Прикасаться к тебе спящему

– Господин Вэй, врач примет вас через пять минут, – говорит молодая женщина в белом халате, выглядывая из кабинета. В уютном коридорчике частного медицинского центра они одни, сидят близко, почти слившись воедино. Вэй Ин нервничает. Ванцзи чувствует тонкие нотки волнения, и легко сжимает ладонь мужа, успокаивая и окутывая Вэй Ина своим запахом. Его взгляд любовно проходит по свежей метке на шее супруга – высоко, почти у линии роста волос, что сейчас собраны в высокий хвост, открывая всему миру знак принадлежности альфе. Ему, Лань Ванцзи. С тех пор, как они обменялись укусами, Ванцзи чувствует Вэй Ина на ином уровне, ощущает даже небольшие колебания его настроения. А ещё его альфа, заявив права на своего омегу, наконец-то успокоился, обратив на заботу все инстинкты, которые раньше восставали, стоило ему лишь увидеть, как рядом с его Вэй Ином оказывался другой альфа. Правда, из-за этих защитных инстинктов ему до сих пор немного стыдно перед братом: когда Сичэнь связался с ним на следующее утро после того неудачного ужина и попросил встретиться, чтобы прояснить возникшее между ними недоразумение, Ванцзи согласился крайне неохотно. И, возможно, был слегка... несдержан. Но все оказалось достаточно прозаично – ни Сичэнь, ни Яо конечно же, не знали о том, какую роль в происходящем между Ванцзи и Вэй Ином сыграл Су Ше, оказавшийся давним приятелем Мэн Яо. Поэтому никто не ожидал, что на попытку Гуанъяо разбавить установившееся напряжение рассказом о предстоящей встрече с близким другом, спокойный до этого Вэй Ин ответит грубостью. А на его слова уже не мог не среагировать Сичэнь, всегда остро воспринимавший негатив по отношению к супругу, к которому ужасно относились в семье его отца, что нанесло тому серьезную психологическую травму. У них состоялся еще один ужин – на этот раз дома, где в спокойной обстановке они смогли поговорить и все прояснить. Позже, когда они остались одни, Вэй Ин шепнул Ванцзи, что ему даже понравилось, что Сичэнь так ревностно защищал Яо и Ванцзи. Всю следующую неделю Ванцзи работал из дома, чтобы быть рядом со своим омегой. – Ты не можешь бросить офис из-за меня, – сказал Вэй Ин, ластясь к супругу вечером третьего дня. Его голова покоилась на груди Ванцзи, пока руки того нежной лаской проходились по распущенным и слегка спутанным волосам Вэй Ина. – Я директор, кто мне запретит? – хмыкнул Ванцзи, и Вэй Ин засмеялся. Ванцзи признавал, что не может не опекать своего беременного супруга. «Чрезмерно», – смеялся Вэй Ин, убеждая, что ему не нужна нянька, потому что он и так прекрасно себя чувствует. Это действительно было так – у Вэй Ина почти не было токсикоза, а на вопрос Ванцзи он лишь беззаботно пожал плечами: просто хорошая генетическая предрасположенность – у его матери также не было ни утренней тошноты, ни реакции на запах и вкус еды. Даже так любимая Вэй Ином острая пища не вызывала раздражения желудка. – Лань Чжань, для меня намного большим стрессом будет отказаться от привычных продуктов, и вот тогда я точно почувствую себя плохо… – со смешком протянул Вэй Ин, когда в очередной раз поймал обеспокоенный взгляд Лань Ванцзи, направленный на баночку со специями, которыми его муж щедро приправлял еду. Видя беспокойство Ванцзи, он все же стал использовать меньше острого перца, и за одно это любовь к супругу расцветала в сердце Лань Ванцзи яркими красками. ...Из размышлений его выдергивает голос всё той же девушки в белом халате: – Господин Вэй? Проходите в кабинет. Вэй Ин встает, и Лань Чжань тенью следует за ним. – Ты точно хочешь пойти со мной? На первом скрининге он совсем ещё маленький, возможно, даже хорошего снимка не получится, – в очередной раз уточняет Вэй Ин, уже у самой двери. И Ванцзи, как и каждый раз до этого, отвечает утвердительным «мгм». Оторваться от Вэй Ина и раньше было чем-то невозможным, а уж сейчас, когда вся его звериная, инстинктная часть тянется быть рядом со своим омегой и их ребенком, защищая и оберегая – и вовсе невозможно. Врач легко улыбается, видя их вместе, и приглашает присесть. Сначала – задает тысячу вопросов, отмечая ответы на них в компьютере, затем – просит Вэй Ина снять верхнюю часть одежды и расположиться на кушетке, пока сама включает небольшой экран и регулирует его положение. Ванцзи стоит рядом, с любовью глядя на слегка взволнованного Вэй Ина, испытывая такое невыносимое счастье, что спирает дыхание. – Гель может быть немного прохладным, – говорит доктор, нанося содержимое бутылочки без этикетки на поверхность живота Вэй Ина, и распределяя его. Вэй Ин слегка вздрагивает, но улыбается Ванцзи, показывая, что с ним все в порядке. – Молодые родители часто волнуются, не подвергается ли малыш облучению во время УЗИ, но насчёт этого точно не стоит переживать, ведь исследование проводится за счёт отражения тканями внутренних органов высокочастотных звуковых волн... – Проговаривает врач слегка рассеянно, пока вглядывается в изображение на экране. Все, что видит на нем Ванцзи – светлые перемещающиеся на черном фоне пятна, но доктор вглядывается в них серьезно, иногда что-то нажимая на экране, чтобы зафиксировать изображение, а затем – проведя рукой с датчиком по животу, снова внимательно смотрит. – Вам не стоит переживать, – с улыбкой замечает она, видя краем глаза, как напрягается Вэй Ин, а Ванцзи наклоняется ближе, чтобы взять его за руку и нежно погладить костяшки. – У вас прекрасный, здоровый ребенок. Я сейчас определяю размеры плода и его расположение в матке. – Мы читали, что он сейчас размером с яблоко, – немного ломким голосом говорит Вэй Ин, и врач улыбается, проводя рукой с датчиком по животу и снова что-то нажимая на экране. – Да, чудесный здоровый малыш, развитие в пределах нормы. Патологий нет. Можете посмотреть, – и она разворачивает экран, и внезапно мешанина черных и белых пятен, до этого изображенных на экране, обретает черты маленького эмбриона, от вида которого у Ванцзи перехватывает дыхание. – Вы хотите узнать первичный пол малыша сейчас? – Уточняет врач, с улыбкой глядя на Вэй Ина и Ванцзи, что не отрывают взглядов от небольшого экрана. – Многие пары в последнее время устраивают вечеринки по определению первичного пола, поэтому сейчас мы уточняем, хотите ли вы узнать пол сразу. – Разве еще не рано? – отзывает Вэй Ин. – Мы думали, узнать можно будет только на следующем приеме. Врач улыбается: – Малыш сегодня лежит очень удачно, поэтому мы можем посмотреть. Но, конечно, сказать точно можно будет только во втором триместре. Поэтому вам решать, узнавать сейчас или подождать еще месяц. Ванцзи с Вэй Ином обмениваются короткими взглядами, и затем Вэй Усянь говорит, снова возвращаясь к изображению на экране: – Да, мы хотим. – У вас мальчик, – с улыбкой говорит врач, и Ванцзи наклоняется и целует Вэй Ина в макушку. – Значит, Юань-Юань, – шепчет Вэй Ин. Они еще вчера договорились, что мальчика назовут Юань, а девочку – Цин. – Какое красивое имя, – улыбается врач, и Вэй Ин одними губами произносит, глядя прямо Ванцзи в глаза «Я люблю тебя». *** Они выходят из прохладного холла клиники в теплый летний день. Вэй Ин увлеченно рассылает родным и знакомым небольшое видео, которое им разрешили снять – всего несколько секунд с изображением их малыша, но судя по тому, как часто вибрирует телефон в руках Вэй Ина, отклик оно вызвало немалый. Впереди у них свободные выходные, и они долго неспешно гуляют по парку, пока Вэй Ин не начинает жаловаться, что у него болят ноги, он хочет в туалет, пить и съесть острой лапши. Ванцзи лишь любовно проходит рукой по пояснице супруга, прежде чем свернуть в сторону торгового центра, возвышающегося над парком. В торговом центре все неудобства оказываются забыты, потому что Вэй Ин на первом же этаже замечает магазин с товарами для самых маленьких, и с горящими глазами поворачивается к Лань Ванцзи. Не то, чтобы раньше тот мог отказать хоть малейшей просьбе Вэй Ина… Для Лань Ванцзи магазин оказывается откровением: в его окружении нет семей с детьми, и ему сложно представить, что дети бывают настолько маленькими. Он растерянно смотрит на невероятно крохотные кофточки пастельных цветов, рядом с которыми он остановился, пока Вэй Ин увлеченно обсуждает с продавцом, когда лучше вводить прикорм. Ванцзи кажется, что Вэй Ин слегка опережает события, но понимает, что это одна из отличительных черт его супруга – он всегда с головой нырял в интересующий его вопрос; за последние несколько дней он купил не менее десяти книг о воспитании, здоровье и развитии детей; он постоянно слушает подкасты и смотрит видео на эту тему. Ванцзи же успел прочесть две из купленных Вэй Ином книг, решив для себя, что больше не допустит, чтобы его недостаточная осведомленность в каком-либо вопросе привела к тому, что кто-то из его семьи снова будет страдать. – …Лань Чжань! – зовет его Вэй Ин, выглядывая из соседнего ряда с телефоном в руках, – я прочел, что детям обязательно нужны домашние животные. Я знаю, что у тебя не было питомцев в детстве, но что, если мы все же заведем кого-то? – Мгм, – соглашается Ванцзи, перебирая маленькие комплекты забавной детской одежды, что похожи на комбинезоны с носочками, но из очень мягкой ткани. – О! Я сначала думал о щенке, но, честно говоря, я и так все детство провел в собачьих слюнях. Лань Чжань, поверь мне, если бы ты дружил с Цзян Чэном, ты бы только что не ел с его собаками из одной миски. – Вэй Ин ухмыляется детским воспоминаниям. – Мадам Юй как-то раз пообещала выселить Цзян Чэна на задний двор, построив ему отдельный вольер, и он начал собирать вещи, потому что не понял, что это должно было быть наказание! Я, конечно же, его поддержал – я тогда гостил на выходных у Цзянов… Ох и смеялась мама, когда приехала, а там Мадам Юй пыталась уговорить нас с Цзян Чэном вернуться ночевать в дом! Ха-ха-ха... Да, доводили мы ее в детстве... В общем, я думаю, все-таки кот или… Рука Ванцзи замирает над одним из комплектов, на котором нарисованы милые мультяшные… – … Кролики. Вэй Ин распахивает глаза, и в восторге смотрит на него: – Ты хочешь, чтобы мы завели кроликов? – Мгм. – Ванцзи чувствует, как пылают уши, выдавая его смятение. – Они… мягкие. Неагрессивные. Малыш сможет с ними играть. Вэй Ин в одно мгновение оказывается рядом, широко улыбаясь: – Когда мне кажется, что я уже и так влюблен в тебя по уши, и дальше некуда, ты умудряешься сказать что-то такое милое! Лань Чжань, ты должен предупреждать! Я беременный и мне нельзя нервничать! Ванцзи с нежностью качает головой, привлекая Вэй Ина в свои объятия и зарываясь лицом в его волосы. – Хорошо. Буду предупреждать. Они стоят посреди магазина, обнявшись, и это такое приятное нарушение всех правил, что с детства вбивали в голову Ванцзи. Прилюдная демонстрация чувств, подумать только! Дядя бы… от мысли о Лань Цижэне Ванцзи мысленно морщится: у них на днях состоялся крайне напряженный телефонный разговор, и, кажется, у их ребенка не будет любящего дедушки со стороны Ланей – по крайней мере, если Цижэнь не извинится перед Вэй Ином и не признает своей неправоты. Но, судя по тому, на какой ноте закончился тот разговор… Лань Ванцзи тихонько вздыхает. В конце концов, дядя, кажется, сделал свой выбор. *** К маленькому кинотеатру около дома они подходят в теплых сумерках. Ванцзи держит несколько бумажных пакетов, в одном из которых лежит тот самый костюмчик с кроликами, и любуется мужем, что стоит, запрокинув голову, около большой афиши: – Хэй, а я ведь думал посмотреть этот фильм… О, и сеанс начинается через пол часа. Лань Чжань, сходим? Ванцзи соглашается, и двадцать минут спустя они сидят где-то на задних рядах маленького кинотеатра с огромными ведрами попкорна, пока по залу неторопливо разбредаются зрители. Фильм оказывается… очень откровенным. Ванцзи смущенно таращится на происходящее на экране, пытаясь понять, как долго он спал, если подобные фильмы перекочевали на широкие экраны из спален с наглухо закрытыми шторами. Вэй Ин рядом издает какой-то приглушенный булькающий звук, и Ванцзи озабоченно оборачивается к нему. – Вэй Ин?.. Тот поворачивает на него серьезное лицо, но глаза его блестят, а уголки губ подрагивают, когда он шепчет, наклоняясь к Ванцзи: – Я, конечно, читал, что во втором триместре повышается либидо, а у меня еще не закончился первый… – рука его при этих словах скользит по бедру Ванцзи, и тот чувствует, как горячая волна медленно проходит от затылка к пояснице. – Но я, кажется, умру, если ты срочно меня не трахнешь. – Мы… в кинотеатре, – выдавливает из себя Ванцзи, с ужасом понимая, что от жаркого дыхания Вэй Ина и прикосновения его рук начинает возбуждаться. – Но в нашем ряду никого, – мурлычет ему в ухо Вэй Ин, а его рука доходит до застежки брюк, по которой он проходит пальцами, задевая наливающийся кровью член Лань Ванцзи. – Мы можем быстренько… – Нет… – Слабо сопротивляется Лань Ванцзи, но Вэй Ин обхватывает его возбуждение сквозь брюки и начинает оглаживать по всей длине. А еще он выпускает свой запах, зная, как супруг на него реагирует, и это – запрещенный прием, потому это отключает в сознании Ванцзи один за другим маленькие рубильники, отвечающие за рациональность и контроль. – Лань Чжа-а-ань... – тянет Вэй Ин хрипло, жаждуще, и этот звук окончательно выводит Ванцзи из равновесия. Он вскакивает с негромким рыком, рассыпая попкорн по полу кинозала, но даже не обращает на это внимания, лишь хватает Вэй Ина за руку и тащит в сторону выхода. Вэй Ин бежит за ним под осуждающие шепотки сидящих в зале, и Ванцзи чувствует, как того разрывает от смеха. До свадьбы с Вэй Ином Лань Ванцзи вообще не мог себе представить, что секс и смех совместимы, но вот он – бежит по коридору кинотеатра и еле сдерживается от того, чтобы также не засмеяться во весь голос или же прижать Вэй Ина к стене на глазах у пораженной билетерши и глубоко, грязно поцеловать. – Я беременный! Мне срочно нужно домой! – кричит Вэй Ин ошарашенной женщине в окошке кассы, когда они проносятся мимо, и выбегают в жаркий вечер, окрашенный заходящим солнцем в теплые оттенки оранжевого. Ванцзи никогда не совершал безумных поступков в школьные годы или в студенчестве, он может по пальцам одной руки сосчитать те разы, когда он бегал вне спортивного зала, но сейчас он чувствует себя свободным подростком, сжимая руку смеющегося Вэй Ина, и ощущая, как жар желания и искры веселья бурлят в теле, опьяняя. Они начинают целоваться в лифте, горячо, жарко, поглощая друг друга. Бедром он чувствует возбуждение Вэй Ина, что страстно отвечает на движения его языка, издавая соблазнительные стоны, такие сладкие, что Ванцзи совсем теряется в этом ослепляющем желании. В себя он приходит, лишь когда слышит мягкий звук оповещения: лифт прибыл на их этаж. Не в силах оторваться от супруга, он подхватывает его под ягодицы, и так несет к квартире, прижимая к себе и не разрывая губ. Кодовый замок он открывает лишь со второго раза, и как только за ними закрывается дверь, он отпускает Вэй Ина и разворачивает его лицом к стене, одновременно стягивая с него брюки. Кажется, сегодня он не сможет быть нежным. Но, судя по тому, как выгибается Вэй Ин, расставляя ноги, как призывно стонет, как активно выделяется его смазка... как расцветает запах возбуждения, когда он оборачивается через плечо и выдыхает имя мужа, ему это тоже не нужно. Одним слитным движением, от которого по телу Вэй Ина проходит крупная дрожь, он входит до упора, и дальше двигается резко, жестко, зная, что именно так любит Вэй Ин. Насаживает супруга на себя, рыча что-то неразборчивое в ухо, впивается зубами в доверчиво подставленное плечо, когда ощущений становится слишком много, и шепчет слова любви, когда горячей ослепляющей волной накрывает наслаждение, разделенное на двоих. После этого Вэй Ин обессиленно сползает по стене, но сильные руки Ванцзи подхватывают его, прижимая к себе. Теперь, пока узел не спадет, они связаны, и поэтому он ласково оглаживает тело Вэй Ина, осторожно проходясь ладонями по уже заметному животу, расцеловывает его шею и плечи. Вэй Ин расслабленно откидывается на Ванцзи и почти мурлычет, наслаждаясь нежными касаниями. – Не знал, что тебя так... возбуждает кинематограф, – тихо дразнится Вэй Ин, когда они расцепляются, и Ванцзи подхватывает его на руки, чтобы отнести в душ. На слова Вэй Ина он только тихо фыркает, зная, что сам Вэй Ин возбудился не меньше. Лань Ванцзи зарывается носом в волосы мужа, наслаждаясь любимым запахом и ощущением счастья, которое чувствует сейчас каждой клеточкой тела. – Не кинематограф. Вэй Ин.