Странные танцы

Выговор на работе Олег все-таки получил, о чем практически торжественно сообщил Сереже за ужином. — Ты как будто мечтаешь, чтобы тебя оттуда вышвырнули, — задумчиво протянул Сережа, ковыряя вилкой кусочек лазаньи. Олег успел забить холодильник на неделю вперед, пока он отлеживался с похмельем от коньяка. — Я сам свалю, когда реабилитация кончится, — Олег не поменялся в лице, зато Сережины пальцы вздрогнули, и вилка со звоном упала на стол. — Куда? — выдавил Сережа, рассредоточено изучая узор деревянной столешницы. Воображение уже услужливо дорисовало тревожную картину, как он остается один в этой квартире и ежедневно ждет звонка откуда-то из пустыни, но телефон неделями молчит. Кажется, именно так и было, когда они еще пытались поддерживать связь после выпуска из приюта. — Серый, посмотри на меня, — Олег протянул руку через стол, сжал Сережино запястье. Сережа послушно поднял взгляд. — Я бумажки не хочу перекладывать, а не сумку в Сирию собираю. Сережа дернул плечом и медленно моргнул. Олег, кажется, не шутил. — Да и не возьмут меня туда, — Олег скривился в грустной усмешке. — Не годен и вряд ли когда-нибудь буду. Сережа втянул носом воздух, задержал дыхание и очень медленно выдохнул. Зря запаниковал на ровном месте. — Куда тогда? — Сережа перехватил руку Олега, переплел с ним пальцы. — Не знаю, — Олег пожал плечами. — Может, в чоп какой возьмут. Не в охрану, так обучать молодняк. Уж кричать, у кого и в каком месте руки из жопы растут, я умею. Сережа попытался представить Олега, орущего на строй новобранцев, но память услужливо подкинула сцену из какой-то низкопробной комедии, на которую они сходили, наслушавшись домашних одноклассников, а потом неделю не могли достаточно наплеваться ядом в каждую шутку, прозвучавшую с экрана. — А когда ты запустишь свою соцсеть, — продолжил Олег, заставив Сережу в очередной раз встрепенуться, — приду к тебе каким-нибудь начальником СБ. Или личным телохранителем. — Если так подумать, ты уже мой личный телохранитель, — Сережа неловко рассмеялся, пока в голове звучала только одна мысль — Олег в него верит. Верит в его идею. Говорит не «если», а «когда». В груди разлилось какое-то теплое чувство, а остатки тревоги окончательно затихли и отступили. — Как думаешь, этично будет крутить роман с начальством? — Олег ему подмигнул, откладывая вилку на пустую тарелку перед собой. — Думаю, начальство тебя прикроет, — Сережа лукаво прищурился. — Если хорошенько его об этом попросишь. — Насосу на должность, значит, — Олег коротко рассмеялся. — Можешь начинать прямо сейчас, — отправив в рот последний кусочек лазаньи, Сережа ухватил Олега за запястье левой руки и потянул в сторону спальни с очень четкой целью. Раз уж Олег пребывал в игривом настроении, он просто не мог этим не воспользоваться. — А посуда? — Олег не возмущался и не сопротивлялся, наоборот — поднялся на ноги и послушно пошел за Сережей. — Завтра помоем, — Сережа потянул его настойчивее. Завел в спальню, толкнул на кровать, навалился сверху. В очередной раз обрезая пути к отступлению. Не то чтобы Олег пытался куда-то бежать, но Сережа опасался, что он в последний момент опять даст заднюю. Он так и не мог докопаться до причины, почему Олег избегал физической близости. В какой-то момент даже малодушно задумался, а не заработал ли Олег проблемы с потенцией после службы. Сережа где-то читал, что такое может быть на фоне ПТСР, наличие которого у себя Олег признавал открыто. Но одним утром в Сережино бедро ткнулась твердая плоть, и этот вариант пришлось отмести, как Олег отмел возможность решить проблему утренней эрекции с Сережиной помощью. Поэтому пришлось аккуратно продираться через Олеговы загоны. — Я раздену тебя, можно? — Сережа взялся за край футболки, физически чувствуя, как напрягся Олег. Сережа не спешил тянуть ткань наверх, не настаивал, только самыми кончиками пальцев касался тонкой полоски кожи над поясом домашних брюк. Давал почувствовать новое прикосновение, ждал, когда Олег расслабится. Ощутил под пальцами еще один шрам — совсем мелкий, вдавленный в кожу. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем Олег кивнул. Сереже было непривычно. Он всегда был тем, кого уговаривали, разводили, уламывали на секс. А сейчас Олег, суровый, прожженный военный, разве что не трясся перед ним. — Чего ты боишься? — Сережа скользнул ладонью под футболку, провел к груди, чувствуя под ладонью новые неровности шрамов и жесткие волоски на груди. Олег ему не ответил, скривился в горькой усмешке, о причинах которой Сережа мог только догадываться. — Оле-ег, — капризно протянул Сережа, отвлекая на себя внимание Олега, очевидно, сосредоточенное на собственных загонах. — Посмотри на меня. Олег послушно поднял взгляд. — Я очень хочу тебя. Так, как давно никого не хотел, — Сережа положил ладони на его щеки, кончиками пальцев огладил бугристый шрам на виске. — Но, если ты не хочешь, я остановлюсь — только скажи. А то я будто всамделишного волка пытаюсь приручить. Олег хрипло рассмеялся и отвел взгляд. Сереже пришлось ухватить его за подбородок, чтобы Олег снова посмотрел на него. — Скажи мне, в чем дело? — Сережа ласково погладил Олега по щеке. Будто действительно приручал дикого зверя. — Ты не хочешь меня? — Хочу, — Олег ответил уверенно, что обнадежило Сережу. Сережа огладил щеку, подушечкой большого пальца скользнул по напряженной складке между бровей в попытке разгладить ее раз и навсегда. Олег смотрел на него доверчиво, открыто. — Я сниму футболку? — Сережа провел пальцами вдоль ворота, проследил прямую линию выступающей на шее косточки. — Ты можешь не спрашивать, — Олег перехватил его руку за запястье и оставил невинный поцелуй в самом центре ладони. — У меня все еще такое чувство, будто ты сейчас сбежишь, — Сережа подцепил край футболки и проворно стащил ее с Олега. — Или опять боишься меня напугать? — кончиками пальцев он проследил длинный шов на больном Олеговом плече. Рубец еще не успел побледнеть, выделялся на коже толстой розовой полосой. — Я на твоих глазах человека избил до больницы, куда уж сильнее, — Олег скривил губы, вызывая у Сережи слабое, но навязчивое желание отвесить ему подзатыльник. — Ты меня не напугал, — в очередной раз повторил Сережа. — К тому же, у тебя есть шанс направить свою энергию в более подходящее русло, — последние слова он вкрадчиво прошептал Олегу на ухо и сразу же прихватил губами мочку уха, судя по рваному вздоху Олегу, с первого раза находя слабое место. Сережа втянул мочку в рот, легонько прикусил, вырывая у Олега тихий стон. А потом мягко толкнул, укладывая спиной на кровать. Обычно в Сережиных фантазиях именно Олег заваливал на кровать. Иногда грубо, иногда как самую драгоценную вещь в мире. А вышло так, что именно он вжимал Олега матрас и стаскивал с него одежду. Стянув с Олега штаны, Сережа провел пальцами по маленьким впалым шрамам — один на боку, другой почти у груди, еще два на бедре. Побелевшие со временем, вдавленные в кожу. Слишком мелкие, чтобы остаться от пуль. Не то чтобы Сережа видел много пулевых ранений в своей жизни. — Озээмка, — сказал Олег, глубоко озадачив Сережу. — Чего? — Мина. Один долбоеб ниточку под ногой не заметит, а задвухсотит всех, кто рядом, — Олег перехватил Сережину руку, уложил его ладонь на свою щеку, будто не хотел, чтобы Сережа касался шрамов. — Это я еще везучий. — Это везучий? — Сережа прищурился, самыми кончиками пальцев поглаживая кожу на скуле, прослеживая россыпь маленьких пигментных пятнышек, оставленных палящим ближневосточным солнцем. — Оказаться рядом с озээмкой — это на двести процентов двести, — Олег прижался губами к Сережиной ладони. — Я тебя не понимаю, — Сережа мотнул головой. — И слава богу. Сережа и моргнуть не успел, как оказался уложен спиной на кровать. Олег — над ним, его губы — на Сережиных губах. Странный разговор, в котором Сережа не понял половину слов, мгновенно позабылся. Мысли заняло только удовлетворение от того, что он наконец оказался в желаемой позиции. — Ты только учти, ни смазки, ни презервативов у меня нет, — прошептал Олег в Сережины губы. — Как же ты так? — Сережа тихо рассмеялся, обхватывая ладонями лицо Олега. — У меня есть, но я отказываюсь сейчас куда-либо идти. — Значит, так справимся, — Олег прихватил губами Сережину губу, чуть оттянул нежную кожу. — Как так, Волч? Олег не ответил — сполз по Сереже вниз. Стянул с него футболку, мазнул губами по груди, по животу, поднял взгляд на Сережу. — Насасывать на должность буду, — Олег подмигнул и, ухватившись за резинку домашних штанов, уверенно потянул их вниз, захватив заодно и белье. Сережа, перед взглядом раскинулись собственные обнаженные бедра и прижатый к животу возбужденный член, неожиданно для самого себя смутился. Едва не дернулся, чтобы прикрыться, но Олег перехватил его руки, поочередно поцеловал оба запястья. — И кто из нас теперь пытается сбежать? — ласково пожурил он Сережу, прежде чем устроиться между его раздвинутых ног. — Ты первый начал, — Сережа легонько ткнул стопой Олега вбок. — Видишь, это заразно. Олег хрипло рассмеялся, оставил практически невинный поцелуй на внутренней стороне бедра. Сережа вторил его смеху, но в следующую же секунду ему стало совершенно не до смеха, когда Олег начал выцеловывать и вылизывать его бедра. С Сережиных губ сорвался разбитый стон, пальцы сами скользнули в волосы Олега, сжали у корней. А Олега будто сорвало. Дорвался, наверное, подумалось Сереже. Или очень серьезно принял предложение насосать на должность. Сережа зашелся очередным стоном, когда губы плотно сомкнулись на его члене. Как смог, приподнялся на локте, чтобы лучше видеть Олега, плавно двигающего головой. Он не брал глубоко, помогал себе рукой, но Сереже было этого вполне достаточно, чтобы начать беспомощно всхлипывать, беспорядочно цепляться руками то за простыни, то за самого Олега. Олег в такие моменты притормаживал, поднимал взгляд на Сережу, сильнее втягивая успевшие порасти щетиной щеки, и Сережа плыл еще больше и нетерпеливо дергал бедрами. Сопротивляться нахлынувшему волной оргазму Сережа не пытался, да и не хотел — Олег сделал все, чтобы такого желания у него не возникло — в очередной раз отчаянно вцепился Олегу в волосы, выгнул спину, толкаясь поглубже в горло, и отпустил себя, заходясь очередным стоном. Запоздало кольнула вина от того, как Олег едва не поперхнулся, но тут плотнее сжал губы, сглатывая сперму. Сережу мелко потряхивало, когда Олег выпустил его член изо рта и лег рядом, оставляя очередной невинный поцелуй на Сережином плече. — Отдам тебе всю СБ, — прошептал Сережа, когда смог хоть немного успокоить дыхание. — Не пойдет, — Олег усмехнулся, кладя ладонь Сереже на грудь. — Не хочу руководить. Давай должностью телохранителя обойдемся. Сережа рассмеялся и перевернулся на бок, пробежавшись кончиками пальцев по Олеговой груди. — Никогда не мечтал быть большим начальником? — он положил ладонь на натянутое возбужденным членом бедро, заставляя Олега рвано вздохнуть и рефлекторно двинуть бедрами. — Может, я считаю, что охранять генерального более престижно, — Олег качнул бедрами, недвусмысленно толкаясь в Сережину руку. — И раскладывать его на его же столе? — Сережа поспешно сдернул Олеговы боксеры до середины бедра, облизнул свою ладонь и обхватил пальцами его член, заставляя Олега вздрогнуть всем телом. — Прямо на самых важных договорах, Сереж, — Олег придвинулся поближе, ткнулся губами в Сережины губы, выпрашивая поцелуй. Сережа не смог ему в этом отказать. — И перед очень важным совещанием? — Сережа продолжил шептать Олегу в самые губы, двигая рукой в размеренном темпе. — Обязательно перед очень важным совещанием, — Олег скользнул ладонью по Сережиному бедру, сжал пальцы на ягодице. — И после него. Чтобы стресс снять. — А забота о моральном состоянии генерального тоже входит в обязанности телохранителя? — Сережа прикусил нижнюю губу Олега, большим пальцем обвел головку. — Конечно, телохранитель ведь охраняет не только тело… — Олег не договорил, сорвавшись на сдавленный стон. — Ты ведь нихера не знаешь о работе телохранителя, да? — Сережа переместил свободную руку ниже, пальцами скользнул по мошонке, легонько сжал. — Подловил, — хрипло отозвался Олег и не дал Сереже возможности ответить, мокро и ласково целуя. Сережа и не возражал — нежно целовал в ответ и быстро двигал рукой, пока Олег не выплеснулся ему в ладонь. Так Сережа узнал, что Олег совершенно очаровательно скулит перед самым оргазмом. Отдышавшись, Олег перехватил Сережину руку, вымазанную смазкой, поднес к губам и стал слизывать белесые разводы с кожи. Взгляд у него был таким поплывшим, что Сережа старался лишний раз не моргать, чтобы не упустить и секунды. — А знаешь что, — начал Сережа, когда почувствовал, что от прикосновений горячего языка к пальцам испытал новую волну возбуждения, — я, пожалуй, все-таки схожу за смазкой.