Странные танцы

— На самом деле мне нравится танцевать, — внезапно заявил Сережа, когда они расположились на лавочке под начинающим цвести кустом сирени в Таврическом. — Никогда бы не подумал, что меня затянет. Помнишь, как я с дискотек плевался всегда? — Помню, — Олег усмехнулся, поправляя воротник куртки. Май в этом году выдался прохладным, и ветер с Невы никак не облегчал ситуацию. А может, просто акклиматизация никак не хотела заканчиваться. — Но я так и не посмотрел, как ты танцуешь. Последнее он сказал в шутку, но Сережа мгновенно воодушевился, и Олег заранее понял, что не сможет ему отказать, что бы он сейчас ни предложил. — Приходи, посмотришь. Я же не только в привате танцую, у нас и программа есть, — он широко улыбнулся, и Олег в очередной раз за последние дни подумал, что пропал. — А если приват? — осторожно спросил Олег. — Я имею в виду, тебе необязательно лезть ко мне на колени… — Ты так разоришься, Олег. Олег не до конца понял, шутит Сережа или нет, но на всякий случай решил уточнить: — Во-первых, я не разорюсь, а во-вторых, я буду счастлив просрать выплату по ранению на тебя. — Это странный комплимент, но мне приятно, — Сережа снова рассмеялся, и Олег невольно вторил его смеху. В предыдущие две их встречи Сережа казался невыносимо уставшим, а теперь казалось, что кто-то вдохнул в него жизнь или хотя бы вернул вкус к ней. А Олег просто был рад видеть его улыбку. — Так что у тебя с рукой? — резко сменил тему Сережа. — Словил осколок. Точнее, несколько, но в руку особенно неудачно прилетело, — неохотно объяснил Олег. — Первое время она вообще еле двигалась, так что можно сказать, мы ее почти восстановили. В подробности того, как он получил это ранение, он вдаваться не стал. Подробности должны были остаться только между ним и Дмитрием Евгеньевичем, который раз за разом прорабатывал с Олегом события и того дня, и многих других до него. Терпел крики и срывы, приводил Олега в себя после паничек и учил справляться с ними самостоятельно. Но Сережа не стал задавать еще больше вопросов. Кроме одного. — То есть ты не уедешь обратно? — Не уеду, Серый. А даже если захочу, меня нахер пошлют, — успокоил его Олег. — То есть ты теперь серьезный министерский работник в выглаженной форме? — Сережа снова лукаво заулыбался. — Я тебя умоляю, какой серьезный работник в звании младшего лейтенанта… Сережа заулыбался еще шире. — Нет, даже не думай, — Олег очень быстро понял, куда свернули Сережины мысли. — Но что если я захочу потанцевать с тобой? Или тоскую по сильному плечу? — в подтверждение своих слов Сережа навалился на здоровое плечо Олега. Олегу в этот момент показалось, что он покраснел как пацан школьного возраста, котоому первый раз улыбнулась девушка. — Я не возражаю, — капитулировал Олег. — Вот и договорились, — довольно протянул Сережа. — Буду тебя ждать. Они гуляли и болтали еще пару часов, пока Сережу не отвлек телефонный звонок. От его беззаботного настроения, казалось, не осталось ни следа. Пробормотал в трубку «скоро буду», сунул телефон в карман куртки и нахохлился как голубь на морозе. — Что за хмырь? — не слишком осторожно поинтересовался Олег. Не понравилась ему резкая смена Сережиного настроения после звонка. — Мой… Ну, любовник, — признался Сережа очень неохотно и взглянул на Олега так, будто ждал, что он его сейчас ударит за такое признание. У Олега, конечно, кулаки чесались, но совершенно по другому поводу. В его глазах Сережа не выглядел человеком, который был счастлив в отношениях. — Обижает? — Нет, он хороший, просто… Ссоримся часто последнее время, — Сережа еще сильнее вжал голову в плечи. — Не хочу об этом, если честно. Олег не стал настаивать.

***

Снова заказывать у Сережи приват Олег решился далеко не сразу. Он в клуб-то решил снова прийти только после двух встреч на нейтральной территории. Первый раз Сережа вытащил его на выставку привезенных из Европы полотен эпохи Возрождения и очень вдохновленно рассказывал про картины. Олег никак не мог вникнуть в символизм светотени, но Сережу слушал завороженно. Во второй раз они планировали просто погулять, но их настиг холодный косой дождь, так что пришлось обсыхать в первом попавшемся кафе. Сережа тогда рассказал, что ничуть не отказался от своих мечт. Он уже просчитал, что в течение года закроет долг перед людьми, которые нагрели его с серверами, а потом начнет все с нуля — он уже нашел небольшую команду единомышленников, с которыми разрабатывал сайт на чистом энтузиазме. Но для дальнейшего развития нужны были и сервера, и нормальные компы, и еще больше людей. А у Сережи начинал дохнуть единственный ноутбук. Олег едва не предложил купить ему новый, но знал, что Сережа не согласится. Не в тех отношениях они были. Впрочем, возродившееся общение не избавило Олега от неловкости, когда он снова оказался в комнате для привата. — Ты как будто сейчас инсульт словишь, — Сережа усмехнулся и легонько толкнул Олега в грудь, чтобы тот сел на диван. — Это просто танец. Олег постарался сосредоточиться на этой мысли и откинулся спиной на мягкую спинку. Сережа выглядел как искусство. И когда с кошачьей грацией покачивал бедрами в ритм неспешной мелодичной музыке, и когда с поразительной легкостью вращался вокруг шеста. Ни одно его движение было одуряюще сексуальным, но не ассоциировалось с пошлостью. Олег как загипнотизированный смотрел, как Сережа закидывать стройные, но сильные ноги на пилон, и виснет вниз головой, изящно выгибая спину. Мысли скакали от приблизительной оценки того, сколько физической силы требуется для того, чтобы удерживать тело в таком положении, до того, как ему хотелось почувствовать сжимающие шест бедра на своей шее, своей талии, своих бедрах. Пилоном Сережа не ограничился. Шагом от бедра он подошел к Олегу, наклонился, опершись на его плечи, шепнул на ухо: — Можно? — Можно, — выдохнул в ответ Олег, даже не уточняя, о чем спрашивает Сережа. И Сережа сел на его колени, покачиваясь в такт тягучей, томной музыке. Даже не сказал, чтобы Олег держал руки при себе. Но Олег не решался дотронуться. Будто Сережа был античной статуей, обнесенной пуленепробиваемым стеклом и бархатными ленточками. Он только смотрел, впервые в своей жизни примерно понимая, как себя чувствует кролик перед голодным удавом. Олег невольно задержал взгляд на Сережиных губах. Хотелось накрыть их своими, очертить языком контур, зализать затянувшую трещинку, но Олег не мог. Напоминал себе, что Сережа был в отношениях. Предполагал, что, возможно, Сережа и не хочет этого, даже сидя на его коленях. А потом оставил все лишние мысли, наслаждаясь моментом и близостью человека, который оказывался на его коленях только в самых дерзких мечтах. Когда наэлектризованная интимная атмосфера отпустила Олега, он посмотрел вслед лукаво улыбающемуся Сереже и задался вопросом, не является ли непонимающим очевидных намеков дураком?

***

В такие моменты Сереже становилось страшно. Когда на запястье смыкались твердой хваткой сильные пальцы, когда стоящий перед ним Вениамин будто переставал быть человеком, с которым Сережа сошелся полгода назад. — Ты все еще ничего не хочешь мне сказать? Где ты на самом деле пропадаешь ночами? — Я работаю барменом в ночную смену, Веня, где я могу пропадать, — бормотал Сережа заученный за эти месяцы текст. Они возвращались к этому разговору раз в две недели, и Сережа ни разу не смог найти в себе сил признаться, что никакой он не бармен. Боялся, что сразу после этого останется снова один наедине с долгами и людьми, которым он должен и от которых его никто не защитит. Боялся, что снова будет проводить долгие вечера и ночи без сна, в сотый раз пытаясь найти момент, в котором его жизнь свернула не туда, и перебирать в голове десятки «если бы». Сережа прекрасно знал, что этот разговор обязательно закончится криками, они несколько дней будут молчать, а потом он или Вениамин бросит в мессенджере сухое «прости». И Сережа или услышит, что сам довел своего партнера, или признает это сам. Наверное, он и правда был виноват, что недоговаривал. Провоцировал своим молчанием. Сережа замер и старался не смотреть на Вениамина. Он уже выучил — надо просто переждать этот момент, повиниться в переписке, и Вениамин снова станет заботливым и внимательным любовником. Особенно, если Сережа приедет к нему на выходные, наденет белье покрасивее и возьмет в рот, стоя на коленях. Но пока Сережа думал только о том, как ему повезло, что пока не всплыло его общение с Олегом. В этот раз сцена случилась прямо посреди улицы, и у Сережи не было возможности закричать в ответ, защититься — это привлекло бы лишнее внимание — поэтому он слушал молча, изо всех сил пытаясь унять дрожь в теле. Вениамин казался агрессивнее обычного, жестким тоном выговаривал что-то о потенциальных Сережиных любовниках со стороны, что-то о распутном образе жизни. Сережа же пытался понять, дойдет он сейчас до точки кипения или до панической атаки. Скорее, второе. Возможно, Вениамин замахнется на него, как это часто бывало, и Сережа окончательно сломается. В этот момент кто-то отгородил его от Вениамина. Что-то произнес негромким, но твердым голосом. Хватка исчезла с Сережиного запястья. С трудом сосредоточившись, Сережа увидел перед собой короткостриженный темноволосый затылок, торчащий из-под фуражки, спину в темно-зеленом кителе и погоны с одной звездой. — Олег? — почти беззвучно выдохнул Сережа. Олег обернулся и придержал Сережу за плечо. — Пойдем, — мягко произнес он, немного подталкивая Сережу. — Куда? — Подальше от этого мудака. Сережа не следил, куда они идут, на автомате прошел в открытую Олегом дверь, с ним прошел за столик, опустился на диван и только тогда позволил себе затрястись. Олег сел рядом и положил ладонь на его плечо. — Серый, ты меня понимаешь? Сережа кивнул. — Тогда давай подышим. Вдох-задержал-выдох. Сережа снова кивнул и шумно втянул носом воздух. Задержал. Выдохнул. Повторил под чутким руководством Олега. Сковавшая Сережу тревога начала отступать, и трясущееся тело начало расслабляться. Будто Сережа проторчал несколько часов в задымленном помещении и, наконец, смог вдохнуть чистый воздух полной грудью. — Как ты вообще там оказался? — осипшим голосом спросил он, поднимая взгляд на Олега, встревоженно вглядывающегося в его лицо. — Обедать шел, увидел вас двоих на противоположной стороне. Решил вмешаться, пока этот твой Троцкий не начал распускать руки. — Троцкий? — у Сережи вырвался нервный смешок. — Да у него рожа ледоруба просит. Сережа не выдержал и почти истерически рассмеялся, невзначай напугав подошедшего к ним официанта. — Есть хочешь? — спокойно спросил Олег в попытке переключить Сережу с травмирующего события на дела повседневные, но Сережа помотал головой. — Кофе? Чай? Воду? — Чай. С ромашкой. Олег заказал чай и себе поесть и снова внимательно посмотрел на Сережу. — Будешь рассказывать, что мне стоит от него уйти? — тоскливо спросил Сережа. — Скорее, хочу взять тебя за шкирку и увести, — честно ответил Олег. — У него нет права так с тобой обращаться. Сереже было нечего возразить. Он пожал плечами, рассеянно изучая взглядом Олега. В голове навязчиво крутилась мысль, что форма ему очень идет. — Ты такой взрослый и серьезный, — Сережа не сразу понял, что сказал это вслух. Олег почему-то смутился и поспешил вернуться к теме их разговора. — Серый, я серьезно. В следующий раз получит по роже, — пообещал он. — Тебе нельзя бить гражданских, — Сережа, на самом деле, понятия не имел, так ли это. — Ну, по уставу. — Мне по уставу разрешено использовать оружие для защиты гражданского лица, — фыркнул Олег. Сережа не понял, шутил он или нет.