Эпитафия

Какое настроение было в то утро у Шэнь Цинцю? Позже он сам не мог вспомнить точно. Кажется, он был не то раздосадован, не то озадачен чем-то. Когда Ло Бинхэ спросил его за завтраком: «Как учитель себя чувствует?», он буркнул: «Я в порядке». На удивление у него ничего не болело после вчерашних постельных упражнений. Ло Бинхэ как-то почуял это и смотрел на Шэнь Цинцю с довольной улыбкой, то подливая ему чай, то подкладывая кусочки фруктов в его тарелку. — Учителю понравилась прошедшая ночь? Этот ученик хорошо себя показал? Шэнь Цинцю даже отложил палочки. «Не за столом же такие вещи обсуждать!» — возмутился он про себя. Улыбка Ло Бинхэ тотчас померкла. Ладно, возможно, он чересчур суров. В конце концов, Бинхэ и правда достиг кое-какого прогресса в области секса. Надо хоть немного поощрить его! — Лучше, чем в прошлый раз, — сказал Шэнь Цинцю. Ло Бинхэ снова улыбнулся, так счастливо и так нежно, что у Шэнь Цинцю сжалось сердце. Ох неспроста это, подумал он. И точно! — Сегодня у этого ученика военный совет, а завтра он уезжает на южную границу, — начал Ло Бинхэ, составляя грязную посуду в аккуратную стопку. — Мы с учителем можем долго не увидеться… — Дела есть дела, — понимающе кивнул Шэнь Цинцю. — Но ты с ними быстро управишься, я знаю. — Но может статься так, что через три дня я всё ещё буду сражаться с врагом, и покинуть поле битвы не представится возможности. Разведка докладывает, что обстановка там опасная… Ах вот оно что. — Может быть, учитель сделает исключение… — просительно проговорил Ло Бинхэ, прижимая руки к груди. — Нет, — категорично оборвал его Шэнь Цинцю. Болеть-то, может, ничего и не болело, но чувствовал он себя изрядно помятым, и больше всего на свете ему хотелось отдохнуть и отоспаться. Как назло, именно на сегодня оказалось назначено весеннее собрание глав пиков школы Цанцюн, пропустить которое было никак нельзя. Шэнь Цинцю и так выполнял свои обязанности спустя рукава, и явиться на главное корпоративное мероприятие в году был просто обязан. — Понимаю, — ресницы Ло Бинхэ затрепетали, а голос чуть дрогнул, — этот ученик не должен быть столь навязчивым. Ему необходимо проявить терпение. Рука Шэнь Цинцю уже потянулась, чтобы потрепать юношу по макушке… Э, нет. Если так дело пойдёт, то Ло Бинхэ на раз-два раскрутит его на сеанс незапланированного секса. Ладно бы через день. Но играть в тучку и дождик каждую ночь — это уже перебор! — Всё, ступай на совет. А мне пора собираться на Цанцюн. Меня там ждут. — Но учитель же вернётся к вечеру? Шэнь Цинцю почувствовал, что если даст слабину, то незапланированный секс случится прямо сейчас, и ни военный совет, ни его поездка в родную школу так и не состоятся. — Ничего не могу сказать заранее, возможно и задержусь, — безжалостно припечатал он. Уже в дверях Ло Бинхэ обернулся и посмотрел на него с обидой. Совесть начала мучить Шэнь Цинцю практически сразу. Однако врываться на военный совет с утешительными обнимашками он постыдился. По дороге он решил, что после собрания отправит Ло Бинхэ талисман. После — потому что писать в полёте на мече совершенно невозможно, а сразу по прибытии на него тут же насядут ученики и товарищи, и там уж будет не до посланий.

* * *

Весеннее собрание традиционно проводилось вскоре после новогодних праздников. На нём владыки пиков рассказывали о достижениях за истекший год и обсуждали планы на год наступивший. Шэнь Цинцю на этот раз похвастаться было особенно нечем. Ещё три месяца назад он был мёртв и за отчётный период успел разве что поучаствовать в спасении мира. Но тут уж всем владыкам пиков пришлось отметиться. Доклад по пику Цинцзин подготовила Нин Инъин. Шэнь Цинцю перед собранием успел лишь пробежать его глазами и поставить свою подпись, а потому, сказав пару общих фраз, предоставил слово ученице. Мин Фань между тем строил глазки главной адептке пика Цяньцао. Юная заклинательница то и дело бросала взгляды за плечо Шэнь Цинцю, где стоял юноша, и на лице её расцветала смущённая улыбка. А ведь Мин Фань оказался не промах, раз сумел привлечь внимание такой девушки! От размышлений Шэнь Цинцю отвлёк голос Ци Цинци: — Шисюн Шэнь, в этом году ты наконец планируешь набирать новых учеников? — Хм… — вопрос застал Шэнь Цинцю врасплох. — Пожалуй, планирую. Новые юные дарования нам нужны. Инъин, пик готов к приёму учеников? — Конечно, учитель, — уверенно ответила Нин Инъин. Больше его ни о чём не спрашивали. После собрания состоялся небольшой банкет. Шэнь Цинцю пропустил пару чашек вина, почти не закусывая. Здешние яства были неплохи, но куда им до домашней еды, которая ждёт его в Царстве демонов! Шэнь Цинцю уже было собрался сесть где-нибудь в уголке, написать Ло Бинхэ послание («лечу домой, жди к ужину») и потихоньку сматывать удочки, когда к нему подошёл Шан Цинхуа. Вид у главы пика Аньдин был ещё более встрёпанный и нездоровый, чем обычно. Видимо, полночи писал сегодняшний доклад. — Шисюн, какие у тебя замечательные ученики. В школе ты почти не появляешься, а на пике у тебя всё в шоколаде. Даже отчитываться лично не приходится. — А не сам ли ты эти отчёты придумал, братец? — спросил Шэнь Цинцю. — Как ты вообще додумался до подобных педсоветов в школе заклинателей? — Педсоветов? — Шан Цинхуа хохотнул. — Тут я скорее наслушался рассказов из жизни офисного планктона, со всеми этими брифингами, планёрками и прочими совещаниями. Он вдруг стал серьёзным. — Бро, тут такое дело… — начал Шан Цинхуа, но тут же умолк. Проследив за его взглядом, Шэнь Цинцю увидел, что к ним приближается Юэ Цинъюань в сопровождении Нин Инъин и Мин Фаня. — Давно не виделись, Цинцю, — с улыбкой сказал глава школы. Он взял Шэнь Цинцю за руку, проверил пульс и едва заметно нахмурился. Такое проявление заботы по отношению к своему шиди было для Юэ Цинъюаня типичным. За годы глава пика Цинцзин приучился не слишком смущаться этому. — Рад, что ты решил взять новых учеников, — сказал Юэ Цинъюань, отпустив его руку. — Будешь чаще бывать на пике? Вопрос, прямо скажем, назрел. Шэнь Цинцю в прошлый свой визит в школу так и не решился заговорить на эту тему. Но нынче на ловца и зверь бежит. — Это я как раз хотел обсудить с главой школы наедине. Они покинули главный зал и неспешно пошли по парку, разбитому у подножия скал. Стояла ранняя весна. Снег ещё не сошёл до конца — в белом покрове темнели прогалины. Деревья по большей части стояли голые, и только чёрные ветви сливы были усыпаны алыми цветами. Шэнь Цинцю решил зайти издалека. Прямо сейчас объявить об уходе он не мог. Если уж за пять лет, прошедших со дня его смерти, на место главы не назначили другого человека, то отказаться от должности тут же по возвращении будет невежливо по отношению к товарищам. Но стоит начать понемногу готовить почву. — Нин Инъин в последние годы взяла на себя большую часть моих обязанностей. И, насколько я понимаю, хорошо справляется. Я думаю над тем, чтобы дать ей какую-то официальную должность. — Ты хочешь сменить главного ученика? — спросил Юэ Цинъюань. — Нет. Главный ученик отлично выполняет свою работу. — Шэнь Цинцю раскрыл веер. — Но Инъин делает то, что в других обстоятельствах делал бы я сам. Если глава пика долго отсутствует, кого-то следует назначить исполняющим его обязанности. Я хочу, чтобы Инъин могла действовать от моего имени. Юэ Цинъюань задумался. Он шёл молча, заложив руки за спину. Шэнь Цинцю поглядывал на него с беспокойством. Обычно глава школы прощал ему любые выходки. Но не настал ли наконец предел его терпению? Юэ Цинъюань остановился и негромко произнёс: — Шиди Цинцю приложил столько усилий, чтобы получить эту должность. — Это было давно. Многое с тех пор изменилось, — ответил Шэнь Цинцю. — Да, многое, — согласился Юэ Цинъюань. — Я хочу показать тебе кое-что. Заодно и поговорим там, где нас никто не побеспокоит. Ты не против? Шэнь Цинцю хотелось побыстрее вернуться домой, во дворец повелителя демонов. Дома ждал Ло Бинхэ, которому завтра предстояло ехать на южную границу. С которым Шэнь Цинцю утром был незаслуженно холоден и намеревался это исправить. Но он сам начал разговор с главой школы. И Юэ Цинъюань редко о чём-то просил. — Конечно, — ответил Шэнь Цинцю. — Я не против. Юэ Цинъюань повёл его в пещеры Линси. В этом благодатном месте Шэнь Цинцю бывал дважды. Первый раз — в самом начале своей карьеры заклинателя. Тогда он разблокировал навыки управления духовной энергией, а заодно и подправил кое-какие огрехи в совершенствовании оригинального Шэнь Цинцю. Второй раз его доставили сюда при смерти после событий на хребте Майгу. Сила неба и земли, веками копившаяся в пещерах Линси, тогда помогла ему в короткий срок залечить раны и восполнить запас ци. В первое мгновение Шэнь Цинцю был удивлён столь странным выбором места для разговора. Но обстановка в пещерах Линси была столь умиротворяющей, духовная энергия — столь чистой и светлой, что его мнение быстро переменилось. Провести немного времени в подобном месте прежде, чем отправиться в Царство демонов, казалось очень даже неплохой идеей. Заклинатели шли по длинным каменным коридорам, в которые никогда не проникали лучи солнца. Единственным источником света были белые как облако прожилки в камне. Шэнь Цинцю узнал пещеру с озером, где он медитировал в первый раз, и ещё одну, более тёмную и тесную — там он нашёл впавшего в искажение ци Лю Цингэ. Наконец они миновали зал с плоским каменным ложем — здесь Шэнь Цинцю восстанавливался от ран. Дальше был тупик. — Неужели пещеры столь малы? Кажется, мы прошли их все, — заметил он. Юэ Цинъюань улыбнулся. — Это та часть, которая открыта для адептов школы. Есть и закрытая. Я покажу. Он подошёл к стене, коснулся её, пустив по белым прожилкам свою ци, и в камне открылся проход. Коридоры в закрытой части выглядели более узкими и мрачными. В некоторых местах белый камень отсутствовал, и пространство освещали ночные жемчужины. Ответвления от главного прохода и вовсе были погружены в кромешную тьму. Вскоре заклинатели дошли до комнаты, которая выглядела жилой. Здесь была мебель, циновки на полу, полки с книгами. Столом служила большая каменная плита. Белого камня здесь было много. Вдобавок к нему имелись светильники с ночными жемчужинами внутри. — Это мое личное место уединения, — объяснил Юэ Цинъюань. — Только главный ученик и двое старших мастеров знают о нём. Шэнь Цинцю огляделся. Не здесь ли медитировал глава школы, когда Ло Бинхэ привёл армию демонов на хребет Цанцюн? — Почему чжанмэнь-шисюн решил показать мне это место? — спросил он. — Шиди Цинцю когда-то бывал здесь, — сказал Юэ Цинъюань. — Ты не помнишь? Шэнь Цинцю замер. Он думал, что уже приноровился выкручиваться из подобных ситуаций. Не лгать, но и не говорить правды. Уходить от ответов, дать которые был не в силах. Но сейчас он не знал, что сказать. — Не помнишь, — спокойно и даже ласково заключил Юэ Цинъюань. — Ты ведь не мой шиди Цинцю, верно?