Тяжёлый вдох сопровождает его в пути до кровати. Интересный факт, сегодня мини-луны он не видел. Возможно та видна не каждую ночь? А что вполне вероятно. Даже хорошо, что той сейчас не видно, Никита не увидит ту и пока останется в блаженном неведение.       Перевернувшись на спину , парень расправляет свои крылья, к чему пришлось неплохо так напрячь новоприобретённые мышцы. Весь этот день он делал краткие взмахи этими конечности и как можно чаще старался заставлять их двигаться, то выпрямляя, то складывая обратно. Когти к слову, оказались относительно удобным орудием быта. Ими шатен может крепче хвататься за выступы или кору деревьев, может царапать древесину, стёсывая особенно рассыпчатые места и даже удерживать мелких животных по типу кроликов, хватая их при охоте.       Мысли невольно уходили в сторону его друга. Тот всё такой же, даже новые детали не портят двухцветного. По мнению крылатого, те наоборот красят Берга. Так и появляется желание потрогать эти ушки, но парень понимает, что козлику это может не понравится, чего только стоила его реакция на прикосновения к рогам? Не хочется создавать тому дискомфорт. Чтобы подавить подобные желания, Давид зарывается пальцами в собственные крылья, в эти перья. На удивление вполне действенный способ вернуть убежавший в не ту сторону разум. Давно Роменский в себе заметил странное влечение к лучшему другу, скорее оно выявляется в навязчивых требованиях внутреннего я получить больше времени младшего в своё распоряжение. В основном хотелось говорить на самые бесполезные темы, правда затрачивая на это дни. По мимо этого было невероятное желание физического контакта, самого безобидного, по типу простого объятия или сжатия в своей руке чужой кисти, переплетая пальцы. Раньше кареглазый очень активно старался убедить себя, что это всего лишь влияние эмоций, эндорфина, так выплёскивающихся наружу, но не более. Позже появилось сомнение, которое он до сих пор давит внутри себя. Они лишь друзья, лучшие друзья, не больше.       В это время его лучший друг снова боролся с своим собственным телом. Хвост и уши всё никак не хотели пускать его в царство Морфея. Недовольство накопившееся от этого, отражалось в двухцветной новоприобретённой конечности, с каждой та всё импульсивнее ходила ходуном по неизвестной никому траектории, уходя то в право, то влево, то верх и вниз. Никита не сильно жаловал свои расовые особенности в такие моменты, коих становится всё больше в его жизни, и этим он не доволен всё больше. Может убежать на поиски особняка? Если что он сможет привести поисковиков к Давиду. Сможет же, да? Тут он понимает, шанс заблудится слишком велик, при этом навсегда потерять старшего. Убежав, бросив всё, он лучше не сделает, только себе и Роменскому нервы потрепает. Ладно, он пойдёт на уступок, подождёт ещё несколько дней, потерпит обещанную неделю, после вмести с ним отправится куда глаза глядят, ища путь домой. — Скорее бы уже вернуться… — шепчет в тишину гетерохромный. — Я соскучился по своей кровати.       Тяжёлый вдох, затем выдох режут пространство. Когда он тратил по пол недели на поиски мифов это время проходило легче. Сейчас же эти часы словно вечность. Делать особо нечего, а если и есть то работа монотонна. Никакого тебе адреналина и опасности. Ничего интересного. Ещё и становление козлом не добавляет позитивных эмоций, только куча неудобств. Вот поймают они миф, заставят вернуть прежние облики и заживут как прежде! Точно-точно!       Осталось только придумать каким образом вынудить то нечто вернуть всё обратно. Что в общем-то они могут сделать? Да и с кем? У кого требовать обратного обращения? Они ведь совсем не помнят того мифа, даже внешности, это не говоря о имени и ритуале. Что же делать?! Как быть?!       Метаясь в раздумьях в поисках решения, было принято одно — этой ночью он Берг не спит, он копается по новой в воспоминаниях. Вставая с уже нагретого места, парень выходит из отведённой ему комнаты. Разного цвета глаз тупят в темноту маленького коридора, а потом помедлив заглядывают в соседнее помещение — комнату Давида. Его друг, вроде, спит, но это не точно, по крайней мере он лежит на животе растянув крылья так, чтобы те укрыли собой всю постель и частично нашли пристанище на деревянном полу. —"Везунчик" — немного морща нос, снова провозглашает младший шатена. Ну как тут не завидовать, пусть и по доброму, без злого умысла.       Закончив проверку, двухцветный спускается по лестнице. Всё внутри ещё пахнет свежей древесиной, запах давно привычен и остаётся приятным, в какой-то степени даже успокаивающим. Внизу, в комнате выбранной кухней была сделана перестановка. Печки они разместились у безоконной стены, там пару шкафчиков без дверц и столешница. Стол и стулья, ну хотя бы их подобие, будут завтра, Роменский пообещал заняться обустройством в ближайшие дни. Это всё немного забавно, ведёт себя так, словно мы тут на всегда хотим остаться. Никите искренне не понятно желание совы создать все условия проживания на долгосрочную перспективу.       Затрагивая тему предметов обихода, то они сегодня сидели и делали посуду из глины, она запекалась в последние часы перед отправлением на боковую. Кареглазый представил это как способ снять стресс, накопившийся от ситуации. Раньше, где-то год назад, может два, парни вместе с остальной компашкой друзей ходили на курсы по лепки из глины, типа может пригодится, и так для саморазвития, как говорила тогда Фласка. На самом деле они все вместе много на какие курсы ходили, так для общего развития, с оправданием, что рано или поздно пригодится. Не всё у них получалось хорошо, особенно у Никиты часто получались конфузы, но теперь он может хвастаться своими слегка посредственными умениями.       Налив себе воды, натасканную из той же речушки, от куда брали глину, в плохо обработанную деревянную чашку, гетерохромный присел на пол. Ему предстоят длительные раздумья. — "Вот, что мы имеем? Мы нихиробрина не помним, не о ритуале, не о мифе, который на сюда отправил. Может Зимбер вернулся? Замешан ли тут культ? Хотя с чего бы? Возможно, тут замешан кто-то другой, такое ведь может быть?" — поток мыслей в голове набирает силу. — "Какой шанс того, что это что-то новое? Где я вообще нашёл информацию о мифе? Давай вспоминай Берг! Ты же мифоискатель со стажем! Где я услышал о этом чуде-юде?! Снова нашёл на форумах? Разве? Нет. Точно нет. Это где-то ещё было. Где?! Записка! Да, записка!"       В голове рогатика всплыло мутное воспоминание о том как доставая почту, из почтового ящика в повидавшем всякого подъезде, вместе с свитками и свежей газетой, вытащил конверт. Тот был свёрнут из простой белой бумаги, внутри же скрывал два листа с записями от руки. Координаты, описание ритуала, всё необходимое для него, это всё было там. Получателем был прописан он сам, а вот отправитель просто «Фанат», ничего больше. Ещё там было написано на обратной одного из листов формата А4: «Здравствуй! Великий мифоискатель Никита Берг! Я твой давний фанат, слежу за твоими приключениями ещё с первых видео, начиная с коровы-херобрина! Не так давно узнал про один очень интересный миф, под именем #&%@#?|!. В источнике говорится, что появляется на ¡¿ ночь июня в старинном особняке по этим координатам §#&@!%!, &|{¿'+¡. Он очень могущественный и может &¿+‰§≈#£}[^*?!!@$≠•$!>§||±[€=&`§№%|~≠=(₽№#?¿¡!/\+=&*§]{§%%#№≠£±€><≠?{] . Ты сможешь его проверить? Хочу узнать, правда ли это. А и ещё передай привет Роменскому! Заранее спасибо!».       Детали вспомнить не получалось, однако и этого вполне достаточно. Тогда его привлекло что-то конкретное в этом, но это растворилось в обрывках памяти. К сожалению с каждой новой попыткой вспомнить забытое, вызывало исключительно боль в висках и затягивало стальное кольцо вокруг черепушки, причиняя отнюдь не комфортные ощущения. Оставив, кажись, абсолютно бесполезные попытки восстановить обрывки утраченной информации, мифоискатель продолжил размышления: — "Я тогда проверял сведенья о мифе, однако всё, что удалось подтвердить это координаты особняка. Может быть наше нынешнее физическое состояние связано с местом, а не с самим мифом? Хотя это маловероятно…" — глоток воды, смочил пересохшее горло. — "Что ещё может нам помочь? Приезд? Там вроде ничего необычного не было. Верно же?"       Листва под ногами шелестит стоило парням выйти из машины. Солнце скрылось за белыми облаками ещё рано утром, не давая возможности простым людям созерцать свой светоносный лик. Но будем честны, друзей прибывших к поросшему листвой и иной зеленью старому особняку в поисках сверхъестественного, это совсем не волновало. Выгружая привезённые ими вещи из багажника транспорта и с задних сидений, они лишь весело обсуждали предстоящие. У них всегда старались на подобных заданиях держать приподнятое настроение, поддерживая его шутками или забавными комментариями. Делали всё, лишь бы не быть сломленными в самый не подходящий момент.       Закончив с рутинной работой, Берг в компании шатена осмотрелся. Строение, огромное и наверняка некогда восхищавшее своих посетителей, обветшало и пришло к упадку. Оно гораздо хуже сохранилось, чем иные особняки, когда-либо встреченные ими. Одна из стен первого этажа обвалилась, открывая коридор на обозрение каждому желающему. Внутри лежал ковёр, что необычно, он был зелёным, такого яркого оттенка, с двух сторон будучи обрамлённым тёмно-зелёными полосами вместо белых. Прямо ко входу без дверей, вела заросшая каменная тропинка. Если Никита не ошибается, рядом сохранилось подобие сада с ограждением из железных прутьев, таких ржавых и полусгнивших.       Насколько законно было там находиться? Да Херобрин его знает. Они просто приехали и по пути никого не встретили. Охраны или каких-то запрещающих знаков там не наблюдалось. Не нашли они ничего подобного и при обходе в светлое время. Значит, что более вероятно, этот особняк не интересует никого и его просто оставили гнить, да разваливаться.       Чуть позже, исходя из обычного хода их работы, парни провели ритуал. Где? Может внутри, выбрав комнату или несколько, может снаружи. Двухцветный не помнит. А там, уже под ночь, на них началась охота.       Точно козлик может вспомнить темноту за окнами, в некоторых местах без застекления. Бег и утомление. То как прячется за углами стен от призванного нечта. Лестницы, по коим приходилось десятки раз спускаться и подниматься, в попытках оторваться от погони. Скрип половиц, их хруст под ногами, предвещающий падение на этаж ниже. Спёртый, гнилостный воздух, окружающий его и бивший всё сильнее по обонянию. Жар разливающийся по телу от долгой физической нагрузки. Шум похожий на смех, каждый раз, когда то существо было рядом. Давида, вечно уходящего из вида, заворачивавшего в другие коридоры. Биение собственного сердца, отдающего в уши. Тупик. Удар о стену. Шаги мифа, неспешно приближающийся к нему. Идею выпрыгнуть в окно. Собственный выкрик неизвестных слов, наверное, заклинание какое-нибудь. Снова Роменский, бегущий на нечто сзади…       Небо такое тёмное и красивое. В городе подобного увидеть нельзя…       Когда хвостатик его увидел пару дней назад, в голове было пусто. Было так хорошо и не единого желания. На самом деле он не был бы против оказаться в таком положении снова, только давайте теперь добровольно. Тогда, в первые минуты, секунды, мгновения, не было страшно, что придут звери или монстры, не было дискомфорта от новых частей тела, не было тревог от непонимания произошедшего, было пусто. Даже не всё равно. Просто пусто. Он не чувствовал ничего. Смотря на небо, украшенное россыпью звёзд, он лишь поразился этому виду, подобных коему не был свидетелем раньше. Вставать не хотелось, однако вернувшаяся способность оценивать ситуацию, подталкнула к этому решению. А потом случилось это. И вот он сидит и думает над решением явной проблемы. В его понимании так уж точно. — "Хочу домой…" — голова падает на подогнутые колени. — "Завернуться бы сейчас в тёплый плед и смотреть сериалы, совсем забыв о тяготах…" — потеревшись лбом об собственные ноги, Берг всё же приподнимается для очередного глотка. — "Так всё, соберись! Совсем не время раскисать! Скоро всё станет как раньше! А теперь давай соберись Берг!" — подбадривает гетерохромный сам себя. — "На чём я там остановился? Да, особняк! Он отличался от остальных! Значит мы сразу поймём, если наткнёмся на него. Интересно, миф всё ещё там блуждает? Есть ли вероятность того, что он ожидает нашего возвращения? Ну жди-жди! Уже совсем скоро мы встретимся снова!"       До утра Никита ещё долго говорил сам с собой, продумывая план действий и даже соглашаясь с некоторыми утверждениями старшего. Давид всё же прав, без подготовки идти не безопасно. Сейчас он вспомнит самые основные детали и друзья смогут противопоставить хоть что-то.