Мой первый друг, мой друг бесценный!

      Любовь Пушкиной к свободе не привела к хорошему. Девушка уже раскрылась, начала писать и издавать свои произведения, когда в 1824 году была отправлена в ссылку в Михайловское императором за «увлечение атеистическими учениями». Родное село быстро стало напоминать Александре тюрьму. Привыкшая к свободным действиям и передвижениям, она была заперта в небольшом имении, не шедшим в сравнение с Петербургом, а тем более со всем миром, доступным ранее.        Одиночество скрашивала только няня, знакомая с детства. Арина Родионовна рассказывала на ночь разные сказки, сюжеты которых потом отзывались в произведениях поэтессы. Женщина на долгое время стала единственным другом и собеседником, поэтому стала даже гораздо ближе к подопечной, чем в детстве.              Александра фактически была не одна, но была одинока. Она всегда общалась с огромным количеством людей, со своими друзьями и подругами, в конце концов, а сейчас была ограничена малым количеством человек. Пушкина спасалась своими произведениями, с головой утопая в стихах и прозе. Многие не проходили цензуру, что очень сильно разочаровывало девушку. Цензура очень сильно её раздражала, власти ограничивали во всём, не давая спокойно вдохнуть и выдохнуть. Слишком во многих произведениях находили что-то, что не устраивало высшие слои, а за взгляды поэтессы ей доставалось уже не раз. И всё же, были и люди, которые эти взгляды разделяли…

***

23(11) января 1825

      Александра проснулась от очень непривычного звука для привычного села. Как будто звенит что-то… Колокольчики! Такие всегда на лошадей вешают. Сон как рукой сняло, девушка подскочила и понеслась на крыльцо, забыв о том, что помимо белья на ней лишь рубашка. Её не волновал русский мороз на улице, только приехавший гость. Оказавшись на улице, Пушкина замерла, поднимая руки. Улыбаясь, на неё смотрела давно знакомая и такая любимая подруга, выходящая из саней. - Ваня… - Сорвалось с губ поэтессы. Она затаила дыхание. Через секунду шока Пущина кинулась к Александре, поднимая её и занося в дом. Иванна в сенях опустила подругу на пол, дальше движение продолжили уже на ногах.       Забежав в комнату, девушки обнялись, чуть ли не плача. Слова были не нужны, и так всё понятно без них. Ничего более их не волновало, они смотрели друг другу в глаза и молчали. Одна в одной лишь рубашке, босиком, даже не пытаясь прикрыть наготу, другая – в шубе и валенках, на шапке потихоньку оттаивает снег, а руки всё ещё холодные, только с улицы всё же. Спустя с минуту рассматривания девушки слились в нежном поцелуе. Дорвались. Так сильно Пушкина не скучала ни по одному человеку, оставленному в «прошлой жизни». У Иванки прохладные, немного сухие губы, которые быстро согревались губами поэтессы. Шапка соскользнула с рыжей головы и упала на пол, но и это не привлекло внимания девушек. Они были целиком и полностью увлечены друг другом. Саша ощутила на талии прохладные касания, которые отдавали уличным морозом сквозь тонкую ткань рубашки. По телу прошёл табун мурашек. Прервав поцелуй, девушки счастливо рассмеялись, всё ещё не отстраняясь. В очах блестели слёзы счастья. - Сашенька, у нас гости? – няня, тоже разбуженная громом колокольчиков, заглянула в комнату. Девушки сразу отлетели друг от друга на приличное расстояние. Старушка мило улыбалась, смотря на гостью. В её глазах не было осуждения, даже ни намёка на непонимание. Пущина подняла с полу шапку, неловко перебирая её в руках. Александра тоже слегка смутилась, но быстро поняла, что либо Арина Родионовна не увидела ничего возмутительного, либо не посчитала это зрелище столь значимым и ужасным. - Да, Арина Родионовна, это моя подруга юности - Иванна Пущина. Я тебе о ней рассказывала, помнишь? – Пушкина улыбнулась. Сейчас она представляет двух дорогих себе людей друг другу, что может быть прекраснее? - Помню конечно. Иди сюда, родная, - старушка гостеприимно обняла гостью, целуя её в щёку. Ваня улыбнулась, приобнимая в ответ. Она наконец снова расслабилась, поняв, что осуждения и криков не будет.

***

      Няня пригласила гостью позавтракать с ними. Вся неловкость окончательно пропала за утренним чаепитием. Пущина, уже без уличной одежды и согревшаяся, рассказывала истории о столице, Пушкина немного добавляла о жизни вдали от людей, Арина Родионовна периодически восхищалась историями и добавляла что-то от себя. Эта беседа становилась всё более тёплой и семейной. В Иванне было то, чего не хватало Саше для спокойствия в Михайловском.       В комнату дамы возвратились минут через сорок, счастливые и разогретые. Александра заперла дверь, чтобы теперь точно не ставить никого в неловкое положение. Пущина, заметив этот жест, улыбнулась и повела подругу к дивану, садясь с ней. - Я так по тебе скучала. Сразу, как смогла, выехала в путь, - Ваня протянула руку к Пушкиной, поправляя её волосы. Всё смотрит и не может налюбоваться, - А ты мало переменилась, только волосы длиннее стали. Будто вчера расстались с тобой. - Я тоже скучала, Вань. И ты такая же, как прежде. Столько всего прошло, даже поверить не могу, что вновь вместе. Расскажи подробнее, как дела в городе?       Александра интересовалась всем, что происходило в жизни Иванки. О каждой мелочи девушка оживлённо расспрашивала, стараясь узнать всё и закрыть тот пробел, что образовался за время их разрыва. Пушкина всё повторяла, что не верится, что они снова вместе, а Ваня только отвечала, что да, вместе, рядом. Обе светились от счастья, и не было конца их болтовне, редко прерываемой лишь краткими поцелуями. Девушки всё вспоминали о днях в гимназии, о юности на балах, где отбоя не было от кавалеров. Но нужны ли им кавалеры, когда они есть друг у друга? Этот вопрос даже не стоял никогда. - Я люблю тебя, Вань… - Шептала Пушкина, зарываясь носом в волосы подруги. Та сидела на коленях Саши, положив правую руку ей на плечо. Вторыми руками они плотно сцепились, не желая отпускать свою любовь ни на минуту. - Я тоже тебя люблю, Саш, очень сильно люблю! – Пущина сжимала руку любимой подруги. Девушки снова поцеловались. Они понимают, что все их действия сейчас до ужаса неправильные, но разве может быть неправильной такая чистая и светлая любовь? Это точно любовь, в этом никто не сомневается. Девушки любят друг друга, сильнее, чем кто-либо на свете. - Почитай мне свои стихи, прошу. Ты так пишешь, я никогда не забуду твоих стихов, - Ваня просила послушать хоть одно стихотворение, а Пушкина с радостью читала, своим нежным голосом погружая подругу в блаженные мечтания. Такая идиллия должна была длиться вечно, никогда не заканчиваться. Хотелось навсегда замереть в этом моменте, никогда больше не расставаться, не скучать и не плакать друг по дружке. Но ничто не вечно.

***

      Пущина собралась уезжать уже глубокой ночью. Ямщик запряг лошадей, всё было готово, но подруги всё никак не могли распрощаться. Они обнимались, что-то тихо шептали, обещали друг другу скоро свидеться в Москве. Эта шаткая, хрупкая, но всё же надежда, грела их сердца и души, облегчая предстоящее расставание. В воздухе витало отчаяние и чувство, что расстаются они навсегда. Иванка накинула на плечи шубу и молча села в сани. Пушкина говорила что-то, но Ваня не слышала, лишь смотрела на Сашу и безмолвно плакала. Александра стояла на крыльце, держа в руках свечу, и тоже тихо всхлипывала.       Кони рванули, и сани тронулись. Последнее, что донеслось до Пущиной прежде, чем скрипнули за ней ворота – «Прощай, родная!». И Ваня поняла: они попрощались навсегда. Слёзы хлынули рекой, и не доставлял такого неудобства мороз на улице, как глубокие душевные страдания, терзающие в тот момент девушку.

_____________________________________________________________________________________

Мой первый друг, мой друг бесценный!

И я судьбу благословил,

Когда мой двор уединенный,

Печальным снегом занесенный,

Твой колокольчик огласил.

Молю святое провиденье:

Да голос мой душе твоей

Дарует то же утешенье,

Да озарит он заточенье

Лучом лицейских ясных дней!

      Восстание декабристов 14 (26) декабря 1825 года было подавлено, и Пущин оказался под арестом. Наравне с другими декабристами И. И. Пущина признали виновным в покушении на жизнь царя. Его приговорили к смертной казни, которую позже заменили пожизненной каторгой. Со временем срок наказания сократили до двадцати лет.       27 января (8 февраля) 1837 года состоялась дуэль, ставшая для Пушкина смертельной. 29 января (10 февраля) 1837 года он умер в Санкт-Петербурге.       С Пущиным они больше не виделись.