Странные танцы

Новый ноутбук Олег заказал в тот же день, пока маялся на работе — называть службой просиживание штанов в кабинете он так и не мог привыкнуть. Как раз уложился в пятиминутку между подсчетом, сколько патронов надо отгрузить в часть под Мурманском, и раздачей пиздюлей нерадивому сержанту, который едва не отнес в спецсвязь не те документы, которые Олег выдал ему лично в руки. Как и обычно, ровно в шесть Олег поехал домой, теша себя мыслью, что вечер проведет в компании Сережи. К тому, что, возможно, придется снова столкнуться с его бывшим, Олег был готов заранее. К чему он не был готов — так это к тому, что застанет Сережу растянувшимся в шпагате на мягком ковре посреди гостиной. Сережа его приход заметил не сразу — в ушах у него красовались белые капельки наушников — изящным движением перетек из шпагата на спину, задирая свои длинные стройные ноги и выписывая какое-то замысловатое движение икрами. Надетая на Сереже Олегова футболка в этот момент задралась, обнажая бедра, обтянутые все теми же серыми боксерами. Олег замер на пороге, засмотревшись. В голове возникла довольно очевидная ассоциация с лисьим духом-соблазнителем, и, видит бог, Олег был не против отдать ему свое сердце. Или что там духи еще требовали. Сережа тем временем, следуя ритму одному ему слышимой музыки, грациозно перевернулся и, видимо, собирался встать на четвереньки, но заметил Олега и, вытянувшись на полу, вынул из ушей наушники. — Прости, пришлось немного похозяйничать, — лукаво улыбнувшись, Сережа кивнул на сдвинутый в сторону журнальный столик. Олег только отмахнулся и, подойдя поближе, присел на корточки рядом с Сережей, раз уж тот не собирался вставать. — Как день прошел? — поинтересовался Сережа, подпирая руками подбородок. — Оформил еще тонну бумажек, — скривился Олег. — Твой как? — Я поспал, поел, потренировался и поцапался с кем-то в твиттере, — отчитался Сережа, изучая Олега внимательным взглядом. — Наконец-то нормально тебя в форме вижу. Тебе идет. — Полевая больше к глазам подходит, — фыркнул Олег. — Мудак твой больше не объявлялся? На этот раз скривился Сережа. — Звонил, что-то написывал. Я не читал, — он взял с пола свой телефон и, открыв диалог в мессенджере, не глядя протянул Олегу. Олег по диагонали пробежался по паре десятков сообщений и покачал головой. — Каким надо быть ничтожеством, чтобы называть такими словами человека, с которым спал? — процедил Олег сквозь зубы. Сережа пожал плечами и перевернулся на спину, притягивая одно колено к груди. Выглядело бы странно, если Олег стараниями Валика не знал об упражнениях на растяжку. — Не впервой. Я у всех то шлюха, то шкура, то блядь, то просто мудак, — Сережа поджал губы. — Ты как будто этих бывших не знаешь. — Не знаю. — В смысле? — Сережа удивленно посмотрел на Олега снизу вверх. — В смысле нет у меня бывших. Некогда было. Сережа недоверчиво прищурился: — В жизни не поверю, что никто не позарился на такого мужика как ты. — А кто сказал, что не зарился, — Олег в очередной раз фыркнул. — Но не считать же дрочку в палатке за полноценные отношения. Сережа отчего-то глубоко задумался, будто высчитывал сложную математическую формулу в уме. На вторую минуту тишины Олег не выдержал: — Выкладывай уже. Сережа резко сел лицом к Олегу и скрестил перед собой ноги: — Был у нас один посетитель, который однажды накидался и ныл что-то очень похожее про палатку и про друга, который второй месяц валяется в больнице и даже не звонит оттуда. Олег медленно сел рядом с Сережей, непроизвольно отзеркалив его позу. — Дай угадаю. Этим посетителем был Альберт Эйнштейн. Сережа рассмеялся. — Без обид, но не могу назвать твоего друга Эйнштейном. — Он кандидат наук вообще-то, — Олег ухмыльнулся, наблюдая, как Сережины брови медленно поползли вверх. — Да, я тоже охуел, когда узнал. Но, справедливости ради, мужик он неплохой. — Алтан от него в восторге. — Так у них все серьезно? — Планируют съезжаться скоро. Олег испытал укол обиды. И желание срочно набрать Вада, чтобы напомнить, что все-таки не чужие люди друг другу. — А мне ничего не сказал, гад. — С его слов, ты никогда не интересовался его чувствами, — Олег не понял, был упрек в Сережином голосе наигранным или искренним. — Приехали, — просто сказал Олег, потирая лоб. Сережа с наигранным сочувствием похлопал его по плечу и плавно поднялся на ноги. — Твое предложение съездить за вещами еще в силе? — Конечно.

***

По дороге к своей скромной съемной квартире Сережу охватила тревога. Воображение услужливо рисовало картины, как под дверью подъезда или даже квартиры его будет ожидать Вениамин. Как он снова заведет монолог о том, что Сережа подвел его доверия. Как Сережа в очередной раз поверит в это, несмотря на то что остатки здравого смысла говорили об обратном. Как снова вернется в этот бесконечный круг постоянных ссор. Олег — напомнил себе Сережа. В этот раз рядом был Олег. Олег не даст ему снова соскользнуть в это болото. Олег вел машину молча. Лишь иногда скашивал взгляд на Сережу, видимо, пытаясь оценить его эмоциональное состояние. — У него есть ключи? — спросил он, припарковав автомобиль во дворе кирпичной девятиэтажки, где Сережа снимал квартиру. Сережу с новой силой охватила тревога. Он ведь забыл, что лично вручал Вениамину ключи на случай, если тому захочется повидать Сережу. Вениамин, впрочем, этим ни разу не воспользовался — предпочитал, чтобы Сережа сам приезжал к нему в центр, а не тащиться в Девяткино. — Понял, — просто сказал Олег. — Посиди пока. Сережа не понял, к чему была эта просьба, но послушно остался на пассажирском сидении, даже ремень не отстегнул. Олег же, выйдя из салона, окинул двор внимательным взглядом. Обошел машину, все так же оценивая окружение, остановился у пассажирской дверцы, задержал взгляд на хилом кусте сирени, росшем у Сережиного подъезда. Что-то в его манере держаться неуловимо изменилось. Шаг стал мягче, осанка — жестче, плечи напряглись, выражение лица напоминало хищника на охоте — таким цепким и сосредоточенным стал взгляд. Наверное, это должно было напугать, но Сережа почувствовал легкое, но совершенно неуместное возбуждение. — Чисто, — сказал Олег, открывая Сереже дверь. Голос у него тоже изменился — будто до боли привычную хрипотцу сменили нотки стали. — Выходи. Сережа, было, дернулся, чтобы выскочить из машины, но ремень безопасности удержал его на сидении. Сережа ойкнул, совершенно не ожидав, что стропа упрется ему в грудь, но Олег невозмутимо перегнулся через него и щелкнул застежкой. В нос ударил запах табака и какого-то мускусного парфюма. Пришлось напомнить себе о неуместности возбуждения еще раз. — Пойдем, — уже мягче сказал Олег и подал Сереже руку. Его губы тронул намек на улыбку. В подъезд Олег зашел вперед Сережи. Говорить «чисто» снова не стал, но Сережа, отстававший от него на два шага, был более чем уверен, что взгляд у него все такой же — хищный, внимательный, въедающийся под кожу. Вениамина не обнаружилось ни в подъезде, ни у квартиры, ни внутри нее, и Сережа смог, наконец, с облегчением выдохнуть. А потом вспомнил, какой бардак развел, и начал наворачивать круги по комнате, пытаясь хотя бы собрать одежду в одну кучу. Когда Сережа подобрал с пола тренировочные лосины и завертел головой, прикидывая, в какую из трех куч одежды их отправить, на его плечо легла горячая ладонь. — Серый, мы никуда не спешим. Сережа обернулся, поднял взгляд на Олега. Тот ласково улыбался. От напряжения, с которым он осматривал двор и подъезд, не осталось и следа. Разгладилась складка между бровей, смягчился изгиб губ, расслабились плечи. — Да мне неловко, — Сережа запустил руку в волосы и натянуто улыбнулся. — Да брось. Подумаешь, художественный беспорядок. Сережа нервно усмехнулся. Он всегда так оправдывал бардак — что в приюте отстаивал право запихнуть вещи на свою полку комом, что в общаге объяснял соседи, что тетради не валяются кучей, а разложены в необходимом ему порядке. И Олег это помнил. — Мне все вещи собирать? — Сережа надеялся, что Олег скажет «да». Он ведь говорил, что Сережа сможет остаться у него так долго, как только захочет. А Сережа испытывал наивное желание остаться насовсем. Или хотя бы на несколько месяцев. Почувствовать себя в безопасности хотя бы несколько недель, на которые Олег согласится его приютить. — А вместишься? — Олег кивнул на открытый чемодан, рядом с которым громоздилась куча одежды в два раза больше. — Можем, конечно, попробовать аккуратно сложить… Сережа не дослушал, сбегал на кухню за табуреткой, полез за лежащей на шкафу спортивной сумкой, оставшейся, кажется, еще с приютских времен. Забыл только про то, что одна из ножек табуретки была короче. Олег оказался рядом раньше, чем Сережа успел потерять равновесие и полететь на пол. Крепко ухватил за бедра, удержал в вертикальном положении. — С-спасибо, — выдохнул Сережа, чувствуя горячие ладони сквозь тонкую ткань брюк, и приподнялся на цыпочки, со второй попытки доставая пресловутую сумку. Олег перехватил сумку, помог Сереже спуститься. На несколько секунд позволил себе задержать руку на его талии. — Ты можешь меня трогать, — между делом заметил Сережа, усаживаясь на пол и начиная складывать вещи так, чтобы у них появился шанс влезть хотя бы в две сумки. — Если хочешь, конечно. За последние несколько суток у него появилось впечатление, что Олег будто боялся лишний раз его тронуть. Будто Сережа от простого прикосновения пойдет трещинами как дешевая ваза, которой неудачно задели кран. Сережа, безусловно, уважал попытки Олега относиться к его границам с уважением, но все же лелеял надежду внезапно оказаться в крепких объятиях. — Я хочу, просто… — Я не сломаюсь, Волч, — старое ласковое прозвище само сорвалось с губ, и Сережа тут же прикусил кончик языка. — И я тебе доверяю. — Даже не зная, что я за человек? — Олег опустился на пол рядом, схватил первую попавшуюся футболку и начал складывать. Ровно, как по линеечке. — Очевидно, до пизды травмированный и боящийся мне навредить, — не подумав, ляпнул Сережа и по выражению лица Олега понял, что попал в точку. — Олег, я не хрустальный, как бы тебе ни казалось обратное. И я тебе доверяю. Олег с горечью усмехнулся, взгляд у него стал будто стеклянный. — Я не знаю, как и когда меня может переебать, — слова будто давались ему с трудом. — Я ведь пытался сунуться на комиссию, когда из больницы выписался. Сказали — нет, только штабная работа теперь. Таким бесполезным себя чувствую… — Говорит человек, который за две недели вытащил меня из жопы, — Сережа не знал, как еще подбодрить, поэтому выбрал самый очевидный аргумент. — Но то, как ты складываешь футболки, меня действительно пугает, — он кивнул на идеально ровную стопку, успевшую вырасти рядом с чемоданом. — Но они так меньше места занимают, — Олег переключился как по щелчку и демонстрации ради переложил стопку в чемодан. Сереже даже стало немного стыдно, что вещи, которые разбирал он, больше походили на систематизированную кучу, чем на стопку. — Давай я остальное сложу. Сережа с облегчением вручил ему оставшуюся одежду и направился в ванную, собирать свои запасы уходовой косметики, полотенец и прочей мелочи. Когда он вернулся в комнату, Олег стоял к нему спиной, что-то держа в руках. — Сберег, значит, — в голосе Олега слышалась грустная улыбка. Сережа сгрузил косметичку в чемодан и подошел ближе, обнаруживая в руках Олега плюшевого волчонка с куцым хвостом и зашитым ухом. — Ты ведь просил. Я и сберег, — глаза неприятно защипало. В памяти всплыло, как Олег отдавал его Сереже на выпускном — говорил, что несолидно ехать в часть с игрушкой, даже если это единственное, что напоминало ему о давно потерянной семье. — Ты обещал, что вернешься за ним, — Сережин голос предательски дрогнул. Он ведь за прошедшие годы даже ни разу не убирал игрушку в ящик подальше. Иногда засыпал с ним, когда было совсем тяжело. Тешил себя мыслью, что однажды на лице столкнется с Олегом, и все по щелчку пальцев станет если не хорошо, то хотя бы терпимо. — Ну вот вернулся, — Сережа не сразу заметил, что глаза у Олега блестят от влаги. — Вернулся, — эхом отозвался Сережа и моргнуть не успел, как оказался в крепких объятиях. — Олеж, ты чего? Олег не ответил — тихо шмыгнул носом и зарылся лицом в Сережино плечо.