Странные танцы

Это было очень неловко. Олег и сам не до конца понимал свою логику в момент, когда он решил, что заказ приватного танца будет отличной возможностью пообщаться с Сережей, которого он не видел долгих шесть лет. И вот теперь Олег сидел на диванчике в приватной комнате с пилоном посередине, вытянувшись по струнке и сложив руки на коленях как школьник. И чувствовал себя последним идиотом. Стоящий перед ним Сережа, кажется, придерживался того мнения об умственных способностях Олега. — Ты ведь здесь не ради танца, да? — уточнил Сережа, едва приподнимая бровь. Он небрежно облокачивался рукой о пилон и будто на автомате чуть покачивал бедрами в такт приглушенной музыке, а Олег очень старался не рассматривать ни черное кружевное боди, обтягивающее стройное тело, ни блестки на лице, ни подкрашенные тушью ресницы. — Да, — признался Олег. — Ты мог просто спросить, во сколько у меня кончается смена, — Сережа едва прищурился, одаривая Олега придирчивым взглядом. — И когда у тебя кончается смена? — Через час, плюс полчаса на то, чтобы переодеться. Встретишь меня у служебного входа во дворе. — Так точно. — В таком случае, — Сережа, похоже, сменил гнев на милость сделал несколько шагов к Олегу, — я планирую воспользоваться часом оплаченного отдыха, — с этим словами он безо всякого изящества плюхнулся на диванчик рядом с Олегом и, скинув на пол туфли на каблуке, больше напоминающем холодное оружие, поджал под себя ноги. — Я думал, уже никогда тебя не увижу, и вот ты здесь. Отпуск? Олега кольнуло застаревшее чувство вины, хотя он уже не помнил, кто из них первым перестал отвечать на звонки и смс-ки. Наверное, Олег. Уже в первую командировку ему было совсем не до личных звонков и сообщений. — Нет, отвоевался я, — просто ответил Олег, разворачиваясь корпусом к Сереже. — Теперь, похоже, насовсем в Питере. — Вот как, — с непонятной интонацией протянул Сережа, глядя куда-то в сторону. Впрочем, секундная растерянность резко сменилась новым язвительным уколом. — Опережая твои вопросы, у меня есть долги, по которым надо платить, и можно мне не сочувствовать, я сам выбрал такой способ заработка. Олег кивнул, но Сереже не поверил. Слишком чужеродным он выглядел в этом заведении. Олег ведь помнил его горящим своими идеями, строящим глобальные планы. Что так изменилось за шесть лет? Что за долги такие, что из-за них приходилось крутиться на шесте? — Как ты вообще? Как жизнь? — спросил Олег, пытаясь сделать разговор хоть немного менее неловким. — Как жизнь сейчас или какой она была, сколько, шесть лет? — Сережа лукаво прищурился, одаривая Олега по-лисьи хитрой улыбкой. Взгляд у него, впрочем, оставался серьезным, даже грустным. — И то, и другое. — Закончил МГУ с красным дипломом, с карьерой, как видишь, не задалось, — Сережа фыркнул. — А так не жалуюсь. Кручусь как могу, — он с усмешкой взглянул на пилон. — Знаешь, это, оказывается, очень сложно. Даже с учетом того, что он крутится. — А он крутится? — Он крутится. Можешь попробовать. — Не хочу с него позорно свалиться, — Олег коротко рассмеялся, не став уточнять, что совершенно не шутил. — Ты-то и свалишься? — Сережа скептично его осмотрел с головы до ног оценивающим взглядом. — Говорю ж, отвоевался, — уклончиво ответил Олег. На Сережином лице на мгновение промелькнула странная эмоция, которую Олег определить не смог. — И чем теперь занимаешься? — спросил он, покачивая ногой. — Бумажки в управлении перекладываю, иногда раздаю пиздюлей за неправильно проставленные циферки. Скучно, в общем, — Олег попытался развести руками, но сделал это слишком резко, и правую руку тут же прострелило острой вспышкой боли. Хотелось выматериться, но Олег хотя бы из уважения к Сереже только коротко поморщился. — Отвоевался, значит, — повторил Сережа уж слишком серьезно, задерживая взгляд на Олеговой руке. — Да мелочи, — отмахнулся Олег, на этот раз успешно. — Валик говорит, еще пару месяцев, и буду как новенький. — Валик? — Сержа приподнял бровь. — Реабилитолог, — пояснил Олег. Он вообще не имел привычки фамильярничать с врачами, но Валик сам предложил немного опустить формальности, раз уж общаться им предстояло еще долго. Но говорить о сроках прямо Олегу не хотелось. Не в первую встречу после многолетней разлуки. — Для мелочей реабилитологи не нужны, — Сережа скептично хмыкнул. — Темнишь как обычно. — Какой уж есть. — Последний раз ты так укатил в другую страну, — Сережа поджал губы. — Куда хоть? — Сирия. — Так и думал. Олег невольно напрягся от того, куда свернул разговор. Сережа опустил взгляд, перебирая пальцами тонкий золотой браслет на запястье. — Я тогда подумал, что с тобой что-то случилось, — Сережа говорил будто через силу. — Зря. Там связи толком нет. — И как, посмотрел на красоты Пальмиры? — На эти красоты теперь только в учебнике посмотреть можно, Сереж, — невесело усмехнулся Олег, умалчивая о том, что не до открыточных видов с обложки учебника ему было, когда ту самую Пальмиру приходилось отбивать, мать ее, дважды. — Я на красоты дальше Москвы посмотреть не успел, Олеж, — передразнил его тон Сережа, а у Олега сердце зашлось от забытого ласкового обращения. — Звезды в пустыне красивые, небо будто бесконечное, — Олег примирительно улыбнулся, даже не кривя душой. В редкие моменты затишья он иногда вспоминал, что с неба не всегда летят не только снаряды. — Неужто даже до Анапы ни разу не доехал? — Ты видел, сколько Анапа сейчас стоит? — искренне возмутился Сережа. — Не видел, — искренне ответил Олег. — Я туда тоже не доехал ни разу. — Ну а что тогда начинаешь, — Сережа надул губы и шлепнул ладонью по Олегову плечу. Олег рассмеялся, начиная узнавать в Сереже того пацана, которого знал когда-то. Напряженная атмосфера немного разрядилась, и остаток часа они проболтали ни о чем, как много лет назад трепались по дороге из школы до приюта.

***

— Ты будто призрака увидел, — невозмутимо заметил Женя, пока Сережа остервенело стирал с лица блестки и остатки туши. — Можно и так сказать, — буркнул в ответ Сережа, отправляя в мусорную корзину очередной ватный диск. — Иначе я не могу объяснить, как человек, пропавший на шесть лет, оказался здесь. — Ты про дружка Вадима? — присоединился к разговору Алтан. Хотя Сереже больше хотелось назвать это действо допросом. — Он такой потерянный был здесь в первый раз. Наш Женечка, кажется, едва не довел его до сердечного приступа. Сережа озадаченно посмотрел сначала на Алтана, а потом и на Женю, забыв о том, что собирался собрать волосы в хвост и для этой цели держал в зубах резинку. — А я все гадал, случайность или нет, — процедил сквозь зубы Сережа, прежде чем вернуться к своему занятию. Наверное, ему хотелось бы, чтобы это не было случайностью. Хотелось бы знать, что за шесть лет Олег не забыл его и пытался найти, несмотря на утерянную связь. С другой стороны, кем они были друг другу после этой разлуки? Старыми знакомыми, одноклассниками, немного друзьями. Сережа тяжело вздохнул, стараясь унять ворочающуюся в груди тоску по чему-то несбывшемуся. — Я по нему сох в детдоме, но был уверен, что он по девчонкам, — произнес он, осознав, что Алтан с Женей ждут от него пояснений. — Тем более, вряд ли ему нужен парень, крутящийся на шесте. — С этим твоим тюбиком тебя это особо не волновало, — скептично заметил Алтан, расплетая косы. — Ты так ему не сказал? — Нет, — Сережа снова вздохнул, и тут же, как назло, пиликнул телефон, извещая о входящем сообщении. Бросив краткий взгляд на уведомление, Сережа перевернул смартфон экраном вниз. — И заканчивай называть его тюбиком, он взрослый мужчина все-таки. — Мы все еще не можем понять, зачем тебе этот старпер, — прямолинейно заметил Женя. — И ты очень странно себя ведешь после того, как с ним сошелся. Сережа только равнодушно пожал плечами. Ему казалось, что вел он себя как обычно. Разве что изо всех пытался не спалить свою работу перед спонтанно возникшим в его жизни любовником. Вряд ли он будет таким же понимающим, как Олег, в чьем взгляде ни на мгновение не промелькнуло ни отвращения, ни уничижающей жалости. — Я пошел, — возвестил Сережа в надежде сбежать от очередной лекции на тему здоровых отношений и, наскоро запахнув пальто, поспешил покинуть гримерку. — Бери свою первую любовь за рога, лисеночек, — бросил ему вслед Алтан, заставив Сережу закатить глаза. Олег действительно ждал его у служебного входа. Увидев его, он поспешно выкинул едва прикуренную сигарету. Сережа тоскливо проследил, как маленький огонек пролетает по дуге и тухнет в луже. — А я только хотел стрельнуть у тебя сигарету, — печально протянул он. Олег с готовностью вытащил из кармана пачку и протянул Сереже. За шесть лет так и не научился ему отказывать. — Надо же, даже не «Ява», — фыркнул Сережа, вытаскивая из пачки сигарету и прикуривая от любезно протянутой зажигалки. — Ты же всегда плевался с запаха курева. — Не я такой, жизнь такая, — Сережа глубоко затянулся горьким дымом, малодушно порадовавшись, что Олег перешел на дорогие сигареты. — Кофе? — предложил Олег. — Тут вроде какая-то кофейня рядом есть. — Мои спасители перед ночными сменами, — коротко рассмеялся Сережа, разглядывая Олега в тусклом свете фонаря. В клубе, сидя рядом с ним, он постеснялся — слишком заметно. Но сейчас Сережа получил возможность как следует оценить, насколько помотала Олега жизнь. Одет тот был в хорошее, наверное, даже дорогое пальто, но неровный загар и двухдневная щетина оттеняли напускной лоск. Сережа попытался сравнить человека перед собой с картинкой в голове, отпечатавшейся в их последнюю встречу перед тем, как Сережа уехал в Москву, а Олег в часть на юге страны. Шрама на виске не было, не было деформированной мочки уха, не было бесконечно уставшего взгляда, который будто бы смотрел сквозь пространство. Сережа невольно задался вопросом, сколько шрамов было скрыто за дорогими шмотками? В молчании они дошли до кофейни. Сережа взял себе раф с двойной порцией сиропа, Олег, к его удивлению, взял зеленый чай. — Кофе тоже не пьешь? — не выдержав, спросил Сережа, когда они устроились за столиком в углу, даже не снимая верхней одежды. — Только на ночь, — траурно ответил Олег. — Дмитрий Евгеньевич говорит, что мне и курить-то не стоит. — Дмитрий Евгеньевич? — Психиатр, — неохотно признался Олег. — Все еще мелочи, да? — Сереже и хотелось бы отшутиться, но по тем крохам информации, которые он узнал за час общения, создавалось впечатление, что Олегу, в общем-то, повезло вернуться в Питер живым. Олег на этот раз тоже не стал отнекиваться и прикрываться шутками: — Да трехсотнулся я три месяца назад. Еле заштопали и сказали, что к службе больше не годен, сиди лечись и не выебывайся. — Мне жаль, — выдавил из себя Сережа, так и не поняв, что Олег имел в виду под «трехсотнуться». Олег грустно усмехнулся и продолжил: — А я отвык сидеть на жопе и не выебываться, так что… Совсем расклеился. В общем, Вад меня растрясти хотел, когда в ваш клуб притащил. А там ты… — И? Разочаровался? — Нет, подумал, что… Мы могли бы снова начать общаться. — Как друзья? — Как друзья. Не чужие же люди друг другу… Или Сереже показалось, или щеки Олега тронул легкий румянец. В груди потеплело. — Я был бы рад, — не думая и секунды, ответил Сережа. В этот момент лежащий на столе Сережин телефон в очередной раз пиликнул, и на экране высветилось уведомление: «Кисуль, прекращай. Мы договаривались еще на прошлой неделе, жду у себя через час или сам за тобой приеду». Сережа поспешно сунул телефон в карман, надеясь, что Олег не успел увидеть сообщение. — В следующий раз, да? — понимающе спросил Олег. Увидел все-таки. Сережа виновато улыбнулся. — У меня два выходных. Дай номер, я тебе напишу.