Грани выбора

Валентин старался не терять бдительности, глядя на волны. Его уже не мутило, хотя в первый день непривычная качка показалась испытанием. Но терять контроль не следовало, как бы ни завораживало море за бортом корабля. Спустя несколько дней, проведенных в Алвасете, Валентин и его эскорт все же дождались корабля, который должен был забрать юного Придда на Марикьяру по приказу герцога Алвы. Однако, корабль пришел не в том состоянии, чтобы отплывать. По дороге его накрыло неожиданным штормом, и в порт судно прибыло довольно потрепанным. И исполнить приказ соберано вызвался один из эориев, также гостивших в Алвасете, чей корабль сейчас стоял в порту. Ротгер Вальдес. Именно его разговор в саду случайно подслушал Валентин. И именно он говорил о юном потомке Унда словно о каком-то трофее. И смотрел... странно. Наверное, именно о таком взгляде в романах писали словами «смотрит, словно хищник». По крайней мере, Вальхен ощущал себя добычей. Тем более... куда ему деваться от капитана корабля? «Еще три дня, - напомнил себе Валентин. - Три дня, и я буду на Марикьяре». О том, что на острове его могут ждать не меньшие хищники, Придд старался думать пореже. Приближающегося к нему Вальдеса Валентин заметил сразу. Только вот место было неудачное, чтобы избежать встречи - моряки словно нарочно перетаскивали ящики и канаты на палубе постоянно, чтобы рано или поздно юноша оказался в ловушке, отступить из которой уже не может. Валентин стиснул пальцы на дереве корабельной обшивки и уставился на воду. Обнаруживать свою уязвимость было недопустимо... Вальдес, тем временем, занял место рядом с ним, облокотившись о борт спиной. Валентин чуть не кожей ощущал его взгляд, полный веселого охотничьего азарта. - Что-то вы даже перчаток не снимаете, юноша, - хмыкнул мужчина так, словно провоцировал на что-то. - Неужели не желаете ощутить хоть кожей, какова ваша родная стихия? Я вашей силе даже немного завидую. Для моряка ощутить силу моря не как хозяина, но как друга - все, о чем можно мечтать. Валентин бросил настороженный взгляд на собеседника. Ротгер Вальдес улыбался все так же насмешливо, почти беспечно, и только внимательный взгляд давал понять - в его голове имеются какие-то планы. И от этого по спине внезапно оказавшегося наследником своего рода юноши пробежали мурашки. «Юстин наверняка не стал бы отправлять меня абы кому», - мысль чуть-чуть успокаивала, но не помогала расслабиться. А еще от него ждал ответа капитан корабля. Валентин глубоко вздохнул и вежливо улыбнулся - ни на грамм не теплее, чем полагалось по этикету. И постарался придать своему взгляду отстраненное выражение. - В перчатках удобно держаться, - озвучил Валентин не самую значимую причину, но его прямо сейчас во лжи-то уличать не собираются. - И я любуюсь морем. С безопасного расстояния. Прозвучало, конечно, не слишком героически. Валентин мысленно поморщился, но не стал пытаться оправдываться. Его все еще тревожил собеседник. Пусть за все это время они пересекались не так часто, но в любой момент могло... произойти что-то. Да и сейчас разговор шел так, как было удобно капитану корабля. Море переливалось в солнечных лучах, сверкало драгоценными бликами. Вероятно, на берегу Вальхен бы любовался этим зрелищем, забыв обо всем на свете. Но здесь и сейчас он не мог позволить себе беспечность. - Неужели вам и впрямь настолько не любопытно, какой будет ваша магия? - Вальдес хитро прищурился. - Каждая стихия, говорят, ощущается собственным уникальным образом. - Тогда расскажите мне, как ощущается дар Анэма, - тут же воспользовался ситуацией Валентин, уводя разговор в безопасное русло. В конце концов, пока господин Вальдес расскажет о своем даре, Вальхен может уже и ретироваться. А может, и впрямь будет полезно послушать. Но капитан неожиданно рассмеялся. - А с чего вы взяли, что у меня дар Анэма, Валентин? - он весело сверкнул глазами. Тут уже настала очередь Валентина ошеломленно моргать. Он чуть склонил голову к плечу и озадаченно посмотрел на веселящегося собеседника. Исчезать Ротгер Вальдес никуда не планировал, но выглядел при этом весьма довольным. - Наверное, с того, что вы эорий Ветра, - осторожно произнес Валентин, старательно подбирая слова. Он не понимал причину такого заявления капитана и невольно подобрался, не зная, чего же от него ждать. - Ответ верный, - снова довольно улыбнулся Ротгер, наблюдая за юношей. Тот старательно держал лицо, но все-таки до своего отца ему было далеко - Вальдес отлично видел, как старательно тот скрывал беспокойство. - Я действительно эорий Ветра. - И у вас должен быть дар Анэма, - Валентин хмурился, чувствуя насмешку над собой. Ему это не слишком нравилось, но он старался сохранять самообладание. Придды должны уметь держать лицо даже в самых непростых случаях. - Так оно и было бы, будь во мне лишь кровь Анэма, - Ротгер снова улыбнулся, а Валентин позволил себе сжать губы. С ним играли, как кошка с мышкой. Очень неприятное ощущение. - Но не всегда в эории только одна кровь. Ладно, я не стану вас мучить, - ухмыльнулся Ротгер. - Моя матушка из бергеров, - сказал он так, будто это что-то объясняло. - Насколько я знаю, среди бергеров вовсе нет эориев, - Валентин нахмурился только больше. - Да, так уж как-то вышло, что ни одна из бергерских семей не просила Повелителей Скал принять их в круг своих вассалов, - Вальдес, все еще весело улыбаясь, снял со своей руки перстень с крупным черным камнем. И камень этот прямо на глазах Валентина изменил цвет на яркий, глубокий синий, а потом на лиловый. - Но, как вы видите, Повелителям Скал это не мешало отдавать за бергеров своих дочерей. А крови официальные церемонии не нужны. Вот так и случилось, что я родился потомком Лита. Валентин не удержался от ошеломленного вздоха. Да и с губ сорвался какой-то удивленный писк, что совсем его смутило. А сам он зачарованно наблюдал, как менялся камень в руках собеседника. Такого ему видеть точно не доводилось. Легко, почти лениво и уверенно. «Такие случаи происходят достаточно редко, но все-таки иногда может взять верх кровь матери», - далеко не сразу юноша смог вспомнить скупые упоминания об эориях в домашней библиотеке. Там было всего несколько фраз, подробности не раскрывались, о чем юноша жалел сейчас. Он, когда читал, пропустил этот момент как незначительный, что, как сейчас понимал, было явной ошибкой. - Я... о таком не подумал. Мало информации попадалось, - Валентин постарался подобрать подходящие слова и заставил себя отвести взгляд. Несколько минут он только и делал, что шокированно таращился на собеседника, что было совершенно непозволительно с точки зрения этикета. - Не все можно прочитать в книгах, - усмехнулся Вальдес. - Вам стоит чаще смотреть вокруг, Валентин, раз вы больше не дома. Моя семья - далеко не единственная, где кому-то случилось унаследовать кровь матери. Возможно, так однажды будет и у ваших детей. - А если все дети наследуют кровь матери? - тут же спросил юноша с истинно приддской дотошностью. - Разве правильно, что род остается эориями другого Повелителя, если у них больше нет соответствующей крови? - Хороший вопрос, - Вальдес одобрительно хмыкнул. - Только крови, как я уже говорил, не нужно официальное признание. Так что можно как остаться при своем сюзерене, так и перейти к новому. Если кто-то им недоволен, например. Валентин едва не спросил: «Как вы?», но сдержался. Обнаруживать, что он подслушал столь важный разговор, было никак нельзя... - А насчет дара Анэма расспросите Альберто, когда прибудем на Марикьяру, - с какой-то странной хитринкой ухмыльнулся мужчина. - Он пока еще должен быть от своих способностей просто в восторге. По спине юноши пробежала дрожь. Он знал, куда и к кому направляется, но все-таки ему было не по себе. Получается, юноша из семьи Салина уже прошел ритуал, раз капитан так уверенно сказал про его восторг от способностей. - Непременно поинтересуюсь после официального знакомства, - постарался подобрать Валентин подходящие слова. Он все еще был ошеломлен неожиданной кровью собеседника и его возможностями. «Как все пройдет? Юстин не стал бы отправлять меня на растерзание», - Валентин и самому себе не готов был признаться, что ему было страшно. Пусть теорию он и изучил, как положено, но с эмоциями ему было справиться куда тяжелее, чем он рассчитывал. А Ротгер Вальдес говорил об этом так легко, естественно, словно ничего особенного в ритуале не было. Неужели он так к ним привык? И на Марикьяре тоже относились к этому, как к данности? Валентин с горечью признал, что в голове у него поселился самый настоящий сумбур. И поговорить было не с кем - не с Ротгером же? Для него ритуал обыденность. Юноша старался себя успокоить. Только наивным он, как бы ни старался, не был. Юстин ни за что не отправил бы его на растерзание. Но эту поездку организовал не он... а герцог Алва. Которому до Валентина не было никакого дела. *** Когда корабль наконец-то бросил якорь, Валентин находился на палубе. Сидеть в каюте не было сил, море было спокойным. Пусть до резиденции Салина им еще и предстояло добраться, юноша с любопытством смотрел на остров. «В порту мало что увидишь, на Марикьяре куда красивее дальше», - вспомнил Валентин слова герцога Алва, сказанные перед отбытием сюда, и слегка нахмурился. Не стоило расслабляться, но... любопытство было сильнее осторожности. У порта суетились люди. С палубы Валентин видел небольшие каменные дома, плотно прилепленные друг другу, и несколько широких, если глаза его не обманывали, мощеных камнем улиц. Даже отсюда была видна их толщина, словно какой-то Повелитель Скал постарался. Юноша покосился на Ротгера. Валентин уже знал, что они поедут вместе до дома Салина. И это несколько настораживало, учитывая подслушанный разговор. Впрочем, Валентин постарался не думать об этом. Он во все глаза рассматривал людей, которые были одеты весьма разнообразно. От многоцветья в глазах рябило. И не было строгого черно-синего, подчеркивающего, что остров находится под протекторатом Алва. Словно на Марикьяре не нуждались в таком напоминании. И это вызывало недоумение. С корабля выдвинулись спустя час после прибытия - Ротгер что-то говорил старшему помощнику, потом еще на что-то отвлекся. Все это время юноша терпеливо ждал, не выражая ни капли нетерпения. Их приветствовали шумными возгласами. Ротгер, едущий чуть впереди, раскланивался так активно, что Валентин удивлялся, как тот еще не рухнул под копыта своему коню. А еще эр Вальдес ловил многочисленные платочки и лихо уворачивался от шляп. Валентин только диву давался столь странной традиции, но ни о чем не спрашивал. Только когда они покинули порт и двинулись в сторону дома Салина, юноша позволил себе чуть выдохнуть. Он успел насчитать около тридцати котов, что располагались на подоконниках, крышах домов и деревьях, которые росли возле тропы. И вопреки предположению, далеко не все кошки были черными. Их окрасы отличались таким же многоцветьем, как одежды людей, а внимательные взгляды напоминали о легенде, в которой кошку срочно создал Анэм, чтобы отвлечь недовольного Лита. И подействовало - грозный Абвений успокоился под уютное мурлыканье. Валентин даже снял плащ прямо на ходу. Теплый, он предполагался к ношению в более суровых условиях. А простудиться от избытка тепла юному Придду не хотелось - неизвестно, каким образом тут лечат. Очередная кошка насмешливо мяукнула, поймав его взгляд. Резиденция Салина утопала в виноградниках, как и, казалось, любое мало-мальски значимое имение в Кэналлоа. А стены увивал яркий, цветущий, несмотря на позднюю осень, плющ. Валентин едва успел въехать в ворота вслед за Вальдесом, когда чужой радостный возглас чуть не оглушил его: - Дор Ротгер! Валентин оглянулся и оторопел. Темноволосый юноша с яркой улыбкой перелез через перила на балконе второго этажа и, ни секунды не раздумывая, с силой оттолкнулся от них. Поднявшийся во дворе ветер переполошил коней, замедляя падение бесшабашного юноши. Вальхен с трудом удержал свою лошадь на месте. - Надеюсь, твоя матушка этого не видела, - со смехом отозвался Вальдес, похлопывая по шее собственного взбудораженного коня. - Иначе, Альбертиньо, я тебе не завидую. - Я тренируюсь, - невозмутимо сверкнул улыбкой этот самый «Альбертиньо». - Может, летать не под силу и самому Повелителю Ветра, но я делаю успехи! - Да, я заметил, - хмыкнул Ротгер, тепло глядя на юношу. - Впечатление ты определенно произвел, - он подмигнул парню, который, кажется, засиял еще сильнее. Валентин непроизвольно покосился на балкон и мысленно заметил, что на месте матушки этого смельчака он бы точно отвесил сыну подзатыльник. Магия - это, конечно, хорошо, как выяснилось, но надо же и думать, куда ее применить. «Юстин за подобное мне бы прочитал воспитательную лекцию и был бы прав», - Валентин спешился и вслед за Ротгером передал своего коня подоспевшим слугам. - Я старался, - широко улыбнулся неожиданный летун. - А вы как раз удачно, у нас вот-вот обед. После путешествия очень важно перекусить, - Альбертиньо изо всех сил пытался показать себя как бывалый путешественник. Ротгер же рассмеялся и потрепал его по голове. - Веди, птица ты моя. Мы и правда проголодались, а за столом можно будет и поговорить об интересном, - Ротгер подмигнул, и парень снова широко улыбнулся и, Валентин готов бы поклясться на алтаре Унда, слегка завис в воздухе после прыжка на месте. А еще у Валентина оставалась какая-то надежда на официальное представление до обеда... *** Валентин старался вести себя прилично. Но было это довольно сложно. Официальное представление все же состоялось, причем, не только со слетевшим на них с балкона Альберто Салиной, двоюродным племянников Повелителя Ветра, к которому Вальхена сюда и отправили, но и с матушкой этого самого неугомонного Альберто, эреа Бьянкой. Черноволосая женщина держалась с достоинством, но в Ротгера ее большие и яркие, словно виноградины, глаза метали молнии. А Альберто и Ротгер Вальдес, будто вовсе этого не замечая, общались, словно родственники или старые друзья. Несмотря на солидную разницу в возрасте. Нравы Марикьяры казались Валентину все более и более странными. - ...отец обещал взять меня на борт уже через несколько недель, если только ничего не случится, - взахлеб делился Альберто. - Как только вернется домой. Я хотел напроситься к дяде Хулио, но он не согласился. Будто со мной надо возиться, - юноша досадливо поморщился. - Вот только путешествия неизвестно куда и не хватало, - Вальдеса с комментарием опередила Бьянка Салина. Она и не думала скрывать неудовольствия. - Мама, ты же знаешь, все Салина рано или поздно отправляются в море, - Альберто как раз ничуть не удивился подобным словам матушки. - И я не стану исключением. Осталось только дождаться своего первого плаванья, - вздохнул он. - Оно у тебя непременно будет, - подбодрил юношу Ротгер. - Первое плавание... где моя юность? - мечтательно вздохнул он, лукаво щурясь. - Ты совсем не старый, - юноша сочувственно посмотрел на собеседника. - У тебя впереди столько походов, - он сверкнул глазами. - И даже не думай об этом, - Бьянка Салина сверкнула глазами. - Сбежать на корабль к дору Вальдесу тебе никто не позволит. Да и вообще, что о тебе гость подумает? - Что я люблю море, - тот широко улыбнулся порядком растерянному Валентину. - И не любишь свои обязанности, Берто, - Вальдес потрепал неугомонного Салину по голове в очередной раз. - А если бы я предпочел твоему обществу очередное приключение, что бы ты сказал? - Дор Вальдес заговорил об ответственности, - фыркнула эреа Бьянка. - Не иначе, сегодня пойдет дождь. Ротгер на шпильку только рассмеялся. - Что ж, пусть идет, дора Бьянка! Тогда у меня будет больше поводов воспользоваться вашим гостеприимством до отбытия к семье. Бьянка Салина только сузила глаза в ответ на такой комментарий. Ротгеру Вальдесу палец в рот не клади, так что вступать в заведомо проигрышную дискуссию она не стала. - Да, я про обязанности помню, - Берто ничуть не смутился и виновато улыбнулся Валентину. - Просто я о море мечтаю. Лет, наверно, с шести хочу отправиться в поход, но увы, пока все это только в планах. - И под присмотром, - Ротгер ничуть не сомневался, что старшие Салина возьмут Берто в плаванье, но исключительно с собой - для подстраховки. - Ну, это понятно – учиться-то мне надо, - Альберто как раз ничего страшного в этом не видел. - Для каждого марикьяре море – это нечто особенное, - пояснил он явно недоумевающему Валентину. - Оно дарит нам очень многое. И мы всегда просим у Анэма благословения перед очередным походом, - взялся за рассказ о некоторых традициях юноша, чтобы гостю не было скучно. - И он всегда отвечает? - с некоторым любопытством спросил Придд. Биже всего к Четверым считались Повелители. Но даже они в своих молитвах нечасто могли надеяться на явную благосклонность Абвения или знак свыше. Неужели у эориев Ветра была какая-то особая тайна? - К сожалению, нет, - искренне вздохнул Берто. - Но лично я, когда провожал папу и дядю в поход, всегда на это надеялся. Ну и присматривался, какой ветер во время обряда стоит - если попутный, то стоило надеяться на удачу, если его вообще нет - Анэм размышляет, а если противоположный - то путешествие пройдет с трудностями. Матушка говорит, что это выдумка, так Анэм ответы не дает, но я все-таки верю, что он дает намеки. А наше дело - постараться их расшифровать. - Абвении в основном говорят с Повелителями, - вздохнула Бьянка, ничуть не удивленная словам сына. - Когда пожелают этого, разумеется. И у каждого из Четверых свои способы для этого. - Но никто не сказал, что у них не появится новых, - подмигнул Вальдес. - Ох уж эти моряцкие сказочки, - фыркнула эреа Бьянка. - Вы просто выросли не на Марикьяре, дора Бьянка, - Ротгер улыбался, но в этот раз глаза его были серьезными. - Вам никогда не понять этого до конца. - Уж об этом я наслышана, - эреа передернула плечами. - Будто никто не в силах понять урожденных марикьяре, кроме них самих! - Ну, почему же никто, - Вальдес лукаво улыбнулся. - На настоящих потомках Унда последние лет сто никто не проверял. Валентину стало не по себе. Не только от хищного взгляда Вальдеса, преследовавшего Придда все плавание, но и от явного интереса Альберто, вспыхнувшего с новой силой. *** - ...а к новым блюдам вы скоро привыкнете, я уверен. Острые фрукты готовят по всему Кэналлоа, но у нас даже они особенные. А за неожиданность еще раз извините, - юный марикьяре все продолжал и продолжал говорить. Валентин немного жалел, что ровесник вызвался лично проводить его до выделенных гостю покоев. Это можно было бы поручить кому-то из слуг... И тогда было бы немного... тише. - Вы выглядите... оглушенным, - наконец с улыбкой заметил Салина. «Что ж, даже он увидел» - хмыкнул Валентин про себя. - Альберто... - Просто Берто, я же сказал, - не слишком учтиво прервал его новый знакомый. - Кстати... «Валентин» - очень красивое имя, но немного неудобное. Можно мне звать вас Тино? - спросил Берто с обезоруживающей простотой. - Можно, - ошарашенно моргнул Валентин, поражаясь фантазии нового знакомого. Так сократить его имя - надо было придумать еще. Дома братья и родители звали его Вальхеном. Теплое домашнее имя, согревающее и дарящее надежду. Его раскрывать здесь Валентин не хотел, зато получил новое прозвище. Короткое и неожиданно приятное - новый знакомый словно знал, как правильно сокращать имена. И от этого Валентин несколько смущенно вздохнул, не зная, куда именно деть глаза. - Искренне вас благодарю, - Берто словно не замечал смущения и неловкости нового приятеля. - Так правильнее вас называть. Тино, а что бы вы хотели посмотреть в доме? - Библиотеку, - вырвалось у Валентина само собой. Они еще до комнаты не дошли, а юный марикьяре оглушил не хуже прилета щитом по голове. Тогда Валентину было шесть, и старинные доспехи очень увлекали, он же не предполагал, что щит на него свалится. Хорошо, обошлось, и его им просто накрыло и набило шишку. Наверное, тогда он в последний раз плакал вслух. - Хороший выбор, хотя у Алва она гораздо обширнее, - Берто ничуть не удивился такому выбору Валентина. - Но и у нас водятся занимательные вещи в большом количестве, - широко улыбнулся он. - Только... можно задать вам вопрос до того, как вы увлечетесь книгами? - Берто словно немного смутился. - Дор Ротгер сказал, что потомки Унда по-особенному чувствуют море. На что это похоже? - Салина смотрел с таким любопытством, что даже Валентину было неловко его разочаровать. Но лгать он тоже не хотел. - Я не знаю, - честно ответил он, хмурясь. - Я еще не пробовал. - Правда? - еще больше удивился Берто. - Я был уверен, что дор Ротгер вас хотя бы по голове погладить успел! От Алвасете сюда плыть дней пять! Валентин несколько смущенно вздохнул. Не говорить же новому знакомому, что он от «дора Ротгера» шарахался, как от огня. И поговорили они незадолго до прибытия, до этого капитан «Астэры» откровенно развлекался, а Валентин задирал нос и делал вид, что ничего особенного не происходило. Так они и плыли все это время. - У капитана Вальдеса хватало своих забот, - наконец подобрал более-менее подходящие слова Валентин. - Я же на море просто смотрел. До этого мне никогда не доводилось его видеть, - признался он несколько смущенно. - Тогда я определенно обязан показать его вам во всей красе! - оживился Берто. - Завтра же! Валентин неуверенно хмыкнул. То, каким энтузиазмом горел Салина, пока не внушало рассудительному Придду доверия... *** Альберто указал на тропу, ведущую вниз, прямо к небольшому песчаному пляжу среди камней. - Вот сюда мы и держим путь, - сказал Салина, ведя гостя за собой. - Видите, совсем рядом с имением. Так что лошади бы нам только помешали. Со вчерашнего дня Берто, казалось, не утратил ни капли энтузиазма показать море «во всей красе», как он выразился. Валентина это немного тревожило, но вместе с тем... ему было любопытно. В конце концов, не сгинет же Валентин на Марикьяре? Хотя, порядки тут своеобразные... Да и море, положа руку на сердце, манило. Валентину доводилось о нем только читать и слушать сказки Юстина, когда они были помладше. Но вот лично увидеть его великолепие Придд смог только по прибытии в Алвасете. И на Марикьяре море тоже поражало воображение. Валентин изо всех сил старался не наступить на ногу идущего впереди Альберто, явно очень довольного собой. Взгляд невольно ложился на безбрежную гладь воды, ярко-синюю, словно редкие сапфиры. Море, похоже, умело менять оттенки воды, и Валентина это завораживало. «Все-таки здесь очень красиво», - решил он, отмечая, что всюду, насколько хватало глаз, была только вода. Если не знать о материке, можно было решить, что они находятся на единственном кусочке суши на свете. Обманчивое впечатление. - Это место особенное? - поинтересовался Валентин, стараясь не свернуть себе шею на крутой тропе. - Немного, - Альберто усмехнулся. - Сюда не очень-то удобный спуск, поэтому здесь почти никто не бывает. Кроме тех, кому не лень потратить немного времени... - Альберто спрыгнул с камня на песок и протянул руку Валентину. - Не оступитесь. Так вот, здесь нам будет наиболее удобно дать вам почувствовать море, - у Салины аж глаза заблестели. Валентин рискнул все же ухватиться за протянутую руку. Нехорошо было бы свалиться, когда они почти на месте. И море так и манило к себе, небрежно шевеля волнами. На озере, что располагалось близ Васспарда, подобного не наблюдалось. - Понимаю, почему тут никого нет, - Валентин выдохнул с облегчением, оказавшись на ровной земле. Пусть отсюда вид открывался не такой роскошный, но уже не было никакой опасности оступиться. - Иногда кто-нибудь смелый приходит рыбу половить, - признался Берто. - Но тоже не каждый день. В основном, сюда идут, если с кем-то поспорил. Так что место и правда малолюдное. Но отличное для знакомства с морем, - глаза юноши сверкнули восторгом. - И о каком же знакомстве с морем вы говорите? - с легким подозрением рискнул спросить Придд. - О доступном любому, Тино! - Берто довольно улыбнулся и принялся через голову стягивать рубашку - колеты на Марикьяре мало кто носил, как успел понять Валентин. - Мы пришли купаться! - Купаться? - изумился Валентин. Ему не приходило это в голову. - Но ведь сейчас поздняя осень. Салина, уже выпутавшийся из своей рубашки, так же непонимающе моргнул: - Ну и что? Настала очередь растерянно моргать Валентину. Столько удивления в голосе марикьяре он не ожидал услышать. И рубашку надевать обратно Берто тоже не спешил, а с любопытством смотрел на него. - Поздняя осень, - с расстановкой повторил Валентин и поежился, вспомнив, каким ледяным было озеро у Васспарда в это время года. Он с братьями ходил и проверял лично. Питер с Клаусом испуганно сверкали глазами и не решались повторять. - Вода уже не годится для купания. - А, так это на севере, наверно, - Берто широко улыбнулся. - Здесь все иначе, у нас и холодного дождя практически не бывает, только если вдруг северный ветер иногда принесет. Но это будет намного позже, если вообще случится. Потрогайте воду, - Берто принялся разуваться. Он забавно прыгал на одной ноге, стягивая ботинок, потом повторил свой маневр. Как обувь никуда не разлетелась, Валентин не понял, но решил не удивляться. Берто же, совершенно не стесняясь нового знакомого, разделся полностью и озадаченно поглядел на Валентина, который не снял даже перчаток. - Там правда тепло. И я не буду вас трогать, обещаю. Валентин несколько смущенно смотрел на Берто. Он и не ожидал такого... скоростного раздевания. Разговаривая, марикьяре скинул с себя все, что на нем было. - А вы не боитесь, что ветер растащит всю вашу одежду? - самым светским тоном поинтересовался Валентин, присматриваясь к воде и все-таки стягивая перчатки. Надо было проверить, насколько теплая вода. А то по спине сами собой бежали мурашки от воспоминаний о доме. В Придде в это время года все было иначе. - Так камень же есть, - Берто ухитрился сложить все и придавил вещи небольшим с виду, но достаточно увесистым камушком. - И погода сегодня обещает быть безветренной, - уверенно заявил он. - Тут уж придется поверить потомку Анэма на слово, - Валентин чуть заметно усмехнулся, и Берто чуть не просиял. Похоже, добиться хоть какой-то реакции он считал очень важным. - Верьте, - кивнул он. - Потомку Анэма, который рассказывает о ветре и марикьяре, который рассказывает о море. Идемте, - он двинулся к воде и безо всякого страха зашел в нее по колено, выжидающе глядя на гостя. Валентин осторожно подошел, сунув перчатки в карман колета. Он наклонился и удивленно вскинул брови, когда коснулся воды - она оказалась удивительно теплой, почти как в купальне на его родине. Ну, когда засидишься, конечно. - Вы правы, вода замечательная, - Валентин не удержался от восторженного взгляда. Одно дело слышать, а совсем другое - ощутить самому. Валентину потребовалось время, чтобы раздеться, все-таки он не марикьярскую одежду носил. Берто беспечно болтал, рассказывая, как он любил плавать и в каком возрасте оказался в воде впервые. «Морякам без умения плавать нельзя», - мысленно согласился с ним Валентин, спрятав свою одежду под другой камень. Возвращаться в голом виде в резиденцию Салина было бы очень стыдно. - Ну же, Тино, море не кусается! - поддразнил его Альберто. - Если только не наткнетесь на медузу, но у берега они не опасны, - он беспечно рассмеялся, устремившись туда, где глубже. И Валентину оставалось только воспользоваться приглашением. Придд сделал осторожный шаг, потом еще и еще один, сам не заметив, как оказался уже по пояс в воде. Море ласково гладило его, и юноша позволил себе неуверенную улыбку. Даже сейчас, еще не плавая, он отмечал разницу между пресной водой родного озера и морем. И дело было не только в солености последнего, сама вода была другой. «Как же здорово», - Валентин осторожно прошел дальше, вдыхая удивительный запах. Он слегка щекотал нос, но не раздражал. Так что, решившись, Валентин лег на воду и поплыл, прислушиваясь к своим ощущениям. Море, казалось, было везде. И Валентин поймал себя на ощущении, что оказался не просто в особенном месте, а в родном. Вода ласкала его теплыми ласковыми касаниями, вызывая улыбку. Тино нравилось быть здесь. - Кажется, вам пришлось по душе, - Берто удовлетворенно улыбнулся, сам подплывая ближе. - Хотите вон к тому камню и обратно наперегонки? - Салина указал на торчащий из воды камень у края маленького пляжа. Валентин хмыкнул. Камень находился на так уж и далеко от берега. Похоже, Альберто осторожничал, не зная, как новый знакомый держится на воде. Там наверняка можно будет ногами достать до дна. - Можно попробовать, - улыбнулся он, чувствуя себя уютно и донельзя правильно. Вот и принимал вызов Валентин спокойно, благодарный марикьяре, что тот все-таки утащил его сюда. Море словно шептало что-то, но расслышать его слова не получалось. Впрочем, Валентин не расстраивался по этому поводу. Он наслаждался тем, что было, и не торопил события. - Тогда начинаем, - Берто важно посчитал до трех и отдал команду к старту. Валентин, улыбаясь, ускорился, чувствуя почти детский восторг от происходящего. *** - И как вам ваша стихия сейчас, Тино? - улыбаясь, спросил марикьяре, расположившись на песке. Его мокрые волосы прилипли к спине, а уже подсыхающие прядки завились еще сильнее, чем прежде. Валентин мог бы поспорить, что и его волосы стали кудрями за зависть любой эреа. Альберто, как и обещал, ни разу не прикоснулся к Валентину, даже когда они, слегка уставшие и довольные, выбирались на берег. - Потрясающие ощущения, - чуть смущенно улыбнулся Валентин, пытаясь подобрать правильные слова, чуть встряхнув головой, чтобы капля с волос не попала в глаз. - Море теплое, ласковое, пожалуй, я бы назвал его уютным. Оно особенное. Валентин попытался сравнить озеро и море и поймал себя на мысли, что не хотел этого делать. Очень разными были два этих места. И в сердце юного Придда море заняло такое же важное местечко, как и озеро у Васспарда. По-другому быть точно не могло. - Я знаю, что море может быть разным, - продолжил между тем Валентин. - Но сейчас оно было ласковым. - Уверен, когда вы обретете с ним особую связь, оно вас тоже не разочарует, - Берто кивнул, тепло улыбаясь. - Позволите задать неуместный вопрос? - Неуместный для ситуации, когда мы обнажены и без свидетелей? - приподняв брови, весело хмыкнул Придд. - И то правда, - Альберто рассмеялся. - Тино, почему вы не хотите почувствовать свою силу? Я уверен, что дор Ротгер предлагал вам, пусть и что-то пристойное. Ему же не могло быть неинтересно, как вы общаетесь с морем! Валентин смущенно опустил глаза, очень надеясь, что у него не загорелись уши. А то он на примере Ричарда видел, как легко краснеют северяне. Особенно учитывая заданный ему вопрос. - Дело в том, что я эра Вальдеса боюсь, - наконец, собрался с духом Валентин. - Не то чтобы сильно, - поправился он, заметив, как у Берто удивленно взлетели брови. - Но опасаюсь. И я старался всю дорогу держаться от него как можно дальше. В каюту он ко мне не заглядывал, а на палубу я выбирался, когда он был чем-то занят. Прозвучало, наверное, достаточно странно, но Валентин старался быть искренним. Вот и сейчас ничего не таил от марикьяре. Он откуда-то знал, что так будет правильно. - Но... он же совершенно безобиден... - Берто все еще был растерян. - Ваша матушка, кажется, так не считает, - заметил Валентин в свою защиту. - Это другое, - Берто улыбнулся. - На Марикьяре три семьи эориев, и они все немного соперничают за влияние и расположение соберано. Это, можно сказать, традиция. Но это не значит, что дор Ротгер навредит мне или вам. Он проводил со мной ритуал раскрытия сил, - как-то мечтательно улыбнулся Салина, а потом, спохватившись, встряхнул головой. - Впрочем, вас никто не заставляет, Тино. Но, может, меня вы не откажетесь... подержать за руку? - Берто протянул к нему ладонь, осторожно, словно к напуганному зверьку. Валентин удивленно моргнул. Интересные все-таки у них на острове традиции. С другой стороны, он не знал, какие у других эориев правила. Может, где-то еще хлеще. В книгах упоминали только, что эории стихий стремились быть ближе к Повелителям, но там никогда не рассказывалось, как именно. А Берто совершенно точно не внушал ужас и был открыт к нему, гостю с севера. И улыбался тоже весьма приветливо. Да и вообще, такой, как он, точно не навредит. Валентин не раздумывая протянул руку, осторожно касаясь ладони Берто. По телу почти сразу же прокатились мурашки, но Тино их не испугался. Прикосновение Берто открывало тонкий, легчайший путь, обещающий нечто новое... шепотом волн прокатывающийся по телу. - Кажется, так я слышу волны громче... - тихо произнес Валентин. - У нас говорят, что они поют, - улыбнулся Салина. - Может, со временем вы различите эту песню.