Рыцарь и разбойник

Эндрю усмехнулся, заметив в глазах Рейнхарда гневный вызов. В его взгляде читалось чувство долга, словно искра, — слепая вера, которую он был готов растоптать. Лезвие меча грубо врезалось в кожу его перчаток, пока он сжимал меч Рейна. Между ними повисла напряжённая тишина, словно немое приглашение к действию. Внезапно лорд молниеносно выхватил меч из ножен и взмахнул им снизу вверх, целясь в, казалось бы, уязвимую шею разбойника. Брюнет с изумлением отпрянул назад, действуя почти автоматически, с молниеносной реакцией. Его губы растянулись в ухмылке, обнажая оскал. Их сражение напоминало скорее жестокую насмешку над измождённым и голодным Рейнхардом, который с трудом удерживал меч в дрожащих руках, совершая выпад за выпадом. языки пламени костра танцевали в такт потрескиванию, пока воздух наполнил смех других разбойников и звук того, как меч разрезал воздух, Рейнхард стремительно рванулся вперёд, намереваясь поразить противника в плечо, но лезвие клинка, казалось, двигалось всё медленнее. Эндрю уклонился в последний момент, легко скользнув в сторону, и с насмешкой провёл холодными пальцами по уязвимому затылку Рейнхарда. От этого прикосновения по телу воина пробежала волна мурашек, а в кости проник леденящий холод. Это прикосновение одновременно и высмеивало Рейнхарда, и показалось ему приятным. Он мог бы одним ударом поразить противника в эту уязвимую зону, но предпочел растянуть поединок, словно цирковое представление. «Ты слишком предсказуем, аристократ» Рейнхард развернулся быстрее, чем тот успел бы закончить. Он наносит рубящий удар сверху, вынуждая разбойника поднырнуть, однако Рейнхард продумал и это, и, сменив траекторию руки, обрушил локоть на спину противника. Вот что значит лучший стратег в ордене? За пару секунд уязвимости и самодовольства Эндрю, рыцарь продумал сразу несколько его возможных ходов, и не просчитался. Разбойник хрипло выдохнул, почувствовав внезапную боль, но сумел удержаться на ногах. Он стремительно сбросил с себя Рейна и, развернувшись, ударил его в скулу. Оба отшатнулись друг от друга. "О, да ты не так прост, как я думал! Меч тебе, конечно, не просто для красоты?" — он зло рассмеялся, откинув с лица несколько чёрных, как смоль, прядей. В это время Рейнхард, вытирая кровь с губы, прошипел ему: "Помолчи". Эндрю двигался хаотично, резво и непредсказуемо, нельзя было сказать, что он просто бунтарь, он явно оттачивал свою технику очень долго. Он крепко схватил Рейнхарда за запястье, скручивая его и притягивая к себе. От неожиданности Рейнхард выронил меч, и тогда противник с силой ударил его коленом в живот, заставляя его болезненно захрипеть, но в этот момент он вовремя выпрямился, и со всей дури врезал ему головой в его лицо. Раздался хруст, и из носа Эндрю хлынула кровь. Разбойники у костра разразились криками. Их предводитель отступил на шаг от Фортерна, прикрыв половину лица ладонью. В его глазах мелькнуло едва заметное уважение. «А вот это уже больше похоже на драку, петушок,» Он хрипло усмехнулся, вытирая кровь, которая хлынула из носа. Внезапно он бросился вперёд, так быстро, что пес короля не успел ничего осознать. Тот схватил его за мантию и с силой швырнул на землю у того самого дуба, откуда он только что пришёл в себя. Эндрю прижал его коленом к земле и приставил к его побитому лицу кинжал. Их выражение лиц было скрыто от посторонних глаз. «Ну что, каково это — проиграть королевскому породистому псу, а не простому бродяге?» Райнхард тяжело дышал, стиснув зубы. Он ощущал холодное лезвие у своей кожи. В глазах Эндрю плясал озорной огонек, игривый и такой непостижимый для человека вроде него. «Добей меня, если хочешь», — процедил тот, с вызовом глядя на разбойника, на чьем лице застыл дьявольский восторг. Эндрю вытер кровь с губ тыльной стороной ладони, умело одним движением отправляя метательный ножик обратно за пояс. и его голос едва поменялся в тоне. «Ты выбираешь самый легкий путь, как смерть», — иронично замечает он и, убрав с него свое колено, протягивает ему ладонь, на что Райнхард затаил дыхание от неожиданности его жеста. «Ты мне еще понадобишься, и у меня на тебя планы». Стражу ничего не оставалось, кроме как принять руку, поднимаясь с земли. Его тело предательски дрогнуло, и он едва удержался на ногах. И неожиданно для самого Эндрю, тот подставляет свое предплечье для него, когда тот пытается устоять на ногах. Банда клеймённых гончих была в восторге от победы своего лидера над одним из королевских стражей. Эндрю с улыбкой принимал их похвалы и отвечал низким гортанным смехом на их ликование. Несмотря на их отталкивающий вид, Райнхард начал понимать, почему они считают, что несут справедливость. Их лидер был настоящей проблемой для католической церкви. Он грабил феодалов и аристократов, чтобы под покровом ночи доставить в приют для сирот еду, украденную у богатых людей. Католическая церковь была жадна, забирала всё без остатка, выставляя себя героями, святыми в глазах верующих крестьян, и эта система вызывала у Эндрю тошноту, и теперь Райнхарду придется посмотреть на свое королевство с новой стороны, темной и жестокой. Холлоу прерывает беседу с подчинёнными, чтобы украдкой взглянуть на рыцаря, который сидит на противоположном конце бревна, предназначенного для ночных разговоров у костра. Его новый друг выглядит очень уставшим и явно голодным. Разговоры незаметно для всех перешли к обсуждению ужина, и каждый занялся своими делами: кто-то пошёл на охоту, кто-то занимался костром и другим имуществом. Даже у купца украли такой замечательный чугунный казан! И лидер разбойников подходит к стражу со спины, кладя ему холодную ладонь на широкое плечо, вынуждая его содрогнуться от неожиданности. Эндрю говорил без привычной в его голосе усмешки, его голос, такой же хриплый и грубый, уже любопытствуется. «Проголодался, храбрый рыцарь?» Райнхард вздрогнул, почувствовав, как холодная ладонь разбойника тяжело опустилась ему на плечо. Он бросил на него усталый взгляд исподлобья, но сохранил гордую осанку и молчание. Он отказывался показывать свою слабость снова. «Я не нуждаюсь в подачках», — отвечает он с достоинством, отводя взгляд в сторону костра, чтобы не продолжать разговор. Однако Холлоу не так прост. Он приподнимает бровь с легкой усмешкой, но уже без привычной жестокости и высокомерия. «Ну, тогда можешь и дальше сидеть здесь и гордо умирать с голоду», — пожимает он плечами, приоткрывая крышку казана над костром и помешивая похлебку.«А я просто предложил... по дружбе». Он делает несколько шагов к костру и бросает на него взгляд через плечо, и его лицо обрамлял теплый свет. «Хотя, знаешь, только слабые боятся принимать помощь». Эти слова задели Фортерна за живое. Он сжал челюсти, опустил голову и попытался сдержать желание ответить колкостью. Но слова застряли у него в горле, а желудок сводило от голода. С легким вздохом, в котором ощущалась некая злоба, но вместе с тем и необходимость, он встал и подошел к костру. Остановившись рядом с разбойником, Фортерн неловко переминался с ноги на ногу. «Вот и славно, правильно сделал», — кивает Эндрю, и его губы кривятся в улыбке, когда он поддевает варево в казане, разливая в чашечку для Райнхарда. Тот осторожно взял из его рук похлебку и сделал маленький глоток, стараясь не спешить. К своему удивлению, он обнаружил, что похлёбка горячая, сытная... и даже вкусная.