Долг

После небольшой дневной перепалки в зале царит тишина и беспорядок, не у всех хватает ума прекратить бить морду близстоящему. Время близится к полуночи, но игроки не знают точного счёта времени, так как подобной роскоши им не предоставляют. И с ума сойти можно, стоит только дать слабину в стенах своеобразного концлагеря. Тут и от себе равных можно получить люлей. Одни из таких сидят сейчас на одной кровати, внизу, прячутся от посторонних глаз. Нам Гю выглядывает из-за деревянного столба, оценивает обстановку. — Танос, всё чисто, — шепчет он. — Можно идти, — машет рукой, но вдруг прекращает. — Стой, нет. — Я и не напрягался, bro, — облокачивается о стенку Су Бон, игнорируя чужие слова. — Мён Ги, ублюдок... Кажется, отлить собирается. Идёт в сторону толчка, — смотрит на приятеля, скалится не по-доброму. — Поможем мальцу? — Come on, yes! Very good! — вскидывает руки в разные стороны парень, дёргая головой. — Надо тихо, друг, а то снова попадёмся на глаза старикашке. Парочка обходит чужие кровати, других игроков, которым не спится, и на цыпочках добирается до уборной. На удивление, охраны рядом не наблюдается. Ещё не пробил час для смены караула? Танос первым открывает скрипучую дверь, обхватывая её правой рукой. Медленно, не привлекая внимания, парень кивает макушкой, мол, «проходи давай». Нам Гю проскакивает и делает два довольных шага вперёд, жертва стоит у самого дальнего писсуара. Когда рэпер понимает — «птичка в клетке», закрывается изнутри и присоединяется к другу, сейчас они повеселятся. Бедный, во всех смыслах, Мён Ги спиной чувствует: люди, которые зашли сюда — явно не доброжелатели, наоборот, очередные язвы. Как бы не умереть в туалете сегодняшней ночью. — Вау, — облокачивается правым боком о стенку Танос, с брезгливостью на лице разглядывая сначала чужое лицо, а потом чужой пах. — Мило. — Не мешай ему, а то вдруг испугается, не дописает, потом почки болеть будут, — со спрятанными в карманах толстовки руками издевается второй. Держа удар, жертва буллинга старается не обращать внимания, в надежде покинуть помещение с чистой совестью и не разукрашенным лицом. — Дожмёт дело, и мы поговорим, проведём беседу о возврате долгов, — приподнимает бровки Су Бонг, выпячивая нижнюю губу. — Тебе что, холодно? — Да нихрена я вам не должен! — выкрикивает игрок с номером триста тридцать три. Он надевает штаны и подходит к раковине. — Вы сами виноваты в том, что остались с голой жопой! Грубый тон не устраивает Нам Гю, он небрежно пихает наглеца, прилагая ту силу, благодаря которой несчастный соприкасается затылком со стенкой. Глухой удар отзывается звоном в ушах, Мён Ги закрывает глаза на секунду, открывает — перед ним стоят уже две фигуры. — Долг отдавать собираешься? — скрестив руки на груди, с подозрительным спокойствием задаёт вопрос в лоб Танос. Что-то здесь не чисто. Странный огонёк в глазах пугает и успокаивает одновременно. Бить криптовалютчика никто не собирается, или всего-навсего делает вид? Сглатывая скопившуюся во рту слюну, парень хмурится и тычет указательным пальцем рэперу в грудь, противится: — У меня нет денег так же, как и у вас. Разве не логично? Иначе бы моя туша здесь не покоилась. — А кто говорит про деньги? — наклоняет макушку налево двести тридцатый, словно заинтересованный вкусняшкой щенок. Мён Ги замолкает, неожиданно даже для самого себя ищет помощь в глазах у Нам Гю. Хотя почему помощь, скорее объяснение. Последний же сначала не понимает сценария, а когда до него доходит — ухмыляется, по-животному скалится. — Отойдём? — забросив левую руку на плечо триста тридцать третьего, Танос ведёт его в одну из кабинок, на его взгляд, самую широкую по площади. Жертва покорно перебирает ногами, теперь уже из-за внезапно возникшего любопытства. Шаркая следом, напарник с карешкой, не дотягивающей до причёски Гоголя, незаметно закрывает деревянную дверцу. Холодные ладони ложатся на дрожащие плечи, Су Бонг усаживает парня на закрытый крышкой унитаз. — Смотри и запоминай. Сщурившись, Мён Ги наблюдает за тем, как рэпер медленно опускается на коленки, приподнимая макушку, за подбородок которой его придерживает сто двадцать четвёртый. Смотря партнёру в глаза, Танос ждёт разрешения. Получая одобрительный кивок, юноша стягивает спортивные штаны вниз вместе с трусами, оголяя чужой пах. Причём красивый такой, даже недавно побритый, судя по немного отросшим волоскам. Нам Гю берёт вставший член в ладошку и проводит влажной головкой по ледяным щекам, ахая от перепады температур. Не выдерживая, сразу приступает к делу; входит в рот друга на полшишки, что называется. Мычания и причмокивания Таноса сопровождаются усмешкой сверху. Насаживая партнёра на свою эрекцию, доминант гладит его по макушке и в лёгкую впивается в затылок. Су Бонг же в ответ на грубость хватается за бёдра вышестоящего, ради удобства, естественно. Напуганный Мён Ги поджимает ноги к себе, обнимая свои коленки. Он с культурным шоком на лице продолжает смотреть, что-то останавливает его от того, чтобы отвернуться. Не каждый день такое увидишь, верно? Почему бы и не воспользоваться положением? — А-ах... Возьмёшь по самые гланды? — в перерывах между умело сдерживаемыми стонами спрашивает Нам Гю, но вместо ответа его член только глубже пихают в себя, задевая губами яйца. Когда парниша с футболкой в виде юбочки чувствует свой конец, он резко вытаскивает набухший пенис из Таноса, напоследок проводя по миловидным губам головкой. Отдышавшись, оба поворачивают лица на Мён Ги, названный вздрагивает от внимания к своей персоне. — Теперь ты, — даёт подсказку Нам Гю. — Фу, нет! — выставляет руки вперёд тот, тем самым раскрывая свои карты, а если точнее, бугорок внизу. — Больные ублюдки! — Фу? Стояк тоже сам по себе появился? Или как, из-за отвращения? — парень повторяет положение Таноса, а вот последний, в свою очередь, встаёт на ноги, обходит Мён Ги сбоку и тем самым оказывается поясом на уровне шеи латентного пидораса. Переглядываясь, приятели одновременно смотрят на пассива на толчке. — Есть такая практика в сексе, — рассказывает Нам Гю, плавно подбираясь ручками к резинке штанов, приспуская их вниз, но только для того, чтобы достать вставший член. — Говорил, что фу, а самому вон как нравится, — прерывается тот. — Так вот, практика, где задействованы обе... части тела. Пока ты делаешь приятно, делают приятно тебе. Всё просто. Мягким язычком проходится от начала ствола до самой залупы, причмокнув в конце. Танос видит это и берёт правую руку Мён Ги, кладёт её себе на штаны, намекая. Жертва обстоятельств не успевает наблюдать за двумя событиями одновременно, первое — где его ублажают, второе — где ублажать должен он. Наконец-то взяв себя в руки, парень неуверенными движениями приспускает низ рэпера, отмечая весомые габариты. Вернее, один габарит, длинный такой, двадцатисантиметровый, если не больше. — Неожиданно, — вылетает необдуманная глупость из его уст. — Ай! — отхватывает по затылку. — Больно же... — Чё значит «‎‎неожиданно»? — цокает Танос и тычет своего на ближайшие несколько минут партнёра в место над членом чуть выше. Нам Гю в этот момент тихонько смеётся, ему кажутся забавными представления мелкого о друге. Мелкого не из-за возраста, а скорее из-за статуса в настоящем времени. — Приятно пахнет, говорю, — прокашливается Мён Ги и медленно берёт в рот, нежно обхватывает губами головку, действуя размеренными, неспешными движениями. А ведь действительно вдвойне необычные ощущения; ему отсасывают снизу, а он как бы отвечает тем же, но другому человеку, хотя вряд ли их члены сильно отличаются друг от друга. Ну, у Таноса больше, это теперь ясно после визуального столкновения с обоими отростками. Пенис Мён Ги решает «‎финишировать» слишком быстро, он кончает Нам Гю в рот, содрогаясь в экстазе. Сто двадцать четвёртый проглатывает половину, а половину выплёвывает на руку, вытирая рот этой же кистью. — Как будто милкшейк из кофейни среднего класса, — без доли брезгливости комментирует Нам Гю, встаёт с холодного кафеля и подходит с левой стороны, снимая штаны. Теперь одна из рук Мён Ги покоится на бедре Таноса, а вторая мастурбирует ещё не кончавшему сегодня парню. Насаживаясь ртом на член Су Бонга, триста тридцать третий старательно двигает головой, будто в такт музыке из колонок, которых нет. Только причмокивания, постанывания и изредка ойканье, ведь мальчишка в первый раз занимается подобными извращениями. Первым выстреливает Танос, Нам Гю догоняет его спустя десять секунд. Вот что значит совместимость по всем фронтам. Прямо как синхронизация месячных, если бы они у них были, то обязательно сохранили бы идентичность. Лицо Мён Ги, ровно как и спортивная кофта, испачкано спермой двух мужчин, научивших его сегодня новому виду плотских утех. — Извини, перестарались, — большим пальцем проводит под глазом парня Танос и снова якобы сочувственно дует губы. — В следующий раз постараемся поаккуратнее, готовь Мэри Поппинс, — подмигивает Нам Гю, а затем смотрит на друга и ржёт. — Ты нам ещё не всё выплатил. Одеваясь, друзья выходят из кабинки и направляются к раковинам, дабы умыться. Мён Ги остаётся сидеть на месте, откинувшись спиной на бачок унитаза. Вот и всё, теперь его имя записано в список натуралов карандашом.